Якуб Салимов биография Где Родился

9 фактов о президенте Таджикистана, о которых вы не знали

Сегодня, 5 октября, главе Таджикистана Эмомали Рахмону исполняется 68 лет; 26 лет из них он занимает пост президента республики.

Несмотря на то, что руководитель страны – персона публичная, приватную информацию об Эмомали Рахмоне найти довольно сложно: президент крайне редко дает интервью, о нем не рассказывают журналистам.

В честь дня рождения Эмомали Рахмона, мы решили собрать для вас интересные факты о президенте Таджикистана.

Эмомали Рахмон — самый многодетный президент

На территории бывшего СССР президент Таджикистана считается самым многодетным отцом: у него девять детей – 7 дочерей и два сына. Все дочери Эмомали Рахмона достаточно успешны. Старший сын Рустам Эмомали занимает пост мэра Душанбе, младший — Сомон 1999 года рождения — студент одного из таджикских вузов. О супруге таджикского президента Азизмо Асадуллаевой почти ничего не известно: она редкий гость на приемах и почти никогда не сопровождает мужа в поездках.

Эмомали Рахмон был матросом

Будущий руководитель Таджикистана в 1971-1974 годах проходил срочную службу в качестве матроса на Тихоокеанском флоте. Кстати, семь лет назад, когда Рахмон справлял свой 60-летний юбилей, Владимир Путин подарил таджикскому коллеге найденную в архивах российского Министерства обороны военную книжку матроса советского Тихоокеанского флота Эмомали Рахмонова.

Эмомали Рахмон начинал свою карьеру электриком

В 17 лет, сразу после окончания профессионально‑технического училища № 40 в Калининабаде (ныне – Сарбанд, город в 110 км от Душанбе), Эмомали, тогда еще Рахмонов, поступил на работу в качестве мастера‑электрика на маслозавод в Курган‑Тюбе. Потом была армия, а только потом вуз: он окончил заочное отделение экономического факультета Таджикского национального университета. С 1987 по 1992 год являлся директором совхоза имени Ленина Дангаринского района, в 1992 году был избран председателем Верховного Совета Республики Таджикистан, через два года в ходе всенародного голосования Эмомали Рахмонов стал президентом страны. На тех выборах он набрал 59% голосов, опередив своего соперника Абдумалика Абдулладжанова, за которого проголосовали 34% избирателей.

На жизнь Эмомали Рахмона было совершено покушение

В 1997 году в Худжанде на жизнь президента Таджикистана было совершено покушение. Тогда ранения получили глава государства и несколько его приближенных, в том числе бывший министр внутренних дел Якуб Салимов.

В 2012 году Салимов в интервью нашим партнерам – медиа-группе «Азии Плюс» – описывал этот случай так: «Неожиданно тот человек бросил гранату, она упала в метре от президента. Глава государства был увлечен оживленной беседой с людьми и этот момент не видел. Я ударил по гранате правой ногой и, прикрыв собой президента, повалил его на землю.

Раздался оглушительный взрыв, и началась стрельба. Через несколько секунд я поднял президента, положил его левую руку себе на шею и быстро повел его в сторону Дворца культуры. Четыре офицера, которые были со мной, встали вокруг нас щитом и сопровождали нас. Стало видно, что президент прихрамывает, он был ранен в ногу».

Кстати, это интервью Салимов давал уже из тюрьмы: в 2003 году в России по запросу таджикской стороны он был задержан и экстрадирован в Душанбе. В апреле 2005 года по обвинению в предательстве родины Салимова приговорили к 15 годам лишения свободы, он освободился по амнистии три года назад. В 2012 году таджикские газеты сообщили, что на самом деле в 1997 году жизнь президенту спас не Салимов, а личный телохранитель Рахмонова.

Эмомали Рахмон был Рахмоновым

Полное имя президента до 2007 года звучало так: Эмомали Шарипович Рахмонов. Однако 12 лет назад Эмомали Рахмонов пожелал внести коррективы в свою фамилию и впредь именоваться Эмомали Рахмоном. Об этом он объявил, выступая перед интеллигенцией страны накануне праздника Навруз. По словам президента республики, таджикам «необходимо вернуться к нашим культурным корням и использовать национальную топонимику». «Например, в различных документах, в том числе международных, мои имя и фамилию называют по-разному, поэтому я хотел бы, чтобы меня называли Эмомали Рахмоном, по имени покойного отца», – сказал тогда президент республики.

Эмомали Рахмон — поклонник спорта

«Для любителя он играет очень даже неплохо. Кстати, на саммите в Казахстане наш президент выиграл в теннис у президента Узбекистана Ислама Каримова. Причем Каримов довольно давно играет в теннис. Также Эмомали Шарипович неплохо играет в волейбол, футбол», – рассказывал местным журналистам бывший президент Национального олимпийского комитета Бахруло Раджабалиев.

Эмомали Рахмон дважды побывал внутри здания Каабы

В первый раз президент Таджикистана был допущен внутрь Каабы по разрешению короля Саудовской Аравии в 2005 году, второй раз – в 2016-м. Хадж Эмомали Рахмон совершал четыре раза. В последний раз он побывал в Мекке в прошлом году, тогда президент страны с супругой, детьми и близкими родственниками в Каабе совершил малый хадж умра.

Эмомали Рахмон сумел победить Трампа в рукопожатии

Известная манера Дональда Трампа пожимать руку своим коллегам, когда он с силой может потянуть человека к себе, не сработала с Эмомали Рахмоном. В этом году во время встречи двух президентов в Саудовской Аравии президент Таджикистана сумел сохранить равновесие при рукопожатии Трампа и даже слегка перетянул его на свою сторону. Про Трампа и Рахмона упомянули даже в газете The Washington Post, отметив, что глава Таджикистана был готов к стандартной манере американского президента и вовремя «дернул» руку. «Кажется, момент рукопожатия Трампа пошел не так, как было запланировано», – отметили в материале.

За Эмомали Рахмоном официально закреплен статус Лидера Нации

В 2015 году в Таджикистане был принят Закон «Об Основателе мира и национального единства – Лидере нации». Согласно этому закону, за Лидером нации закрепляются особенные привилегии. Например, Лидер нации после ухода с поста президента страны сохраняет за собой право обратиться к народу республики и принимать участие в важных государственных мероприятиях и выступать на них.
За все действия, совершенные за годы правления страной, Лидеру нации гарантируется неприкосновенность. Лидера нации запрещено задерживать, арестовывать и обыскивать.
Также неприкосновенны имущество, недвижимость, принадлежащие Лидеру нации и его близким. После того, как Эмомали Рахмон оставит свой пост, в качестве Лидера нации он будет иметь собственную рабочую резиденцию в столице и на своей малой родине и пожизненно останется под охраной госорганов безопасности – вместе со свей семьей.

Якуб Салимов

Летом 1997 года судьба Таджикистана на мгновение оказалась в руках одного единственного человека. История независимой республики, только начавшей приходить в себя от ужасов гражданской войны, легко могла быть ввергнута в продолжение кровопролитного конфликта, но Якуб Салимов, на то время председатель Таможенного комитета, не дал ей это сделать. Взамен, круто изменилась его собственная жизнь.

После повсеместных боев 1992-1993 годов в Таджикистане наступило относительное затишье. Враждующие стороны привыкали к мирной жизни и к ведению мирного диалога между собой. Десятки тысяч беженцев потихоньку начали возвращаться из изгнания в родные края. Однако, достигнутые мирные договоренности были весьма хрупкими, а амбиции многих боевых командиров неудовлетворенными. Президент Таджикистана Эмомали Рахмон настоял на участии в своей рабочей поездке в Согдийскую область недавно назначенного главу таможенного ведомства Якуба Салимова.

Спасение президента

После встречи со студентами университета в Худжанде свита президента пешком направилась продолжать общение с народом в областной Дворец культуры. Процессии пришлось медленно пробираться сквозь плотную толпу жителей областного центра, собравшихся поприветствовать президента, то и дело к нему выразить свое уважение подходили местные аксакалы.

Салимов шел сбоку от Рахмона, поэтому первым увидел в толпе молодого мужчину, который достал из кармана гранату Ф-1 и бросил ее под ноги главе государства. В считанные секунды до взрыва еще не забывший воинские навыки бывший командир крупного повстанческого формирования успел ногой отбросить ее в сторону от своего начальственного попутчика и повалить его на землю, прикрыв своим телом. Это спасло Рахмону жизнь. Он получил лишь легкое ранение ноги, а сам Салимов – множественные осколочные ранения спины. В окружавшей толпе разорвавшаяся граната нанесла многим людям более серьезные ранения, были даже и жертвы.

Вскоре после покушения президент Эмомали Рахмон обратился по телевидению к нации и лично горячо поблагодарил Якуба Салимова, призвав всех, кто его в тот час слышал: «Помнить того, кто спас вашего президента», добавив, что этот поступок «всегда будут помнить мои дети и дети моих детей!». Скомкав план визита, Рахмон убыл в Душанбе, а Салимов в Ташкент, где ему предстояла еще одна операция.

Конкурент президента

Буквально через несколько недель после выздоровления 12 августа 1997 года, дом новоиспеченного героя-спасителя в пригороде столицы окружили спецназовцы из подразделения бывшего соратника по гражданской войне генерала Сухроба Касымова и танки расквартированной в горной республике российской 201-ой мотострелковой дивизии. Между личной охраной главы Таможенного комитета и осаждавшими вспыхнула ожесточенная перестрелка. Якуб Салимов не стал более задерживаться в ставшем для него крайне опасным родном Таджикистане, а спешно покинул страну, оставив дома все документы и личное оружие. Через Турцию он вскоре добрался до Москвы.

Слева Сухроб Касымов

Позже неожиданно произошедший катаклизм он объяснил происками своих врагов, распустивших слухи о его причастности к убийству родного дяди Сухроба Касымова. Президент же не счел нужным вмешиваться в возникшую ситуацию на его стороне, и даже оказал моральную поддержку налетчикам по одной простой причине – через 2 года должны были состояться новые выборы главы государства, а Якуб Салимов мог оказаться на них главным конкурентом. Фигура одного из самых знаменитых в прошлом полевых командиров, занимавшим важные государственные посты и проявившим героизм, спасая от неминуемой смерти действующего президента, становилась для него просто опасной.

Салимов, помимо своего непререкаемого авторитета в кругах соратников по вооруженной борьбе, бывших членов Народного фронта Таджикистана, в последнее время пытался обзавестись влиянием на уважаемую в среднеазиатской республике прослойку интеллигенции. Он создал специальный благотворительный фонд и финансировал многие организации и события в культурной жизни таджиков. Первая попытка бросить тень на Якуба Салимова была предпринята ровно за год до событий в Худжанде. Его обвинили в незаконном обороте оружия и попытке создать незаконные воинские формирования. Тогда все ограничилось несколькими беседами прежде, чем затихнуть.

Даже вдали от родины и спустя много лет Эмомали Рахмон считал его для себя крайне опасным. В 2003 году по запросу Таджикистана Якуб Салимов был арестован в российской столице, затем передан в руки властей и возвращен на родину. Суд, прошедший в апреле 2005 года в Душанбе, полностью признал его виновным в измене родине, подготовке вооруженного мятежа с целью захвата власти, бандитизме и злоупотреблении служебным положением.

Приговор гласил о назначении 15-ти летнего срока заключения, а также лишении всех государственных наград и постов. На процессе прозвучало, что сам Салимов подготовил покушение на президента Рахмона в Худжанде, а затем по предварительному сговору в южных районах республики другой известный фигурант гражданской войны полковник Махмуд Худойбердыев поднял мятеж, который был с трудом отражен сводными отрядами Сухроба Касымова и другого будущего репрессированного государственного деятеля Гаффора Мирзоева.

Уголовный авторитет

В советском Таджикистане Якуб Салимов был известен, как уголовный авторитет с 2-мя судимостями за плечами. Последний раз в 1985 году ему инкриминировалась довольно серьезная статья. Он с целью выкупа похитил 2-х молодых девушек и удерживал их в неволе.

По некоторым сведениям, Сангак Сафаров являлся вором в законе

К 1992 году к началу «брожения» в умах таджиков, вылившихся в митинге на площадях Озоди и Шахидон, Якуб был уже на свободе. После некоторых колебаний он примкнул со всеми членами своей криминальной группировки к Народному фронту, где всеми делами вершил близкий ему по духу уголовный авторитет, без 5-ти минут «вор в законе» Сангак Сафаров.

Якуб Салимов стал одним из самых успешных боевых командиров «юрчиков». Именно его отряды первыми ворвались в столицу и вычистили ее от остатков «вовчиков». В боях он был многократно ранен. Сразу после войны Якуб получил пост министра МВД, а затем в 1996 году на год уехал послом в Турцию. Финалом успешной официальной карьеры стал Таможенный комитет.

Заключение и освобождение

В Таджикистане правилом становится содержание осужденных из числа ранее высокопоставленных лиц в следственных изоляторах. На 13 лет домом для Якуба Салимова стало СИЗО Минюста Таджикистана. Через пару лет его путь шаг в шаг повторит бывший соратник Гаффор Мирзоев, только с более мрачными перспективами – ему присудили пожизненное заключение. Салимов неоднократно обращался в различные инстанции с требованием отправить его в обычную зону, мотивируя свое желание жесткими условиями содержания в СИЗО, соответствующими «крыткам» – одиночным камерам ПКТ, обычным местам содержания при пожизненном заключении.

В заключении у него обострились многочисленные хронические заболевания, стали сказываться последствия ранений, полностью пропало зрение на один глаз. 21 июля 2016 года 60-ти летний Якуб Салимов досрочно вышел на свободу все из того же СИЗО. Срок заключения был ему уменьшен по амнистии на 2 года. Поводом для пересмотра наказания явилось прошение узника на имя президента Рахмона. Через 2 дня журналисты услышали от Якуба Салимова слова раскаяния, выразившиеся в призыве «любить Лидера нации». Кроме того, он сообщил, что не собирается заниматься больше политикой, посвятит остаток жизни своим родным и в подтверждении своих слов незамедлительно активно занялся ремонтом собственного дома, брошенного без хозяйской руки на 13 долгих лет.

После произнесенной тирады всем стали ясны причины неожиданной амнистии для бывшего государственного преступника. Якуб Салимов сумел убедить власть в отказе от прежних амбиций. Другой известный таджикский узник Гаффор Мирзоев оказался либо менее убедительным, либо более упорным и гордым. Доверие к благонадежности бывшего узника у властей Таджикистана оказалось настолько велико, что очень быстро ему разрешили выезд за пределы страны. В Москве в офтальмологическом центре Салимову была проведена операция на глаза, после чего он вернулся в Душанбе.

Якуб Салимов сегодня

За прошедшие 20 с лишним лет со дня подписания мирных соглашений основные действующие лица таджикского межкланового конфликта 1992-1993 годов сошли со сцены, причем, это касается обоих противоборствующих сторон. Уход в мир иной бывших полевых командиров происходил, как по естественным причинам – от заболеваний, так и насильственно. Последнее было больше характерно для первых мирных лет, когда амбициозные региональные «царьки» не хотели уступать своих привилегий центральной власти или тешили себя мечтами о собственном величии.

По мере укрепления президентской власти Эмомали Рахмона, взявшего за пример соседние Казахстан с Узбекистаном, «в моду» вошло устранение знаковых фигур уголовным преследованием. Лишь генерал-повстанец Сухроб Касымов – командир бригады спецназначения МВД избежал репрессий. Но в списке командиров формирований Народного фронта, преимущественно с «темным» прошлым, он всегда выглядел «белой вороной». Выпускник московского вуза, преподаватель в специнтернате для неполноценных детей, тренер по каратэ был крайне осторожен в поведении и словах. Однако смерть зашла к нему с другой стороны. В декабре 2014 года, будучи уже 7 лет в отставке, он скончался от онкозаболевания. Якуб Салимов стал первопроходцем альтернативного пути — присяге Отцу нации с уходом на покой.

gbdou95.ru

Эмомали Рахмон – бессменный президент Таджикистана с 1994 года. После конституционного референдума в мае 2016 в основной закон страны внесена поправка, снимающая ограничение по количеству переизбраний на пост главы государства.

С года избрания на высшую должность в стране у президента республики появился титул «Пешвои миллат». Полное наименование титула — «Основатель мира и национального единства — Лидер нации».

Детство и юность

Эмомали Шарипович Рахмонов появился в многодетном семействе в селении Дангара Кулябской области ТССР. Эмомали – третий сын в семье Рахмоновых. Отец будущего президента Шариф Рахмонов – ветеран Великой Отечественной войны, награжден Орденом Славы двух степеней. Мама Майрам Шарифова – домохозяйка, воспитывала детей и вела домашнее хозяйство.

Будущий лидер нации, окончив общеобразовательную школу в 1969 году, устроился электриком на маслобойное предприятие в Курган-Тюбе. Вначале 1970-х Эмомали Рахмон служил на Тихоокеанском флоте, а после демобилизации вернулся на завод, позже работал продавцом.

В конце 70-х Рахмонов поступил заочно в университет, выбрав факультет экономики. Диплом получил в 1982 году.

Политика

С 1976 года Эмомали Рахмон – секретарь правления колхоза в Дангаринском районе Кулябской области. За шесть лет молодой человек вырос от секретаря парткома совхоза до инструктора райкома.

Летом 1988 года Рахмонов занял кресло директора совхоза и работал в должности до 1992 года, пока не стал депутатом Верховного Совета Таджикистана.

Выборы в Верховный Совет ТССР прошли под гул митингов оппозиции. Из-за обилия символики красного цвета митинги назвали коммунистическими. Противостоял «красному лагерю» Народный фронт Эмомали Рахмона. В декабре 1992 года «фронтовики» заняли столицу, а Эмомали возглавил правительство.

В ноябре 1994 года в стране состоялся конституционный референдум и президентские выборы. Эмомали Рахмон выиграл, набрав 58,7% голосов. За обновленную Конституцию проголосовало 95,7% избирателей Таджикистана.

Объединенная оппозиция и ее сторонки на выборы и референдум не пришли, заранее объявив выборы сфальсифицированными.

Президент

Чтобы снизить градус противостояния, в июне 1997 года Эмомали Рахмон и его правительство заключили перемирие с оппозицией, отдав ей десяток кресел в правительстве. В государственные структуры, парламент и армию влились исламисты, но борьба с оппозицией не прекратилась. На лидера совершили два покушения. Первое в апреле 1997 года в Худжанде: в президентский кортеж полетела граната. В ноябре 2001 года террорист привел в действие взрывчатку возле трибуны в Худжанде, где выступал глава государства. Эмомали Рахмон не пострадал ни в первом, ни во втором случаях.

Зимой 1997 года полковник Махмуд Худойбердыев – один из бывших руководителей Народного фронта – поднял мятеж, который поддержали в Узбекистане. Эмомали Рахмонов подавил мятеж и взялся устранять вчерашних соратников и влиятельных оппозиционеров.

В 2003 году экс-главу Министерства внутренних дел Таджикистана Якуба Салимова задержали в Москве и экстрадировали на родину, где приговорили к 15 годам заключения в тюрьме строгого режима.

Примечательно, что Якуб Салимов спас президента Рахмона во время первого покушения. Салимов оттолкнул президента и накрыл своим телом от осколков. Эмомали Рахмон поблагодарил заявил в телеобращении, что он и его дети навсегда запомнят Якуба Салимова. Но спустя 6 лет после покушения Салимов, назначенный послом Таджикистана в Турции, обвинен в злоупотреблении служебными полномочиями, торговле оружием и попытке организации переворота. Арестовали посла в Москве, куда он сбежал.

А в декабре 2004 в Москве арестовали второго оппонента Эмомали Рахмона – главу таджикской Демократической партии Махмадрузи Искандарова. После четырех месяцев в СИЗО его отпустили, но весной следующего года Искандаров получил 23 года тюрьмы.

«Осечка» случилась лишь с бывшим министром торговли Хабибулло Насруллоевым. По запросу прокуратуры Таджикистана его задержали в Москве, но Верховный суд РФ отказался выдавать Искандарова властям республики. Дома его обвинили в причастности к незаконным вооруженным формированиям, угрожавшим свергнуть государственную власть в Таджикистане. Ранее Насруллоев был сторонником Народного фронта и соратником Рахмонова, но на президентских выборах поддержал соперника Абдумалика Абдулоджонова.

После устранения наиболее ярых оппозиционеров Эмомали Рахмон взялся за укрепление власти. В 2003 году он провел референдум, результатом которого стало внесение изменений в конституцию. Лидер нации получил право баллотироваться на пост президента в 2006 году и занимать президентское кресло еще два 7-летних срока.

В 2006-м Эмомали Рахмон победил на очередных президентских выборах. В русле происходившей в республике «таджикизации» под запретом оказались русские окончания фамилий. Так Рахмонов стал Рахмоном и «отсек» отчество. Начался период возвращения к народным традициям и старому укладу. Исламский Коран перевели на таджикский язык, а в 2009 приняли постановление о том, что таджикский язык единственно возможный в деловом употреблении. Русский язык, несмотря на обещания Эмомали Рахмона, оказался «не у дел».

В декабре 2009 года в российских СМИ появилась информация о том, что президент Эмомали Рахмон ударил президента Узбекистана. Таджикский лидер признался в непростых отношениях с главой соседней державы в Душанбе, на встрече с таджикскими журналистами, где обсуждалось строительство Рогунской ГЭС.

Журналисты утверждают, что Эмомали Рахмон рассказал о спорах с и даже о том, что два раза подрался с президентом Узбекистана. Российские издания написали, что Рахмонов откровенничал «не для печати», но в зале сидели полсотни журналистов, не упустивших возможности ухватиться за сенсацию.

На второй день после публикации интервью Рахмона комментариев со стороны пресс-служб президентов двух республик не последовало, поэтому место для домыслов осталось.

В 2011 году англоязычный еженедельник «Экономист» в составленном «Индексе демократии стран мира» поставил Таджикистан на 151 ступеньку как государство с авторитарным режимом. Экономика беднейшей республики СССР, подорванная войной, унесшей до 120 тысяч жизней и 18 годовых бюджетов, постепенно оправилась. В 1999 году по данным Всемирного банка 83% людей оказались за чертой бедности. Но в 2011 году цифра уменьшилась до 45%.

Экономика страны зависима от средств, зарабатываемых трудовыми мигрантами. По данным Всемирного банка в 2011 году 47 % от ВВП Таджикистана – поступления денежных переводов мигрантов.

Эмомали Рахмону удалось урегулировать территориальный спор с Китаем, который длился 130 лет. КНР требовала вернуть 28,5 тыс. км². Во время визита в Пекин президент Таджикистана уступил Китаю 1,1 тыс. км² на Восточном Памире. Политический маневр, разрешивший территориальный спор, оценил Евросовет, присвоив главе государства звание «Лидер XXI века».

В ноябре 2013 года на президентских выборах Эмомали Рахмон занял президентское кресло 4-й раз. А в 2015-м ратифицировал закон, позволивший ему пожизненно занимать должность главы государства.

Личная жизнь

Эмомали Рахмон женат на соотечественнице Азизмо Асадуллаевой. У супругов родилось 9 детей: двое сыновей и семь дочерей. Все занимают ключевые посты в стране и связаны династическими браками с представителями власти республики. Старшая дочь Фируза замужем за начальником таджикской железной дороги. Сын Рустам, родившийся в 1987 году, возглавлял управление по борьбе с контрабандой, сегодня мэр столицы.

Дочь Озода получила диплом университета Мериленда. Вначале 2016 года Эмомали Рахмон назначил Озоду Рахмон главой президентской администрации. Замужем за заместителем министра финансов республики.

Дочь Парвина замужем за сыном министра энергетики и промышленности. Шестая дочь Заррина – диктор государственного телеканала. В 2013 году вышла замуж за сына начальника Службы связи.

В свободное время глава государства увлекается охотой и чтением книг. Он коллекционирует антиквариат. Недоброжелатели и оппозиция приписывают Рахмону порочащие связи и упрекают в наличии «гарема». Любовницами Эмомали Рахмонова называют певиц Гулру Табарову, диктора национального телевидения Муниру Рахимову и дочь министра обороны республики Диану Хайруллоеву. Разумеется, официально информация не подтверждена и доказательств нет.

Эмомали Рахмон сейчас

В феврале 2017 года президент Таджикистана рассказал журналистам, почему назначил старшего сына мэром Душанбе. По его словам, Рахмон Рустам Эмомали — опытный управленец, на которого «не смогут негативно повлиять со стороны». Поговаривают, что Эмомали Рахмон видит в сыне преемника на президентское кресло, которое тот займет в 2020 году.

В конце февраля 2017-о в Душанбе прилетел . Визит лидер РФ приурочил 25-й годовщине установления дипломатических отношений между странами. На встрече во Дворце нации (по версии английского сайта «Theestle.Net» уступающему только Белому дому) президенты обсудили торгово-экономическое сотрудничество и подписали пакет совместных документов.

Состояние

В телеграмме американского посольства в Таджикистане от 16 февраля 2010 года говорится, что родственники президента управляют крупными бизнесами республики и владеют банком. Экспорт государства ограничивается алюминием и электричеством ГЭС, а две трети прибыли Таджикского алюминиевого завода в Турсунзаде оседают в оффшорах президентской компании. Из этих поступлений Рахмон якобы «сколотил» миллиардное состояние.

Официального подтверждения информации или завершенного расследования, подтверждающего слухи, нет.

Семь лет назад, 24 апреля 2005 года, бывший командир одного из отрядов Народного фронта, экс-министр внутренних дел страны Якуб САЛИМОВ, был приговорен к 15 годам лишения свободы.

Сегодня в интервью «АП» он вспомнил, когда именно он стал «неугодным» власти и подробно рассказал о покушении на президента в 1997 году…

Для начала расскажите, как Вы себя чувствуете и в каких условиях содержитесь.

Как я могу себя чувствовать, когда нахожусь почти 24 часа в сутки взаперти, и почти не вижу неба над головой – на прогулку меня выводят лишь на час в сутки?! В последние два года на свидания ко мне пускают только три раза в год, хотя в соответствии с Кодексом об исполнении уголовных наказаний в год полагается 7 свиданий, 3 длительных и 4 коротких.

Условий? У меня они хуже, чем условия у лиц, которые были осуждены на пожизненное лишение свободы!

Когда мне необходим врач, меня не отводят в медсанчасть, и порой, чтобы врач сам зашел, мне приходится ждать неделями. Но и когда он приходит, после визуального осмотра просто уходит, потому что у него нет элементарного медоборудования или медикаментов.

Не знаю, почему ко мне такое отношение. У меня очень сильно болят ноги, порою бывает очень трудно ходить, глаза стали видеть очень плохо, по ночам не могу заснуть, потому что болят раны. После теракта в Худжанде в 1997 году, когда я получил множество осколочных ранений, я не смог полностью вылечиться. Кроме этого, до сих дают о себе знать раны, которые я получил, защищая конституционный строй в 1992-1997 годах. В общем, у меня 28 ранений!

«Они боялись, что я буду приближен к президенту»

Вот уже девять лет, как Вы отбываете наказание (до вынесения приговора Салимов находился под следствием уже два года, – прим. ред.). И семь лет – со дня вынесения приговора – обсуждается один вопрос: почему Вас не переводят в тюрьму?

Сколько писем по поводу этапирования в зону Вы написали за эти годы? Кто Вам ответил и что?

Я не знаю истинную причину того, почему меня не переводят. Приговор суда должен был быть исполнен 7 лет тому назад, но вопреки закону меня содержат в камерной системе крытого режима в следственном изоляторе Министерства юстиции без каких-либо законных оснований. Со стороны государства не исполняется приговор именно в моем отношении. Я обращался во все инстанции, написал несколько десятков писем. Ответ был один: меня не переводят ради моей же безопасности…

Последний ответ от Генеральной прокуратуры дал мне бывший генеральный прокурор Бобохонов приблизительно за 2-3 месяца до того, как его сняли с должности. Он говорил, что мое этапирование в колонию находится в компетенции Главного управления по исполнению уголовных наказаний МЮ РТ. Я написал письмо начальнику СИЗО о том, что я сам прошу об этапировании в колонию, режим которой определил суд в своем приговоре, но это письмо так и осталось без ответа. Последний раз я обращался к начальнику СИЗО 5 марта 2012 года, но, по словам моего адвоката, ссылаясь на руководство Главного управления по исполнению уголовных наказаний, руководство СИЗО даже не приняло мое заявление.

Как-то бывший генпрокурор, касаясь Вашего вопроса, заявил: «Размещение таких лиц в одном месте может стать причиной волнений и митингов внутри тюрьмы, что недопустимо». Другими словами, власти боятся переводить вас в тюрьму? Им действительно есть чего бояться?

Я не могу понять, почему они так думают и говорят. Они сами создали такой ажиотаж вокруг моей личности. Но разве человек, который боролся за независимость и конституционный строй, может пойти против того, что сам строил? Это абсурд! Это интриги тех людей, которые в свое время упекли меня за решетку.

Несколько лет назад мне в интервью Вы говорили, что существуют «письменные заявления, ответы от КГБ и МВД, где говорится, что у них нет никаких фактов» относительно совершения Вами каких-либо преступлений. Значит ли это, что Вы считаете себя политическим узником?

Не знаю, являюсь ли я политическим узником.

В том же интервью Вы говорили, что против Вас начались тогда интриги, которые, в конце концов, и привели к тюрьме. Говорили, что задели кого-то лично или какую-то группу. Отметили, что «когда ты свое отработал, ты никто!»

Все интриги против меня начались после теракта в отношении президента в Худжанде в 1997 году. Сильные мира сего боялись, что я буду приближен к президенту страны, и некоторые из этих горе-госдеятелей останутся у разбитого корыта.

Я никогда к этому не стремился, даже несколько раз, начиная с 1992 года, писал заявления об отставке. Но мои заявления не принимались руководством страны.

Так за что же Вас посадили?

Уже 10 лет не могу найти на этот вопрос ответ, почему и за что.

Вы были связаны с таджикской оппозицией? Тот же бывший генпрокурор страны как-то заявил, что «оппозиционный журналист, главный редактор газеты «Чароги руз» Дододжон Атовуллоев является главной причиной ареста М. Искандарова, а также экс-главы МВД страны Якуба Салимова, и бегства экс-премьер-министра Абдумалика Абдуллоджанова». «Из-за него погорел Якуб Салимов», – отметил он.

Что именно он имел в виду?

Я ни с какой партией, движением или группировкой не был связан и не был членом ни одной политической партии. Как законопослушный гражданин, наравне с другими гражданами республики встал на защиту конституционного строя в 1992 году. Этому даст свою оценку народ.

В 1997 году во время поездки президента в Худжанд на Эмомали Рахмонова было совершено покушение.

Примерно месяц назад в одной из таджикских газет появилась публикация о том, что тогда жизнь президента спасли не Вы, а его телохранитель. Что Вы на это можете сказать?

Я читал эту статью и все, что было написано позже по этому теракту, и могу сказать однозначно, что это дело рук тех людей, которые постарались, чтобы я попал сюда. Они стараются скомпрометировать мое имя и выставить меня в негативном образе.

Вы знаете, кто стоял за тем покушением?

Нет. Но я хочу подробнее рассказать о том теракте.

«Надеюсь, придет то время, когда я выйду на свободу. Я хочу посвятить себя полностью семье, воспитанию детей и заботе о старой матери, которой 86 лет», – Я. Салимов.

«Я сделал свой выбор…»

ЛЕТОМ 1997 года меня в качестве главы Таможенного комитета РТ пригласили в Ташкент для участия в международной конференции. Когда я сообщил об этом главе государства, чтобы получить разрешение на поездку, президент сказал мне, что он собирается в рабочую поездку в Согдийскую область и что я включен в состав группы, которая должна сопровождать президента при проверке работы областных органов власти, – рассказывает Я. Салимов. – В Худжанде глава государства посетил несколько предприятий и госучреждений, а после – Национальный университет, где встретился с преподавателями и студентами. В связи с тем что встреча в университете заняла времени больше запланированного, глава государства принял решение пойти пешком вместе со студентами и преподавателями до областного Дворца культуры. С обеих сторон улицы на тротуарах собралось немало людей, которые приветствовали президента. Я вместе с несколькими сотрудниками областной таможни и сотрудниками госбезопасности области сопровождал президента в этом шествии. В середине пути ко мне подошел один из сотрудников безопасности и сказал, что меня зовет президент. Я догнал его, поприветствовал, и он пожелал, чтобы я сопровождал его, шел по правую руку. Поскольку мы шли впереди шествия, немало людей пытались подойти к президенту и пообщаться с ним: старики, молодежь, пенсионеры подходили справа и слева и обращались к президенту. Поэтому я уступал им свое место и становился позади президента. Однако спустя некоторое время он снова меня попросил, чтобы я встал справа от него, поскольку я уже трижды уступал место старикам. И после этого президент сказал мне, чтобы я никуда не отходил и стоял на месте. Я сказал, что люди хотят поговорить, пообщаться со своим президентом и что я лучше постою сзади, но если что, я рядом. Однако глава государства настаивал, чтобы я никуда не отходил. И я понял, что он на этот раз говорит очень серьезно. Я решил, что до Дворца культуры никому больше не уступлю место. Но задался вопросом: почему президент позвал меня и не хочет, чтобы я от него отходил? Решил, что в любом случае надо быть наготове, поскольку президент что-то почувствовал, но мне не сказал. По его глазам и мимике я это понял. С этого момента я решил быть настороже и тем четырем офицерам, которые сопровождали меня, дал указание быть бдительными. Люди с обеих сторон улицы тянули руки и приветствовали президента. Президент в ответ улыбкой и взмахами рук приветствовал людей, стоящих слева и справа по ходу. Так, каждый раз останавливаясь для общения с людьми по левую сторону дороги, президент бросал взгляд на меня, словно проверяя, как у меня дела. А после вновь обращал свое внимание на людей. Но каждый взгляд президента для меня был загадкой. Несмотря на то что он улыбался, за этими улыбками было что-то другое, несказанное. Я решил, что надо быть начеку и не спускать глаз с людей и происходящего вокруг. Я был напряжен, но не терял хладнокровия и самообладания. До Дворца культуры оставалось метров 50-60, а люди все прибывали и прибывали.

Вдруг я заметил молодого человека с левой стороны на тротуаре, который был несколько возбужден и оглядывался по сторонам, но не смотрел в нашу сторону. Во всем его виде я почувствовал какую-то опасность. Его руки были соединены под животом. Я положил руку на пистолет, который был в кобуре на поясе, и не сводил глаз с этого парня, как вдруг он развел руки, и в его правой руке я увидел гранату Ф-1. Расстояние между нами было примерно 8 метров. Первой моей мыслью было использовать пистолет. Однако если бы я промахнулся, он мог использовать свою гранату. А если бы я попал в цель, он мог выронить ее. И в обоих случаях было бы много жертв. Я знал, что такое граната Ф-1, имеющая радиус поражения в 250 метров. Ее взрыв вызывает много жертв, ее осколки наносят ужасные раны.

Первым моим вопросом было: что же делать? В один миг перед моими глазами промелькнула вся моя жизнь, старая мать, покойный отец, дети, родственники, братья и сестры. Я сказал себе: да, пришел момент проверки, момент исполнения присяги и самопожертвования, момент мужества или измены. Выбор: жизнь, ради семьи и детей, с одной стороны, или жить под гнетом позора. Мне суждено отдать жизнь, как мужчине и офицеру, который жертвует собой, оставаясь верным присяге, защищая свою родину, свой народ. Защитить президента, который является гарантом спокойствия народа и конституции страны. Да, лучше оставить о себе доброе имя, чем жить с позором. У меня больше не оставалось сомнений, я сделал свой выбор и только попросил Всевышнего не ввергать меня в позор. Это был выбор между присягой и предательством.

Неожиданно тот человек бросил гранату, она упала в метре от президента. Глава государства был в этот момент увлечен оживленной беседой с людьми и этот момент не видел. Я ударил по гранате правой ногой и, прикрыв собой президента, повалил его на землю. Раздался оглушительный взрыв, и началась стрельба. Через несколько секунд я поднял президента, положил его левую руку себе на шею и быстро повел его в сторону Дворца культуры. Четыре офицера, которые были со мной, встали вокруг нас щитом и сопровождали нас. Стало видно, что президент прихрамывает, он был ранен в ногу. В этот момент подбежал телохранитель президента Мурод и, поддерживая его с правой стороны, помог мне вести президента. Недалеко от Дворца культуры подоспел и второй телохранитель. Передав им президента, я с четырьмя офицерами образовал подобие живого щита, прикрывая идущих впереди со спины до входа во Дворец культуры. Оставив внутри здания президента на попечении телохранителей, мы вышли наружу, чтобы вместе с сотрудниками органов безопасности и других государственных структур взять под охрану вход и периметр здания. Снаружи было много раненых, просящих о помощи, было и несколько убитых. Ранения получили несколько сотрудников безопасности. Глава областного управления Министерства безопасности был тяжело ранен в ноги. Но в остальном ситуация была уже более спокойная. Я вернулся в здание, подошел к президенту и увидел, что ему прочищают кровоточащую рану. Спросил, нет ли других повреждений. Президент ответил, что нет, и, обняв меня, поблагодарил. Когда президент разнял руки, на его руках осталась кровь, и он спросил: «Ты что, ранен?» – Я ответил, что нет. Тогда президент попросил меня снять пиджак. Когда я снял костюм, с него закапала кровь, и тогда я понял, что ранен в спину. Президент дал указание, чтобы меня срочно отправили в больницу. Поблагодарив его, я ответил, что пока мы президента не переведем в другое место, я никуда не поеду.

Во Дворце культуры собралось много ветеранов труда и деятелей искусства и культуры, они ждали президента. Несмотря на то что я настаивал, что оставаться в этом здании президенту небезопасно, он не согласился. Он сказал, что его ждут люди и что он должен выйти к ним. Как ни просили коллеги, чтобы я поехал в больницу, я отказался. Таким образом, президент все же вышел к людям, которые его ждали, и беседовал с ними более получаса. После этого я проводил президента. Меня же мои сотрудники отвезли в больницу. Когда меня привезли, из-за потери крови я потерял сознание. Когда открыл глаза, то увидел, что лежу на операционном столе и все готово к операции. После операции меня отвезли к президенту, который находился в зоне отдыха Кайраккумского коврового комбината на берегу водохранилища. Президент спросил меня о моем самочувствии и спросил, как прошла операция. Я ответил, что хорошо. После президент поблагодарил меня и сказал, что это событие и эти мгновения он никогда не забудет. Я очень смутился и сказал, что любой мужчина, кто имеет честь и достоинство, поступил бы на моем месте так же. Ведь настоящее мужество проявляется не в словах, а в делах. Президент взял меня за руку и повел наружу. Там собралось много людей, в том числе актив области, министры, председатели комитетов правительства. Обратившись к ним, президент сказал: «Помните, стабильность и спокойствие граждан власть сегодня обеспечивает только благодаря самопожертвованию и мужеству вот этих ребят. Всегда цените и уважайте этих ребят». Мы вновь вошли в дом, и президент поручил врачам, чтобы они следили за моим состоянием и выздоровлением. Я поблагодарил его и сказал: «Ваше превосходительство, проблема не в этом, а в том, что вы как можно быстрее должны покинуть Худжанд и отправиться в Душанбе. Поскольку могут пойти всякие слухи, угрожающие спокойствию. Поговорив с несколькими членами правительства и сотрудниками органов безопасности, сопровождавшими президента, приняли такое решение. Президент хотел, чтобы я летел вместе с ним. Но в связи с тем, что у меня еще остались незавершенные служебные дела в Худжанде и мне нужно было вылетать на международную конференцию в Ташкент, я остался. После того как президент вылетел в Душанбе, я завершил свои служебные дела в Худжанде и вылетел в Ташкент для участия в конференции, которая проводилась под эгидой ООН. Когда я прилетел в Ташкент, мое самочувствие ухудшилось. Меня отвезли в больницу и вновь провели операцию. Вернувшись из Ташкента, я еще месяц пролежал в правительственной больнице Медгородка. За это время президент несколько раз приезжал проведать меня, чтобы поддержать и пожелать скорейшего выздоровления. Через месяц госпитализации я приступил к своим обязанностям и в то же время работал в составе Совместной правительственной комиссии, состоявшей из членов Верховного совета и членов правительства, под руководством премьер-министра Я. Азимова. Эта комиссия была призвана обеспечить условия для возвращения таджикской оппозиции.

Весь таджикский народ готовился к приему своих соотечественников, лились слезы радости. Соглашение о национальном примирении и единстве между таджиками стало еще одним доказательством величия этого многострадального народа. Настроение в стране было праздничное. Все радовались, а я даже не мог представить, какие очередные интриги, какие несчастья ждут меня с установлением мира и спокойствия в стране…

Некоторые из интриганов и карьеристов, которые – так же как в 1992 году, когда в борьбе за кресла и посты они разожгли рознь среди народа, разделили его по площадям, а потом по окопам – вновь принялись за старое грязное дело. На этот раз эта кучка карьеристов и интриганов, – которая по прошествии времени и с приходом мира и спокойствия вновь занялась политикой, – получила посты и должности и постаралась всяческими путями устранить своих соперников. Эти интриги, клевета, зависть, провокации карьеристов с помощью групповщины и местничества не имеют ничего общего с национальной гордостью и достоинством. Вообще, все мои несчастья и беды начались с того злосчастного покушения на президента в Худжанде. Но и это пройдет. Главное – это национальное единство. Если мы хотим остаться крепкой нацией и государством, мы сегодня должны сплотиться вокруг ценностей, имя которым – нация и Родина. Если мы хотим служить нации и Родине, мы, от первого до последнего, должны уважать Конституцию нашей страны. Уважение к Конституции страны – это уважение к нации и ее лидеру. В этом и проявляется верность клятве и присяге или предательство.

Сегодня Вы не жалеете, что когда-то воевали за эту власть?

Я не воевал, а как законопослушный гражданин, который любит свою Родину, отстаивал конституционный строй и независимость своей Родины.

Он был первым представителем нового режима, который появился в телевизоре и сообщил о том, что новые власти пришли всерьез и надолго. А потом он спас президента Рахмона от разрыва гранаты, и президент сказал что никогда не забудет ему этого. Но, через некоторое время Якуб Салимов оказался в изгнании, а потом в тюрьме.

О противоречивом и неоднозначном политическом пути Якуба Салимова рассказывает известный таджикский историк и журналист Нурали Давлатов.

Ньюсмейкер перестроечных времен

Звезда Якуба Салимова на политическом небосклоне зажглась осенью 1992 года на 16 сессии Верховного Совета. Именно тогда, в возрасте 34 лет, он стал министром внутренних дел, как говорили тогда, конституционной или законной власти.
Назначение Якуба Салимова министром одной из ключевых структур было смелым решением, но в тоже время, неожиданным для всего общества, потому что он не был профессиональным милиционером, и, ни одного дня не работал в этой системе.
Следует подчеркнуть, что свою головокружительную карьеру он сделал во время гражданской войны. Его путь от полевого командира Народного фронта до министра внутренних дел занял менее полгода.
До этого, вновь назначенный министр уже дважды становился героем криминальных хроник -первый раз в 1989 году, когда СМИ объявили его рэкетиром, второй раз одним из организаторов массовых погромов в феврале 1990 года.
На самом деле, Якуб Салимов в годы советской власти ни одного дня не сидел в тюрьме. Правда заключается в том, что в 1989 году он получил 2,5 года условно по статье 160 УК Таджикской ССР.
Что касается февральских событий, судя по официальным заявлениям, он не принимал участия в этих кровавых событиях, поэтому не привлекался к уголовной ответственности.
Есть еще один нюанс, о котором не следует забывать. Практически все ключевые лица законной или конституционной власти были назначены лично председателем Народного фронта Сангака Сафарова или с его одобрения.
Именно по этой причине, после назначение Якуба Салимова министром внутренних дел, за которым закрепилась слава рэкетира, возникли вопросы у общества, хотя ко времени вступления на эту должность, судимость с него была снята.

Якуб Салимов пришел в политику поневоле. До начала гражданской войны он официально занимался предпринимательством.
Когда весной 1992 года когда на двух центральных площадях города Душанбе -Озоди и Шахидон начались долгосрочные митинги, он организовал встречу на котором приняли участие более 100 человек, которые договорились, что приложат все свои усилия, чтобы не проливалась кровь.
Более того, Я. Салимов и его близкие друзья поставили палатку между Шахидон и Озоди, и заявили, что если вдруг митингующие одной площади пойдут против другой, то они пройдут через их трупы.
Вероятно, его миротворческая деятельность, каким-то силам пришлось не по душе. В результате забросали гранатами его дом. По чистой случайности никто из членов его семьи не пострадал.
Когда сторонники правительства покинули площадь Озоди, а в Душанбе образовалось Правительство национального согласия, сторонники оппозиции решили, что они победили.
По этой причине, вернувшись в свой оплот — Курган-тюбинскую область взяли в заложники председателя области А. Ахмедова в заложники, который чудом спасся бегством в Душанбе.
Духовный лидер Партии исламского возрождения мулло Абдулло (Саид Абдулло Нури) получил рабочий кабинет в здании местного хукумата, а вскоре председателем области назначил своего земляка Нурали Курбонова, бывшего секретаря ЦК комсомола республики.
В этот же период в Кулябской области начались репрессии сторонников национального движения Растохез, Демократической партии и Партии исламского возрождения, поэтому сторонники оппозиции перебрались в другие регионы.
Тем временем, полем для битвы между сторонниками оппозиции и сторонников правительства стала Курган-тюбинская область, где победители стали диктовать свои условия.
Якуб Салимов, уроженец Вахшского района, выросший в Душанбе, вернулся в конце июня 1992 года домой, где несколько дней назад, в результате чисток были убиты сотни жителей, которые не поддерживали оппозицию.
Вашхская трагедия была одной из самых жестоких и кровавых операции в истории гражданской войны. В результате этой бойни десятки тысяч покинули свои дома и стали вынужденными беженцами.
После своего возвращения Якуб Салимов возглавил отряд местной самообороны. Взял на себя роль руководителя санитарно-похоронной команды, которая хоронила разложившиеся трупы.
Проводил многочисленные переговоры с лидерами оппозиции, чтобы вернуть домой беженцев и остановить кровопролитие. Но задача оказалось сложной, так как оппозиция считала, что полная победа над сторонниками правительства не за горами.
Ситуация в области резко обострилась осенью 1992 года, когда по душанбинскому сценарию на двух центральных площадях города Курган-тюбе собрались сторонники правительства и оппозиции.
Но избежать вооруженного столкновения не удалось. Буквально за считанные дни Курган-тюбе стал мертвым городом. Оппозиция, используя тактику выжженной земли, сожгла Ургут-махаллу.
Сангак Сафаров и его сторонники стали отступать. Казалось, что вот–вот оппозиция разгромит вооруженные формирования Народного фронта. Но ситуация на фронте коренным образом изменилась 27 сентября 1992 года.
В этот день, бывший офицер Советской армии, сотрудник местного военкомата старший лейтенант М. Худойбердиев вывел танки и БТР с территории 191 полка, дислоцированного в Курган-тюбе, нанес решительный удар по вооруженным формированиям оппозиции.
А после началось триумфальное шествие Народного фронта. Вскоре были освобождены ряд других районов Курган-тюбинской области.
Ко времени созыва 16 сессии в середине ноября 1992 года Якуб Салимов был одним из самых авторитетных полевых командиров Народного фронта.

Министр поневоле

Но почему именно Якуб Салимов стал министром внутренних дел? Ведь в МВД было немало профессионалов, высокопоставленных офицеров и даже генералов. Причина была в том, что председатель Народного фронта объявил им вотум недоверия.
Предложение назначить Я. Салимова министром внутренних дел исходил лично от Сангака Сафарова. Как рассказывают очевидцы, когда лидер Народного фронта предложил ему этот пост, будущий министр категорически отказался.
Он сказал, что воевал не для того, чтобы стать министром, и показал на несколько генералов, стоящих рядом. Но С. Сафаров, повернувшись к ним, заявил: если бы они выполняли свой долг честно, то президента Набиева боевики не отправляли бы в отставку под дулом автоматов.
Председатель Народного фронта добавил, что Душанбе еще в руках оппозиции, а Народно-демократическая армия распространила заявление о том, что будет оборонять столицу, и не допустит, чтобы новая власть вошла в город.
Один из самых активных депутатов таджикского парламента Валентина Абдусамадова прямо на сессии заявила, что новая власть не долго продержится. Вот тогда многие задумались о том, что в Душанбе никто не собирается преподносить власть на блюдечке.
Поэтому, когда Салимов категорически отказался от поста министра внутренних дел, сессия приостановила свою работу более чем на сутки.

Последним аргументом, убедившим его, стали слова С. Сафаров о том, что ради погибших ребят, необходимо сделать все, чтобы довести до конца борьбу. Я. Салимов согласился с условием, что как только вооруженные формирования Народно-демократической армии будут вытеснены, он напишет заявления об уходе.

Таким образом, новый министр внутренних дел создал Батальон особого назначения, который 10 декабря 1992 года вошел в Душанбе с трех направлений, с севера, юга и востока.

Возле здания МВД отряд, возглавляемый Я. Салимов, был встречен шквальным огнем. В районе 9 км. было совершенно вооруженное нападение на колонну БОН. В результате были убиты несколько человек.

Вечером 10 декабря вдруг после криков и ссор в прямом эфире прервались передачи таджикского телевидения. Многие жители столицы еще не знали, что в город вошел БОН, который должен был обеспечить условия для приезда членов нового правительства.
Через полчаса или час на экране появился Якуб Салимов в камуфляжной форме, и заявил, что правительство, избранное на 16 сессии в Худжанде сегодня вошло в Душанбе.
В последующие дни, вооруженные формирования отступили на восток. Вопреки заявлениям новых властей, гражданская война в Таджикистане не только не закончилось, но и стала набирать обороты.

Основная тяжесть на войне легла на плечи сотрудников МВД, численность которых доходила до 27 тысяч. Министерство обороны образовалась только в феврале 1993 года, поэтому, необходимо было время для того, чтобы солдаты научились воевать.
Я. Салимов ушел в отставку в августе 1995 года, но к этому времени он написал 3 заявление об отставке.

Но вскоре, в начале 1996 года тучи стали сгущаться над его головой. Когда полковник М. Худойбердиев поднял мятеж, стали распространяться слухи о том, что Я. Салимов, к тому времени назначенный послом в Турции, тайно поддерживает мятежников.

Узнав о слухах, бывший министр МВД выступил на чрезвычайной сессии парламента, заявив, что он выступает против военного переворота.
— Я бывший министр внутренних дел, встаньте и скажите, какие преступления я совершал, или что воровал?, — задался вопросом Салимов.

Условия экстрадиции

В начале 1997 года Я. Салимов стал председателем Таможенного комитета. В апреле того же года, он спас президента Рахмона, когда на главу государства было совершенно покушение в Худжанде.

Я. Салимов прикрыл своим телом президента, когда были брошены одна за другой две гранаты. В тот же день Рахмон, обращаясь по телевидению к соотечественникам, заявил: «Вы должны помнить, кто спас вашего президента, это всегда будут помнить мои дети и дети моих детей!»

Накануне подписания Договора о мире Я. Салимов, оказался чуть ли не единственным бывшим полевым командиром, который согласился быть вместе с президентом во время этой церемонии.

Но в августе 1997 года полковник Худойбердиев в очередной раз поднял мятеж.
В эти дни дом Я. Салимова был атакован с трех сторон правительственными силами и танками 201 дивизии. Председатель Таможенного комитета в срочном порядке покинул Таджикистан.

В ноябре 1998 года, когда М. Худойбердиев ворвался в Согдийскую область, командир Президентской гвардии, генерал Г. Мирзоев, выступая на чрезвычайной сессии парламента, заявил, что Я. Салимов тоже входил в число заговорщиков.

Это заявление опроверг министр безопасности С. Зухуров.

21 июня во время проверки документов на пункте ГАИ на Ленинградском проспекте Якуб Салимов был арестован и помещен в «Лефортово». До этого времени бывший министр проживал в Арабских эмиратах и Турции.

Между тем, в Таджикистане ходили слухи, что если бывшего министра экстрадируют, на родине он выйдет на свободу по амнистии.
Вероятно, по этой причине он неоднократно обращается к президенту РФ В. Путину и Генеральному прокурору РФ В. Устинову, и просит его экстрадировать в Таджикистан.
Вот выдержки из двух обращений: первое адресовано Путину второе Устинову.

«Уважаемый Владимир Владимирович! В июне сего 2003 года мной было направлено Вам прошение о предоставлении политического убежища, на которое мне было отказано на основании Минской конвенции.
К настоящему времени я уже четвертый месяц нахожусь под стражей, хотя все сроки Минской конвенции и Европейской конвенции о выдаче 1957 года истекли, и вопрос, связанный с моей экстрадиции не решается. Необоснованная задержка моего вопрос об экстрадиции отрицательно сказывается на моей семье.
Убедительно Вас прошу принять личное участие в решении скорейшего разрешения моего вопроса об экстрадиции.

На неоднократные мои заявления и жалобы, как в органы Генеральной Прокуратуры, так и в судебные органы РФ остались без конкретного решения. В связи с этим я обращаюсь к Вам как главе государства РФ и принять все вышеописанное, как просьбу о помощи в разрешении этого вопроса».
«Я был задержан по запросу Генпрокуратуры РТ для дальнейшей экстрадиции 21 июня 2003 года, и был помещен под стражу в СИ ФСБ РФ, где и содержусь по сей день. Однако все сроки, установленные международными правовыми актами, истекли.
На мой запрос в Генпрокуратуру о правомерности столь длительного содержания под стражей ответов и разъяснений я не получил. Я содержусь под арестом в СИ ФСБ в полной неясности о своей судьбе и судьбе своей семьи.
В связи с этим я прошу вас разъяснить мне законность моего пребывания под стражей сверх установленных законом сроков, и решить вопрос в пределах вашей компетенции о моей экстрадиции или моего освобождения из- под стражи».
Накануне экстрадиции бывшего министра, в Генпрокуратуре Таджикистана российскому агентству «Интерфакс» сообщили, что соглашение между Москвой и Душанбе о выдаче Я.Салимова достигнуто в ходе переговоров, длившихся полгода — с лета 2003 года.
— Россия выдала Салимова под гарантии неприменения в отношении него смертной казни, — сообщал Интерфакс.

Таким образом, таджикская генпрокуратура гарантировала, что к высшей мере Я. Салимова не приговорят. Тем более, с мая 2004 года в Таджикистане был введен мораторий не только на исполнение, но и на вынесение смертных приговоров.

Спустя несколько лет, уже находясь в СИЗО в Таджикистане, в одном из своих интервью «АП» Я. Салимов говорит, что в Лефортово его предупреждали не торопиться с возвращением, так как по инкриминированным статьям ему грозит смертная казнь.
В конце февраля 2004 года бывшего министра экстрадировали в Таджикистан и поместили в СИЗО.

От звонка до звонка

Ряд видных представителей таджикской интеллигенции, в том числе Фозил Тахиров, член-корреспондент Академии Наук РТ, Далер Пачаджанов, академик
Сохиб Табаров член- корреспондент Академии Наук РТ обратились к президенту Рахмону, в котором, в частности говорилось:

“Мы обращаемся к Вам, дорогой Эмомали Шарипович, зная Ваши исключительно добрые человеческие качества — гуманность, принципиальность, терпимость, благожелательность, незлопамятность, которые украшают Вас как человека и Президента Республики Таджикистан, общепризнанного народного лидера.
Мы убеждены в том, что Вы проявите мудрость и справедливость в отношении Салимова Я.К”.

Далее в Обращении отмечалось, что в самое трудное для республики время, Салимов Я.К. учредил Благотворительный фонд «Бактрия». который оказал необходимую помощь 300 представителям творческой интеллигенции, работникам науки, здравоохранения, а также детям- инвалидам и сиротам, и другим слоям населения.
26 апреля 2004 года информационное агентство «Авеста» опубликовало открытое письмо на имя президента страны Э. Рахмонова от родственников и сторонников экс-министра МВД РТ Якуба Салимова.

В письме, которое подписало более 1600 человек, говорилось: «Мы не можем быть в стороне вокруг споров и дискуссий о сыне таджикского народа – Якубе Салимове, который всегда как в своих действиях, так и в своих словах поддерживал и выражал вам уважение Эмомали Шарипович.

Долгие годы, во время восстановления мира и безопасности в Таджикистане он был и остается вашим соратником и другом, и с кем бы не встречался на разных уровнях, описывал вас как единственного человека, который может принести Таджикистану единство, мир и благополучие».

Авторы открытого письма уверенно заявляли, что все предъявленные обвинения экс-министру МВД являются безосновательными.
«Мы, граждане различных регионов Таджикистана от своего имени, а также от имени большинства народа, который уполномочил нас обратиться к вам, чтобы вы приложите свои усилия в плане справедливого решения указанного дела»,- отмечалось в письме.
Вопреки ожиданиям, 24 апреля 2005 года Якуб Салимов был приговорен к 15 годам лишения свободы с отбыванием срока в колонии строгого режима. Верховный суд Таджикистана признал его виновным в измене родине в виде сговора с целью захвата власти, бандитизме, злоупотреблении служебным положением. Также решением Верховного суда Таджикистана Я Салимов был лишен всех воинских званий и государственных наград.

Отбывая 13 летнее наказание в СИЗО, один из самых влиятельных министров конституционной власти в первой половине 90-х годов вышел на свободу в июне 2016 года. В своем первом интервью информационному агентству «Озодагон» Я. Салимов заявил:

«Я был в курсе происходящих событий. Во время заключения у меня был доступ к прессе. Я даже знал из СМИ о том, что ваш сайт блокируют», — отметил он.
Бывший министр также сказал, что пока у него нет планов, чем заняться: «Только вышел на свободу, и план таков, чтобы с семьей, супругой и детьми счастливо жить. Других определенных планов нет».

Таким он был, когда привёл к власти Э. Рахмона в начале 1990-х

Ну и как водится. революция (или сатрап, дорвавшйся до власти — каждый поймёт как сочтёт нужным) пожирает своих детей.

Бывший министр внутренних дел, экс-посол Таджикистана в Турции, один из командиров Народного Фронта, приведшего к власти президента страны Эмомали Рахмона, Якуб Салимов утром во вторник вышел на свободу после 13 лет в заключении.

Экс-глава МВД республики был задержан в Москве в июне 2003 года .

24 февраля 2004 года он был передан на родину по запросу генпрокуратуры Таджикистана . До экстрадиции бывший министр содержался в следственном изоляторе «Лефортово». Экстрадиция Салимова состоялась только после получения российской стороной гарантий от Таджикистана не применять в его отношении смертную казнь.

В апреле 2004 года Салимов был осужден Верховным суд Таджикистана на 15 лет лишения свободы по обвинению в измене родине , незаконном хранении оружия и злоупотреблении служебным положением. Срок заключения дважды сокращали в связи с амнистией.

Во время гражданской войны 1992-1993 годов Салимов был командиром одного из отрядов Народного фронта.

В декабре 1993 года на 16-й сессии Верховного совета республики он был назначен министром внутренних дел Таджикистана.

В 1995 году Салимова освободили от занимаемой должности и направили послом в Турцию, где он проработал более года.

После возвращения в Душанбе и до 1997 года он работал председателем Таможенного комитета страны.

Вскоре после этого назначения он вместе с рядом таджикских военных участвовал в попытке мятежа, а после его провала скрылся.

свежая фота стырена с инета

Биография Якуба Салимова:

Таджикский полевой командир, лидер Народно-республиканской партии

(НРП), бывший министр внутренних дел Таджикистана

Якуб Салимов родился в 1956 году, таджик.

Имел две судимости по уголовным статьям.

В 1985 похитил двух девушек с целью выкупа, за что был арестован в кафе «Пингвин» в Душанбе. Был осужден, но не досидел.

Входил в оппозиционный Фронт спасения Отечества, но затем примкнул в 1992 году к прокоммунистическому Народному фронту Таджикистана (НФТ), стал одним из полевых командиров НФТ.

О оргпреступности в Таджикистане:

Организованная преступность в Таджикистане имеет долгую историю и свои региональные особенности (большое влияние на формирование этого явления оказала клановая структура таджикского общества). Близость такой традиционно неспокойной страны, как Афганистан, и сложная экономическая ситуация, которую в значительной мере усугубила Гражданская война 1992-1997 годов, стали той питательной средой, в которой расцвела организованная преступность Таджикистана.

В результате гражданской войны произошёл фактический распад Таджикистана на этнокультурные области, населенные субэтническими группами таджиков, а также памирскими народами.

Не искорененные и после перемирия 1997 года бедность, насилие и всепроникающая коррупция привели к демографическим и этническим изменениям, а именно — породили волну беженцев, в том числе исход русскоязычного населения, и большой поток людей, устремившихся на заработки в Россию и в меньшей степени в Казахстан.

Регионализм и сегодня представляется одним из важнейших факторов, определяющих как развитие республики в целом, так и структуру организованной преступности Таджикистана в частности.

На местах власть почти повсеместно перешла к коррумпированным чиновникам, влиятельным коммерсантам и местным главарям криминальных группировок (нередко все эти ипостаси объединены в одной персоне).

Для защиты своих прав население обращается к «своим» криминальным лидерам, территориальным и родовым мужским объединениям, не доверяя эту функцию государственному аппарату.

Наркотики настолько вошли в повседневную жизнь граждан страны, что в некоторых отдалённых районах ими нередко рассчитываются при приобретении домов, автомобилей или скота.

Начало 90-х и Гражданская война

В ноябре 1991 года победу на президентских выборах одержал ленинабадец Рахмон Набиев, ранее занимавший посты председателя Совета Министров Таджикистана (1973-1982) и первого секретаря ЦК Компартии Таджикской ССР (1982-1985).

Однако набиравшая вес оппозиция в лице «демократических» и исламских сил перешла к противостоянию с центральной властью (лидерами исламистов выступали глава Духовного управления мусульман Таджикистана Ходжи Акбар Тураджонзода и бывший лидер молодёжной организации исламистов-радикалов «Нахзати исломи» Саид Абдулло Нури, а председателем Демократической партии Таджикистана стал Шодмон Юсуф).

К марту 1992 года кризис во взаимоотношениях власти и оппозиции назрел. По команде Набиева 6 марта был арестован видный демократ, председатель Душанбинского горисполкома, депутат Верховного и городского советов Максуд Икрамов (он лоббировал интересы пенджикентской группы, контролировал приватизацию в столице, крупный «Экспресс-банк», торговые связи с Ираном и продажу автомобилей).

11 марта Душанбинский городской суд приговорил одного из руководителей оппозиционного движения «Растохез» Мирбобо Миррахимова к двухлетнему тюремному заключению за «клевету» (этими действиями Набиев фактически разорвал перемирие, подписанное с силами оппозиции осенью 1991 года).

Последней каплей стала прямая трансляция 25 марта по республиканскому телевидению заседания Президиума ВС Таджикистана, на котором председатель Верховного Совета Кенджаев в крайне оскорбительной форме обвинил министра внутренних дел Мамадаёза Навжуванова, памирца по происхождению, в превышении полномочий, а тот, в свою очередь, обвинил Кенджаева в дискриминации горцев.

Уже утром 26 марта на площади Шохидон перед резиденцией Набиева собрались около 500 человек, преимущественно выходцев с Памира. В течение нескольких последующих дней их число непрерывно росло, в ряды митингующих вливались группы из других районов Таджикистана.

1 апреля 1992 года так называемый «Общественный комитет по защите конституционного строя» объявил альтернативный проправительственный митинг на площади Озоди (его активно финансировали «красные директора» предприятий Ленинабадской области), однако после окончания месяца Рамадана 4 апреля на площадь Шохидон прибыли свыше 50 тыс. человек из сельской местности восточного Таджикистана.

К 21 апреля 1992 года оппозиция взяла в качестве заложников около 20-и человек, среди которых оказались 16 депутатов Верховного Совета и 2-а заместителя премьер-министра. 22 апреля было объявлено об отставке Кенджаева с поста спикера парламента, но уже 24 апреля указом президента он был назначен председателем Комитета нацбезопастности (КНБ). В Кулябской области начались гонения на членов оппозиционного лагеря, санкционированные имамом Кулябской мечети муллой Хайдаром Шарифовым (т. н. «красным муллой»).

Исламисты и «демократы», обоснованно опасаясь за свою жизнь, начали массово покидать пределы области. 29 апреля к двум митингам в Душанбе, на площадях Шохидон и Озоди, добавился третий — на площади Садриддина Айни, организованный так называемой «душанбинской молодёжью», в состав которой входили члены тринадцати молодёжных мафиозных группировок.

Таким образом криминальные структуры практически открыто вышли на политическую арену. На «молодёжном» митинге было принято требование к Набиеву, от которого ожидали мер, направленных на разрешение конфликта. Однако сессия ВС вновь назначила Кенджаева спикером парламента, вслед за чем президент предпринял попытку подавить оппозицию силой.

1 мая он объявил призыв в Национальную гвардию, издал приказ о формировании отдельного батальона в бригаде особого назначения и приказал раздать участникам проправительственного митинга около 2 тыс. автоматов.

5 мая 1992 года указом президента Набиева было объявлено чрезвычайное положение, предусматривавшее запрет всех политических партий и митингов, и введен комендантский час в столице. Президентская гвардия предприняла попытку разогнать пикеты, препятствовавшие проезду в Душанбе сторонников правительства из Куляба, в результате чего появились убитые и раненые.

В ответ оппозиция заняла аэропорт, железнодорожный вокзал и президентский дворец, захватив трофеи: 200 автоматов и 3-и бронетранспортёра.

В жилых микрорайонах началось формирование отрядов самообороны.

10 мая митинговавших на площади Шохидон призвали идти к зданию КНБ, где якобы скрывается президент, и потребовать от него встречи с народом. Колонна митингующих под защитой БТР и с оружием двинулась к зданию КНБ, но при подходе была остановлена плотным огнём (около 8 человек были убиты и 14 ранены).

Оппозиция вернулась на площадь Шохидон, однако в нужный момент спровоцированный бой сплотил её. После переговоров между властями и мятежниками, закончившихся формированием Правительства национального примирения, в котором оппозиция получила треть постов, воодушевленные победой участники митинга с площади Шохидон разъехались в родные кишлаки, а центр тяжести противостояния переместился в сельскую местность и приобрел чисто военный характер.

Но провокационные заявления «демократа» Шодмона Юсуфа привели к тому, что отъезд славянского населения принял небывалые размеры: лишь до конца мая 1992 года из Таджикистана, опасаясь за свою жизнь, бежали 20 тыс. русскоязычных жителей. Под прикрытием революционных событий криминальные элементы убивали сотрудников милиции, захватывали оружие, уничтожали милицейские архивы и картотеки.

Также в мае 1992 года исламисты под руководством одного из руководителей Партии исламского возрождения Таджикистана в Ленинабадской области Курайшихона Ибрагимова попытались установить контроль над городом Ходжент, но потерпели поражение и были вынуждены скрываться от гнева толпы в мечетях. Сессия Ленинабадского облсовета приняла постановление о переходе всех предприятий и совхозов области под его юрисдикцию, что лишь усилило рост сепаратистских настроений на более богатом севере республики.

Таджикский алюминиевый завод

В Кулябе и Курган-Тюбе участились стычки между вооруженными отрядами сторонников президента Рахмона Набиева и исламистами. Вовлечение семейно-клановых групп в гражданскую войну послужило взрывным механизмом для ещё одного традиционного метода регулирования межродовых отношений — обычая кровной мести.

Гибель части родственников вынуждала оставшихся с оружием в руках выступать на стороне одной из двух противоборствующих сторон. На южной границе начались регулярные и все более масштабные попытки перехода таджико-афганской границы с целью приобретения оружия. Нередко обратно с исламистами возвращались и афганские инструкторы (по самым скромным подсчетам, летом и осенью 1992 года на территории Таджикистана действовали 500-600 афганских моджахедов, в основном из формирований этнических таджиков Бурхануддина Раббани и Ахмад Шаха Масуда).

К лету 1992 года важную роль начал играть кулябский клан, во главе которого неофициально стоял вор в законе Сангак Сафаров (Бобо Сангак). Он родился в 1928 году в городке Дангара неподалеку от Куляба, свой первый срок получил в 1951 году за угон автомобиля, в 1964 году был осужден за убийство чеченца. В местах заключения, где Сангак провел в общей сложности 23 года, его «короновали», сделав тем самым одним из первых таджикских воров в законе (Сафаров слыл злостным нарушителем порядка, и даже поднял бунт среди заключенных исправительно-трудовой колонии Советского района Кулябской области, за что был осужден ещё на 6 лет лишения свободы).

Сангак «Бобо» Сафаров, лидер Народно фронта Таджикистана, выиграл войну для нынешних вождей (рядом стоит его младший брат Хусейн)

На Сафарова замыкались другие кулябские полевые командиры — Курбон Зардоков (прежде был директором Кулябского дома культуры), Рустам Абдурахимов, погибший во время попытки Кенджаева захватить Душанбе (бывший заведующий отделом культуры Кулябского облисполкома), Салим Саидов (бывший заведующий отделом науки и учебных заведений Кулябского обкома Компартии Таджикистана), Лангари Лангариев (старший лейтенант, работавший в системе МВД Кулябской области), Файзали Саидов, известный по прозвищу Палач (работал на мебельном комбинате Курган-Тюбе). Летом 1992 года не без участия людей Сафарова были вырезаны многие родственники первого заместителя председателя Партии исламского возрождения Давлята Усмона, проживавшие в Курган-Тюбинской области. Также Сафаров лоббировал проведение в Таджикистане масштабной амнистии, после которой многие освободившиеся из тюрем уголовники пополнили его вооруженные формирования.

Памирские горцы 1990

Сторонники Бобо Сангака устроили вооружённое выступление в родном Кулябе, а с 28 июня 1992 года начались полномасштабные столкновения между отрядами исламистов и силами кулябцев, называвших себя «красными». В конце июля на встрече в Хороге были выработаны условия перемирия между противоборствующими сторонами и объявлено о прекращении огня на всей территории Таджикистана, но Сангак Сафаров и Шодмон Юсуф отказались сложить оружие.

Из Кулябской и Курган-Тюбинской областей усилился поток беженцев, в том числе узбеков, татар и русских. 24 августа 1992 года исламисты убили влиятельного ленинабадца, генерального прокурора Таджикистана Нарулло Хувайдуллоева (во время его похорон возникли стихийные митинги протеста, на которых молодёжь требовала сжечь мечети).

Генеральный прокурор Таджикистана Нарулло Хувайдуллоев (убит в 1990)

31 августа группа молодых людей из организации «Молодёжь города Душанбе» вместе с беженцами из Курган-Тюбинской и Кулябской областей, спасшимися от террора людей Сафарова, блокировали выходы из президентского дворца и потребовали встречи с президентом, который успел укрыться в расположении 201-й дивизии. Захватившая резиденцию «молодёжь» из числа членов душанбинских группировок стала брать заложников, в основном выходцев из Ленинабадской и Кулябской областей (в ответ на эти события в Ленинабадской области было объявлено о создании «Национальной гвардии» численностью в 2 тыс. человек).

На начало сентября 1992 года пришёлся пик агонии Набиева, потерявшего поддержку не только Кабинета министров и парламента, но и родного ленинабадского клана, который в целях сохранения своих позиций готов был пожертвовать одиозным президентом и произвести смену политических фигур. В Курган-Тюбе, находившемся в руках кулябцев, во время выступления Сангака Сафарова перед зданием облисполкома вооруженные отряды исламистов и «демократов» взяли митингующих в кольцо и открыли огонь. После того, как при поддержке бронетехники они захватили город, в Курган-Тюбе началась резня, в том числе и в окраинном посёлке Ургут, где жили узбеки — выходцы из-под Самарканда (тысячи людей хлынули под защиту 191-го полка в соседний посёлок им. Ломоносова, и через несколько дней их удалось вывезти в Куляб).

Одновременно ожесточенные бои между исламистами и кулябцами шли по всей Вахшской долине (на стороне исламистов воевали наёмники с Кавказа и Афганистана, а также инструкторы-арабы, на стороне кулябцев — значительное количество уголовных элементов, выпущенных из тюрем Куляба и Курган-Тюбе). За голову командира 201-й дивизии генерала Мухридина Ашурова, якобы помогавшего кулябцам, была объявлена крупная награда.

фото генерала Мухридина Ашурова (стырено с гугла, который все чистит и удаляет!)

7 сентября 1992 года в аэропорту Душанбе Набиев пытался вылететь в Худжанд, но был остановлен толпой, состоящей в основном из криминальных элементов, и вскоре подписал заявление об отставке. Власть в стране перешла к исламистам и «демократам» из Горного Бадахшана и Гарма (некоторые отряды исламистов в районе Турсунзаде финансировал даже ленинабадец Махкамов, мстивший таким образом за своё смещение в 1991 году). В свою очередь на основе кулябско-гиссарской коалиции, которую поддержали северяне-ходжентцы, был создан Народный фронт Таджикистана, провозгласивший своей целью восстановление «конституционного порядка».

Боевые отряды фронта фактически возглавил вор в законе Сафаров, попытавшийся из района Нурекской ГЭС развить наступление на Душанбе (в Курган-Тюбе во главе кулябских отрядов стоял полевой командир Лангари Лангариев).

Противостояли «залётным» простые срочники — пограничники 12 заставы.

Результаты гражданской войны

В том же сентябре 1992 года исполняющим обязанности премьер-министра был назначен глава государственного хлебного концерна «Нон» Абдумалик Абдулладжанов, что символизировало возвращение ходжентцев во власть.

25 сентября исламисты совершили нападение на посёлок им. Ломоносова в пригороде Курган-Тюбе и, оттеснив офицеров 191-го полка, устроили резню среди беженцев. Во время их наступления командир спецгруппы 201-й мотострелковой дивизии Махмуд Худойбердыев самовольно вывел из парка танки и направил их на помощь сторонникам Сангака Сафарова, что переломило ситуацию и позволило 27 сентября отрядам Лангариева захватить Курган-Тюбе.

В Душанбе также продолжался уголовный беспредел, массово грабились склады, угонялись автомобили. К октябрю 1992 года потери с обеих сторон составили 15-20 тыс. убитыми и несколько десятков тысяч ранеными (преимущественно мирных жителей), сотни тысяч жителей стали беженцами: с юга страны уехали практически все выходцы из Узбекистана и Северного Таджикистана; кроме того, из республики выехали около 90 тыс. так называемых русскоязычных жителей (русских, украинцев, немцев, татар, евреев и других). Промышленность была практически парализована, а сельское хозяйство значительно разрушено.

«Демократы» и движение «Растохез», блокировавшиеся с Партией исламского возрождения, потеряли свой авторитет в народе и практически распались. Был дискредитирован и глава Духовного управления мусульман Таджикистана Тураджонзода, казият лишился значительной части приверженцев, а в ряде мест, оказавшихся под контролем противников исламистов, деятельность духовенства фактически прекратилась.

Национальное самосознание таджиков отошло на второй план, вытесненное региональным самосознанием, зато существенно сплотились памирские народы.

В октябре 1992 года в Душанбе вторглись отряды Кенджаева, но силы исламско-демократической коалиции смогли отбить эту атаку, в чём решающую роль сыграли вооруженные формирования из района Шахмансур (после изгнания Кенджаева «молодёжь» из Шахмансура устроила в районе Водянка «разборку»: сожгла дом Рауфа Салиева и убила нескольких мафиози, в том числе одного из авторитетов по кличке Шер; Рауф Салиев и Якуб Салимов, поддержавшие Кенджаева, были вынуждены бежать из города). В начале ноября 1992 года земляк Сафарова Эмомали Рахмонов, бывший до этого простым директором совхоза, при поддержке Народного фронта был избран председателем исполкома Кулябского облсовета.

В это же время сторонники Сафарова казнили на центральной площади Курган-Тюбе председателя местного облисполкома Кадриддина Аслонова, повесив его на памятнике Ленину (в 1990-1991 этот выходец из Гарма был председателем Верховного Совета Таджикистана, в сентябре 1991 года стал и. о. президента страны).

Аслонов был последним председателем ВС Таджикской ССР

Памятник Ленину с «длинной рукой»

На ней и был повешен свергнутый председатель Верховного Совета Таджикистана, Аслонов, который в сентябре 1991 года стал и. о. президента страны.

Карта страны Таджикистан

С 16 ноября по 2 декабря 1992 года в пригороде Худжанда прошла «примирительная» сессия Верховного Совета Таджикистана, которая приняла отставку Набиева и избрала кулябца Рахмонова своим председателем (также решением сессии из тюрьмы был освобожден и возвращен на пост мэра Душанбе Максуд Икрамов, которому летом 1993 года пришлось бежать в Москву). Выбранный на сессии состав правительства отразил и новую расстановку сил, и тот факт, что к власти пришли мафиозные структуры. Договорившиеся между собой ходжентский и кулябский кланы при негласной поддержке со стороны Узбекистана, России и, частично, Киргизии доукомплектовали и перевооружили силы Народного фронта, основной боевой контингент которого составили узбеки (как из Таджикистана, так и из соседней республики), а также таджики-кулябцы. 6 декабря формирования фронта атаковали Душанбе и спустя четыре дня в город с боями вошли отряды Сафарали Кенджаева и Якуба Салимова, вместе с которыми прибыл Эмомали Рахмонов и члены его правительства. В Душанбе началось истребление каратегинцев и памирцев, а также местных исламистов (например, почти полностью были вырезаны жители Казихона, Испечака и Овула каратегинского происхождения, убиты десятки сотрудников милиции и КНБ из числа горцев). Уцелевшие отряды «демократов» и исламистов были вытеснены на восток страны, где ранее судимый за хранение наркотиков выходец из Гарма Саид Абдулло Нури на базе Партии исламского возрождения создал Объединённую таджикскую оппозицию (вскоре Нури эмигрировал в афганский Талукан, откуда и руководил исламистами). Один из лидеров «молодёжи» Душанбе Джумахон Буйдоков, возглавлявший Народно-демократическую армию (НДА), которая опиралась на душанбинские квартальные военизированные формирования, хотя и враждовал с Сангаком Сафаровым, не стал оказывать сопротивление отрядам Народного фронта и спокойно пропустил их в Душанбе (позже отряды НДА оказались в Ромитском ущелье Вахдатского района — одной из опорных баз сил исламско-демократической оппозиции, где упорно сопротивлялись силам Народного фронта). После того как Душанбе был занят Народным фронтом, Якуб Салимов получил пост министра внутренних дел Таджикистана, а Рауф Салиев — начальника республиканского ГАИ.

В январе-феврале 1993 года были арестованы практически все деятели оппозиционных партий и движений в Ленинабадской области, в том числе и занимавшие умеренные позиции (например, в конце января 1993 года был арестован один из руководителей исламско-демократической оппозиции на севере страны, председатель Матчинской районной организации Демократической партии Таджикистана Саидшо Акрамов, чей сейидский род происходил от наместников бухарского эмира). В этот же период основные боевые действия переместились на восток от столицы, в Каратегин (от Ромита до Гарма) и Дарваз (в район Тавильдары). В этих операциях активно участвовала узбекистанская авиация, а на пост министра обороны Таджикистана был назначен полковник Александр Шишлянников, до этого служивший в Минобороны Узбекистана.

22 февраля группа боевиков Народного фронта численностью 119 человек на вертолетах вылетела в Гарм — столицу Каратегина, где была полностью уничтожена оппозиционерами. Продолжались массовые этнические чистки в Гиссаре, особенно в приграничных с Узбекистаном селах.

В конце марта 1993 года Сангак Сафаров и его бывший сподвижник, полевой командир и лидер узбеков-локайцев Файзали Зарипов (Саидов) погибли при загадочных обстоятельствах в Бохтарском районе, южнее города Курган-Тюбе (по одной из версий, в результате ссоры и вспыхнувшей за ней перестрелки, по другой — из-за того, что присутствие Сафарова в политике стало тяготить его же протеже, особенно после вооруженного подавления основных сил оппозиции). На похоронах Бобо Сангака присутствовали председатель Верховного Совета Эмомали Рахмонов и премьер-министр страны Абдумалик Абдулладжанов. После смерти Сафарова основные рычаги власти оказались у Рахмонова и близких к нему земляков-кулябцев, которые постепенно оттеснили от финансовых потоков бывших союзников из числа ленинабадцев и узбеков.

С начала апреля 1993 года началось проникновение в южные регионы боевых групп с территории Афганистана, где в восьми лагерях сосредоточились свыше 100 тыс. таджикских беженцев. Первое нападение было совершено отрядом муллы Абдурахима, уроженца Куляба и давнего соперника официального главы областного управления мусульман Хайдара Шарифова. В конце апреля через границу прорвался новый крупный отряд оппозиции, а отряд Абдурахима занял значительную часть Шуроабадского района Кулябской области. В конце июня 1993 года в течение нескольких дней продолжались ожесточенные бои в районе Рогуна (в них принимала участие бронетехника 201-й дивизии, которой противостоял отряд полевого командира Ризвона).

Таджикско-Афганская граница на реке Пяндж

В ночь с 12 на 13 июля 1993 года отряд боевиков численностью более 200 человек прорвался на территорию Таджикистана в районе 12-й заставы Московского погранотряда. В результате ожесточенного боя погибли 22 пограничника, а также несколько военнослужащих 201-й дивизии и сотрудников КНБ Таджикистана. Операцию спланировал командир 55-й афганской пехотной дивизии Кази Кабир, а непосредственное руководство боевиками осуществлял полевой командир афганских моджахедов Кори Хамидулло (в прорыве участвовали также боевики Шодмона Юсуфа и никому тогда неизвестного Хаттаба).

Обострились боевые действия в районе Тавильдары, где правительственным войскам противостоял отряд Абдулгафура, оппозиционные силы контролировали также Рогун и Обигарм. Дорога из Душанбе в долину Каратегина была блокирована отрядами Нозима и Исмата.

Начиная с конца июля 1993 года активизировалась деятельность правительственных сил на памирском направлении, преимущественно в районе Тавильдары (здесь борьба развернулась за шоссе, ведущее через перевал Хабуработ в Хорог, что мотивировалось необходимостью подвоза продуктов в Бадахшан). Одновременно продолжалось практически непрерывное давление на российских пограничников со стороны отрядов оппозиции, базировавшихся на территории Афганистана (кроме оружия и боеприпасов они массово переправляли через Пяндж и наркотики), а также развернулась партизанская война в окрестностях Душанбе.

3 августа 1993 года правительственные войска при поддержке авиации предприняли массированную атаку на силы бадахшанцев и отряды оппозиции, в результате которой были разгромлены несколько селений Припамирья по берегу Пянджа и погибли десятки мирных жителей. 6 августа бомбардировка селений продолжилась, и вскоре правительственные войска закрепились в Дарвазском районе.

Сангак «Бобо» Сафаров, лидер Народно фронта Таджикистана (справа от него его младший брат Хусейн, еще один родич идет сзади)

В этот же день в Гарме произошло вооруженное столкновение между каратегинцами и узбеками, проходившими службу в правительственных войсках Таджикистана и попытавшимися изнасиловать местных женщин (были убиты восемь узбеков и местный таджик, несколько бойцов Народного фронта получили ранения). Узбеки вызвали подмогу из Турсунзадевского района, подоспевшую 8 августа, и в результате ожесточенных перестрелок, в которых гармцы объединились против узбеков с кулябцами, погибло более сорока боевиков.

В конце августа 1993 года под предлогом защиты территории Ленинабадской области от вооруженных исламистов по решению местных властей были взорваны два моста через реки Ягноб и Зеравшан на трассе, соединяющей Душанбе с Ходжентом через Гиссарский, Зеравшанский и Туркестанский хребты (операцией по взрыву руководили лично начальник областного управления КНБ Эргали Курбанов, военком и один из заместителей председателя Ленинабадского облисполкома). Тем самым процесс реального отделения Ленинабадской области от юга Таджикистана продолжал углубляться.

фото лета 1991 года, имена не помню — просто иллюстрация:)

К осени 1993 года за пределами Таджикистана скопилось почти 780 тыс. беженцев, в том числе в России — около 145 тыс. человек, в Узбекистане, Кыргызстане и Афганистане — 634 тыс. В начале сентября бывший спикер парламента Таджикистана Кенджаев выступил против засилья во власти своих бывших союзников-кулябцев, и особенно против самовольного захвата ими квартир в Душанбе. Обострившаяся в Таджикистане борьба внутри правящей коалиции завершилась в конце года победой кулябцев, для которых это была последняя возможность сохранить единую государственность на всей территории Таджикистана при явных попытках ходжентцев или вернуть свои руководящие позиции в стране, или заявить о своей не только экономической, но и политической самостоятельности. Сессия Ленинабадского облсовета, на которой Абдуджалил Хамидов предполагал поставить вопрос о восстановлении в республике поста президента и объявлении Ленинабадской области свободной экономической зоной, закончилась полным провалом. Кулябцы, мгновенно отреагировав на ситуацию, высадили в Ходженте вооруженный десант и силой заставили ходжентцев отказаться от своих сепаратистских намерений и принять участие в работе Верховного Совета Таджикистана в Душанбе. В результате этих событий был вынужден уйти в отставку премьер-министр Таджикистана Абдумалик Абдулладжанов, на смену которому пришёл другой ходжентец — Абдужалил Самадов. Таким образом, назревавший кризис был приостановлен сохранением сложившегося в конце 1992 года статуса-кво в распределении рычагов власти.

В январе-феврале 1994 года существенно обострилась обстановка в Душанбе, где нередко возникали перестрелки между враждующими кланами и группировками. Кроме того, в городе было совершено покушение на нового генерального прокурора республики Маманазара Салихова, который своими требованиями разоружаться «перешел дорогу» как мафиозным структурам, так и бывшим отрядам Народного фронта, особенно из западных Турсунзадевского, Гиссарского и Шахринавского районов. Салихов объявил эти «отряды самообороны» вне закона, на что лидер одного из них, председатель Турсунзадевского райисполкома Ибод Бойматов заявил, что его группа, составлявшая в своё время одно из подразделений Народного фронта, получила оружие не от властей и не намерена его сдавать.

О криминальном беспределе в республике говорит и тот факт, что с начала кровавых событий были убиты более тысячи работников правоохранительных органов, а свыше 2,5 тыс. из них покинули республику. Продолжались обстрелы, в том числе тяжелой артиллерией и реактивными снарядами, постов пограничников; крупные столкновения происходили даже между проправительственными отрядами. Внутри этих сил начались разногласия не только на региональной, но и на межэтнической основе (например, 19 февраля недалеко от Душанбе вспыхнули яростные перестрелки между милиционерами-кулябцами и узбеками-локайцами, а в Джиликульском районе — между узбеками-кунградами и выходцами из Кулябской области).

К весне 1994 года расстановка сил в стране была таковой: Коллективным миротворческим силам СНГ (25 тыс. человек) и МВД Таджикистана (20 тыс.) противостояло вооруженное подполье в Душанбе (4,5 тыс. бойцов), бывшей Кулябской области (около 2 тыс.), Курган-Тюбе (3,5 тыс.) и Горном Бадахшане (7 тыс.).

Карта разделения Таджикистана между организованными преступными группировками (1991-1993)

В ночь с 10 на 11 марта 1994 года у себя дома был убит вице-премьер Моеншо Назаршоев — памирец по происхождению, который вскоре должен был возглавить правительственную делегацию на намеченных в Москве переговорах с оппозицией. В июле 1994 года, не добившись результатов на очередных переговорах с властями, оппозиция развернула широкомасштабные боевые действия, охватившие долину Тавильдары, Дарваз, некоторые районы Каратегина и Припянджья.

Потерпев ряд неудач и понеся ощутимые потери в живой силе и технике, правительство Рахмонова было вынуждено подписать соглашение о временном прекращении огня на условиях исламистов. В ходе продолжавшейся в республике предвыборной кампании, которая сопровождалась силовым давлением на оппонентов и население, в Ходжент был направлен отряд кулябских боевиков численностью до 300 человек во главе с министром внутренних дел и бывшим душанбинским рэкетиром Салимовым; были заменены на лояльных Рахмонову лиц начальники районных управлений внутренних дел Ура-Тюбе и Ганчи; развернута кампания в СМИ по дискредитации основного оппонента Рахмонова — Абдулладжанова; заключено «соглашение» с бывшим председателем Ленинабадского облисполкома Хамидовым, родственником Абдулладжанова, которому за поддержку Рахмонова был возвращен пост директора мелькомбината; начата кампания по запугиванию населения вооруженными группами с целью побудить граждан голосовать за Рахмонова. А он постепенно начал набирать очки, применив националистическую риторику, в отличие от своего главного оппонента Абдулладжанова, постоянно ссылавшегося на дружбу с Исламом Каримовым, что на фоне продолжавшегося участия авиации Узбекистана в гражданской войне было весьма непопулярно. Из состава объединённой оппозиции вышла Демократическая партия Таджикистана, руководство которой пошло на договоренности с официальным Душанбе.

Эмомали Рахмон. 3-й президент Таджикистана

6 ноября 1994 года в Таджикистане прошли выборы президента республики, на которых, как и ожидалось, победил Рахмонов.

9 декабря 1994 года в Хороге (Горный Бадахшан) в своей машине был взорван главарь местной наркомафии Абдуламон Айембеков (Лёша Горбун), обладавший огромным влиянием в регионе (даже киргизский батальон из состава Коллективных миротворческих сил СНГ занял позиции на Памире лишь тогда, когда получил на то личное разрешение от Лёши Горбуна). Убийство лидера бадахшанской наркомафии сильно ослабило роль транзитного канала Хорог-Ош и усилило позиции кулябцев в наркотрафике, а также авторитетов Саламшо Мухаббатова (Салам), Садирова и Джунайдулло, контролировавших Ванч и Дарваз.

В начале апреля 1995 года вновь существенно обострилась обстановка в Бадахшане, а именно в Дарвазском районе, куда ещё в октябре 1994 года Душанбе ввел батальон правительственных войск. Этот батальон решил провести «зачистку» в зоне, контролируемой «отрядом самообороны» Бадахшана под командованием полевого командира Зайниддина. Он отбил наступление и предпринял контратаку, в результате которой батальон с большими потеряли был вынужден отойти (в этих боях погибли 24 таджикских и казахских военнослужащих).

22 октября 1995 года правительственные войска предприняли попытку силой отбить в Тавильдаре 57 военнослужащих, взятых в плен оппозицией ещё 14 октября (в операции участвовало свыше 500 солдат и 10 единиц бронетехники, которых поддерживала авиация; правительственным силам противостояли около полутора тысяч боевиков).

8 и 9 ноября военная авиация бомбила расположения отрядов оппозиции в соседнем Гармском районе, 9 ноября в Тавильдару был сброшен десант из 50 человек, который исламисты почти полностью уничтожили, а 10 ноября около 100 солдат и офицеров сдались в плен командиру одного из оппозиционных отрядов Мирзохудже Низомову (бывший начальник отдела милиции Таджикабадского района).

21 ноября правительственные силы вновь предприняли масштабное наступление на Тавильдару (причем, на этот раз среди них не было ни одного выходца из кулябских районов, которые в предыдущие годы отличались особой жестокостью по отношению к памирцам и каратегинцам).

Обстановку в Таджикистане существенно осложняли всё обострявшиеся противоречия внутри правящей коалиции, которые нередко выливались в вооруженные «разборки» между бывшими союзниками. Особенно ситуация накалилась в Хатлонской области, где 17 сентября 1995 года разгорелись настоящие бои между 1-й и 11-й бригадами Минобороны Таджикистана, сформированными в 1993 году на базе отрядов Народного фронта.

1-й бригаде под командованием Махмуда Худойбердыева при поддержке танков и артиллерии удалось ворваться на территорию военного городка 11-й бригады, после чего командир последней Усман Мурчаев бежал в один из окрестных кишлаков. За время этих столкновений в Курган-Тюбе по официальным данным погибло 28 военнослужащих, по неофициальным — не менее 200 человек (в том числе криминальный авторитет и бывший полевой командир Иззат Куганов, который под «крышей» 11-й бригады контролировал экспорт хлопка, нефтебазу и мясокомбинат).

Власти Таджикистана были вынуждены принять решение о расформировании обеих бригад и создании на их базе одной. Крайне сложная криминогенная обстановка вынудила власти усилить борьбу с преступностью. В конце октября — начале ноября 1995 года была проведена широкомасштабная операция по «чистке» банковской системы, в результате которой было арестовано 30 работников таджикских коммерческих банков и коррумпированных чиновников государственных финансовых ведомств. Также в ходе кампании по борьбе с преступностью была проведена «зачистка» внутри МВД, в результате чего было арестовано свыше 20 сотрудников милиции, а десятки уволены.

В начале ноября 1995 года был арестован главарь крупной банды, один из бывших командиров Народного фронта, депутат таджикского парламента Худжи Каримов (Худжи Командир), во время обыска в доме которого были изъяты 10 автомашин (в том числе две иномарки и 5 новых КамАЗов), огромное количество оружия и боеприпасов, а также 300 млн российских рублей и 800 тыс. долларов.

В январе 1996 года Худойбердыев захватил власть в Курган-Тюбе и двинул свою мотострелковой бригаду на столицу, потребовав отставки высокопоставленных чиновников правительства. На следующий день произошёл мятеж в городе Турсунзаде (Гиссарская долина), где власть захватил экс-мэр Бойматов. Рахмонов был вынужден пойти на уступки мятежникам и в феврале 1996 года отправить в отставку наиболее одиозных людей из своего окружения — первого вице-премьера Махмадсаида Убайдуллоева, главу президентского аппарата Изатулло Хаёева и руководителя Хатлонской области Абдужалола Салимова, а также назначить премьер-министром страны ленинабадца Яхьё Азимова. В ответ мятежная бригада Худойбердыева вернулась в казармы и сдала оружие и тяжелую бронетехнику.

В январе 1997 года бригада Худойбердыева выбила из Турсунзаде, где расположен Таджикский алюминиевый завод, группировку местного авторитета Кадыра Абдуллаева, за что местные власти решили платить командиру долю от реализации продукции завода.

30 апреля 1997 года во время торжественной церемонии празднования 65-летия местного университета в Худжанде была взорвана осколочная граната, в результате чего был ранен президент Рахмонов

27 июня 1997 года , на фоне усиления власти талибов в Афганистане, между правительством Рахмонова и Объединённой таджикской оппозицией было заключено перемирие. Исламисты влились в государственные структуры, включая парламент, правительство и армию, что положило конец гражданской войне.

Но не все из окружения Рахмонова оказались довольны перемирию, понимая, что оно ещё дальше оттеснит их от рычагов политического влияния и источников доходов (в частности, доходов от наркобизнеса). В июле 1997 года обделенные лидеры кланов и полевые командиры (в основном из Курган-Тюбе и Гиссара) создали так называемый «Совет обороны южных и центральных областей Таджикистана», который возглавил полковник Махмуд Худойбердыев.

О нём немного поподробнее:

Махмуд Туронович Худойбердыев

Таджикский военный деятель, полевой командир, участник Гражданской войны в Таджикистане, полковник. Возглавил три антиправительственных мятежа.

Неоднократно неожиданными атаками блокировал и занимал Душанбе, Ходжент, Курган-Тюбе, организовывал заговоры и мятежи. О нём рассказывалось много легенд, и нередко из репортажей о нём трудно выделить достоверные сведения.

Фактически его позиция была независимой, он не поддерживал ни оппозиции, ни Народный Фронт. После национального перемирия 1997 года он отказался от соглашений с правительством Рахмонова и вёл боевые действия против правительства примирения, опираясь при этом на афганских моджахедов.

Период после Гражданской войны

Благодаря относительной открытости границы с Афганистаном и наличию крупных таджикских общин в Афганистане, Узбекистане и России местные территориально-мафиозные кланы довольно успешно восстановили и укрепили свои позиции в сфере транспортировки героина и опия. Что касается стабильности власти, то здесь дела обстояли несколько иначе.

В августе 1997 года в Душанбе начались столкновения между бойцами бригады спецназа под командованием Сухроба Касымова и главы Таможенного комитета республики Якуба Салимова. Бывший полевой командир Касымов обвинил недавнего соратника по Народному фронту Салимова в причастности к убийству своего дяди, но на самом деле конфликт между ними был связан с борьбой за контроль над маршрутами транспортировки наркотиков (бывший рэкетир и министр внутренних дел Якуб Салимов, считавшийся одним из самых богатых и влиятельных людей страны, контролировал несколько вооруженных отрядов, более сотни магазинов и почти весь хлопковый бизнес страны).

На фоне этих событий Махмуд Худойбердыев вновь поднял мятеж и двинул свою бригаду из Курган-Тюбе в поход на столицу, вступив на перевале Фахрабад в 25 км к югу от Душанбе в бой с президентской гвардией под командованием Гаффора (Гаффура) Мирзоева. Одновременно с запада к Душанбе двинулись верные Худойбердыеву «отряды самообороны» из Гиссара (у Худойбердыева были общие деловые проекты с Якубом Салимовым, лоббировавшим его интересы в правительстве и обеспечивавшим беспрепятственный вывоз продукции с Таджикского алюминиевого завода, который контролировал Худойбердыев).

После нескольких дней боев правительственным войскам Таджикистана удалось взять верх над союзными формированиями Салимова и Худойбердыева — верные Рахмонову силы очистили Душанбе от бойцов Салимова, разделались с «отрядами самообороны» к западу от столицы, взяли под контроль Гиссарский и Шахринавский районы, овладели Турсунзаде и подконтрольным Худойбердыеву алюминиевым заводом, а вскоре разгромили и отряды в его вотчине — Курган-Тюбе.

В ноябре 1998 года Махмуд Худойбердыев при негласной поддержке Узбекистана, куда эмигрировал один из лидеров ходжентцев и экс-премьер Абдумалик Абдулладжанов, вновь поднял мятеж, на этот раз в Ленинабадской области, но бригада под командованием Сухроба Касымова вытеснила мятежников из Худжанда и Айнинского района и разгромила окончательно (на стороне правительственных сил выступили даже формирования Объединённой таджикской оппозиции, в составе которых были и боевики Исламского движения Узбекистана, после чего Рахмонов разрешил окопаться в Таджикистане Джуме Намангани).

Худойбердыев с остатками своего отряда сумел скрыться на территории Узбекистана, где его следы затерялись; осенью 2001 года появились слухи о том, что он погиб, но обстоятельства его смерти довольно противоречивы, как и сами данные о гибели.

После подавления мятежа Худойбердыева Эмомали Рахмонов значительно укрепил своё положение и уже без острастки начал избавляться от бывших соратников и влиятельных оппозиционеров.

В феврале 2000 года в результате подрыва автомобиля был ранен мэр Душанбе Махмадсаид Убайдуллоев и убит заместитель министра госбезопасности страны Шансуло Джабиров.

Также в феврале в столице была похищена Назира Гулямова — младшая сестра вице-премьера республики Негины Шароповой.

В сентябре 2000 года пограничники Московского погранотряда вступили в бой с боевиками афганского наркоторговца Думулу Абдулхая, которые в очередной раз предприняли попытку перейти таджико-афганскую границу с крупным грузом наркотиков (в результате столкновения были убиты 7 контрабандистов и изъяты несколько сот килограммов опия-сырца)

В декабре 2000 года в Гафуровском районе были задержаны бывший глава Ленинабадской области Абдуджалил Хамидов и 11 членов его клана (им инкриминировали покушения на жизнь Махмадсаида Убайдуллоева и Мирзо Зиеева; в июне 2002 года Хамидов был приговорен к 18 годам лишения свободы).

К 2001 году к наркотрафику были причастны ряд влиятельных персон, в том числе сын Нуритдина Рахмонова, брата президента Таджикистана Эмомали Рахмонова, глава МЧС и бывший полевой командир Мирзо Зиеев (Джага), командир Президентской гвардии и также бывший полевой командир Гаффор Мирзоев (Седой), мэр Душанбе Махмадсаид Убайдуллоев, заместитель министра внутренних дел Хабиб Сангинов, а также высшие чины Генштаба и ВВС Министерства обороны Таджикистана, послы и торговые представители республики. Основными транзитными узлами наркоторговцев являлись гражданские и военные аэропорты Душанбе, Худжанда, Курган-Тюбе, Куляба, Пархара и Хорога (в 2000 году в связи с перепроизводством в Афганистане цена килограмма героина упала в приграничных районах до 200-300 долларов , хотя ещё в 1999 году оценивалась в 1 тыс. долларов).

Под началом Мирзо Зиеева, контролировавшего Тавильдаринский район, насчитывалось более 2 тыс. бойцов, а люди из его ближайшего окружения занимали посты первого заместителя министра обороны, первого заместителя руководителя Комитета по охране границы, первого замглавы МЧС, председателя Нацбанка республики и председателя Комитета по драгоценным металлам и камням. Командир Президентской гвардии Гаффор Мирзоев (Седой) контролировал ряд прибыльных предприятий (в январе 2001 года было закрыто принадлежавшее его брату казино) и курировал изъятие у населения оружия, которое нередко затем перепродавал.

Поссорившийся с Рахмоновым командир бригады спецназа МВД (около 1,5 тыс. бойцов) Сухроб Касымов укрепился в Варзобском ущелье, но продолжал контролировать несколько банков, цементный завод в Душанбе и торговую сеть (он враждовал с группой Мирзоева и Убайдуллоев и даже подозревался в покушении на последнего).

В открытой оппозиции к режиму Рахмонова стояли полевые командиры Абдулло Рахимов (Мулло Абдулло), контролировавший Дарбандский район, и Рахмон Сангинов (Гитлер), контролировавший Ленинский район. На первого вице-премьера Ходжи Акбара Тураджонзоду ориентировались полевые командиры Кафирниганской зоны Намоз, Абдувосит, Мухтор и Махмади, а на Саида Абдулло Нури — базировавшийся в Душанбе 25-й батальон, полностью состоявший из бывших бойцов исламской оппозиции. Председатель Таможенного комитета республики Мирзо Низомов фактически контролировал Раштский район, председатель Комитета по нефти и газу Саламшо Мухаббатов — Дарвазский район, председатель Демократической партии Таджикистана Махмадрузи Искандаров — Джиргатальский район, бывшие командиры Народного фронта братья Чоловы — Куляб. Практически все «удельные князьки» были вовлечены в наркобизнес и «крышевание» коммерческих структур, за счёт чего и содержали свои вооруженные формирования.

В апреле 2001 года в Душанбе был расстрелян первый заместитель министра внутренних дел Таджикистана, генерал-майор милиции Хабиб Сангинов, курировавший восточный регион республики (в прошлом он был одним из влиятельных руководителей демократического крыла Объединённой таджикской оппозиции, с момента назначения на должность замминистра принимал активное участие в выдворении за пределы страны боевиков Исламского движения Узбекистана, а также считался крупной фигурой в наркобизнесе Таджикистана)

Первый заместитель министра внутренних дел Таджикистана, генерал-майор милиции Хабиб Сангинов

В июне 2001 года бандитский главарь Рахмон Сангинов (Гитлер) захватил в окрестностях Душанбе 7 милиционеров, потребовав освободить 8 своих сторонников, которые были задержаны за последние три месяца. В ответ в ходе широкомасштабной операции правоохранительных органов под кодовым названием «Молния» был ликвидирован ближайший соратник Сангинова, главарь крупной банды Мансур Муаккалов, а также 36 его боевиков (ещё 66 членов банды взяли в плен). Ранее Муаккалов являлся полевым командиром Объединённой таджикской оппозиции, после перемирия служил в Вооруженных силах Таджикистана, но был уволен за неподчинение приказам, после чего промышлял со своими людьми террором в отношении представителей власти, грабежами и захватом заложников

В июле 2001 года в Душанбе, у подъезда своего дома, был застрелен государственный советник президента Таджикистана по международным вопросам Карим Юлдашев

В августе 2001 года в ходе масштабной операции, проведенной в районе Рудаки, были уничтожены бывший полевой командир Объединённой таджикской оппозиции, лидер известной криминальной группировки Рахмон Сангинов (Гитлер) и более 20-и его подручных, в том числе два родных брата (ещё около 100 членов банды удалось задержать; в ходе вооруженного столкновения погибли девять сотрудников милиции, оказались пострадавшие и среди мирных жителей).

До лета 2001 года бандитские группировки Рахмона Сангинова, Мансура Муаккалова и Сафара Тагаева фактически полностью контролировали восточные окрестности Душанбе, Ленинский и Кофарнихонский районы. Кроме массовых арестов боевиков были ликвидированы и их главные опорные базы, изъято несколько сот единиц стрелкового оружия, в том числе автоматы, пулеметы, гранатометы и минометы, а также пушка, зенитная установка и сотни килограммов взрывчатых веществ.

В сентябре 2001 года в Душанбе был застрелен министр культуры Таджикистана Абдурахим Рахимов, выходивший из своего дома, а через несколько дней в столице на стадионе, во время празднования 10-й годовщины независимости Таджикистана, произошёл взрыв, в результате которого погиб офицер МВД

Министр культуры Таджикистана Абдурахим Рахимов, 54 года

В январе 2002 года под давлением России президент Рахмонов в полном составе отправил в отставку коллегию таджикских пограничников — председателя Комитета по охране государственной границы и пять его замов, а также рекомендовал подать в отставку командирам всех таджикских погранбригад, обвинив их в причастности к наркотрафику.

В конце мая 2003 года в Москве по запросу Генпрокуратуры Таджикистана был задержан Якуб Салимов, которого в феврале 2004 года экстрадировали в Таджикистан и в апреле 2005 года приговорили к 15 годам тюрьмы строгого режима (в 1993-1995 годах Салимов возглавлял министерство внутренних дел Таджикистана, в 1995-1996 годах занимал должность посла Таджикистана в Турции, власти которой из-за криминального прошлого Салимова более полугода не принимали его верительные грамоты)

В августе 2003 в Москве по запросу таджикской Генпрокуратуры был задержан бывший министр торговли Хабибуло Насруллоев, которого таджикские власти обвинили в причастности к незаконным вооружённым формированиям (ранее Насруллоев активно участвовал в деятельности Народного фронта, но на президентских выборах 1994 года публично поддержал соперника Рахмонова — Абдумалика Абдулладжонова). В январе 2004 года в Худжанде во время досмотра на посту ГАИ в личной автомобиле начальника отдела Агентства по контролю за наркотиками по Согдийской области подполковника Холика Закирова было обнаружено 24 кг опия-сырца (во время обыска в его доме нашли ещё 6 кг героина)

В августе 2004 года по подозрению в совершении ряда преступлений был задержан директор Агентства по контролю за наркотиками при президенте Таджикистана генерал-лейтенант Гаффор Мирзоев. Его обвинили в убийстве 8 апреля 1998 года начальника УВД Шахринавского района Мирзо Абдулоева (по данным следствия, 10 дней спустя подчиненные Мирзоева по его приказу убили главу этого же района), а также в организации вооруженного мятежа, попытке насильственного захвата власти, незаконной коммерческой деятельности, уклонении от уплаты налогов, хранении большого количества оружия и боеприпасов, незаконной приватизации земельных участков, самовольном строительстве дома в городе Куляб. До назначения главой агентства Мирзоев возглавлял Президентскую и Национальную гвардии (1995-2004), являлся председателем Национального олимпийского комитета Таджикистана, а ещё раньше принимал активное участие в боевых действиях во время гражданской войны на стороне Народного фронта (в августе 2006 года Мирзоев, ставший неугодным президенту, был приговорен к пожизненному заключению)

Директор Агентства по контролю за наркотиками при президенте Таджикистана генерал-лейтенант Гаффор Мирзоев (осужден пожизненно)

В ноябре 2004 года в Москве был задержан один из самых влиятельных таджикских наркобаронов Ибрагим Сафаров, известный в криминальных кругах как Боим, Бай, Раис или Министр (одновременно в Подмосковье, Санкт-Петербурге, Самаре и ещё нескольких российских городах оперативники задержали его сообщников).

Лидера наркокартеля 35-летнего Ибрагима Сафарова суд приговорил к 19 годам лишения свободы с отбыванием в колонии строгого режима. Остальные его сообщники получили от 5 до 15 лет. (фото 2006 года)

Отец Ибрагима Сафарова был сотрудником таджикского МВД, и он сам некоторое время служил в бригаде Внутренних войск. Уже в конце 90-х годов Сафаров благодаря своему покровителю и деловому партнеру, коим был начальник ГУВД Душанбе, выбился в криминальные авторитеты и наладил поставки в Россию крупных партий наркотиков (около полутора тонн героина в квартал), а также организовал обширную сеть оптовых сбытчиков в Центральной России и Сибири. На полученные от торговли наркотиками деньги Сафаров строил или приобретал в Душанбе рестораны, магазины, особняки (в частности, ему принадлежал почти весь поселок Калинин, что под Душанбе, который окрестили «таджикской Рублевкой»).

По данным Интерпола, летом 2004 года на праздновании дня рождения Ибрагима Сафарова присутствовали высокопоставленные офицеры МВД Таджикистана, десятерым из которых он подарил по автомобилю «ВАЗ-2107».

В декабре 2004 года в Москве по запросу Генпрокуратуры Таджикистана был задержан находившийся в межгосударственном розыске лидер Демократической партии Таджикистана Махмадрузи Искандаров (его обвинили в крупных хищениях в бытность директором «Таджикгаза» и в причастности к террористической деятельности).

Летом 2005 года российские пограничники были сняты с афгано-таджикской границы, после чего транзит наркотиков через реку Пяндж увеличился в разы (во многом благодаря коррупции в среде таджикских пограничников: чтобы занять должность начальника пограничной заставы в Пянджском и Ишкашимском пограничных отрядах, дислоцирующихся на границе с Афганистаном, нужно было заплатить начальству около 200 тыс. долларов).

Всего за период с 1998 по 2005 год российскими пограничниками только на одном Пянджском участке было задержано более 11,3 т героина

В сентябре 2005 года Агентство по контролю за наркотиками (очень символично они теперь эти отделы называются!) при президенте Таджикистана, используя собственные источники информации, вышло на след крупного наркобарона Акбарали Джурабоева, длительное время занимавшегося поставками наркотиков за пределы республики. АКН возбудило уголовное дело и убедило Генпрокуратуру выдать санкцию на его арест, однако, спустя полгода, антинаркотическое ведомство неожиданно попросило закрыть данное уголовное дело за неимением доказательств и судебной перспективы. Генпрокуратура Таджикистана решила, что основание для расследования есть и поручила дело следователям МВД, но через неделю после этого опять получила отказ по тем же причинам. Далее за расследование взялись сотрудники Генпрокуратуры и всё-таки установили, что в сентябре 2005 года Джурабоев отправил на территорию России пять «БелАЗов», в одном из которых был оборудован тайник, где находилось около 330 кг наркотиков, в том числе 255 кг героина, 66 кг опия-сырца и 8 кг гашиша. Всего в этой цепочке наркотрафика были задействованы три гражданина России и столько же граждан Таджикистана (все они, за исключением Джурабоева, были задержаны и в октябре 2006 года осуждены на территории России).

В январе 2006 года в Душанбе, возле своего дома был застрелен начальник военного института Минобороны Таджикистана генерал-майор Хакимшо Хафизов

В конце мая 2008 года в ходе масштабной операции спецслужб Таджикистана в Кулябе были задержаны влиятельный местный наркобарон Сухроб Лангариев и восемь его сообщников, в том числе племянник — Азам Лангариев, сын покойного Сангака Сафарова — Нурмахмад Сафаров и двое афганцев. При штурме дома, для чего использовались даже артиллерия и бронетехника, погибли офицер спецназа и двое мирных жителей, ещё один сотрудник спецслужб и случайный прохожий были ранены (среди развалин дома силовики обнаружили большие запасы вооружения и наркотиков). Старший брат Сухроба — Лангари Лангариев — в годы гражданской войны был одним из самых известных полевых командиров Народного фронта и занимал пост начальника штаба Национальной гвардии (в октябре 1992 года он скончался в одной из больниц Худжанда от полученных ранений). Другой брат — Файзали Лангариев — работал оперуполномоченным в Управлении исправительно-трудовых учреждений МВД республики, затем, по примеру старшего брата, воевал в рядах Народного фронта, а на момент ареста Сухроба дослужился до генерал-майора и занимал должность начальника Управления боевой подготовки Министерства обороны Таджикистана. Ещё один брат — Бахтиер Лангариев — работал начальником РУБОП Душанбе (что не мешало Сухробу Лангариеву с 2002 года находиться в республиканском розыске за разбой). В апреле 2009 года Верховный суд Таджикистана, заседавший в обстановке строгой секретности на территории специзолятора КНБ, приговорил Сухроба Лангариева и семерых его подручных к пожизненному заключению (остальные 11 подсудимых, входивших в его наркокартель, получили в зависимости от тяжести совершенных ими преступлений от 6 до 21 года лишения свободы)

В начале февраля 2008 года в Гарме (Раштская долина) был убит командир ОМОНа МВД Таджикистана полковник Олег Захарченко, а четверо его бойцов получили тяжелые ранения. Нападение на омоновцев организовал начальник Регионального управления по борьбе с организованной преступностью УВД Раштского района Мирзохуджа Ахмадов, который во времена гражданской войны был полевым командиром Объединённой таджикской оппозиции и опасался ареста за прошлые преступления

В июне 2008 года в Горном Бадахшане прошли массовые волнения, поддержанные таджикской оппозицией. Также в июне 2008 года в Подмосковье за хранение крупной партии героина были задержаны Рустам Хукумов, сын председателя Таджикской железной дороги Амонулло Хукумова и брат зятя президента Рахмонова , и наркокурьер Фарход Авгонов (в конце 2011 года Московский областной суд оправдал Хукумова)

В июне 2009 года при задержании в своём доме был застрелен бывший министр внутренних дел Таджикистана Махмадназар Салихов, в последнее время враждовавший с кланом президента Рахмонова (Салихов занимал пост министра более двух лет и был отправлен в отставку без объяснения причин в январе 2009 года; во время гражданской войны он занимал пост генерального прокурора).

Министр внутренних дел Таджикистана Махмадназар Салихов

В июле 2009 года в ходе спецоперации МВД и Госкомитета национальной безопасности, проводившейся в кишлаке Ахба Тавильдаринского района против вооруженной группировки Негмата Азизова, был убит влиятельный каратегинец, бывший министр по чрезвычайным ситуациям Таджикистана генерал-лейтенант Мирзо Зиеев.

В годы гражданской войны он был видным полевым командиром оппозиции, воевавшей с Народным фронтом, после перемирия 1997 года стал главой МЧС и занимал эту должность до ноября 2006 года, когда был отправлен в отставку без объяснения причин. После увольнения Зиеев примкнул к антиправительственной группировке и планировал захватить органы местной власти и отдел внутренних дел Тавильдаринского района

В конце июля 2009 года, во время визита президента России Дмитрия Медведева в Таджикистан, на стоянке около крупнейшего вещевого рынка Душанбе «Корвон», расположенного на южной окраине города, неизвестные взорвали автомобиль начальника отделения УВД столичного района Фирдоуси (сам подполковник Саид Давудов, который был участковым милиционером на рынке, отделался лёгкими травмами). Кроме того, за несколько дней до этого инцидента бомбы взрывались рядом с международным аэропортом Душанбе и гостиницей «Таджикистан».

В сентябре 2009 года был убит начальник уголовного розыска ОВД города Исфара, подполковник милиции Саидумар Саидов

В начале сентября 2010 года в Худжанде на территории РУБОП УВД Согдийской области взорвалась прорвавшаяся во двор машина с двумя смертниками, в результате чего было уничтожено правое крыло административного здания, погибли два сотрудника управления, а ещё 28 человек получили ранения (по одной из версий, теракт имел целью помешать следственным мероприятиям по делу об убийстве директора Исфаринского рынка Хомиджона Каримова, который был приближен к криминальным кругам области; по другим данным, за взрывом стояли исламисты)

Через несколько дней взрыв прогремел в ночном клубе «Дусти» в южной части Душанбе.

Два человека задержаны «по горячим следам» по делу о ночном взрыве в развлекательном центре «Дусти» в Душанбе, прогремевшем в ночь на понедельник, сообщил РИА Новости представитель пресс-центра МВД.

«Задержанные подозреваются в совершении взрыва, прогремевшего в районе полуночи в «Дусти», — сказал он.

В результате взрыва ранены семь человек, двое из которых в тяжелом состоянии госпитализированы. Собеседник агентства уточнил, что в момент взрыва в помещении дискотеки находилось порядка 40 человек.

По предварительным данным, было использовано самодельное взрывное устройство.

Современное положение

Во многом влиянию организованной преступности способствует катастрофическая ситуация с экономикой Таджикистана, и как следствие этого — бедственное положение большей части населения. К 2010 году около 60 % жителей страны находились за чертой бедности, уровень безработицы достигал 40 %, на сезонные заработки в год выезжало от 650 тыс. до 1 млн человек (в основном в Россию).

Денежные переводы таджикских рабочих из России были равны двум годовым бюджетам страны и достигали 1 млрд долл. в год, причём половина из этих денег шла в Таджикистан нелегально (в 2011 году таджикские рабочие перевели на родину около 3 млрд долл.).

Крупнейшей криминальной отраслью Таджикистана является наркобизнес во всех его проявлениях — от переправки наркотиков из Афганистана и распространения внутри страны до организации трафика через соседние страны (Кыргызстан и Узбекистан) в Россию и Казахстан. В этот бизнес вовлечено огромное количество людей, начиная с крестьян, выращивающих опийный мак, производителей («химиков»), курьеров («мулов»), боевиков, обеспечивающих безопасность и сохранность груза, и кончая финансистами, «отмывающими» деньги, силовиками и чиновниками, «крышующими» весь этот бизнес, и, конечно же, главарями наркокартелей.

По состоянию на начало 2010 года с афганской стороны границы наркобизнес контролировали следующие главари — «производители» Абдул Вали (лаборатории в провинции Тахар), Мадад Джан и Нур Рахман (лаборатории в провинции Нангархар), Хаджи Рахимулла и Хаджи Рахман (лаборатории в провинции Гильменд), Мафтун (лаборатории в Кабуле), «торговцы», они же распространители и посредники Хаджи Хикматулла (Тахар), Гол Башар и Али Хайдар (оба из Кабула), «перевозчики» Хаджи Хаким и Абдул Джаббар (курировали перевозку наркотиков в Таджикистан).

С таджикской стороны наркобизнес контролировали авторитеты Абдул Возуз, Курбон, Хамед, Навид и Абдулахак (организация путей наркотрафика из Афганистана в Таджикистан), Тадж Мохаммад и Нематулла (получатели и оптовые продавцы наркотиков), Аминулла, Мирзамин и Абдулматин (розничный сбыт наркотиков в Таджикистане), Наджиб, Шавгиз и Джамал (организация путей наркотрафика из Таджикистана в Россию), Вахед и Хан-Заман (организация путей наркотрафика из Таджикистана в Казахстан).

В 2010 году около 550 т афганского героина шло на рынок России и более 700 т — в Европу

В сфере сбыта таджикские наркодельцы опираются либо на многочисленных земляков, осевших в России, либо на цыганские картели (как местные, так и состоящие из среднеазиатских цыган, переселившихся в Россию).

Ещё один канал контрабанды наркотиков в Россию курируют коррумпированные дельцы из числа российских военнослужащих, расквартированных на территории Таджикистана — офицеры 201-й дивизии и прикомандированные к таджикскому Министерству обороны советники (ранее в наркотрафике активно участвовали российские пограничники). Оптовые партии наркотиков переправляются с помощью самолетов военно-транспортной авиации, частных и ведомственных авиакомпаний и в запечатаных железнодорожных вагонах

Почти все действующие в стране группировки наркоторговцев связаны с руководством силовых органов — МВД, ГКНБ и армии .

В январе 2012 года стражам порядка удалось задержать трех высокопоставленных чиновников МВД, работавших на наркомафию — Фаридуна Умарова, начальника отдела по борьбе с незаконным оборотом наркотиков ОВД Фархорского района Хатлонской области и младшего брата первого заместителя председателя Госкомитета национальной безопасности (ГКНБ) Таджикистана Мансура Умарова, майора Зафара Мирзоева, начальника отдела управления по борьбе с незаконным оборотом наркотиков МВД Таджикистана, и Тохирхона Шерова, возглавлявшего отдел по борьбе с незаконным оборотом наркотических средств столичного УВД (все трое офицеров «крышевали» наркоторговцев, в частности, за крупные взятки избавляли их от уголовной ответственности, а Фаридун Умаров и вовсе контролировал наркотрафик в приграничных с Афганистаном районах Хатлонской области, а также в Душанбе, для чего создал банду, в которую входили сотрудники полиции и спецслужб). Первоначально был арестован известный в криминальных кругах наркобарон Рустам Хаитов (оперативники задержали его с 42 килограммами наркотиков), который и сообщил следователям о том, что часть незаконного груза принадлежала Фаридуну Умарову.

Наряду с традиционными видами преступлений, такими как теневая экономика, наркобизнес, вымогательство и проституция, с развалом Советского Союза в стране проявились новые тенденции в сфере преступности: из Таджикистана стали вывозить девушек для продажи в бордели Узбекистана, Казахстана, Киргизии, России, Афганистана, ОАЭ и Израиля, а мужчин продавать в Казахстан и Россию для принудительного труда.

Рынок нелегальных эмигрантов активно пополнялся похищенными или проданными за долги людьми. Ещё одной прибыльной сферой деятельности для таджикских группировок и коррумпированных силовиков стало похищение с целью получения выкупа богатых земляков в России или их родственников в Таджикистане.

* А вообще-то Таджикистан — мирная и тёплая страна. (с)

Просмотры: 1 915

На днях Якубу Салимову исполнилось 59 лет. Его звезда на политическом небосклоне зажглась осенью 1992 года на 16-й сессии Верховного Совета. Именно тогда, в возрасте 34 лет, он стал министром внутренних дел. Как это было и как эта звезда закатилась, читайте в нашем материале.

Назначение Якуба Салимова министром одной из ключевых структур было смелым решением, но в то же время неожиданным для всего общества, потому что он не был профессиональным милиционером и ни одного дня не работал в этой системе.

Следует подчеркнуть, что свою головокружительную карьеру он сделал во время гражданской войны. Его путь от полевого командира Народного фронта до министра занял менее полугода.

До этого назначения он дважды становился героем криминальных хроник: первый раз — в 1989 году, когда СМИ объявили его рэкетиром, второй раз — в феврале 1990 года, как один из организаторов массовых погромов.

К слову, тогда практически все ключевые лица законной, или конституционной, власти были назначены лично председателем Народного фронта Сангаком Сафаровым или с его одобрения. Он в свое время тоже отсидел немалый срок.

Якуб Салимов пришел в политику поневоле. До начала гражданской войны он официально занимался предпринимательством.

Когда весной 1992 года на двух центральных площадях Душанбе — Озоди и Шахидон — начались митинги, он организовал встречу, в которой приняли участие более 100 человек; собравшиеся договорились, что приложат все усилия, чтобы не пролилась кровь.

Салимов и его близкие друзья поставили палатку между Шахидон и Озоди и заявили, что если вдруг митингующие одной площади пойдут против другой, то они пройдут через их трупы.

Вероятно, его миротворческая деятельность каким-то силам пришлась не по душе. В результате его дома забросали гранатами. По чистой случайности никто из членов его семьи не пострадал.

В конце июня 1992 года Салимов, уроженец Вахшского района, выросший в Душанбе, вернулся домой, где за несколько дней до этого в результате чисток были убиты сотни жителей, которые не поддерживали оппозицию.

Вашхская трагедия была одной из самых жестоких и кровавых операций в истории гражданской войны. В результате той бойни десятки тысяч покинули свои дома и стали вынужденными беженцами.

После своего возвращения Якуб Салимов возглавил местный отряд самообороны. Взял на себя роль руководителя санитарно-похоронной команды. Проводил многочисленные переговоры с лидерами оппозиции, чтобы вернуть домой беженцев и остановить кровопролитие. Но задача оказалась сложной, так как оппозиция считала, что полная победа над сторонниками правительства не за горами.

Ситуация в области резко обострилась осенью 1992 года, когда по душанбинскому сценарию на двух центральных площадях Курган-Тюбе собрались сторонники правительства и оппозиции.

Избежать вооруженного столкновения не удалось. Буквально за считанные дни Курган-Тюбе стал мертвым городом. Оппозиция, используя тактику выжженной земли, сожгла Ургут-махаллу.

Сангак Сафаров и его сторонники стали отступать. Казалось, что вот-вот оппозиция разгромит вооруженные формирования Народного фронта. Но ситуация на фронте коренным образом изменилась 27 сентября 1992 года.

В этот день бывший офицер Советской армии, сотрудник местного военкомата старший лейтенант Махмуд Худойбердиев вывел танки и БТР с территории 191-го полка, дислоцированного в Курган-Тюбе, и нанес удар по вооруженным формированиям оппозиции.

А после началось триумфальное шествие Народного фронта. Вскоре были освобождены ряд других районов Курган-Тюбинской области.

Ко времени созыва 16-й сессии в середине ноября 1992 года Якуб Салимов был одним из самых авторитетных полевых командиров Народного фронта.

Но почему именно Якуб Салимов стал министром внутренних дел? Ведь в МВД было немало профессионалов, высокопоставленных офицеров, даже генералов. Причина была в том, что председатель Народного фронта объявил им вотум недоверия.

Предложение назначить Салимова министром исходило лично от Сангака Сафарова. Как рассказывают очевидцы, когда лидер НФТ предложил Салимову этот пост, будущий министр категорически отказался.

Он сказал, что воевал не для того, чтобы стать министром, и показал на несколько генералов, стоящих рядом. Но Сафаров, повернувшись к ним, заявил: если бы они выполняли свой долг честно, то президента Набиева боевики не отправили бы в отставку под дулом автоматов.

Последним аргументом, убедившим его, стали слова Сафарова о том, что ради погибших ребят необходимо сделать все, чтобы довести борьбу до конца. Салимов согласился с условием, что, как только вытеснят вооруженные формирования Народно-демократической армии, он уйдет.

Таким образом, новый министр внутренних дел создал батальон особого назначения, который 10 декабря 1992 года вошел в Душанбе с трех направлений: с севера, юга и востока.

Возле здания МВД отряд, возглавляемый Салимовым, был встречен шквальным огнем. В районе 9-го км было совершено вооруженное нападение на колонну батальона особого назначения.

Вечером 10 декабря на экранах государственного телевидения появился Якуб Салимов в камуфляжной форме, он заявил, что правительство, избранное на 16-й сессии в Худжанде, вошло в Душанбе.

В последующие дни вооруженные формирования отступили на восток. Вопреки заявлениям новых властей, гражданская война в Таджикистане не только не закончилась, но и стала набирать обороты.

Основная тяжесть войны легла на плечи сотрудников МВД, численность которых доходила до 27 тысяч. Минобороны к тому времени еще не образовалось.

Якуб Салимов ушел в отставку в августе 1995 года, к этому времени это было уже четвертое заявление об отставке…

А в начале 1996 года над его головой стали сгущаться тучи. Когда полковник Худойбердиев поднял мятеж, стали распространяться слухи о том, что Салимов, к тому времени назначенный послом в Турции, тайно поддерживает мятежников.

Узнав об этих слухах, бывший министр МВД на чрезвычайной сессии парламента заявил, что выступает против военного переворота. «Я бывший министр внутренних дел. Встаньте и скажите, какие преступления я совершал или что украл», — заявил он.

В начале 1997 года Салимов стал председателем Таможенного комитета. В апреле того же года он спас президента, когда на главу государства было совершенно покушение в Худжанде.

Накануне подписания договора о мире Якуб Салимов оказался чуть ли не единственным бывшим полевым командиром, который согласился быть вместе с президентом во время этой церемонии.

Но в августе 1997 года полковник Худойбердиев в очередной раз поднял мятеж.

В эти дни дом Салимова был атакован с трех сторон правительственными силами и танками 201-й дивизии. Председатель Таможенного комитета в срочном порядке покинул Таджикистан.

В ноябре 1998 года, когда мятежный полковник ворвался в Согдийскую область, командир президентской гвардии генерал Гаффор Мирзоев, выступая на чрезвычайной сессии парламента, заявил, что Салимов тоже входил в число заговорщиков. Это заявление опроверг министр безопасности Сайдамир Зухуров.

21 июня во время проверки документов на пункте ГАИ на Ленинградском проспекте в Москве Якуб Салимов был арестован и помещен в Лефортово. До этого времени он проживал в Арабских Эмиратах и Турции.

В Таджикистане тогда ходили слухи, что если бывшего министра экстрадируют домой, он выйдет на свободу по амнистии. Вероятно, по этой причине он неоднократно обращался к президенту РФ Путину и генеральному прокурору Устинову с просьбой экстрадировать его в Таджикистан.

Накануне экстрадиции бывшего министра в Генпрокуратуре Таджикистана агентству «Интерфакс» сообщили, что соглашение между Москвой и Душанбе о выдаче Салимова достигнуто в ходе переговоров, длившихся полгода — с лета 2003 года.

— Россия выдала Салимова под гарантии неприменения в отношении него смертной казни, — сообщало информагентство «Интерфакс».

Таким образом, таджикская Генпрокуратура гарантировала, что к высшей мере Салимова не приговорят. Тем более с мая 2004 года в Таджикистане был введен мораторий не только на исполнение, но и на вынесение смертных приговоров.

В конце февраля 2004 года бывшего министра экстрадировали в Таджикистан и поместили в СИЗО. Вопреки ожиданиям и многочисленным обращениям со стороны творческой интеллигенции, родственников и сторонников экс-министра к Эмомали Рахмонову с указанием, что все предъявленные обвинения являются безосновательными, 24 апреля 2005 года Якуб Салимов был приговорен к 15 годам лишения свободы с отбыванием срока в колонии строгого режима.

Верховный суд признал его виновным в измене Родине в виде сговора с целью захвата власти, бандитизме, злоупотреблении служебным положением. Также решением Верховного суда Таджикистана он был лишен всех воинских званий и государственных наград.

Отсидев 13 лет (2 года бы сняты по амнистии) в СИЗО (в тюрьму его переводить, видно, побоялись), один из самых влиятельных министров конституционной власти в первой половине 90-х годов вышел на свободу в июне 2016 года.


источники:

http://www.mzk1.ru/2016/12/yakub-salimov/

http://gbdou95.ru/gostinaya/yakub-salimov-biografiya-yakub-salimov-mezhdu-prisyagoi-i-predatelstvom/