Яков Петрович Полонский биография Родители

Биография Якова Полонского

Полонский Яков Петрович (1819-1898) – русский поэт-романист, публицист. Его произведения не имеют столь масштабного значения, как Некрасова или Пушкина, но без поэзии Полонского русская литература не была бы столь многоцветной и многогранной. В его стихах глубоко отображен мир России, глубина и сложность души русского народа.

Семья

Яков появился на свет 6 (18) декабря 1819 года в центральной части России – городе Рязани. В большой семье он был первенцем.

Его отец, Полонский Петр Григорьевич, происходил из обедневшего дворянского рода, был чиновником-интендантом, состоял на канцелярской службе у городского генерал-губернатора.

Мама, Наталья Яковлевна, принадлежала древнему русскому дворянскому роду Кафтыревых, занималась ведением домашнего хозяйства и воспитанием семерых детей. Она была очень образованной женщиной, любила читать и записывать в тетрадки романсы, песни и стихи.

Гимназия

Сначала мальчик получал домашнее образование. Но, когда ему исполнилось тринадцать лет, умерла мама. Отец был назначен на казенную должность в другой город. Он переехал, а дети остались на попечении родных Натальи Яковлевны. Они определили Якова на обучение в Первую рязанскую мужскую гимназию. В провинциальном городе это учебное заведение считалось на тот момент центром культурной жизни.

В то время на пике славы были русские поэты Александр Пушкин и Владимир Бенедиктов. Подросток Полонский зачитывался их стихами и сам понемногу начал сочинять, тем более, что заниматься рифмованием тогда стало модным. Преподаватели отмечали, что юный гимназист обладает явным поэтическим талантом и проявляет в этом отличные способности.

Знакомство с Жуковским

Решающее влияние для выбора Полонским дальнейшего литературного жизненного пути оказала встреча с поэтом, одним из основоположников романтизма в русской поэзии Жуковским Василием Андреевичем.

В 1837 году в Рязань приехал цесаревич Александр II, будущего императора принимали в мужской гимназии. Руководитель учебного заведения поручил Якову сочинить два куплета приветственных стихов. Один куплет гимназистский хор исполнял под мелодию «Боже, царя храни!», которая стала гимном России за четыре года до этого.

Прием престолонаследника прошел успешно, и вечером руководитель гимназии устроил по этому поводу торжество. На мероприятии Яков встретился с автором слов гимна Жуковским, который сопровождал цесаревича в поездке. Маститый поэт хорошо отозвался о стихотворном творении Полонского. А когда гости уехали, директор гимназии вручил Якову от них золотые часы. Такой подарок и хвала Василия Андреевича закрепили мечту Полонского связать свою жизнь с литературой.

Годы учебы в университете

В 1838 году Яков поступил в Московский университет. Он стал студентом юридического факультета, но по-прежнему писал стихи, принимал участие в университетском альманахе «Подземные ключи». Очень восхищали Полонского лекции декана историко-филологического факультета Тимофея Николаевича Грановского, которые существенно повлияли на формирование мировоззрения студента.

Во времена учебы общительный и привлекательный Яков быстро находил общий язык с сокурсниками. Особенно сблизился с Николаем Орловым, сыном генерал-майора, участника Наполеоновских войн Михаила Федоровича Орлова. В их доме по вечерам собирались самые известные представители науки, искусства и культуры России. С некоторыми из них Полонский завел настоящую долгую дружбу – актером Михаилом Щепкиным, стихотворцами Аполлоном Григорьевым и Афанасием Фетом, философом Петром Чаадаевым, историками Константином Кавелиным и Сергеем Соловьевым, писателями Михаилом Погодиным и Алексеем Писемским.

Яков читал на вечерах свои произведения, а новые друзья помогали ему с их публикацией. Так, при помощи знакомых в 1840 году его стихи напечатали в издании «Отечественные записки». Литературные критики (в том числе и Белинский) высоко оценили первые поэтические работы молодого стихотворца, но прожить лишь за счет сочинительства было невозможно. Студенческие годы Полонского проходили в постоянной нужде и бедности. Ему приходилось подрабатывать, давая частные уроки и занимаясь репетиторством.

Вместо положенных четырех лет Яков учился в университете на год дольше, так как на третьем курсе не смог сдать экзамен по римскому праву декану юридического факультета Никите Ивановичу Крылову.

В период университетской учебы особенно тесные дружественные отношения зародились между Яковом и Иваном Тургеневым. Долгие годы они высоко оценивали литературный талант друг друга.

Кавказский период

Бедственное положение стало главной причиной того, что по окончании университета осенью 1844 года Яков покинул Москву. Хоть в «Отечественных записках» и вышел первый сборник его стихов «Гамма», денег по-прежнему не было. Полонскому представился шанс устроиться на работу в таможенное ведомство в Одессе, и он этим воспользовался. Там Яков жил у брата известного теоретика анархизма Бакунина и часто бывал в доме наместника Воронцова. Жалования не хватало, снова приходилось давать частные уроки.

Весной 1846 года ему предложили канцелярскую должность у кавказского наместника графа Воронцова, и Яков уехал в Тифлис. Здесь он состоял на службе до 1851 года. Полученные на Кавказе впечатления, история борьбы России за укрепление южных границ, знакомство с обычаями и традициями горцев навеяли поэту его лучшие стихи, которые и принесли ему всероссийскую известность.

В Тифлисе Полонский вел сотрудничество с газетой «Закавказский вестник» и выпустил сборники поэзии «Сазандар» (1849) и «Несколько стихотворений» (1851). Здесь же он печатал рассказы, очерки, научные и публицистические статьи.

В период проживания на Кавказе Яков увлекся живописью. Способности к этому виду искусства были замечены у него еще во время учебы в рязанской гимназии. Но именно кавказские окрестности и пейзажи вдохновили Полонского, он очень много рисовал и сохранил это увлечение до конца дней.

Европа

В 1851 году поэт переехал в столицу. В Петербурге он расширил круг своих знакомств в литературном сообществе и много трудился над новыми произведениями.

В 1855 году выпустил следующий поэтический сборник, который с большой охотой публиковали самые популярные литературные издания России – «Отечественные записки» и «Современник». Но на полученные гонорары у поэта не получалось вести даже самое скромное существование. Полонский устроился на работу в качестве преподавателя на дому к детям петербургского губернатора Н. М. Смирнова.

В 1857 году губернаторское семейство отправилось в Баден-Баден, с ними уехал и Яков. Он путешествовал по европейским странам, учился рисованию у живописцев Франции, свел знакомства с представителями иностранной и русской литературы (в круг его новых знакомых входил и знаменитый Александр Дюма).

В 1858 году Яков отказался от должности учителя губернаторских детей, так как не смог больше ладить с их матерью – вздорной и фанатически религиозной Александрой Осиповной Смирновой-Россет. Он попытался остаться в Женеве и заняться живописью. Но вскоре познакомился с известным литературным меценатом графом Кушелевым-Безбородко, который как раз собрался организовать в Петербурге новый журнал «Русское слово». Граф предложил Якову Петровичу занять должность редактора.

Жизнь и работа в Петербурге

В конце 1858 года Полонский вернулся в Петербург и начал работу в «Русском слове».

В 1860 году поступил на службу в Комитет иностранной цензуры на должность секретаря. С 1863 года занял в этом же комитете пост младшего цензора, проработал на одном месте до 1896 года.

В 1897 году Якова Петровича назначили членом Совета главного управления по делам печати.

В конце жизни в своем творчестве поэт все чаще обращался к религиозно-мистическим темам (старость, смерть, мимолетное человеческое счастье). В 1890 году вышел его последний сборник стихов «Вечный звон». Наиболее значимым произведением Полонского считается шуточная поэма-сказка «Кузнечик-музыкант».

Личная жизнь

Со своей первой женой Еленой Устюжской (1840 года рождения) поэт познакомился во время путешествия по Европе. Она была дочерью француженки и старосты русской церкви в Париже Василия Кузьмича Устюжского. Елена совсем не знала русского языка, а Яков – французского, но брак был заключен по большой любви. В 1858 году Полонский привез молодую супругу в Петербург.

Но следующие два года стали самыми тяжелыми в жизни поэта. Он упал и получил серьезную травму, от ее последствий не смог избавиться до конца дней и передвигался только при помощи костылей. Вскоре заболела тифом и скончалась его жена. Через несколько месяцев умер их шестимесячный сын Андрей.

Долгие годы он не мог оправиться от горя, спасало только творчество. В 1866 году Яков женился второй раз на Жозефине Антоновне Рюльман (1844 года рождения). В этом браке родилось трое детей – сыновья Александр (1868) и Борис (1875) и дочь Наталья (1870). Жозефина обладала талантом скульптора и активно принимала участие в художественной жизни Петербурга. В их доме часто проводились вечера творчества, куда приходили известные в России писатели и художники.

Смерть

Умер Яков Петрович 18 (30) октября 1898 года. Его похоронили в селе Льгово Рязанской губернии в Успенском Ольговом монастыре. В 1958 году останки поэта перезахоронили на территории Рязанского кремля.

Поэт Яков Петрович Полонский

жизнь и творчество

Отец поэта

Отец поэта, Петр Григорьевич Полонский, служил в Рязани в губернской провиантской комиссии. Высокий, худощавый брюнет, был он человеком суховатым, как бы хранящим свои чувства за семью замками, но вспыльчивым. «Отец любил меня, — признавался поэт, — но если бы мне вздумалось поцеловать его — непременно бы отстранил меня рукой и сказал: ступай!»

Петр Григорьевич Полонский, получивший в ходе долголетней службы чин титулярного советника, родился в Малороссии, в уездном городишке Нежине Черниговской губернии, в семье отставного казацкого капитана, владевшего собственным домом.

Его отец (стало быть, дед будущего поэта), Григорий Иосифович, был дворянином, что следовало из грамоты Новгородско-Северского депутатского собрания, состоявшегося в октябре 1796 года. Грамота Черниговского дворянского депутатского собрания от 12 июля 1807 года свидетельствовала о внесении рода Полонских в дворянскую родословную книгу. Однако Петру Григорьевичу Полонскому, отцу поэта, в Рязани пришлось вновь доказывать свое дворянское происхождение. 10 ноября 1826 года он подал в Рязанское дворянское депутатское собрание соответствующее прошение с прилагаемыми документами, которое вскоре было удовлетворено.

В семье Полонских бережно хранили грамоту о дворянстве, выданную Перу Григорьевичу 10 декабря 1826 года. На большом листе плотной бумаги по всему периметру красовались гербы России, Рязани и других городов губернии, здесь же были изображены воинские доспехи и регалии (знамена, сабли, пушки, барабаны), увитые гирляндами из цветов. Грамота под порядковым номером 1796, была скреплена гербовой печатью из красного воска и имела следующее витиеватое содержание:

«ГРАМОТА
Рязанской Губернии, от Губернского Предводителя Дворянства для составления Дворянской родословной Книги, данная Дворянину титулярному советнику Петру Григорьевичу Полонскому.

Рассмотрев на основании Всемилостивейше в 1785 году Апреля 21-го дня пожалованной и в 1801 году Апреля 2-го дня Высочайше утвержденной Российскому Дворянству Грамоты, предъявленные от него — титулярного советника Полонского, о дворянском его достоинстве доказательства, признали оные согласные с предписанными на то правилами; вследствие коих по сим Девяностой Статьи объявленной Грамоты он и род внесен в Дворянскую родословную Рязанской Губернии Книгу во вторую ее часть, во свидетельство чего мы, Губернский Предводитель Дворянства и Депутаты во исполнение Всевысочайшего ЕГО ИМПЕРАТОРСКОГО ВЕЛИЧЕСТВА соизволения дали ему сию Грамоту за подписанием нашим, утвердив оную печатью Дворянского Собрания Рязанской Губернии».

Грамоту подписали губернский предводитель дворянства и члены дворянского депутатского собрания.

Полонские вели свое происхождение от ротмистра польской службы Германа Полонского, который при Иване Грозном выехал со своей ротой в Москву и поступил на воинскую службу. В конце XVII столетия представители этого рода служили стольниками и стряпчими, да и позже были на виду при дворе русских царей.

Яков Полонский считал, что его предки по дедовской линии были поляками, поскольку описание их родового герба имелось в «Книге польской короны гербовника». Герб Полонских имел такое описание: «На щите в лазоревом поле луна в новомесячьи неполная, вверх рогами обращенная, в средине оной луны звезда о шести рогах, на шлеме павлиний хвост, на котором также луна, как и на щиту. »

Действительно, предки поэта имели польско-малороссийские корни. На это указывает и их фамилия, образованная от названия Польши — Polonia (Полония). Полонские издревле пользовались польским гербом Лелива (Leliwa), который, по описанию А.Б. Лакиера, «состоит из положенных в голубом поле шестиугольной звезды, цвета золотого, и под нею же золотого полумесяца, рогами обращенного вверх. Нашлемник из павлиньих перьев, на которых повторяется та же фигура». Далее знаток геральдики разъяснял:

«Это знамя, общее многим славянским племенам, есть вместе и герб Иллирии. (Первоначально Иллирией называлась береговая полоса по Адриатическому морю, которая после падения остготского государства отошла к Византии и в VII веке была частично заселена славянами. В 1809 году Наполеон создал здесь зависимые от Франции Иллирийские провинции, а с 1815 года королевство Иллирия находилось под австрийской властью. — А.П.) Польские геральдики утверждают, что Леливу принес с собою в XI столетии с берегов Рейна некто Тацимир, который, основав в Польше город и породнившись с польскими фамилиями, сообщил им свой герб».


Герб дворянского рода Полонских

Одни источники говорят о происхождении этого герба из Германии, из замка Моргенштерн на Рейне, другие — что он дарован победителям сражения с ятвягами, добившимися успеха в бою только тогда,
когда на небе появились месяц и звезды.

Родословное древо Полонских известно с Иакова (Якова) и Моисея Полонских, которые, «будучи из древнего малороссийского шляхетства», служили войсковыми товарищами в конце XVII — начале XVIII века.

У Иакова (Якова) Полонского был сын Иосиф Яковлевич, который, будучи значковым товарищем, нес службу «в заграничных походах и внутренних комендирациях», а затем удостоился чина войскового товарища.

Сын Иосифа Яковлевича, Григорий Иосифович Полонский, дед выдающегося поэта, родился в 1749 году. Дослужился до звания значкового товарища, что, согласно «Табели о рангах», соответствовало чину армейского капитана. С 1770 года Григорий Иосифович нес службу «на форпостах и кордонах пограничных в Василькове и других местах, а напоследок — в Турецком походе, под Перекопом в бою и под Бахчисараем над казаками начальником». В 1789 году он уволился со службы, женился на казачьей дочери Ксении и осел на жительство в Новгороде-Северском. Ни одного «записанного крестьянина» за ним не числилось.

В 1790 году у Григория и Ксении Полонских родился сын Петр — будущий отец поэта, — и на следующий год Григорий Иосифович начал хлопотать о причислении своего рода к благородному сословию. Он заручился свидетельствами двадцати дворян, которые подтвердили, что предки Полонского «почитались в Малоросссии знатными чиноначальниками, а ныне поверстаны с российскими воинскими обер-офицерами». Согласно указу Петра I, обер-офицеры считались потомственными дворянами.

В январе 1808 года Петр Григорьевич вступил на самостоятельную дорогу. К сожалению, в захолустном Нежине он получить хорошее образование не мог, ни одного иностранного языка не знал, но читать и писать где-то научился, причем славился своим красивым почерком.

Служил копиистом в первом департаменте Малороссийского Черни¬говского Генерального суда, губернским регистратором, на Кавказской линии, в Московском губернском правлении, в полевом Провиантском ведомстве 1 -й армии.


Няня Матрена. Рисунок Я.П. Полонского

«Между тогдашними сослуживцами он не был, однако же, ИЗ числа последних по своему развитию, — писал Полонский, — считался между ними человеком весьма грамотным и всякое дело смекающим. Как попал отец мой на службу в Рязань, после того как он с 1808 г., января 25-го, служил в разных местах, тоже неизвестно. »

Зато известно, что Петр Григорьевич Полонский дослужился до чина коллежского секретаря и 10 октября 1820 года был определен в канцелярию генерал-губернатора Рязанского, Тульского, Орловского, Воронежского и Тамбовского.

Еще до назначения на новую должность, 7 февраля 1819 года, в жизни Петра Григорьевича Полонского произошло значительное событие — он вступил в брак с Натальей Яковлевной Кафтыревой. Первенцем четы Полонских и стал выдающийся русский поэт.

В конце 1819 года, как раз в ту пору, когда родился будущий поэт, император Александр I учредил пост генерал-губернатора Воронежской, Орловской, Рязанской, Тамбовской и Тульской губерний и назначил на эту должность Александра Дмитриевича Балашова, своего сподвижника в войне с Наполеоном и постоянного спутника в поездках по России и за рубежом. Местом своего пребывания и центром вверенной ему огромной территории генерал-губернатор выбрал Рязань.

Балашов был личностью известной. Он считался одним из первых русских людей, удостоившихся беседовать лично с Наполеоном. Когда французские войска переправились через Неман, император Александр I послал к Наполеону для ведения переговоров генерал-адъютанта Балашова. Четыре дня Александр Дмитриевич ждал аудиенции, наконец, был допущен к Наполеону. Самодовольный «покоритель Европы» от переговоров отказался и, уверенный в победе над Россией, с усмешкой попросил русского генерала указать кратчайший путь на Москву, на что Балашов, как говаривали потом, ответил: «Все дороги ведут в Рим, а Карл XII выбрал полтавскую. » Наполеон был поражен дерзостью русского генерала и не нашелся, что ответить. Этот диалог Балашова с Наполеоном широко стал известен в русских войсках.

Каким-то образом Петр Григорьевич Полонский попал на службу в канцелярию Балашова. Должность он занимал незавидную, но репутация его была высокой. В 1827 году он был определен в Провиантское комиссинерство поселенных войск в Екатеринославской и Херсонской губерниях и вынужден был надолго покинуть Рязань. Уезжать от семьи, от малых детей не хотелось, но что поделаешь — служба.

А служил отец будущего поэта исправно. 6 сентября 1828 года приказом корпусного командира резервных войск генерал-лейтенанта Витта ему была объявлена благодарность.

Во время русско-турецкой войны 1828-1829 годов П.Г. Полонский служил в интендантстве, занимаясь поставкой продуктов для армии в Молдавии и на Дунае. Вопреки царившим в ту пору в интендантстве взяточничеству и воровству, он был честен и неподкупен до педантизма, чем, очевидно, и навлек на себя недовольство не чистых на руку сослуживцев. Однажды злопыхатели подали на него донос великому князю Константину Павловичу. Тот вспылил и велел передать Полонскому, что он его наутро повесит. «Выслушавши это, — писал поэт, — отец мой преспокойно лег спать: он был уверен, что на другой день он будет оправдан, ибо все счеты были верны». Так оно на самом деле и случилось: все наговоры в ходе проверки рассеялись, как мутный дым под свежим ветерком.

В 1830 году Петр Григорьевич Полонский по собственному прошению был уволен из провиантского штата и определен чиновником для особых поручений при 3-м резервном кавалерийском корпусе.

25 января 1831 года, когда в Польше разразился мятеж, Петр Григорьевич был направлен в Царство Польское.

Во время вспыхнувшей эпидемии чумы все армейское имущество было сожжено, и вернувшийся с войны отец привез только в подарок жене — турецкую шаль, сыну — детское тульское ружье да турецкий чубук для брата жены, своего шурина Александра Яковлевича.

«Раз, проснувшись утром, я узнал, что папа мой приехал, — вспоминал поэт. — Это известие меня более поразило, чем обрадовало. Когда, одевшись, я вошел в спальню матери и увидел его еще в постели, мне показался он черным от загара и худым».

Ко времени возвращения Петра Григорьевича его семья снимала квартиру у булочника Авраама, бывшего крепостного Кафтыревых. В отличие от дворян Полонских, не имевших собственного угла, у булочника было два дома: «один каменный, двухэтажный, с лавкой внизу, на углу Астраханской и Введенской улиц, другой же деревянный и одноэтажный, которого фасад и крылечко с лесенкой направо и с лесенкой налево, выходил на Введенскую улицу». Оба строения находились по соседству. Полонские занимали деревянный дом, низкие окна которого из спальни глядели в заросший сад. Окна детской выходили во двор, откуда открывался незавидный вид на кухню и заднюю стену двухэтажного дома, в котором обитал старый булочник с женой, сыновьями и дочерью Любой.

Петр Григорьевич обрадовался встрече со своим многодетным семейством, но почувствовал со стороны детей какое-то едва уловимое отчуждение. Яша помнил отца хорошо, а вот младшие сыновья и дочка успели от него отвыкнуть, и оттого честному служаке было обидно и муторно на душе.

По характеру глава семейства был строг, сдержанно-грубоват и не любил выказывать свои чувства. Но жена его, замкнутого в себе, и без слов понимала. Как известно, противоположности легко сходятся. Так, Наталья Яковлевна Полонская, мать поэта, 1796 года рождения, была на шесть лет моложе мужа и, в противоположность ему, олицетворяла собой любовь и кротость. Поженились родители будущего поэта 7 февраля 1819 года.

«Мать моя страстно любила своего мужа, и даже няньки наши замечали, как она тосковала, когда он надолго уезжал от нас. — впоследствии вспоминал Полонский и особенно отмечал душевную доброту матери: — Я ни разу не слыхал от нее ни одного бранного слова. Прислуга ее не боялась».

Свое свободное время Наталья Яковлевна любила проводить за книгами. Читала она все, что было в домашней библиотеке. В доме имелось несколько толстых тетрадей, в которые она записывала стихи, песни и романсы.

Петр Григорьевич Полонский тоже знал цену книгам, иногда читал жене вслух «Историю государства Российского» Карамзина, но, будучи человеком суховатым, стихов не любил и в поэзии мало что понимал. Правда, иногда он с похвалой отзывался о Карамзине, Жуковском и Дмитриеве, но скорее это было почтение не к их литературному таланту, а к их высоким придворным должностям.

Очевидно, под влиянием матери пристрастился к чтению и будущий поэт. С шести лет его начали обучать грамоте по азбуке с лубочными картинками. В качестве домашних учителей в Рязани нередко приглашали воспитанников духовной семинарии. Первым учителем будущего поэта был Иван Васильевич Волков, человек молодой, очень веселого нрава и ласковый. «Я скоро перестал его бояться и так полюбил, что с нетерпением дожидался той минуты, когда он появиться, — вспоминал Полонский. — Уроки наши происходили в гостиной. Я сидел на диване, а Иван Васильевич возле меня на краю большого овального стола. Иногда тут присутствовала и мать моя, очень довольная моими успехами и моею мало-помалу развивающейся бойкостью».

Звуковой метод преподавания азбуки в ту пору еще не вошел в обиход. Преподавание велось по старинке, когда каждая буква имела свое древнеславянское название: аз, буки, веди, глагол, добро. «Старинное название букв, ныне всеми забытое, может быть, имело в себе некоторую силу действовать на воображение, — фантазировал Полонский. — Для меня, шестилетнего ребенка, каждая буква была чем-то живым, выхваченным из жизни». Детская фантазия Якова была неистощима, и с каждой буквой алфавита в его сознании связывался какой-либо поэтический образ.

Страсть к чтению передалась будущему «певцу грез» от матери, которая не только сама много читала, но и прививала сыну любовь к книгам. У нее было несколько рукописных сборников старинных русских песен и романсов, и Яша в детстве знал многие из них наизусть. Память на поэтические произведения у него была замечательной. «Все мною читанное по-русски или слышанное: сказки и былины — я, бывало, передавал с таким одушевлением и такими подробностями моей матери, что удивлял ее», — вспоминал поэт. Уже в детстве он интуитивно ощущал стихотворный ритм, чувствовал музыку поэтических строк. Поэзия жила в его душе с самого раннего возраста.

«Когда мне перевалило за семь лет, я уже умел читать и писать и читал все, что попадалось мне под руку, — с радостью отмечал Полонский. — А попадались мне под руку все старые, иногда очень старые книги, в кожаных переплетах — с высохшими клопами между страниц. Первые прочитанные мною стихи уже побуждали меня подражать им. Чаще всего в тогдашних изданиях попадались стихи Карамзина и князя Долгорукова. На стихи память у меня была отличная, восьми-девяти лет я знал уже наизусть лучшие басни Крылова, все сказки Дмитриева, монологи из комедий Княжнина и кое-что из трагедий Озерова. Читал я стихи вслух, и кому же? Моей няньке и всей безграмотной дворне, которая, как мне тогда казалось, слушала меня с большим удовольствием, даже ахала от удовольствия!»

Яков Петрович Полонский

Фото Все

Яков Полонский — биография

Яков Полонский – русский поэт-романист, прозаик. Первые его произведения появились в «Литературных записках» и были сразу же высоко оценены маститыми критиками.

Произведения русского поэта и публициста Якова Полонского ярко отображают внутренний мир России, самую суть русской души. Вклад автора в отечественную литературу по сравнению с Пушкиным или Некрасовым скромнее, но без его поэзии наше искусство не было бы таким многогранным и разнообразным.

Детство и юность

Поэт-романист родился 18 декабря 1819 года в старинном русском городе Рязань. Яков был первым ребенком в многодетной семье чиновника, Петра Григорьевича Полонского. Отец был родом из дворян, но состояния особого не имел.

Мама будущего литератора также происходила из знатной семьи. Выйдя замуж, Наталья Яковлевна полностью посвятила себя мужу и семерым детям, ведению домашнего хозяйства. В свободное время эта хорошо образованная женщина много читала, коллекционировала понравившиеся стихи и романсы.

Поначалу маленький Яша обучался на дому, образовательный процесс чутко контролировала его мама. Когда юноше исполнилось тринадцать, Наталья Яковлевна скончалась, и вскоре после этого отец получил назначение по службе в другой город. Детей забрали к себе родственники матери, которые при всем желании не могли обеспечить каждому из них персональное образование. Поэтому Якова определили в местную мужскую гимназию, которая в те годы культурным центром Рязани.

Рифмованием тогда занимался едва ли не каждый гимназист. Полонский не отставал от сверстников, сочиняя собственные поэтические произведения. Вдохновение юный поэт черпал в стихах Александра Пушкина и Владимира Бенедиктова, находившихся в зените славы.

Вскоре судьба преподнесла Якову подарок в виде встречи с поэтом Василием Андреевичем Жуковским, стоявшим у истоков русского романтизма. Это знакомство оказало колоссальное влияние на дальнейшую творческую биографию молодого сочинителя.

В конце 1830-х Рязань посетил будущий император Александр II. Его принимали в мужской гимназии, руководство которой постаралось организовать ему наилучшую встречу. Полонскому поручили написать приветственные стихи, и молодой поэт справился с этой задачей блестяще. По приезду цесаревича хор гимназистов исполнил два сочиненных им куплета под музыку гимна «Боже, царя храни!».

После успешно проведенного приема директор гимназии решил устроить небольшое мероприятие, куда пригласил сопровождавшего престолонаследника Жуковского. Автор слов российского гимна отметил несомненный талант юноши, чем воодушевил начинающего поэта. После отъезда гостей руководитель гимназии вручил Якову ценный подарок от маститого литератора – настоящие золотые часы.

В 1838-м Полонский стал студентом юридического факультета Московского университета. В свободное от занятий время молодой человек продолжал сочинять стихи, занимался творчеством в университетском издании «Подземные ключи». С особым восхищением Яков слушал лекции Тимофея Грановского, декана историко-филологического отделения. Уроки профессора окончательно сформировали мировоззрение талантливого студента.

По воспоминаниям современников, Полонский был очень привлекательным парнем, способным находить общий язык с самыми разными людьми. Одним из самых близких друзей для него стал Николай Орлов, сын героя войны с Наполеоном Михаила Орлова. В доме отставного военного всегда было полно интересных людей: ученых мужей, деятелей искусств, представителей интеллигенции. Здесь Яков Петрович завел дружбу с Афанасием Фетом, Аполлоном Григорьевым, Михаилом Щепкиным, Сергеем Соловьевым, Петром Чаадаевым, Алексеем Писемским и Михаилом Погодиным.

Творчество

На вечерах в доме Орловых студент зачитывал свои произведения, а именитые друзья помогали ему добиться их публикации. Так первые стихи автора были опубликованы в «Литературных записках», после чего имя Якова узнала культурная общественность. Его поэзию высоко оценили такие авторитетные критики, как Виссарион Белинский. Несмотря на признание, творчество приносило сущие копейки, поэтому сочинитель подрабатывал репетиторством.

В институте Полонский задержался на год дольше, чем его сокурсники, так как на экзамене у педагога по римскому праву Никиты Ивановича Крылова не смог ответить на все вопросы. Зато в этот период состоялось еще одно важное в жизни поэта знакомство – с русским писателем-реалистом Иваном Тургеневым. На протяжении долгих лет они были друг для друга советчиками, критиками и добрыми друзьями.

К 1844 году финансовое положение Якова стало настолько бедственным, что ему пришлось покинуть Москву. Его произведения уже печатались, в том числе и в «Отечественных записках», но полученных гонораров все равно не хватало. С помощью знакомых молодой человек получил хорошую должность в одесском таможенном ведомстве, что позволило избавиться от вечной проблемы нехватки денег. Жалование было скромным, но вместе с доходами от репетиторства выходила более-менее приличная сумма.

Через два года Яков перебрался в Тифлис – там ему предложили место канцелярского служащего у графа Воронцова. У кавказского наместника Полонский проработал около пяти лет, и за это время получил массу незабываемых впечатлений. Здесь поэт познакомился с колоритными горцами, их обычаями и традициями, которые сильно повлияли на все его дальнейшее творчество. Именно в период работы на Кавказе автор создал свои самые значимые произведения, сделавшие его знаменитым на всю Россию.

Яков Петрович активно сотрудничал с Тифлисским изданием «Закавказский вестник», опубликовавшим ряд его очерков, рассказов, научных и публицистических статей. Здесь же свет увидели поэтические сборники «Несколько стихотворений» и «Сазандар».

Красота кавказских пейзажей вдохновила создателя не только на литературное творчество, но и на живопись. Талант к рисованию у него проявился еще в детстве, но в полной мере раскрылся именно в этом горном краю.

В 1851-м Полонский переехал в Петербург. В городе на Неве он продолжал издавать свои творения, много общался с коллегами из литературного сообщества.

Яков Полонский в творческом процессе

Через четыре года вышел новый сборник автора, познакомиться с которым можно было на страницах самых популярных российских изданий – «Современника» и «Отечественных записок». У поэта вновь возникли проблемы финансового характера – доход от публикаций все еще был более чем скромный. Яков устроился на работу к губернатору Н. М. Смирнову, чьим детям был необходим хороший репетитор.

В 1857-м Смирнов вместе с семейством отправился в путешествие по европейским странам, поехал с ними и Полонский. В ходе поездки у поэта появилась возможность брать уроки у маститых французских художников и знакомиться с интересными творческими людьми. Одним из новых друзей Якова Петровича стал прославленный писатель Александр Дюма.

Через год сочинитель был вынужден уволиться с репетиторской работы, из-за разногласий с губернаторской женой. Александра Осиповна была до невозможности вздорной дамой, да к тому же являлась религиозной фанатичкой, чего Яков терпеть более не мог. Поначалу Полонский планировал обосноваться в Женеве, но вскоре получил заманчивое предложение от литературного мецената Кушелева-Безбородко. Граф уговорил сочинителя стать редактором нового журнала «Русское слово», который он собирался открывать в Санкт-Петербурге.

Вернувшись на родину, Полонский приступил к своим редакторским обязанностям в «Русском слове». В 1860-м автор стал сотрудником комитета иностранной цензуры и проработал там вплоть до 1896 года.

Яков Полонский за чтением

После увольнения с должности цензора Яков Петрович занял руководящий пост в Совете главного управления по делам печати.

На закате творческой биографии Полонский все чаще затрагивал религиозные и мистические темы, рассуждал о старости, смерти, мимолетности человеческого счастья. Последняя его книга вышла в 1890 году: это был сборник стихотворений «Вечный звон». Самым известным произведением автора стала сказочная поэма «Кузнечик-музыкант», написанная в шуточном стиле.


источники:

http://jakovpolonsky.ru/node/411

http://biographe.ru/znamenitosti/yakov-polonskij/