Великая Королева Сондок биография

Королева Сондок

Персонажи

Поиск персонажей

  • Будем искать среди персонажей фандома

Группы персонажей

Всего персонажей — 40

Хваран, лидер отряда «Крылатые маги».

Принц Кая, лидер Покъявэй.

Мошенник, приятель Чукбана, нандо из отряда «Цветок дракона».

Нандо отряда «Цветок дракона».

Торговец, сторонник Пидама.

Один из лидеров хваранов, верный князю Ёнчхуну.

Князь, брат Ёнсу. Второй сын короля Чинчжи.

Муж принцессы Чхонмён. Старший сын короля Чинчжи.

Отец Юсина, военный.

Принцесса. Дочь короля Чинпхёна, сестра-близняшка Токман. Жена Ёнсу и мать Чхунчху.

Сын принцессы Чхонмён и Ёнсу, будущий король Муйоль.

Хваран, начальник отряда «Цветок дракона».

Нандо отряда «Цветок дракона».

Супруга Ким Сохёна, мать Юсина. Сестра короля Чинпхёна.

Королева, мать Чхонмён и Токман. Супруга короля Чинпхёна.

Политический деятель, обладает огромной властью в Силле. Вонхва (женщина-лидер хваранов), сэчжу (хранительница королевской печати). Супруга (наложница) королей Чинхына и Чинчжи. Жена Сэчжона, любовница Сольвона, мать Хачжона, Почжона и Пидама.

Младший брат Мисиль, чиновник.

Куксон, лидер хваранов.

Один из столичных хваранов.

Сын Мисиль и короля Чинчжи. Воспитанник Мунно.

Великая Королева Сондок биография

В этот раз спойлеров не боюсь, финал исторческий (ну, примерно, например, вычеркнули, что после Сондок правила ещё одна королева, этого персонажа вообще нет), но с интересной трактовкой. Прекрасный сериал. Интересный, динамичный, много разнообразных героев со своим собственным развитием. Не без штампов, но в общей массе малозаметно. НО! Для меня сериал разделился на «до 21й серии» и «с 21й серии», потому что в этой серии появляется взрослый Пидам (до этого мы его видим только единожды младенцем). Главная героиня сериала — Токман, принцесса Силлы, она сама по себе интересный персонаж, отлично сыгранный, продуманный, с ней всё хорошо. Конечно же, она ГГня ВСЕГО сериала. Но как только появляется Пидам, то всё. Тушите свет, бросайте гранату, всё прекрасно и удивительно, сюжет идёт, персонажи живут, актёры молодцы, но Ким Нам Гиль переигрывает их всех сразу оптом, не говоря уже о том, что персонаж для него идеален настолько, что я даже не могу выразить глубину своего восхищения, не говоря уже о том, что сценаристы писали его образ, похоже, с учебниками по психологии и психиатрии под мышкой, под подушкой и вокруг клавиатуры. Т.е. для меня существовали Пидам, вторвм номерам как годная ГГня, а также возлюбленная Пидама, и все остальные. Многих восхищает образ Мисиль. Мисиль прекрасна, но она тоже «все остальные».

читать дальше Замес такой. Легендарный король Силлы Чинхын собирал вокруг себя таланты и не очень сильно обращал внимание не происхождение, невзирая на систему «костей», которая ограничивала продвижение человека по службе, сколь бы он ни был талантлив. Тем не менее, эа система существовала. Право на престол было только в «святой кости» (сонголь), очень узкая часть правящего рода, причём оба родителя должны быть этого происхождения (ну выпонели, близкие родственники), вокруг кучковались представители «истинной кости» (чинголь), они тоже все не то, чтобы дальняя родня, а потом уже идет вские там юктупхум и прочие другие «пхумы». Короче, среди талантов, привлечённых Чинхыном, была не входившая даже в число чинголь Мисиль, исторически личность полулегендарная, и Сольвон, он по киношке вообще крестьянского происхождения. На своих помощников Чинхын изрядно полагался, но у них были амбиции, и он понимал, что как только он умрёт, они не смирятся с потерей влияния. Система у Силлы была патриархальная, и всё же некоторые женщины пробивались к власти так или иначе, так и вышло с Мисиль, которая была правой рукой Чинхына, но до статуса королевы так и не добравшаяся.
Перед смертью Чинхын завещал престол не сыну, а внуку от другого сына, а также отдал письменный приказ Сольвону убить Мисиль, потому что та из благослования Силлы после его смерти станет проклятием. Вообще с моногамией у них там как-то сложно было, потому что Мисиль умудрялась быть женой одного высокопоставленного чиновника, сандэдына (Сэджон вроде), Сольвона, наложницей Чинхына, да ещё и потом претендовать на звание королевы через брак с какой-нибудь венценосной особой. И детишки у неё от разных отцов.

Короче, Мисиль понимает, что юный наследник для неё бесперспективен, поэтому скрывает завещание (а Сольвон свой приказ не выполнил, само собой) в пользу сына Чинхына и делается его любовницей, рассчитывая со временем получить статус королевы. Вроде тот даже обещал, но я точно не помню. Короче, король Чинджи так и не женится на Мисиль, даже когда та рождает ему сына, Хёнджона. После резкого отказа Мисиль оставляет младенца прямо на полу в зале совета и уходит, проронив скупую слезу и сказав «прости, малыш, но ты мне больше не нужен». Так начинается жизненный путь Пидама, круто, да? Пидамом Хёнджона назвал куксон (самый главый хваран) Мунно, который взял ребёнка на воспитание.

Это не кадр из фильма, промофото: Пидам уже в доспехе из последних серий и его маман, в такой комплектации они не встречались в сериале. По возрастам там кастинг странный но мне объяснили, что это концепт такой. Например, вечно молодая Мисиль (хотя в сценарии она комментирует свой немаленький возраст, при этом выглядит она младше отца Токман, которого она старше на 16 лет) — это как бы выражение её неувядающей силы и способности управлять мужчинами. И тому подобное.

Мисиль же устраивает мятеж, обнаруживает перед всеми настоящее завещание короля Чинхына, скидывает Чинджи, лишает его и его потомков статуса сонголь и сажает на трон уже правильного наследника. Она старше юноши на 16 лет, но ещё вполне готова к бою, поэтому она рассчитывает избавиться от уже беременной новой королевы Маи и выйти замуж за юного короля сама. Но Маю спасают, а Мисиль получает шиш с маслом. Но королевская чета внезапно преподносит ей новый подарок: у них рождаются двойняшки-девочки, а по древнему предсказанию, стоит только королю родить двойню, сонголь потеряет власть. Для Мисиль это удобный шанс скинуть неудобного короля и расширить круг подозреваемых претендентов на трон. Например, среди таковых находится один из её мужей, сандэдын (эта такая должность, предводитель знати, типа первого министра, по закону сандэдын может наследовать трон, если больше нет законных наследников. Короче, Мисиль важно предъявить всем двойню, а королю важно скрыть этот факт и надеяться, что ещё в роду будут мальчики. Младшую из близняшек вручают служанке Со Хве и отправляют из дворца в бега. Предполагается, что ей поможет главная нянька начала сериала Мунно. Ну дальше там погони и расследования, и вторая близняшка исчезает на долгие 15 лет. Мунно тоже не возвращается, а заодно исчезает ещё один крутой хваран Чхильсук, преданный Мисиль — с упорстром, достойноым лучшего применения он ищет младшую принцессу, а потом не решается вернуться, так что его считают погибшим.

Так Токман, не зная своего происхождения и считая себя дочерью Со Хвы, вырастает в пустынном районе Китая, в каком-то торговом городке)). Пока на неё не набредает Чхильсук. Они там даже подружились, но тут выясняется, кто такая Токман и начинаются гонки с препятствиями.

Вот вам закадровые Со Хва и Чхильсук, а ещё 15-ти летняя Токман.

Потеряв Со Хву, Токман отправляется в Силлу, откуда, по версии Со Хвы был её отец. От матери она слышала имя Мунно, и решает, её отец именно он. Его-то она и отправляется искать.

Тем временем во дворце подрастает её сестра Чхонмён. Браки то время были ранние, и в этом же возрасте она замужем за одним из сыновей короля Чинджи (ну да, они там все родственники), и даже по любви. С мальчиками же в роду и правда не задалось. Стараниями ли Мисиль или по воле игр с генетикой все отпрыски мужского пола у королевской четы умирали. В таких условиях беременная Чонмён не решается рожать во дворце и якобы уходит в монастырь. Тем более, что Мунно когда-то сделал предсказание, что, мол, в час, когда одна из звёз Кэян (Большой Медведицы) станут двумя, родится тот, кто сможет победить Мисиль. Так что все, кто знают о двойняшках, считают этим кем-то Чхонмён. В монастыре она рожает Ким Чхунчху, через какое-то время подросшего ребёнка отправят в Китай на воспитание, от греха подальше.

Из монастыря же Чхонмён отправляется тоже искать Мунно, не помню, зачем, вроде потому что тот куксон, как никак, чтобы уравнвесить власть Мисиль (которая хранитель королевской печати (сэджу) и одновременно вонхва (также одна из руководящих должностей хваранов). Так она знакомится с Токман и Ким Юсином, будущим великим полководцем Силлы. Знакомство началось не гладко, но закончилось зачислением Токман, выдававшей себя за парня в целях безопасности, и Ким Юсина в столичные хвараны. Собственно, свой отряд у Юсина уже был, но провинциальный, а Чонмён заставляет его взять в отряд Токман, а сам отряд переводит в столицу (где отряд надолго задерживается в роли лузеров, так себе из Юсина наставник был)))).

С другой стороны, хорошо, что из Токман не сделали супер-воительницу, был бы перебор, она скорее характером, умом и упорством брала. При этом вроде как никто не знает, что Токман девушка, а Токман не знает, что Чонмён принцесса, там в официальной обстановке всё время в вуали. Но они дружат, Чхонмён приходит под видом монашки общаться.

Вообще Чхонмён отличный, умный и сильный персонаж. Она не такая, как Токман, ей, пожалуй, не хватало той изобретательности, что были у младшей близняшки, всё-таки дворцовое воспитание, и она играет по принятым правилам. Но характера ей не занимать, и ей случалось выигрывать раунды у Мисиль, так что той приходилось считаться с принцессой. Во многом пример сестры повлиял на то, какой стала Токман, когда восстановила свой статус. Она учла сильные и слабые стороны Чхонмён. И совершенно необычным было её решение самой бороться за корону, а не выйти замуж за политически выгодного человека и предоставить власть ему (или править через него), такое не приходило в голову даже Мисиль. В условиях древней Силлы это был беспрецедентный случай, но не невозможный, положение женщины было не настолько низким, чтобы исключить такой вариант. Хотя Токман пришлось доказать, что она это потянет.

Разумеется, у нас тут не обошлось без первой любви, и разумеется, ею стал Ким Юсин.

Я игру Юсина не сразу оценила, у него такое амплуа рыцаря без страха и упрёка, прямолинейного и героического до зубовного скрежета. Но играл он хорошо. Особенно это стало заметно к концу на фоне нестабильного Пидама — Юсин производил впечатление единственного человека, который воспринимает Пидама просто как Пидама и даже понимает его больше всех, в то время как сам Пидам толком не мог разобраться сложностях своего внутреннего мира или творил прямо скажем вредные вещи. Сыграть это, не выходя из образа максимально спокойного человека, и выдать нотку сочувствия к бунтарю, не забывая долга, только взглядом — это круто. И мне кажется, что он один понимал, что Пидам сам с собой не справляется.
В любом случае, у Юсина как национального героя, по биографии которого мы вообще в значительной части знаем о событиях в Силле этого периода, не было вариантов не оказаться самым морально стойким персонажем сериала. Кстати, Педивикия англоязычная в статье про Пидама пишет, что есть некоторые сомнения, что бунт Пидама вообще был, а имела место провокация, когда дворян вынудили с силой пробиваться к больной государыне, куда никого не пускали, а потом обозвали это бунтом. Мол, у Пидама в его тогдашнем положении власти было хоть жопой ешь (не потому что он сын свергнутого короля, это выдумка сериала, на самом деле о происходжении Пидама ничего толком неизвестно, а потому что он к тоу времени был регентом и сандэдыном, который, как мы помним, и так имел реальный шансм получить престол легально в отсутствии детей у королевы), с его умом он мог бы и получше к бунту подготовиться, зато сестра Юсина была замужем за Ким Чхунчху, и ему было выгодно устранить конкурента для зятя. Разумеется, такой сценарий в дело не пошёл, Юсин был чист, как стекло, зато этот сценарий с провокацией блестяще разыграли в середине, чтобы обвинить в бунте Токман. Ну и всю подозрительную часть этой версии на себя взял Ким Чхунчху, оказавшийя какашкой.

Ну как какашкой.. По отношению к Пидаму как конкуренту, против Токман он не злоумышлял, когда признал в ней королеву. Прямой вины Чхунчху в истории с бунтом тоже не было, но я настаиваю на том, что если б не его последняя беседа с Пидамом, комбинация Ёмджона могла бы и не сработать. У Пидама как эмоционального калеки были бааааааальшие проблемы с доверием, но он всё-таки очень сильно любил Токман, она сама много раз оказывала ему доверие в ситуациях, когда больше никто ему не верил, и в те моменты, когда страх быть преданным побеждал доверие, спасала преданность. А умело и точно всаженный Чхунчху в больное место нож предопределил трагедию не меньше, чем те, кто реально втягивал Пидама в бунт. А главное, он сделал это осознанно, о чём он прямо говорит (или думает?) как о средстве избавиться от потенциальной угрозы, причём сильно потенциальной, учитывая подписанное Пидамом обязательство. Чисто на всякий случай. Понимая, что Пидаму нужна не власть, а Токман.

Королева из Токман получилась толковая. Она старается уделить внимание и благосостоянию народа, и безопасности границ. и лежанию в сторону «великой мечты об объединении Самхана» (короче, как всегда все королевства Кореи под этим лозунгом пытались друг друга захватить))). И всё-таки она начала с благосостояния народа, а не разорительных войн. Она старается по совести разрешать конфликты свящзанные с интригами и подозрениями в адрес тех, кому доверяет и старается не обвинять никого без доказательств. Она до последнего старается не верить наветам ни в адрес Юсина, ни в адрес Пидама. Впрочем, в чём-то Юсину повезло больше. Если против Юсина интриговал в основном Пидам из ревности, используя факты, которые трактовал в свою пользу, но всё же реальные, а вся информация проходила через королеву, то против Пидама действовали его же подчинённые, всячески его подставляя и стараясь поставить его в ситуацию, когда он будет просто вынужден взбунтоваться. Вот тут-то и крылась главная кадровая ошибка Токман как королевы. Решив пощадить клан Мисиль, да ещё назначив их на важные должности, она вполне логично решила, что Пидам, как сын Мисиль, так сильно похожий на неё характером и дарованиями, но преданный Токман, единственный будет в силах держать эту компанию под контролем. Так оно и было. У Пидама хватало ума и таланта выполнять порученную ему работу и строить родственников. Промашка состояла в том, что основной мотив родни подчиняться Пидаму оказался в плосткости их надежд посадить его на престол. Они тоже видели в нём главу и признавали за ним наследника Мисиль. до тех пор, пока не поняли, что на самом деле у него нет собственных амбиций. Они с восхищением следили за тем, как он движется к вершине и давит врагов, но не понимали (ну, кроме Сольвона, наверное, потому что для него тоже главынм в служении Мисиль была любовь) что Пидам коспит власть, чтобы иметь возможность претендовать на Токман, а не добивается Токман для того, чтобы получить максимум власти и престол. Как только они это поняли. ну вы поняли.

Я не знаю, что могда бы сделать Токман, взойдя на престол, не казнив весь клан. Дать им должности — это иметь возможность их контролировать. Контролировать из доверенных лиц их мог только Пидам. Пидам же — потрясающее сочетание звериной хитрости и детской бесхитростности. Фактически она навесила на него эти обязанности расценивая Пидама как обычного человека, довеременного, но с амбициями и преданного стране. Для Пидама же ничто не имело важности, кроме тех, кого он любит, а любил он в жизни только двоих: наставника Мунно и Токман. Их могло было быть больше, но остальные или не доверяли ему, или боялись. А кто перестал бояться — даже презирал. Что не удивительно, учитывая, что Пидам — человек на грани разума и безумия. Мунно назвал его острым клинком без рукояти, кто попытается использовать — исзрежет себе руки. Токман стала такой рукоятью. Но когда безумный меч без рукояти стал управляем, им стали пользоваться и те, кому не следовало. А побеждуённый страх люди имеют тенденцию топтать. Пидам был страшен, пока был непредсказуем. Но непредсказуемым он был не от хитрости, а от внутренней ярости, страха и отсутствия ориентиров. Когда он получил ориентир, он стал почти прозрачен для тех, кто давал себе труд приглядеться к нему.

Далее небольшая фотоистерика имени Пидама, чтоб было понятно, что он бывал очень разным. Я поначалу вообще думала, что он реально психопат, но нет, грань он всё-таки не перешёл.

Дело в том, что Пидам в моём понимании эмоциональный (или моральный?) инвалид. То, что обычными людьми постигается через опыт, свой и чужой, то он категоории плохо и хорошо постигает при помощи логики и объяснений. Нет объяснений, объяснение кривое — он всё понял по-своему. По большей части убийство людьми воспринимается как табу, человеческая жизнь даже для тех, кто не привык считать её ценной, всё-равно имеет какой-то вес. Для Пидама это математическая задачка. Одно из обстоятельств, которое ты учитываешь, принимая решение. Мунно на самом деле очень любил Пидама, любил как сына. Но ещё будучи маленьким ребёнком убивает кучу народу из-за того, что они побили его и отобрали его вещи, повергает Мунно как наставника в шок, из которого он так и не выбрался, вместо того, чтобы разобрать произошедшее, Мунно фактически эмционально бросил Пидама, хоть и оставался рядом, учил его, но по большей части старался держать под контролем, как некое зло, от которого у него нет сил избавиться. Для Пидама эта внезапная и непонятная дистанция стала детской трагедией, которая повляила на его способность доверять людям, что они его не бросят внезапно. Мне сложо осуждать Мунно, он, в конце концов, не профессиональный педагог, а Пидам явно не нормальный ребёнок. Это трагедия обоих. Но Пидам способен учиться, а главное, хочет это делать. Когда ему всё-таимк объясняют, где ошибка в его задачке, он стремится это учесть и исправить. Признаками того, что Мунно всё же его любил, я считаю, что он не убил его (а мог бы, и не думаю, что в системе ценностей древних это было бы предосудительно), не бросил, старался помочь, если Пидам делал всё-таки что-то правильное. Да и сам Мунно понимал, что накосячил с Пидамом, потому что в конце концов попросил у того прощения, а Пидам хоть ненадолго увидел любовь в глазах учителя. Токман стала следующим человеком, оказавшимся способным научить Пидама жить по этическим нормам, принятым в обществе. Трагедия состояит ещё и в том, что когда Пидам стал «нормальным», он стал слишком управляемым. И всё же это помогло ему как-то вписаться в общество.
И конечно, то, каков Пидам, в значииельной степени наследие Мисиль. Изо всех её детей, которых мы видим в кадре, Пидам похож на неё больше всех, хотя и отличий тоже много. Но главное не в этом. В конце концов, это не хорошо и не плохо. Линия Пидам/Мисиль, когда оба уже знают, кем друг другу приходятся, Мисиль сделала буквально всё, чтобы «доломать мальчика». Сперва сознатиельно, потом, я думаю, она всё же немного прониклась и постаралась своеобразно передать ему дела, к тому же, где-то в глубине души, я считаю, она всё-таки стыдилась того, что ради политических целей отказалась от ребёнка (но не жалела!). В общем, в итоге она оставила ему настолько тяжёлое «наследство», что он с трудом его вынес, и то, наверное, благодаря доброму участию Токман и признанию Мунно своих ошибок. Ну и своей силе. В конце концов, хоть он и оказался довольно ранимым (чего не скажешь по нему в самоим начале), он выдержал, как смог. И когда осознал трагическую ошибку — пошёл исправлять. Как обычно, криво (как сказал Юсин, «хватит убивать людей»), но пошёл. И к себе он безжалостен куда больше, чем к другим. Иначе суке Ёмджону не удавалось аж несколько раз выжить, надавив на чувство вины Пидама, буквально ломая его. Уверена, что в последний раз Ёмджон тоже был уверен, что прокатит, и его последней эмоцией было удивление.

Мне интересно, в какой момент Токман всё-таки полюбила его. И любила ли она его по-настоящему. Иногда мне кажеться, что она полюбила его как-то незамеино для себя, и довольно сильно, а иногда — что это была не любовь, а страмление быть для кого-то просто человеком, а не королевой, потребность в тихой гавани. Пидама сложно назвать тихим, но при Токман он просто сама любовь. А если любила, то что мешало ей в некоторые располагающие к этому моменты показать больше эмоций, больше страсти. Жанр не располагает к лирике, но есть моменты, когда они обнимались или про чувства, и Пидам просто исходил на эмоции, то умирал, то светился. Это, конечно, талант Ким Нам Гиля, у него все эмоции заразительные, яи в «Достоин своего имени» всегда смеялась и плакала вместе с ним, а Пидам так вообще. Токман, конечно, закована в броню королевы, и всё же. Было ли то, как упорно она не верила слухам против него, то, что она до последнего вздоха носила парное кольцо, как упала, когда умирал он — признаками сильной любви к нему? Были ли правдой её слова, что она намеренно держала его на расстоянии, не считая себя как королеву вправе любить. Или тогда она хотела его контролировать и получить через него власть нал мелкими дворянами (хотя првязана она к нему всегда была, но меня интересует именно любовь как к мужчине). Но меня до безумия пёр этот пейринг. Любовь к Юсину была сильной, и всё же отчасти привязанностью ученицы к наставнику + первая любовь. Пидам же всегда дарил ей утешение, и её тянуло к нему, даже когда о любви было рано говорить. Как я уже написала, иногда я сомневаюсь на её счёт, но дуимаю, она всё-таки любила его — настоолько сильно, насколько могла себе позволить.

Ниже фанарты. Цветной из сети, коллаж и ЧБ рисунок мои.
читать дальше

Клипы про Пидама и Токман есть в количестве, я выбрала этот по степени горечи, которую я испытываю по поводу этой трагедии.

В основном про первую чать дорамы:

Тут больше про вторую часть.


источники:

http://diary.ru/~uele/p219162813_koroleva-sondok-yuzhnaya-koreya-2009g.htm