Брусилов Алексей Алексеевич биография Генерала

Алексей Брусилов — биография, новости, личная жизнь

Алексей Брусилов

Алексей Алексеевич Брусилов. Родился 19 (31) августа 1853 года в Тифлисе — умер 17 марта 1926 года в Москве. Русский и советский военачальник, генерал от кавалерии (1912), генерал-адъютант (1915). Верховный главнокомандующий Русской армии (22 мая — 19 июля 1917). Главный инспектор кавалерии РККА (1923). Организатор знаменитого Брусиловского прорыва во время Первой мировой войны (1916), в ходе которого русскими войсками было нанесено тяжелое поражение армиям Австро-Венгрии и Германии и заняты Буковина и Восточная Галиция.

Алексей Брусилов родился 19 (31 по новому стилю) августа 1853 года в Тифлисе.

Отец — Алексей Николаевич Брусилов (1789-1859), потомственный дворянин Орловской губернии, русский военачальник, генерал-лейтенант. Участник Отечественной войны 1812 года, был командиром 1-го эскадрона Орденского кирасирского полка. При Шевардино 24 августа 1812 года был ранен.

Мать — Мария-Луиза Антоновна Брусилова (в девичестве Нестоемская), была полькой и происходила из семьи коллежского асессора А. Нестоемского, была значительно моложе его.

К моменту рождения Алексея (был первенцем у родителей) матери исполнилось 28 лет, а отцу — 64 года. Семья проживала в Тифлисе, где служил Алексей Николаевич в должности председателя полевого аудиториата Отдельного Кавказского корпуса.

Младший брат — Борис Алексеевич Брусилов (1855-1918), участник Русско-турецкой войны 1877-1878 и Ахалтекинской экспедиции 1880-1881 годов, владелец усадьбы Глебово-Брусилово.

Младший брат — Лев Алексеевич Брусилов (1857-1909), служил во флоте, участвовал в Русско-турецкой войне 1877-1878 годов, умер в 1909 году в чине вице-адмирала.

Племянник — Георгий Львович Брусилов (1884-1914), российский исследователь Арктики, лейтенант флота. Один из прототипов Ивана Львовича Татаринова в романе «Два капитана» В.А. Каверина.

27 июня (9 июля) 1867 года Алексей Брусилов поступил в Пажеский корпус. Окончил его 17 (29) июля 1872 года, был выпущен в 15-й драгунский Тверской полк. В 1873-1878 годах — адъютант полка.

Участник Русско-турецкой войны 1877-1878 годов на Кавказе. Отличился при взятии турецких крепостей Ардаган и Карс, за что получил орден Святого Станислава 3-й и 2-й степеней и орден Святой Анны 3-й степени.

В 1879-1881 годах был командиром эскадрона, начальником полковой учебной команды.

В 1881 году прибыл для прохождения службы в Санкт-Петербург. В 1883 году окончил курс наук отдела эскадронных и сотенных командиров по разряду «отличных».

Алексей Брусилов в молодости

С 1883 года служил в Офицерской кавалерийской школе: адъютант; с 1890 года — помощник начальника отдела верховой езды и выездки; с 1891 года — начальник отдела эскадронных и сотенных командиров; с 1893 года — начальник драгунского отдела.

С 10 ноября 1898 года — помощник начальника, с 10 февраля 1902 года — начальник школы. Брусилов стал известен не только в России, но и за границей как выдающийся знаток кавалерийских езды и спорта. Большое внимание уделял практическим занятиям верховой ездой в Поставской школе парфорсной охоты.

Благодаря протекции великого князя Николая Николаевича был назначен 19 апреля 1906 года начальником 2-й гвардейской кавалерийской дивизии. С 5 января 1909 года — командир 14-го армейского корпуса.

С 15 мая 1912 года — помощник командующего войсками Варшавского военного округа.

С 15 августа 1913 года — командир 12-го армейского корпуса.

Алексей Брусилов во время Первой мировой войны

В день объявления Германией войны России — 19 июля (1 августа) 1914 года — Брусилов был назначен командующим 8-й армией, которая уже через несколько дней приняла участие в Галицийской битве.

15-16 августа 1914 года нанесла в ходе Рогатинских боев поражение 2-й австро-венгерской армии, взяв в плен 20 тысяч человек и 70 орудий. 20 августа взят Галич.

8-я армия принимает активное участие в боях у Равы-Русской и в Городокском сражении. В сентябре 1914 года командовал группой войск из 8-й и 3-й армий. 28 сентября — 11 октября его армия выдержала контратаку 2-й и 3-й австро-венгерских армий в боях на реке Сан и у города Стрый. В ходе успешно завершившихся боев взято в плен 15 тысяч вражеских солдат, и в конце октября 1914 года его армия вступила в предгорья Карпат.

В начале ноября 1914 года, оттеснив войска 3-й австро-венгерской армии с позиций на Бескидском хребте Карпат, занял стратегический Лупковский перевал. В Кросненском и Лимановском сражениях разбил 3-ю и 4-ю австро-венгерские армии. В этих боях его войска взяли в плен 48 тысяч пленных, 17 орудий и 119 пулеметов.

В феврале 1915 года в сражении у Болигрод-Лиски сорвал попытки противника деблокировать свои войска, осажденные в крепости Перемышль, взяв в плен 130 тысяч человек. В марте овладел главным Бескидским хребтом Карпатских гор и к 30 марта завершил операцию по форсированию Карпат. Германские войска сковали в тяжелейших боях у Казювки его войска и, тем самым, предотвратили наступление русских войск в Венгрию.

Когда весной 1915 года разразилась катастрофа — Горлицкий прорыв и тяжелое поражение русских войск — Брусилов начал организованное отступление армии под постоянным напором неприятеля и вывел армию к реке Сан. В ходе сражений у Радымно, на Городокских позициях противостоял противнику, имевшему абсолютное преимущество в артиллерии, в особенности тяжелой. 9 июня 1915 года был оставлен Львов. Армия Брусилова отходила на Волынь, успешно обороняясь в Сокальском сражении от войск 1-й и 2-й австро-венгерских армий и в сражении на реке Горынь в августе 1915 года.

В начале сентября 1915 года в сражении при Вишневце и Дубно нанес поражение противостоящим ему 1-й и 2-й австро-венгерским армиям. 10 сентября его войска взяли Луцк, а 5 октября — Чарторыйск.

Летом и осенью 1915 года по его личному ходатайству предпринимались многократные попытки расширить в географическом и численном отношениях масштабы депортаций местного немецкого населения западнее Сарн, Ровно, Острога, Изяслава. С 23 октября 1915 года проводилась высылка до сих пор остававшихся на своих местах по решению Особого совещания таких категорий немцев-колонистов как старики старше 60 лет, вдовы и матери погибших на фронте, инвалиды, слепые, калеки. По утверждению Брусилова, они «несомненно, портят телеграфные и телефонные провода». 20 тысяч человек высылалось в 3-дневный срок.

С 17 марта 1916 года — главнокомандующий Юго-Западным фронтом.

Брусиловский прорыв

В июне 1916 года провел успешное наступление Юго-Западного фронта, применив при этом неизвестную ранее форму прорыва позиционного фронта, заключавшуюся в одновременном наступлении всех армий. Главный удар был намечен на участке одной из четырех армий, входивших в состав фронта, но подготовка велась во всех четырех армиях и при том по всему фронту каждой из них. Основная идея обмана — заставить противника ожидать атаки на всем протяжении фронта и этим лишить его возможности угадать место действительного удара и принять своевременные меры к его отражению.

Летнее наступление русской армии являлось частью общего стратегического плана Антанты на 1916 год, предусматривавшего взаимодействие союзных армий на различных театрах войны. В рамках этого плана англо-французские войска готовили операцию на Сомме. В соответствии с решением конференции держав Антанты в Шантийи (март 1916) начало наступления на русском фронте было назначено на 15 июня, а на французском фронте — на 1 июля 1916 года.

По всему фронту, растянувшемуся на несколько сот километров, рыли окопы, ходы сообщения, пулеметные гнезда, строили убежища и склады, прокладывали дороги, сооружали артиллерийские позиции. О месте действительного удара знали только командующие армиями. Подвозившиеся для усиления войска не выводились на передовые линии до самых последних дней. Для ознакомления с местностью и расположением противника от вновь прибывающих частей разрешалось высылать вперед лишь небольшое количество начальствующих лиц и разведчиков, солдат и офицеров продолжали увольнять в отпуска, чтобы даже таким путем не обнаружить близости дня наступления. Отпуска были прекращены лишь за неделю до атаки, без объявления об этом в приказе.

К началу наступления четыре армии Юго-западного фронта насчитывали 534 тыс. штыков и 60 тыс. сабель, 1770 легких и 168 тяжелых орудий. Против них были четыре австро-венгерские армии и одна немецкая, общей численностью 448 тыс. штыков и 38 тыс. сабель, 1301 легких и 545 тяжелых орудий.

На направлениях ударов русских армий было создано превосходство над противником в живой силе (в 2-2,5 раза) и в артиллерии (в 1,5-1,7 раза).

На южном фланге Восточного фронта против армий Брусилова австро-германские союзники создали мощную, глубоко эшелонированную оборону. Она состояла из 3 полос, отстоящих друг от друга на 5 и более километров. Самой сильной была первая из 2-3 линий окопов, общей длиной 1,5-2 км. Основу ее составляли опорные узлы, в промежутках — сплошные траншеи, подступы к которым простреливались с флангов, на всех высотах — доты. От некоторых узлов шли вглубь отсечные позиции, так что и в случае прорыва атакующие попадали в «мешок». Окопы были с козырьками, блиндажами, убежищами, врытыми глубоко в землю, с железобетонными сводами или перекрытиями из бревен и земли толщиной до 2 м, способными выдержать любые снаряды. Для пулеметчиков устанавливались бетонные колпаки. Перед окопами тянулись проволочные заграждения (2-3 полосы по 4-16 рядов), на некоторых участках через них пропускался ток, подвешивались бомбы, ставились мины. Две тыловых полосы были оборудованы послабее (1-2 линии траншей). А между полосами и линиями окопов устраивались искусственные препятствия — засеки, волчьи ямы, рогатки.

Австро-германское командование считало, что такую оборону без значительного усиления русским армиям не прорвать, и потому наступление Брусилова для него было полной неожиданностью.

11 мая 1916 года Брусилов получил телеграмму начальника штаба верховного главнокомандующего Алексеева, в которой сообщалось, что итальянские войска потерпели поражение и не в состоянии удержать фронт. Командование итальянских войск просит перехода русских армий в наступление, чтобы оттянуть часть сил. Учитывая сложившуюся обстановку, по приказанию государя Алексеев просил Брусилова сообщить о готовности армий Юго-Западного фронта к наступлению. Брусилов без промедления ответил, что армии фронта готовы перейти в наступление 19 мая, но «при одном условии, на котором особенно настаиваю, чтобы и Западный фронт одновременно также двинулся вперед, дабы сковать войска, против него (Брусилова) расположенные». Алексеев по телефону сообщил Брусилову, что просит начать атаку не 19-го, а 22 мая, так как Эверт может начать наступление лишь 1 июня. Брусилов ответил, что с этим может «мириться» при условии, что более задержек не будет. Алексеев ответил, что «гарантирует». Вечером 21 мая Алексеев по телефону сообщил Брусилову, что сомневается в успехе «атаки противника одновременно во многих местах вместо одного удара всеми собранными силами и всей артиллерией, которая у меня распределена по армиям». Алексеев передал желание царя: изменить «необычный способ атаки», на несколько дней отложить наступление для того, чтобы устроить один ударный участок, как это уже выработано практикой настоящей войны. Брусилов наотрез отказался.

Алексеев ответил, что верховный главнокомандующий уже лег спать и будить неудобно. Он просил Брусилова подумать. Брусилов в своих мемуарах пишет, что очень на это разозлился и резко ответил: «Сон верховного меня не касается, и больше думать мне не о чем. Прошу сейчас ответа». В ответ Алексеев сказал: «Ну, бог с вами, делайте как знаете, а я о нашем разговоре доложу государю императору завтра».

С рассветом 22 мая 1916 года на выбранных участках прорыва начался сильный артиллерийский огонь по всему Юго-Западному фронту: огнем легкой артиллерии устраивались многочисленные проходы в проволочных заграждениях. На тяжелую артиллерию и гаубицы возлагались задачи по уничтожению окопов первой полосы и подавлению артиллерийского огня противника. Часть артиллерии, которая выполнила свою задачу, должна была перенести свой огонь на другие цели и тем самым помочь пехоте продвинуться вперед, препятствуя своим заградительным огнем подходу неприятельских резервов. Брусилов выделял особую роль начальника артиллерии в организации артиллерийского огня: «как капельмейстер в оркестре, должен дирижировать этим огнем» при обязательном условии бесперебойной работы телефонной связи между артиллерийскими группами. Артиллерийская атака, писал Брусилов, увенчалась полным успехом.

Главный удар в соответствии с планом, разработанным Брусиловым, был нанесен 8-й армией под командованием генерала А. М. Каледина в направлении города Луцка. Прорвав фронт на 16-километровом участке Носовичи — Корыто, русская армия 25 мая (7 июня) заняла Луцк, а ко 2 (15) июня разгромила 4-ю австро-венгерскую армию эрцгерцога Иосифа Фердинанда и продвинулась на 65 км. Эта операция вошла в историю под названием Брусиловский прорыв (также встречается под первоначальным названием Луцкий прорыв).

Брусиловский прорыв

В результате Брусиловского прорыва Юго-Западный фронт нанес поражение австро-венгерской армии, фронты при этом продвинулись от 80 до 120 км вглубь территории противника. Войска Брусилова заняли почти всю Волынь, почти всю Буковину и часть Галиции.

По российским данным Австро-Венгрия и Германия потеряли более 1,5 миллиона убитыми, ранеными и пропавшими без вести (убитых и умерших от ран — 300 тыс., пленных более 500 тыс.), русские захватили 581 орудие, 1795 пулеметов, 448 бомбометов и минометов.

По официальным немецким данным потери Австро-Венгрии составили 616 тыс. убитыми, ранеными, пленными и пропавшими без вести (пленных более 327 тыс.), потери Германии составили 148 тыс. человек в том числе около 20 тыс. пленными. Огромные потери, понесенные австро-венгерской армией, подорвали ее боеспособность. Именно Юго-Западный фронт сломал австрийскую военную машину (отныне австрийцы не смогут наступать даже в Италии без поддержки немцев).

Хотя германцы иронически и называли Брусиловский прорыв широкой разведкой без сосредоточения необходимого кулака, тем не менее удар, нанесенный австрийцам, и состояние армий этих последних, как следствие прорыва, произвели на германцев ошеломляющее впечатление.

По официальным российским данным войска Юго-Западного фронта потеряли убитыми, ранеными и без вести пропавшими около 500 тыс. солдат и офицеров, из которых 62 тыс. были убитыми и умершими от ран, ранеными и больными — 380 тыс., без вести пропавшими — 40 тыс. человек.

По немецким данным потери войск Юго-Западного фронта составили около 800 тыс. человек.

Для отражения русского наступления Центральные державы перебросили с Западного, Итальянского и Салоникского фронтов 31 пехотную и 3 кавалерийские дивизии (более 400 тыс. штыков и сабель), что облегчило положение союзников в сражении на Сомме и спасло терпящую поражения итальянскую армию от разгрома.

Итогом Брусиловского прорыва и операции на Сомме стал окончательный переход стратегической инициативы от Центральных держав к Антанте. Союзникам удалось добиться такого взаимодействия, при котором в течение двух месяцев (июль — август) Германии приходилось направлять свои ограниченные стратегические резервы и на Западный, и на Восточный фронт.

Итогом Брусиловского прорыва стало выступление на стороне Антанты Румынии, решившей, что настал час присоединиться к победителю и принять участие в дележе добычи.

За успешное проведение этого наступления Алексей Брусилов большинством голосов Георгиевской Думы при Ставке Верховного Главнокомандующего был представлен к награждению орденом Святого Георгия 2-й степени. Однако Император Николай II не утвердил представления, и А. А. Брусилов, наряду с генералом А. И. Деникиным, был награжден Георгиевским оружием с бриллиантами.

Сам Брусилов с точки зрения решения стратегических задач Русской императорской армией оценил итоги операции следующим образом: «Никаких стратегических результатов эта операция не дала, да и дать не могла, ибо решение военного совета 1 апреля ни в какой мере выполнено не было. Западный фронт главного удара так и не нанес, а Северный фронт имел своим девизом знакомое нам с японской войны «терпение, терпение и терпение». Ставка, по моему убеждению, ни в какой мере не выполнила своего назначения управлять всей русской вооруженной силой. Грандиозная победоносная операция, которая могла осуществиться при надлежащем образе действий нашего верховного главнокомандования в 1916 году, была непростительно упущена».

С точки зрения военного искусства, наступление Юго-Западного фронта ознаменовало собой появление новой формы прорыва фронта (одновременно на нескольких участках), которая получила развитие в последние годы Первой мировой войны, особенно в кампании 1918 года на Западно-Европейском театре военных действий. Также похожая тактика была испытана Красной Армией в ходе наступательных операций Великой Отечественной войны (Десять сталинских ударов).

Однако существует и иная точка зрения на результаты наступления на Юго-Западном фронте летом — осенью 1916 года. Она основывается на том, что ввиду больших потерь в ходе боев были израсходованы последние ресурсы русской армии, а моральный дух армии подорван.

Главнокомандующий Юго-Западным фронтом Алексей Брусилов

После революции 1917

Во время Февральской революции поддержал смещение Николая II и приход к власти Временного правительства. Был горячим сторонником создания так называемых «ударных» и «революционных» частей. Так, 22 мая (4 июня) 1917 года Брусилов отдает приказ по фронту № 561, в котором говорилось: «Для поднятия революционного наступательного духа армии является необходимым сформирование особых ударных революционных батальонов, навербованных из волонтеров в центре России, чтобы этим вселить в армии веру, что весь русский народ идет за нею во имя скорого мира и братства народов с тем, чтобы при наступлении революционные батальоны, поставленные на важнейших боевых участках, своим порывом могли бы увлечь за собой колеблющихся».

22 мая 1917 года назначен Временным правительством Верховным главнокомандующим вместо генерала Алексеева. После провала июньского наступления Брусилова сняли с поста Верховного главнокомандующего и заменили генералом Корниловым. После отставки проживал в Москве. Во время октябрьских боев между красногвардейцами и юнкерами был случайно ранен осколком снаряда, попавшего в его дом.

Зимой 1918 настоял чтобы его сын Алексей Брусилов-младший вступил в РККА. После его гибели летом 1920 тяжело больной Брусилов вновь возвращается на службу.

С 1920 года в Красной армии. С мая 1920 года возглавлял Особое совещание при главнокомандующем всеми вооруженными силами Советской Республики, вырабатывавшее рекомендации по укреплению Красной армии. В сентябре 1920 года совместно с М. И. Калининым, В. И. Лениным, Л. Д. Троцким и С. С. Каменевым подписал воззвание к офицерам армии барона Врангеля. В воззвании содержался призыв к прекращению Гражданской войны и гарантировалась амнистия всем, переходящим на сторону советской власти.

«Обращение Брусилова» многими из противников советской власти было воспринято как предательство: «Изменил России, предал народ Брусилов! — так сколько же за ним пойдет слабых и колеблющихся? Насколько это воззвание произвело на непримиримых страшное и подавляющее впечатление, — в такой же противоположной мере сильно это подействовало на колеблющиеся массы».

С 1921 года Алексей Алексеевич — председатель комиссии по организации допризывной кавалерийской подготовки.

В 1923-1924 годах — инспектор кавалерии РККА.

С 1924 года состоял при Реввоенсовете для особо важных поручений.

Алексей Брусилов скончался 17 марта 1926 года в Москве от воспаления легких в возрасте 72 лет. Похоронен со всеми воинскими почестями у стен Смоленского собора Новодевичьего монастыря.

1 декабря 2006 года в Виннице (Украина) на доме № 5 по улице Архитектора Артынова был открыт мемориальный барельеф с изображением командующего Юго-Западным фронтом на фоне схемы Брусиловского прорыва, скульптор Ю. Э. Козерацкий.

14 ноября 2007 года в Петербурге, в сквере на Шпалерной улице, возле пересечения ее с Таврической улицей, установлен четырехметровый бронзовый монумент А. А. Брусилова (скульптор Я. Я. Нейман, архитектор С. П. Одновалов).

Личная жизнь Алексея Брусилова:

Дважды был женат.

Первая жена — Анна Николаевна фон Гагемейстер (28.08.1861 — 19.07.1908), дочь представителя старинного германского рода Людвига Магнуса Николая фон Гагемейстера (07.09.1810 — 26.02.1874) и Марии Михайловны Патриной (08.11.1829 — 08.08.1912). В браке с 1884 года.

Сын — Алексей Брусилов (1887-1919), офицер лейб-гвардии Конно-гренадерского полка. В августе 1918 года арестован ВЧК и полгода находился в тюрьме. С 1919 года — в Красной армии, командир кавалерийского полка. По одним данным, попал в плен к дроздовцам и был расстрелян, по другим — в плену поступил рядовым стрелком в Белую армию, заболел тифом и скончался в Ростове-на-Дону.

Алексей Брусилов — сын генерала Брусилова

Вторая жена — Надежда Владимировна Брусилова-Желиховская (1864-1938). В браке с 1910 года.

С 1916 года Брусиловы жили в Москве, в Мансуровском переулке (он соединяет Остоженку и Пречистенку). Занимали большую квартиру в восемь комнат в доме N 4, строение 1. Во время октябрьских боев 1917 года влетевший в окно артиллерийский снаряд раздробил осколками ногу генерала. Он перенес две операции и восемь месяцев провел в лечебнице. Тем временем Брусиловых уплотнили, оставив им три комнаты из прежних восьми. В одной из этих трех комнат жил брат Надежды Владимировны, после смерти которого отобрали и эту комнату.

Надежда Владимировна оставила книгу мемуаров «Воспоминания, записки, впечатления: 1870-1930-е».

Надежда Желиховская — жена генерала Брусилова

Алексей Брусилов и жена Надежда

Брусилов серьезно занимался оккультизмом, подчеркивая постоянно при этом «свои чисто русские, православные убеждения и верования».

Библиография Алексея Брусилова:

1897 — Об одиночной подготовке всадника и коня в кавалерии
1906 — Роль кавалерии в будущих войнах
1906 — Кавалерийский спорт
1929 — Мои воспоминания

Военные чины Алексея Брусилова:

Поручик — 2 апреля 1874 года
Штабс-капитан — 29 октября 1877 года
Капитан — 15 декабря 1881 года, переименован в ротмистры — 18 августа 1882 года
Подполковник — 9 февраля 1890 года
Полковник — 30 августа 1892 года
Генерал-майор — 6 мая 1900 года, день рождения Николая II
Генерал-лейтенант — 6 декабря 1906 года, день тезоименитства Николая II
Генерал от кавалерии — 6 декабря 1912 года, день тезоименитства Николая II

Награды Алексея Брусилова:

— Орден Святого Станислава 3-й степени с мечами и бантом (01.01.1878);
— Орден Святой Анны 3-й степени с мечами и бантом (16.03.1878);
— Орден Святого Станислава 2-й степени с мечами (03.09.1878);
— Орден Святой Анны 2-й степени (03.10.1883) — «за отличия по службе награжден вне правил»;
— Орден Святого Владимира 4-й степени (06.12.1895, день тезоименитства Николая II);
— бухарский Орден Благородной Бухары 2-й степени (1896);
— Орден Святого Владимира 3-й степени (06.12.1898, день тезоименитства Николая II);
— Орден Святого Станислава 1-й степени (06.12.1903, день тезоименитства Николая II);
— Орден Святой Анны 1-й степени (06.12.1909, день тезоименитства Николая II);
— Орден Святого Владимира 2-й степени (16.03.1913);
— Орден Святого Георгия 4-й степени (23.08.1914) — «за бои с австрийцами, результатом коих было взятие 21-го сего августа города Галича»;
— Орден Святого Георгия 3-й степени (18.09.1914) — «за отбитие атак на Городокскую позицию с 24-е по 30-е минувшего августа»;
— Орден Белого орла с мечами (10.01.1915);
— Георгиевское оружие (Выс. пр. 27.10.1915);
— Георгиевское оружие с бриллиантами: шашка с надписью «За поражение австро-венгерских армий на Волыни, в Буковине и Галиции 22-25 мая 1916 г.» (Выс. пр. 20.07.1916);
— персидский Орден Льва и Солнца 5-й степени (1874);
— французский Орден Почетного легиона, офицерский крест (1897);
— прусский Орден Красного орла 2-го класса (1898);
— болгарский Орден «За военные заслуги» 2-й степени (1902);
— итальянский Орден Короны Италии, офицерский крест (1903);
— персидский Орден Льва и Солнца 1-й степени (1903);
— французский Орден Почетного легиона, командорский крест (1903);
— болгарский Орден «Святой Александр», командорский крест;
— французский Орден Почетного легиона, крест великого офицера (1916);
— французская Воинская медаль для генералов (1916)

последнее обновление информации: 10.07.2020

Брусилов Алексей Алексеевич

Биография

«История разберет вскоре после войны, как действительно было дело, а теперь главное — победить»

Генерал А.А. Брусилов

Имя Алексея Алексеевича Брусилова для потомков в первую очередь связано с понятием «Брусиловский прорыв». Немногие представители генералитета любой эпохи могут похвастаться наличием военной операции, которая носит их имя.

Родился в Тифлисе в генеральской семье. Рано осиротев, он вместе с двумя братьями был взят на воспитание тетей. Получил начальное домашнее образование. Летом 1867г. зачислен в 3-й класс Пажеского корпуса. Выпущен прапорщиком (ст. 17.07.1872) в 15-й драгунский Тверской полк. Адъютант полка (1873-78). Поручик (ст. 02.04.1874). Штабс-капитан (ст. 01.08.1877). Участник русско-турецкой войны 1877-78 (на Кавказском театре).

«За отличие, проявленное в боях с турками 4 и 5 мая 1877 г. при взятии штурмом крепости Ардаган, награжден орденом Станислава 3-й степени с мечами и бантом»

Это была первая боевая награда будущего генерала Брусилова. Всего в ходе русско-турецкой войны Алексей Брусилов заслужил три боевых ордена – помимо Станислава 3-ей степени, орден Святой Анны 3-й степени с мечами и бантом (16 марта 1878 года) и Святого Станислава 2-й степени с мечами (3 сентября 1878 года), а также приобрел неоценимый опыт боевых действий и чин штабс-капитана (1 августа 1877 года).

В 1878-81 начальник полковой учебной команды. Капитан (ст. 15.12.1881). Ротмистр (ст. 18.08.1882). С 1883 служил в постоянном составе офицерской кав. школы: адъютант, помощник начальника (с 1890), начальник отделения верховой езды и выездки; начальник драгунского отдела (с 1893). Ротмистр гв. (ст. 30.08.1887). Переименован в Подполковники (ст. 30.08.1887). Полковник (ст. 30.08.1892). Работая в школе, он впервые описал научные основы подготовки воина-кавалериста и специальную систему тренировки лошадей. Чтобы ознакомиться с опытом, накопленным в армиях других стран, совершил поездку по учебным заведениям Франции и Германии. Помощник начальника Офицерской кав. школы (10.11.1898-10.02.1902). Начальник Офицерской кав. школы (10.02.1902-19.04.1906). Генерал-майор (пр. 1901; ст. 06.12.1900; за отличие).

Служивший в школе до русско-японской войны под началом Брусилова К.Маннергейм вспоминал:

«Он был внимательным, строгим, требовательным к подчиненным руководителем и давал очень хорошие знания. Его военные игры и учения на местности по своим разработкам и исполнению были образцовыми и донельзя интересными»

Командующий 2-й гвардейской кавалерийской дивизией (19.04.-06.12.1906). Генерал-лейтенант (пр. 1906; ст. 06.12.1906; за отличие). Начальник той же дивизии (06.12.1906-05.01.1909). Командир 14-го армейского корпуса (05.01.1909-15.05.1912). Помощник командующего войсками Варшавского ВО (05.12.1912-15.08.1913). Генерал от кавалерии (пр. 1912; ст. 06.12.1912; за отличие). Командир 12-го армейского корпуса (с 15.08.1913).

При мобилизации 19.07.1914 назначен командующим Проскуровской группы, которая 28.07.1914 была преобразована в 8-ю армию в составе Юго-Западного фронта. В состав армии входило 4 армейских корпуса. На вооружении армии состояли 352 пулемета, 480 орудий и 18 аэропланов.

Занимала участок от границы Румынии до г. Проскурова (ныне Хмельницкий, Украина). Армия приняла активное участие в Галицийской битве: 23.08.1914г. взяла Тарнополь; Участвовала в сражениях у рек Золотая Липа и Гнилая Липа (взято свыше 20 тысяч пленных и 32 орудия); взяты Галич, Львов (Лемберг); участвовала в Городокском сражении

После Галицийской битвы 8-ой армии была поставлена задача оборонять предгорья Карпат от Верхнего Сана до Верхнего Днестра. 19.11.1914г. взята Дукла (ныне Польша).

В начале 1915г. удостоен звания генерал-адъютанта. Зимой-весной 1915г. он руководил 8-ой армией в Карпатской операции Юго-Западного фронта. На Венгерской равнине русские войска натолкнулись на встречное наступление австро-венгерских и германских корпусов. В зимнюю стужу и весеннюю слякоть 8-я армия вела упорные встречные бои с противником, успешно отражала попытки противника деблокировать осажденный русскими войсками Перемышль.

Из воспоминаний генерала Людендорфа:

«Наступление австро-венгерской армии для освобождения Перемышля не имело никакого успеха. Русские вскоре перешли в контратаку. Судьба Перемышля должна была свершиться. По всему восточному фронту мы находились в ожидании русских атак»

В тяжелейшем для русской армии 1915г., войска генерала Брусилова успешно оборонялись, осуществляя организованный отход и нанося противнику серьезный ущерб.

В разгар отступления он счел себя вынужденным издать приказ, где были такие строки:

«Для малодушных, оставляющих строй или сдающихся в плен, не должно быть пощады; по сдающимся должен быть направлен и ружейный, и пулеметный, и орудийный огонь, хотя бы даже и с прекращением огня по неприятелю; на отходящих или бегущих действовать таким же способом, а при нужде не останавливаться также и перед поголовным расстрелом… Слабодушным нет места между нами и они должны быть истреблены»

В результате Горлицкого прорыва германских войск к середине лета 1915 года русские армии оставили Галицию. Осенью 1915г. русские войска остановили наступление врага, длившееся с весны.

17.03.1916г. назначен Главнокомандующим Юго-Западным фронтом. На военном совете, состоявшемся далее в Могилеве, где обсуждался план перехода в стратегическое наступление, выявилось пассивное отношение к нему командующих Западного и Северного фронтов. Напротив, командующий Юго-Западным фронтом настоял на том, чтобы и его фронт принял участие в наступлении.

Благодаря настойчивости Брусилова, которого поддержал начальник штаба Верховного Главнокомандующего Михаил Алексеев, Николай II отдал приказ о проведении наступления Западного, Северного и Юго-Западного фронтов. В мае союзники, в связи с тяжелым поражением итальянских войск в районе Трентино, обратились к России с просьбой ускорить начало наступления.

Генерал смело отбросил не отвечающий основной задаче Юго-западного фронта и изживший себя шаблон построения фронтовой операции прорыва укрепленной полосы противника и сумел найти такие приемы ведения операции, которые вполне отвечали поставленной задаче и данной конкретной обстановке. Главная же новизна плана состояла в том, что прорыв глубоко эшелонированной вражеской обороны намечалось осуществить сразу на нескольких участках фронта с тем, чтобы рассредоточить внимание, силы и средства противника. Отказавшись от применявшихся в то время способов прорыва (на узком участке фронта при сосредоточении на выбранном направлении превосходящих сил), главнокомандующий Юго-Западным фронтом выдвинул новую идею — прорыв укрепленных позиций противника благодаря нанесению одновременных ударов всеми армиями данного фронта. План и день начала наступления держались в строжайшем секрете даже от членов царской фамилии.

Командование Юго-западного фронта, организуя фронтовую операцию, провело длительную и тщательную подготовку прорыва. Такая подготовка наряду с высокими боевыми качествами русских войск, с одной стороны, и слабой боеспособностью австрийских частей (потери австрийцев одними пленными составляли 28% от общего числа потерь) — с другой, принесли русской армии первоначально крупный успех.

Всего в состав армий Юго-Западного фронта входили 40 пехотных и 15 кавалерийских дивизий, которые насчитывали 603 184 штыка, 62 836 шашек, 223 000 бойцов обученного запаса и 115 000 безоружных бойцов (не хватало винтовок). На вооружении имелось 2 480 пулеметов, 2 017 орудий полевой и тяжелой артиллерии. Войска фронта располагали 2 бронепоездами, 1 дивизионом и 13 взводами бронеавтомобилей, 20 авиационными отрядами и 2 бомбардировщиками «Илья Муромец». Противник имел перед Юго-Западным фронтом 39 пехотных и 10 кавалерийских дивизий, состоящих из 592 330 бойцов в пехоте и 29 764 бойцов в кавалерии, 757 минометов, 107 огнеметов, 2 731 орудие полевой и тяжелой артиллерии, 8 бронепоездов, 11 авиационных дивизионов и рот. Русские войска превосходили противника в живой силе и легкой артиллерии в 1,3 раза, а в тяжелой артиллерии уступали в 3,2 раза. Враг возвел сильную позиционную оборону с применением железобетона и многочисленных проволочных заграждений. Глубина полосы обороны достигала 7-9 км.

В создавшихся условиях главными козырями русской армии становились внезапность атаки, ее масштабы, превосходство в живой силе, особенно ярко выраженное на фронте 8-ой армии.

Наступление русских войск началось по всему фронту около 5 часов утра 4.06.1916г. после сильной артиллерийской подготовки. Плотность артиллерии достигала 20-25 орудий на 1 км фронта. Артиллерийская подготовка длилась более 50 часов. Авиация наносила бомбовые удары и вела пулеметный огонь по объектам противника в тылу и на поле боя. Австрийский фронт был прорван одновременно в четырех местах. В первый же день наступления на ряде участков удалось овладеть первой позицией противника, а за последующие два дня полностью завершить прорыв и захватить в плен более 200 тысяч солдат и офицеров противника.

При атаке позиций австро-венгерских войск наибольшего успеха добилась 8-я армия генерала Каледина на Луцком направлении (поэтому первоначально операция получила название Луцкого прорыва, и лишь потом утвердилось название присвоенное прессой «Брусиловский»), ее успех поддержали другие армии, наступавшие на узких участках с последующим движением в сторону флангов и в глубину.

Из воспоминаний А.А.Брусилова:

«… к 10 июня нами было уже взято пленными 4 013 офицеров и около 200 000 солдат; военной добычи было: 219 орудий, 644 пулемета, 196 бомбометов и минометов, 46 зарядных ящиков, 38 прожекторов, около 150 000 винтовок, много [235] вагонов и бесчисленное количество разного другого военного материала. 11 июня в состав Юго-Западного фронта была передана 3-я армия генерала Леша, и я поставил задачей 3-й и 8-й армиям — разбить противостоящего противника и овладеть районом Городок — Маневичи; двум левофланговым армиям, 7-й и 9-й, — продолжать наступление на Галич и Станиславов и, наконец, центральной, 11-й армии, — удерживать занимаемое положение. С 11 по 21 июня войска Леша и Каледина, во исполнение данной им задачи, производили необходимые перегруппировки своих сил. В это же время 8-й армии Каледина пришлось отбивать многократные контратаки вновь подвезенных с других фронтов многочисленных германских полчищ, стремившихся прорвать фронт 8-й армии и отбросить ее к Луцку»

С 4 июня по 13 августа русским войскам удалось на протяжении 350 км по всему фронту продвинуться вглубь на 70-120 км. От австро-венгерских войск были очищены Буковина, Южная Галиция. Противник потерял до 1,5 млн. человек убитыми, ранеными и пленными, 581 орудие, 1 795 пулеметов, 448 бомбометов и минометов. Потери русских составили около 500 тыс. человек. Была занята территория общей площадью в 25 тысяч кв. км. Для ликвидации прорыва военное командование противника вынуждено было снять с Западного и Итальянского фронтов свыше 30 пехотных и кавалерийских дивизий, что облегчило положение французов у Вердена и вынудило немцев прекратить наступление в Трентино.

Важным политическим итогом наступления Юго-Западного фронта явилось ускорение распада австро-венгерской монархии и выступление Румынии на стороне Антанты. Брусиловский прорыв в Галиции, вместе с битвами под Верденом и на реке Сомме, знаменовал перелом в ходе войны.

Генерал А.М.Зайончковский писал о результатах Брусиловского наступления:

«Решительные успехи армий Юго-западного фронта заставили австро-германцев перебрасывать свои оперативные резервы на фронт к югу от Полесья, где было сосредоточено 27 пехотных и 2 кавалерийских дивизии, из них 18 германских и 2 турецких. С Французского фронта германцы сняли 11 пехотных дивизий, а австрийцы с Итальянского — 6 пехотных дивизий. В этом заключается существенная помощь, оказанная русскими своим союзникам в тяжелые для них дни операций у Вердена и в Трентино.

Но эти успехи русской армии повлекли за собой большие потери, которые на одном Юго-западном фронте к 13 июня определяются в 497 000 бойцов. Ведение дальнейших операций и подготовка к кампании 1917 года потребовали дополнительных призывов новобранцев и ратников ополчения, всего около 1 900 000 человек и 215 000 лошадей. Эти дополнительные призывы вызвали серьезное недовольство среди населения России.

Крупные успехи русских вывели Румынию из нейтрального положения, и она выступила, наконец, на стороне держав Антанты, но это выступление явилось запоздалым почти на 2 месяца, так как наступательные операции русских армий постепенно замирали»

С началом Февральской революции Брусилов вместе с другими главнокомандующими фронтами поддержал отречение Николая II, искренне считая, что перемена руководства государством позволит России победоносно закончить войну. 21.05.1917 назначен Верховным Главнокомандующим. После неудачного для русских армий июньского наступления 19.07.1917 сменен ген. Корниловым.

Награды: Св. Станислава 3-й ст. с мечами и бантом (1878); Св. Анны 3-й ст. с мечами и бантом (1878); Св. Станислава 2-й ст. с мечами (1878); Св. Станислава 1-й ст. (1903); Св. Анны 1-й ст. (1909); Св. Владимира 2-й ст. (1913); Св. Георгия 4-й ст. (ВП 23.08.1914); Св. Георгия 3-й ст. (ВП 18.09.1914); Белого Орла с мечами (10.01.1915); Георгиевское оружие (ВП 27.10.1915); Георгиевское оружие украшенное бриллиантами (ВП 20.07.1916).

Проживал в Москве (Мансуровский пер. д. 4 кв. 3). В ходе боев между частями, подчинявшимися штабу Московского ВО, и силами ВРК в его квартиру попал снаряд и сам он получил ранение в правую ногу, последствия которого долго лечил. В 08.1918 был арестован органами ВЧК. Освобожден под домашний арест. В 12.1918 освобожден из-под домашнего ареста. С 1919 в РККА (официально с 20.04.1920 в Военно-исторической комиссии по исследованию и использованию опыта войны 1914-18 гг.). С 05.1920 состоял в составе Особого совещания при Главкоме РККА. В 10-11.09.1920 подписал «Воззвание к офицерам армии барона Врангеля» (вместе с М.И. Калининым, В.И. Лениным, Л.Д. Троцким, С.С. Каменевым). С 06.1920 гл. инспектор Центрального управления коннозаводства и животноводства при Наркомземе. В 1922-24гг. работал главным кавалерийским инспектором РККА и усиленно занимался возрождением русской кавалерии. Брусилову осенью 1925г. было разрешено выехать на лечение в чехословацкий город Карловы Вары. Но весной 1926 года он простудился и заболел крупозным воспалением легких. Умер в Москве в возрасте 72 лет, и был похоронен со всеми воинскими почестями на Новодевичьем кладбище.

Сочинения: «Мои воспоминания».

О личности этого человека и его поступках существует много разных суждений, но бесспорно одно: Алексей Алексеевич Брусилов был одним из самых выдающихся полководцев России. Неслучайно «уроки Брусилова» хорошо усвоили не только в русской армии, но и в германской. Подтверждение тому — военные операции Германии в начале Второй мировой войны. И «план Манштейна» по разгрому Франции, и печально известный план «Барбаросса» по нападению на СССР фактически были построены на идеях русского генерала: концентрация сил и прорыв фронта на нескольких направлениях одновременно.

Русский публицист, военный историк А.А. Керсновский писал в своей «Истории Русской армии»:

«Каковы бы ни были его последовавшие заблуждения, вольные или невольные, Россия никогда этого не забудет Алексею Алексеевичу Брусилову. Когда после несчастий 1915 года самые мужественные пали духом, он один сохранил твердую веру в русского офицера и русского солдата, в славные русские войска. И войска отблагодарили полководца, навеки связав его имя с величайшей из своих побед»

Брусилов Алексей Алексеевич

ГЕНЕРАЛ БРУСИЛОВ — ТВОРЕЦ БРУСИЛОВСКОГО ПРОРЫВА

Генерал Брусилов – самый известный генерал (особенно для людей советской эпохи) из военачальников старой русской армии, которые отличились в первой мировой войне. С его именем связано самое крупное победоносное наступление русских войск в масштабе целого фронта, (одного из четырёх). Луцкий, или иначе, Брусиловский прорыв войск Юго-Западного лета 1916 года вновь привёл армии к широким маневренным действиям, возобновившимся в зашедшей в тупик позиционной войне. В таком тупике противоборствуюшие армии пребывали уже почти два года. Армии воюющих стран закопались в землю, и линия фронта на Востоке представляла собой сплошные окопы на тысячи километров от моря и до моря.

Блестяще задуманная и столь же блестяще осуществлённая фронтовая операция могла бы дать стратегический результат, если бы командующие трёх других фронтов одновременно поддержали войска Брусилова своими активными действиями, хотя бы сковали силы противника, но этого не произошло. Революция в России положила крест всем военным усилиям России в предыдущие эпохи.

Алексей Алексеевич Брусилов родился в 1853 году в Тифлисе в не слишком богатой семье. Отцу его, генерал-лейтенанту, тогда было 66 лет, а матери — 27. У Алексея было четверо братьев. Характерно, что в знаменитой многотомной военной энциклопедии Сытина, издававшейся до революции, помещена только одна биография на фамилию Брусилов: Брусилов Лев Алексеевич, вице-адмирал, первый начальник морского генерального штаба – это родной брат А.А.Брусилова. На 1910 год Алексей Алексеевич был, вероятно, ещё не столь знаменит, как его младший брат – моряк, скончавшийся в 1909 году на 53-м году от роду. (Почему-то Алексей Брусилов чин умершего брата упоминает в своих мемуарах другой — контр-адмиральский).

6-ти лет Алексей лишился отца, а через несколько месяцев умерла и мать. Братья Брусиловы воспитывались у тетки и её мужа. «…Они оба заменили нам отца и мать в полном смысле слова» — вспоминал на закате своей жизни Брусилов(1) 14-ти лет будущий Верховный Главнокомандующий Алексей Алексеевич Брусилов поступил в привилегированный Пажеский корпус в Петербурге, который окончил в 1872 году. С 1873 по 1877 год он был адъютантом 15 драгунского Тверского полка, стоявшем в Закавказском крае. Полк считался, по выражению Брусилова, «забубённым».

Офицером армейской кавалерии уже в чине поручика он принял участие в Русско-Турецкой войне 1877-1878 гг. В апреле-мае 1877 г. русские войска добились большого успеха и осадили сильнейшую крепость Карс. О состоянии боевого духа своего полка и в целом русской армии Брусилов пишет: «… Не было ни одного человека в полку, который бы не радовался наступившему военному времени. (…) …Дело царёво решать, а наше – лишь исполнять. …Такие настроения и мнения существовали во всех полках Кавказской армии»(2) В той войне Брусилов отличился при штурме крепости Ардаган, при осаде и взятии крепости Карс, за что он был награждён орденами Св. Станислава 2-й и Св. Анны 2-й степени. В своих воспоминаниях в главе «Война 1977-1878 гг.» Брусилов вспоминал один случай, который на него произвёл сильное впечатление: «…Крепостная граната из Карса попала во взвод эскадрона, причём убило лошадей всего взвода, но ни одного человека не ранило. Граната, ударив по голове правофланговой лошади и спускаясь ниже, последней лошади во взводе оторвала копыто. Я никогда больше такого случая в жизни не видал».(3) Можно сказать, мистика!

В молодости Алексей Брусилов имел увлечение оккультизмом и мистикой, произведениями Е.П.Блаватской. «Я начитался вдоволь всевозможных журналов и книг по этим вопросам, устраивали спиритические сеансы» — позже признается Брусилов.(4) Это обстоятельство впоследствии, вероятно, способствовало его сближению с аристократическими кругами Петербурга, где было модно такое увлечение, как фронда в лоне святоотеческого православия.

С 1878 по 1881 год Брусилов был начальником полковой учебной команды на Кавказе. В 1881 году он поступил в Петербургскую Офицерскую кавалерийскую школу, и по окончании её в 1883 году остался при ней. Блестящий офицер-кавалерист, он стал адъютантом начальника Школы — генерала Тутолмина, которого вскоре сменил генерал Сухомлинов. Будущий военный министр генерал Сухомлинов с 1886 по 1898 год возглавлял Офицерскую кавалерийскую школу. О своём подчинённом он дал такой отзыв: «Все эти годы в лице ротмистра Брусилова я имел прекраснейшего сотрудника, которому передал… инструкторскую часть (до этого он у меня был адъютантом) Своими выдающимися способностями и знанием техники кавалерийского дела, при знании к тому же иностранных языков, он принёс неоценимую пользу делу создания в русской армии рассадника кавалерийской культуры. …Когда впоследствии (с 1902 г. – СП) (Брусилов) стал сам во главе Офицерской кавалерийской школы, то повёл её …опытной и твёрдой рукой».(5) В то время Брусилов сочетал преподавание с самообразованием: «В школе я тогда читал офицерам лекции о теории езды и выездки лошадей. Но все эти кавалерийские интересы не поглотили меня всецело. Я читал военные журналы, множество книг военных специалистов, русских и иностранных, и всю жизнь готовился к боевому делу, чувствуя, что могу и должен быть полезен русской армии не только в теории, но и на практике».(6)

В 1906-1909 гг. Брусилов был начальником 2-й гвардейской кавалерийской дивизии. С 1909 по 1912 гг. Брусилов командует 14-м армейским корпусом, который непосредственно подчинялся Командующему Санкт-Петербургским округом — дяде Императора Николая II – Николаю Николаевичу-младшему – будущему Верховному Главнокомандующему русской армии в мировой войне на её начальном этапе. «Он относился ко мне чрезвычайно любезно и верил мне безусловно» — отмечал Брусилов.(7)
В 1912-1913 гг. Брусилов являлся помощником командующего войсками Варшавского военного округа. Перед Мировой войной в 1913-1914 гг. Брусилов командовал 12-м армейским корпусом Киевского военного округа.
***
В полной мере свой полководческий талант Брусилов раскрыл в Мировую войну. «В начале войны фамилия брусилова была в русской армии почти неизвестна, но изобилующая победами карьерабыстро выдвинула генерала в первые ряды наиболее популярных личностей» — писал в своих воспоминаниях бывший командующий фронтом генерал В.И.Гурко.(8) С началом её Брусилов возглавил 8-ю армию, отличившуюся в Галицийской и Карпатской операциях 1914 года. Совместно с 3-й армией генерала Рузского Брусилов взял Львов (Лемберг). За умелое руководство войсками при занятии Галиции, взятии городов Галич, Перемышль и выход в район Дуклинского перевала в Карпатах Брусилов был удостоен высшего военного ордена Св. Георгия 4-й и 3-й степеней. Сражение под Перемышлем, длившееся более месяца и закончившееся взятием крепости 9 марта 1915 года, по мнению Брусилова было последнее, о котором он мог сказать, что давал его «с регулярно обученной армией, подготовленной в мирное время. За три слишком месяца с начала кампании большинство кадровых офицеров и солдат выбыло из строя».(9) В апреле в Перемышль приезжал Николай II, принимал парад войск, тогда же он пожаловал Брусилову звание генерал-адъютанта. Но война затягивалась. Армия израсходовала запасы артиллерийских снарядов. Российская военная промышленность на тот момент отставала от Германской по выпуску снарядов. Русская армия вынуждена была отступать. Уже летом 1915 года крепость Перемышль и город Львов были оставлены русской армией, как и значительная часть Галиции. К лету 1915 года потери в личном составе были самыми большими. «За год войны обученная регулярная армия исчезла; её заменила армия, состоящая из неучей» — напишет Брусилов.(10)

Именно в это критическое время Русскую армию возглавил Николай II. Генерал Редигер писал: «Государь 23 августа (1915) сам вступил в командование армиями, находившимися в то время в самом критическом положении»(11) Армия в тот период, можно сказать, одними штыками сдерживала сильнейший натиск германской, австро-венгерской и турецкой армий. Потери армии в этот период времени накануне смены главнокомандующих составляли самый большой процент за всю войну.(12) Генерал-лейтенант Генерального штаба Н.Н.Головин писал, что средние потери Русской Армии с 1мая по 1 сентября 1915 года только военнопленными составляли по 200 тысяч солдат и офицеров ежемесячно!(13) А ведь Русскую Армию до 23 августа 1915 года возглавлял опытный и авторитетный Верховный Главнокомандующий Великий Князь Николай Николаевич, которого любила армия! Но оказалось, что и он не смог сдерживать противника. «На фронте… дела ухудшались…Русский фронт между Вислой и Карпатами был прорван. Русские войска поспешно отступали. Много частей попало в плен, в том числе и генерал Л.Корнилов. Постепенно оставлялись Перемышль, затем Львов. На севере положение было не лучше. Недостаток снарядов вызвал всеобщие толки об измене. Говорили, что изменники – генералы, что изменники – министры»(14) «Не смотря на неудачи на фронте, популярность Николая Николаевича росла именно в оппозиционных кругах, которые видели в двоевластии Ставки и Правительства умаление Верховной власти» — анализировал ситуацию, которая сложилась на фронте в середине 1915 года, историк В.С.Кобылин.(15). «…За образом «отличного служаки» скрывался весьма посредственный стратег» (Вел. Кн.Николай Николаевич) — констатировал историк П.В.Мультатули.(16) Во всю раскручивался глобалистский план «тёмных сил», мечтавших, на развалинах европейских империй в результате мировой бойни, о своём мировом господстве. Именно в этот роковой момент для России Император Николай II принял решение самому стать во главе Армии. «Это было единственным выходом из создавшейся критической обстановке – писал историк А.Керсновский. – (…) История часто видела монархов, становившихся во главе победоносных армий для лёгких лавров завершения победы. Но она никогда ещё не встречала венценосца, берущего на себя крест возглавить армию, казалось безнадёжно разбитую, знающего заранее, что здесь его могут венчать не лавры, а только тернии»(17)

Приказ по Армии и флоту от 23 августа 1915 года гласил: «Сего числа Я принял на СЕБЯ предводительствование всеми сухопутными и морскими вооружёнными силами, находящимся на театре военных действий. С твёрдою верою в милость Божию и с непоколебимой уверенностью в конечной победе будем исполнять наш святой долг защиты Родины до конца и не посрамим земли русской». Строки, означенные курсивом Император приписал на приказе собственноручно. Император Всероссийский Николай II возглавил армию, в роковой момент её отступления. «Господи, помоги и вразуми меня» — написал в этот день в своём дневнике Николай II.(18) «Если этот его шаг вызвал в тылу, в правительственной, общественной и парламентской сферах самые разноречивые толкования с общим оттенком недоброжелательного к нему отношения, то в армии и народе жертва, принесённая Царём была оценена инстинктом народной мудрости и сердца…» писал генерал Дитерихс, исследовавший трагическую судьбу российского императора и России.(19).

Николай II возложил на себя тяжелейший крест ответственности ещё и за армию! Начальником штаба Царь назначил генерала М.В.Алексеева, неутомимого штабиста-трудягу, сына простого солдата. Он только что вывел восемь русских армий из грозившего им окружения. (Впоследствии Алексеев стал одним из создателей Добровольческой Армии). Смена командования всколыхнула на подвиг русские войска. В первый же день, как стало известно, что сам Царь возглавил армию, наши войска на Юго-Западном фронте успешно атаковали противника. Генерал Иванов, командующий ЮЗФ сообщал в Ставку: «Сегодня (25 августа 1915 г.) наша 11 армия (Щербачёва) в Галиции атаковала две германские дивизии… было взято свыше 150 офицеров и 7000 солдат, 30 орудий и много пулемётов»(20) «И это случилось сейчас же после того, как наши войска узнали о том, что я взял на себя верховное командование. Это воистину Божья милость, и какая скорая» — писал император Николай Александрович жене.(21) «Всегда уравновешенный Государь и был причиной резкого улучшения положения на фронте после смены Верховного Командования» — объяснял стабилизацию фронта историк Кобылин.(22) Генерал Алексеев, за спиной Царя-Главнокомандующего перестал нервничать, войска перестали отступать, фронт стабилизировался, тыл успокоился, оборонная промышленность стала наращивать выпуск необходимого количества артиллерийских снарядов. Одно из первых распоряжений Верховного Главнокомандующего Императора Николая II касалось наведения порядка на фронте, где он требовал по отношению к тем немногим нестойким частям «не останавливаться ни перед какими мерами для водворения строгой дисциплины в войсках»(23)

В марте 1916 года Брусилов сменил генерала Иванова на посту Главнокомандующего Юго-Западным фронтом. Помимо 4-х армий главнокомандующему ЮЗФ подчинялись Киевский и Одесский военные округа, включающие 12 областей. Брусилов воспользовался приездом Верховного Главнокомандующего Николая II на ЮЗФ, и при встрече с ним в Каменец-Подольске, доложил Императору, что он не согласен с мнением бывшего главнокомандующего Иванова в отношении того, что войска не в состоянии наступать. Брусилов сказал Царю: «…Я твёрдо убеждён, что ныне вверенные мне армии после нескольких месяцев отдыха и подготовительной работы находятся во всех отношениях в отличном состоянии, обладают высоким боевым духом и к 1 мая будут готовы к наступлению, а потому я настоятельно прошу предоставления мне инициативы действий, конечно – согласовано с остальными фронтами. Если же мнение, что Юго-Западный фронт не в состоянии наступать, превозможет и мое мнение не будет уважено, как главного ответственного лица в этом деле, то в таком случае моё пребывание на посту главнокомандующего не только бесполезно, но и вредно и в этом случае прошу меня сменить».(24) 1-го апреля 1916 г. на Военном Совете под председательством Николая II на котором присутствовали генералы Алексеев, Куропаткин, Эверт, Иванов, Клембовский, военный министр Шуваев и инспектор артиллерии — великий князь Сергей Михайлович, Брусилов высказал буквально следующее: «Я считаю, что недостаток, которым мы страдали до сих пор, заключается в том, что мы не наваливаемся на врага сразу всеми фронтами, дабы прекратить противнику возможность пользоваться выгодами действий по внутренним операционным линиям, и потому, будучи значительно слабее нас количеством войск, он, пользуясь своей развитой сетью железных дорог, перебрасывает свои войска в то или иное место по желанию. В результате всегда оказывается, что на участке, который атакуется, он в назначенное время всегда сильнее нас и техническом и в количественном отношениях. Поэтому я настоятельно прошу разрешения и моим фронтом наступательно действовать одновременно с моими соседями…» После обсуждения, план Брусилова был принят к разработке и военачальники приступили к подготовке войск. Брусилов стал готовить к наступлению войска всех четырёх своих армий. Срок готовности войск к началу наступления Брусилов назначил на 10 мая 1916 г. Как обычно бывало Ставка, стремилась приурочить день «Ч» наступления армий ЮЗФ к готовности армий и других фронтов, перенесла срок на более позднее время. А потом генерал Алексеев, начальник штаба Ставки предложил Брусилову вместо нескольких подготовленных участков для атаки, выбрать один, усилив его войсками других. Брусилов наотрез отказался менять свой план, и если на изменении плана Ставка будет настаивать, просил его сменить на посту Главнокомандующего фронтом. Ставка «умыла руки».

С рассвета 22 мая 1916 года по всему фронту армейские, корпусные, дивизионные и полковые батареи открыли сильный артиллерийский огонь по окопам противника. Уже к 24 мая было взято в плен 900 офицеров и 40000 солдат противника. Другие фронты наступление своевременно не поддержали. А без такой поддержки победа Брусилова имела лишь тактический, а не стратегический успех, и на судьбу войны она повлияла мало. «Надавить» как начальник штаба Ставки на других командующих фронтов на Куропаткина и Эверта Алексеев не «отваживался», так как прежде он сам служил под их началом. Тем не менее, в течение лета осуществил крупную наступательную операцию, впоследствии названную «Брусиловским прорывом». Его Юго-Западный фронт взял в плен 450000 солдат и офицеров. В боях противник потерял до 1500000 человек убитыми и ранеными(25) Сам Брусилов считал, что «грандиозная победоносная операция, которая могла осуществиться при надлежащем образе действий нашего верховного командования в 1916 году, была непростительно упущена.

Русская армия понесла также не малые потери. «Устроить наступление без потерь можно только на манёврах: зря никаких предприятиях и теперь не делается, и противник несёт столь же тяжёлые потери, как и мы… Что касается до технических средств, то мы пользуемся теми, которые у нас есть; чем их более, тем более гарантирован успех; но чтобы разгромить врага или отбиться от него, неминуемо потери будут, притом значительные» — писал Брусилов.(26)

Немецкий генерал Людендорф писал об этом периоде войны: «Судя по всему, русские пытались решить исход войны на австро-венгерском фронте, однако располагали достаточными резервами, чтобы нанести мощный удар и на нашем фронте, или, на худой конец, удержать нас от переброски дополнительных воинских частей на юг».(27) Сам Брусилов за эту операцию был награждён Георгиевским оружием.

Россия готовилась к победоносному 1917 году. Но в результате заговора «тёмных сил» заинтересованных в глобализации мира под своим управлением, роковой удар был нанесён в самое сердце России – по монархической форме правления. В результате государственного переворота Российский Император Николай II отрёкся от престола. Россия, как могучее православное русское государство перестала существовать.

В исторической книге С.С.Ольденбурга «Царствование императора Николая II» приводится взгляд Черчилля на Россию 1917 года: «Ни к одной стране судьба не была так жестока, как к России. Её корабль пошёл ко дну, когда гавань была в виду. Она уже перетерпела бурю, когда всё обрушилось. Все жертвы были принесены, вся работа была завершена. Отчаянье и измена овладели властью, когда задача была уже выполнена. Долгое отступление окончилось, снарядный голод побеждён; вооружение притекало широким потоком, более сильная, более многочисленная, лучше снабжённая армия сторожила огромный фронт. Тыловые сборные пункты были переполнены людьми. Алексеев руководил армией, а Колчак – флотом. Кроме того – никаких трудных действий уже больше не требовалось: оставаться на посту, тяжёлым грузом давить на широко растянувшиеся германские линии; удерживать, не проявляя особой активности, слабеющие силы противника на своём фронте, иными словами держаться; вот всё, что стояло между Россией и плодами общей победы.

В марте (1917) Царь был на престоле; Российская империя и русская армия держались, фронт был обеспечен и победа бесспорна.

Согласно поверхностной моде нашего времени, Царский строй принято трактовать, как слепую, прогнившую, ни на что не способную тиранию. Но разбор 30 месяцев войны с Германией и Австрией должен был исправить эти лёгковерные представления. Силу Российской Империи мы можем измерить по ударам, которые она вытерпела, по бедам, которые она пережила, по неисчерпаемым силам, которые она развила, и по восстановлению сил, на которые она оказалась способна.

В управлении государствами, когда творятся великие события, вождь нации, кто бы он ни был, осуждается за неудачи и прославляется за успехи. Дело не в том, кто проделывал работу, кто начертывал план борьбы, порицание или хвала за исход довлеют тому, на ком авторитет верховной ответственности. Почему отказывать Николаю II в этом суровом испытании? … Бремя последних поражений лежало на Нём. На вершине, где события превосходят разумение человека, где всё неисповедимо, давать ответы приходилось Ему. Стрелкою компаса был Он. Воевать или не воевать? Наступать или отступать? Идти вправо или влево? Согласиться на демократизацию или держаться твёрдо? Уйти или устоять? Вот поля сражения Николая II. Почему не воздать Ему за это честь? Самоотверженный порыв русских армий, спасших Париж в 1914 г., преодоление мучительного бесснарядного отступления, медленное восстановление сил, брусиловские победы, вступление России в кампанию 1917 года непобедимой, более сильной, чем когда-либо, разве во всём этом не было Его доли? Несмотря на ошибки большие и страшные – тот строй, который в Нём воплощался, которым Он руководил, которому своими личными свойствами Он придавал жизненную искру – к этому моменту выиграл войну для России.

Вот Его сейчас сразят. Вмешивается тёмная рука, сначала облечённая безумием. Царь сходит со сцены. Его и всех Его любящих предают на страдание и смерть. Его усилия преуменьшают. Его память порочат…

Остановитесь и скажите: а кто же другой оказался пригодным? В людях талантливых и смелых, людях честолюбивых и гордых духом; отважных и властных – недостатка не было. Но никто не сумел ответить на те несколько простых вопросов, от которых зависела жизнь и слава России. Держа победу уже в руках, она пала на землю заживо, как древле Ирод, пожираемая червями»(28)

После отречения Всероссийского Императора Николая II от престола, Брусилов некоторое время был военным советником Временного правительства. А в мае-июле Брусилов становится Верховным Главнокомандующим русской армией, …но был снят в июле 1917 г. на своей вершине военной славы премьер-министром России Керенским. Последовательно был командующим армией, фронтом, всеми вооружёнными силами России снят в июле 1917 г. на своей вершине военной славы премьер-министром России Керенским. Победы армий, которые возглавлял Брусилов, объяснеются тем, что он прекрасно знал русского солдата, умел понимать его душу и сердце и при этом был волевым и умелым военачальником, твёрдым и непреклонным в осуществлении своего стратегического замысла.

***
Брусилов любил солдат и солдаты любили Брусилова. Помимо чисто военных вопросов, большое внимание уделял Брусилов поддержанию высокого боевого духа своих войск. От давал солдатам и на фронте возможность по-человечески отдыхать даже в разгар Первой Мировой войны, когда ещё в помине не было штатных «клубовщиков». Процитируем прославленного генерала Брусилова, описывающего крещенские празднования 1915-16гг. в расположении его частей в действующей армии. Он пишет: «Удивительно, на что только наш солдат ни способен, чего он только самодельно, с большим искусством ни наладит. На большой поляне перед лесом, в котором были расположены землянки этой дивизии (102-й пехотной), нас поместили как зрителей удивительного зрелища: солдаты, наряженные всевозможными народностями, зверями, в процессиях, хороводах и балаганах задали нам целый ряд спектаклей, танцев, состязаний, фокусов, хорового пения, игры на балалайках. Смеху и веселья было без конца. И вся эта музыка, шум и гам прерывалися раскатами вражеской артиллерийской пальбы, которая здесь была значительно слышней, чем штабе. А среди солдат и офицеров царило такое беззаботное веселье, что любо-дорого было смотреть».(29)
***
В конце мая 1917 года Брусилов принял должность Верховного Главнокомандующего, уже в июле он был с этой должности снят Керенским. Судьба Алексея Алексеевича Брусилова, можно сказать, была трагична. После отстранения от командования Русской армией он покинул Ставку и выехал в Москву. В дни Октябрьского переворота Брусилов проживал в Москве. Во время революционных боёв в его московской квартире разорвался тяжелый гаубичный снаряд и тяжело ранил знаменитого полководца. Пройдя всю войну, часто бывая на передовых позициях, он ни разу не был ранен. А тут он получил от новой власти в качестве «благодарности» тяжелое увечье от снаряда выпущенного «своими». «Одного меня осколок гранаты изувечил, будто именно меня нужно было выбить из строя. Я фаталист и много думал об этом впоследствии. Случайности я не допускаю в данном случае… А ведь не будь я ранен, я вероятно уехал бы на юг, к Алексееву. И всё приняло бы другой оборот в моей жизни. Хорошо ли, дурно ли вышло, но я в том не повинен»..(…) И я остался один…. Ни правых, ни левых, ни белых, ни красных в душе моей не было… Была далёкая, широкая, великая матушка Россия в целом».(30) Генерал тяжело поправлялся и тяжело переживал русскую трагедию. Как только он стал поправляться, новые хозяева России тут же упрятали на Лубянку и потом в застенок Кремля. Сам он об этом напишет: «вот уж не ожидал… что за всю мою работу во имя Родины попаду под арест под надзором… латышских и еврейских юношей».(31)

Брусилов обращался к Председателю ВЧК Дзержинскому с просьбой, чтобы его выпустили на свободу. Тот ему ответил: «Надо ждать. Пишите свои воспоминания о прежней армии, ругайте бывшее правительство и царскую семью, этим вы можете ускорить свой выпуск».(32)

Брусилов наотрез отказался писать такие «вынужденные» воспоминания. И лишь благодаря широкой популярности русского полководца самозванные пришлые «пролетарские» вожди не посмели с ним расправиться. В конце концов, изувеченный и быстро состарившийся генерал был выпущен домой. Но он постоянно находился под неусыпным оком ЧК.

Несколько раз ему подбрасывались провокационные письма… В Бутырской тюрьме в 1918 году умер младший брат Брусилова — Борис.

На положении «бывшего царского генерала» сам Брусилов провел в «красной» Москве два полуголодных года. Единственный сын Брусилова, Алексей офицер Императорской Армии, который «принял революцию, как благо для русского народа», и ставший командиром полка в РККА погиб на гражданской… Будущее для престарелого генерала становилось беспросветно. «Встревоженный наступлением польских войск А.А.Брусилов выступил с обращением к русским офицерам, призывая их к участию в обороне страны вместе с Красной Армией»(33).

Около 14 тысяч офицеров отозвалось на его призыв и выступило на советско-польский фронт. Однако, сам Брусилов вскоре был втянут в авантюру, сотрудничая с новой властью, «во имя спасения России». Старый русский генерал полагал, что ради этого можно, в какой-то степени сотрудничать и с Советской властью. Бывшему генералу Брусилову со стороны властей были предоставлены чисто номинальные, без реальных полномочий, должности в военном ведомстве: Председателя Особого совещания при Главнокомандующем вооружёнными силами, а затем – Инспектора кавалерии РККА. При этом ему пришлось пережить одно из страшных испытаний духовных сил, какое может выпасть на долю офицера, тем более, генерала. Он не мог представить, что во власть прошла новая генерация людей, каких прежде в представителях государственной власти Россия не знавала. Коварство и ложь у которых — обычное средство для достижения мировых целей. (Интернационализма – Глобализма).

Имя генерала Брусилова было использовано в воззвании к белым офицерам и солдатам, которое расклеивалось в Крыму, во время эвакуации Русской Армии генерала Врангеля. В том воззвании, подписанном именем Брусилова, (которое он никогда не подписывал), солдатам и офицерам Русской армии Врангеля гарантировалась жизнь и свобода в «освобождённой» Советский России. «…Многие офицеры верили им, (расклееным всюду воззваниям — СП), оставались на берегу и попадали в руки не мои, а свирепствовавшего Белокуна (еврей Коган), массами их растреливавшего. Суди меня Бог и Россия» — писал Брусилов.(34)

В 1924 году Брусилов оставляет службу. Скончался А.А.Брусилов 17 марта 1926 года и был похоронен на Новодевичьем кладбище в Москве. Уже после окончания Великой Отечественной войны в конце 40-х гг. могила его подвергалась осквернению. Это случилось после того, как в Русском Зарубежье были опубликованы обе части его мемуаров. Потом могила Брусилова была вновь восстановлена.

Ещё в годы Гражданской войны Брусилов стал писать свои воспоминания. Первая часть охватывала события до 1917 года и была завершена в 1922 году. В 1925 году чета Брусиловых, благодаря содействию Михаила Фрунзе выезжала на лечение в Карловы Вары. Там Брусилов диктовал жене вторую часть своих воспоминаний, не для печати в СССР, а «для истории». В дневнике Желиховской-Брусиловой, относящегося к периоду пребывания в Чехословакии имеется запись: «Всё это время, что мы живём здесь, Алексей Алексеевич диктовал мне… Мы оставим эти записки здесь, в Праге, я счастлива, что хоть неполно, очень спешно, но всё же написано, и главные факты не умрут с нами»(35)

Спустя примерно полгода после смерти мужа, «вдова Брусилова – Надежда Владимировна Желиховская (Брусилова) сообщила в Народный комиссариат по военным и морским делам о существовании рукописи воспоминаний (первой части)»(36).

Сам Брусилов завещал опубликовать воспоминания не ранее 2-3 лет после своей смерти. В журнале «Война и революция» отрывки из воспоминаний Брусилова были опубликованы уже в 1927 году. В 1929 году в Госиздате вышла в свет первая часть воспоминаний, правда, с таким предисловием, в котором суждения выдающегося полководца, зрелого мужа и гражданина России, преподносятся довольно уничижительно: «Примитивны объяснения исторических процессов, свидетелем и участником которых А.А.Брусилов был; узок и сплошь и рядом политически неверен анализ настроений…(…) Эти страницы воспоминаний… совершенно неприемлемые для нас с т.з. их установок, анализа обстановки и выводов, вместе с тем интересны…(…) Неприемлемость и ошибочность с нашей т.з. суждений А.А. Брусилова в этой области очевидна и оговаривать их во всех случаях означало бы, по существу повторить в предисловии или в примечаниях азбуку марксизма»(37). Читатель, можно подумать, никак не разобрался бы сам без этой «азбуки марксизма», которой напичкано предисловие 1929 года!

В 1930 году вдова генерала Н.В.Брусилова (Желиховская) со своей сестрой Е.В.Желиховской навсегда покинула Советский Союз. Она вывезла в Чехословакию и личный архив мужа. «После смерти вдовы полководца в 1938 г., рукописи его воспоминаний … были приобретены Русским заграничным историческим архивом (РЗИА) в Праге… В 1940 г. Е.В.Желиховская передала в РЗИА заверенную рукописную копию второй части воспоминаний А.А.Брусилова. (…) После окончания Второй мировой войны документы РЗИА были подарены чехословацким правительством Советскому Союзу… Оценка рукописи, сделанная руководством Главного архивного управления МВД СССР была резко негативной из-за обнаруженных в ней критических оценок, данных А.А.Брусиловым внутренней и внешней политике большевистского руководства. Посмертно генерал Брусилов был обвинён в двурушничестве, контреволюционной подрывной деятельности и в участии в заговорах против Советской власти. (…) В результате на долгие годы имя А.А.Брусилова исчезло со страниц научных и иных изданий».(38)
***
Урезанные (без второй части) мемуары А.А.Брусилова, названные им «Мои воспоминания» вышли в свет только в 1963 году. (39) Эта замечательная книга с дарственной надписью: «Порохину Петру Фёдоровичу в знак дружбы и глубокого уважения (участнику брусиловского прорыва. А.Кичанов, 3 октября 1963 года, п. Подюга» — была подарена моему деду, солдату Брусиловского прорыва. Воспоминания Брусилова деду подарил начальник Подюжского леспромхоза Аркадий Алексеевич Кичанов, с которым работал многие годы мой дед техник-прораб.(40). Впоследствии А.А.Кичанов, давний друг нашей семьи, возглавлял лесное хозяйство всей Архангельской области, он также был депутатом Верховного Совета РСФСР. Эту книгу Брусилова последовательно с интервалом в десятилетия с интересом читали три поколения семьи Порохиных: дед — солдат-ветеран, отец танкист-генерал и автор данной статьи, также, офицер-танкист.

В солдатских воспоминаниях моего деда Порохина Петра Фёдоровича, частично опубликованных в журнале «Двина» о генерале Брусилове есть такие строки: «Как только Брусилов принял командование (Юго-Западным фронтом), мы стали усиленно готовиться к наступлению. Ночные учения с преодолением различных препятствий, стали обычным делом. Брусилов был боевой командир, когда подойдёт к полку или дивизии, узнать, что это командующий фронтом можно было только по титулованию его. А он носил солдатского сукна шинель, простые сапоги, простые погоны…. Одевался (Брусилов), как простой солдат. Если его встретишь один на один, никогда не подумаешь, что это и есть командующий Юго-Западным фронтом»(41)

В предисловии первого послевоенного издания урезанных мемуаров Брусилова, опубликованных в 1963 году было указывалось, что вторая (тогда ещё не опубликованная часть) книги воспоминаний Брусилова, является фальшивкой, и что она написана рукой жены Брусилова – Н.В. Брусиловой-Желиховской. «Отдельным заметкам и наброскам покойного она придала композиционную стройность и антисоветскую направленность. Целью её кощунственных «упражнений» с заметками покойного супруга было «оправдание» его перед белой эмиграцией»(42).

В предисловии к полному зданию воспоминаний Брусилова, которые вышли в издательстве Российская политическая энциклопедия (РОСПЭН), 2001, наконец, было дано объяснение. Как там сказано, это был хитрый ход Главного архивного управления СССР. «Чтобы сохранить для советской исторической науки и пропаганды образ генерала Брусилова – сторонника Советской власти, честно служившего в Красной Армии и чуть ли не беспартийного большевика, вторую часть воспоминаний объявили фальшивкой, бездоказательно приписав авторство Н.В.Брусиловой-Желиховской и другим лицам. На сегодняшний день ни в одном из отечественных архивов не обнаружено каких-либо источников, опровергающих авторство А.А.Брусилова Впервые отрывки из второй части воспоминаний публиковались в 1989-1991 гг. в «Военно-историческом журнале»»(43) 12 июня 1925 года в Карлсбаде (Карловы Вары) Брусилов в предисловии ко второй части своих записок напишет: «…Я опасаюсь, что всё, что я вспоминаю на этих страницах, что я пережил за эти годы, будет уничтожено в Советской России. Они слишком много лгали моим именем. А я бы хотел, чтобы в новой России наши потомки знали правду…»(44)

Истинное величие генерала Брусилова заключался не столько в том, что он блестяще осуществил Луцкую фронтовую наступательную операцию в первой мировой войне, а в том, что он сумел осознать и посмел высказать на страницах своих воспоминаний свои суждения о той опасности, на которую своевременно не обратили внимание государственные мужи и высшие военачальники Русской армии, в том числе и он сам. Но именно эти его выводы тут же сделали тайной для русского народа на целых 80 лет советские идеологи и кормушечные советские историки. И сейчас о его мыслях и пророчествах мало кто знает. Это свидетельствует лишь о том, что судьба России по-прежнему в опасности. Ведь и сегодня актуальны слова Брусилова, сказанные им о власти: «…Нравственную подготовку народа к неизбежной … войне не то что упустили, а скорее недопустили»(45) Брусилов за границей напишет: «Я хочу, чтобы знали, что теперь, в 1925 году, я увидел свою ошибку, я понял, что такое происходит в России. Если бы я знал, что большевики укрепятся, будут преследовать религию и объявив атеизм своей официальной религией… В то время я ещё не понимал, что революции нашей, русской уже нет, что она нас прихлопнула окончательно, а дело нахлынуло совсем иное: всемирная борьба антихристианская, желающая уничтожить весь свет Христов во имя тьмы сатанинской. Совершенно для меня ясно, что не только многие большевики, но и множество евреев, решительно не знают в каком тупике очутились, на кого работают. Кто-то верно сказал, что большевики очутились в тёмной прихожей того большого антихристианского движения, которое ими руководит, и они сами не знают, кто даёт им свои директивы. (…) Я понял только теперь вполне, как прав был Сергей Нилус, как глубоко и верно судил Шмаков, предупреждая нас об опасности. (…) Старый безумец я, как и безумна вся наша интеллигенция. Мы, сами мы, сделали то, что погубило Россию. По беспечности, по глупости и по многим другим причинам, но мы сами всё подготовили. Особенная вина на нас, верующих людях, ибо неверующие – те не понимали многого, а мы, христиане, должны были понимать «Что близко, при дверях» (Мф. 53 33 гл. 24) что творится около нас. Мережковский совершенно прав, утверждая, что либеральная атеистическая наша интеллигенция и большевики-коммунисты имеют точку соприкосновения, равнозначащую и одинаковую в смысле вины перед Россией, ибо разрушали церковь, веру в народе одинаково. Теперь, я только понял, какие все мы были преступники, что вовсе не прислушались к Нилусу и Шмакову. А главное, не придали им вовремя того значения, какое следовало. У меня были завязаны глаза, я считал долго русскую революцию народной, выражением недовольства масс против старого порядка, которым сам был недоволен и оскорблён. Теперь я прозрел… Это всемирная борьба белой и чёрной магии, вопрос, поставленный ребром о всей христианской культуре всего человечества. Гонение на церковь, на лучших духовных лиц, развращение детей и юношества, искусственная прививка им пороков, приучение детей к шпионажу (в школах выспрашивание у малолетних есть ли дома иконы, ходят ли родители в церковь, вспоминают ли старину?) разрушение семьи… это всё русскому рабоче-крестьянскому народу не нужно…* (* Как не нужно и разрушение старинных кладбищ и памятников, стоящих та на могилах иногда более сотни лет. Русский крестьянин и рабочий к кладбищам относится с особым уважением).» (Вероятно, вот за эти-то самые слова уже после Великой Отечественной войны могила самого Брусилова была осквернена!) Далее Брусилов напишет: «Это необходимо антихристовым детям, каковы и есть большевики-коммунисты, руководимые ещё более высшей инстанцией чёрной силы врагов Христа. (…) На всех в России произведена примерная, «показательная» операция. Мы своими страданиями, на своих плечах несём весь ужас этот, для того, чтобы весь мир узнал, что это такое и отшатнулся от этих мракобесов. Но русский народ, как бы его не развращали, не сбивали с пути истинного… начинает прозревать. (…) Народ живёт не годами, а веками. Одно поколение изгадить, морально погубить возможно, но вытравить имя Христово из многомиллионного народа не так-то легко. Одна у меня мольба к Богу: избавить нас от антихристовых детей, одна надежда, что Христос не может быть побеждён сатаною, и этого не будет. Но наказаны мы сильно по грехам нашим и должны ещё много претерпеть»(46).


1. Брусилов А.А. «Мои воспоминания», М., РОСПЭН, 2001, С.15.
2. Брусилов А.А. — Там же, С.19.
3. Брусилов А.А. – Там же, С.25
4. Брусилов А.А. — Там же, С.32
5. Сухомлинов В.А. Воспоминания. Мемуары. М., Харвест, 2005, С.119.
6. Брусилов А.А. – Там же, С34.
7. Брусилов А.А. – Там же, С.42.
8. Гурко В.И. Война и революция в России 1914-1917, М, Центрополиграф, 2007, С.27.
9. Брусилов А.А. – Там же, С.105.
10. Брусилов А.А. – Там же, С.140.
11. Редигер А.Ф. История моей жизни (воспоминания военного министра), М., Канон-Прес-Ц, Кучково поле, 1999, Т.2, С.397.
12. См.: Платонов О.А. Николай Второй в секретной переписке, М, Алгоритм, 2005, С.188.
13. См.: Головин Н.Н. Военные усилия России в мировой войне, Жуковский-Москва, Кучково поле, 2001, С.141.
14. Кобылин В.С. Анатомия измены. Истоки антимонархического заговора, СПБ, «Царское Дело», 2005, С.103.
15. Кобылин В.С. Там же, С.104.
16. Мультатули П.В. Господь да благословит решение моё Император Николай во главе действующей армии и заговор генералов, СПБ, Держава, СатисЪ 2002, С.30.
17. Керсновский А.А. История Русской армии. М., Воениздат, 1999, С.572.
18. (24 августа 1915) Дневники императора Николая II, М., Орбита, 1991, С.544.
19. Дитерихс М.К. – Убийство Царской Семьи и членов Дома Романовых на Урале, М., Скифы, 1991, Т.2, С.97-98.
20. (24 августа 1915) Платонов О.А Дневники императора Николая II, М., Орбита, 1991, С.200.
21. Там же, С.200.
22. Кобылин В.С. Там же, С.122.
23. Илющенко Р. Уроки 1915 года, / «Победа, победившая мир», №10,(38), октябрь 2005 г.
24. Брусилов А.А. – Там же, С.164.
25. Брусилов А.А. – Там же, С.189.
26. Цит. по: Головин Н.Н. Военные усилия России в Мировой войне, М, Кучково Поле, 2001, С.139.
27. Людендорф Эрих, Мои воспоминания о войне, М., Центрополиграф, 2007, С.103.
28. Цит. по: Ольденбург Царствование императора Николая II, М., Терра, 1992, С.639-640. (Siс: Симптоматично, что эти мысли Черчилля были изъяты из последующего издания книги С. Ольденбурга, изданной в Ростове-на-Дону, «Феникс», 1998 г.! С чего бы так?!)
29. Брусилов А.А. – Там же, С.155.
30. Брусилов А.А. Там же, С.261-262
31. Брусилов А.А. – Там же, С.270
32. Брусилов А.А. – Там же, С.272-273.
33. См.: Предисловие к книге: АА.Брусилов «Мои воспоминания», М., РОСПЭН, 2001, С.3.
34. Брусилов А.А. «Мои воспоминания», М., РОСПЭН, 2001, С.304.
35. Государственный архив Российской Федерации (ГАРФ). Ф.5972, Оп.1, Д.21 а, Л.41.
36. См.: Предисловие к книге: АА.Брусилов «Мои воспоминания», М., РОСПЭН, 2001, С.4.
37. Предисловие к московскому (1929г.) изданию воспоминаний А.А.Брусилова. См. АА.Брусилов «Мои воспоминания», М., РОСПЭН, 2001, С.11, 12.
38. Предисловие к книге: АА.Брусилов «Мои воспоминания», М., РОСПЭН, 2001, С.4,5.
39. Книга: А.А.Брусилов «Мои воспоминания», М., Воениздат, 1963.
40. На 85 году жизни в 1980г. мой дед Порохин Пётр Фёдорович, после смерти жены – моей бабушки, взялся за перо и оставил своим потомкам, солдатские, если так можно выразиться, «мемуары». Назвал он их, точно так же, как и генерал Брусилов — «Мои воспоминания». Небольшая часть из этих воспоминаний была опубликована в районной газете «Коношский курьер» 31.10.2003 г., а также журналах «Двина» №3/2004 и Роман-журнал, №10/2006 г.
41. Порохин П.Ф. За Веру, Царя и Отечество. / «Двина», Архангельск, №3 /2004, С.34.
42. Брусилов А.А. «Мои воспоминания», М., Воениздат, 1963. С.14.
43. Предисловие к книге: АА.Брусилов «Мои воспоминания», М., РОСПЭН, 2001, С.5.
44. Брусилов А.А. – Там же, С.249.
45. Брусилов А.А. – Там же, С.69.
46. Брусилов А.А. – Там же, С.344-346.


источники:

http://gwar.mil.ru/heroes/commander2400263/

http://proza.ru/2018/09/06/504