Брат Сергея Михалкова Михаил биография

Михаил Михалков, брат поэта Сергея Михалкова: биография

Михаил Михалков — советский поэт, прозаик и публицист. Его произведения выходили в печати под псевдонимами. В основном он подписывался как Михаил Луговых или Михаил Андронов. При этом популярность так и не завоевал, оставшись в тени своего родного брата, знаменитого поэта Сергея Михалкова.

Биография литератора

Михаил Михалков родился в 1922 году. Он появился на свет в Москве. В 5-летнем возрасте вместе с родителями переехал в Ставропольский край. Сначала они всей семьей жили в Пятигорске, а затем в Георгиевске.

Михаил Михалков, биография которого есть в этой статье, проходил обучение в специальной школе НКВД, со временем стал пограничником.

Когда началась Великая Отечественная война, герой нашей статьи проходил службу в особом отделе Юго-Западного фронта, который позже стал называться СМЕРШ. В сентябре 1941 года Михаил Михалков был в Киеве, где и попал в плен к немецко-фашистским войскам. Его перевели в лагерь для военнопленных. Он превосходно знал немецкий язык, поэтому получил завидную должность на кухне во второй танковой дивизии СС. Он представился этническим немцем с Украины.

Побег из плена

Вскоре ему удалось сбежать из плена. Михаил Михалков перебрался в Венгрию. Там он смог устроиться на подработку к заграничному предпринимателю. Во время войны трудился еще в нескольких странах: в Швейцарии, Бельгии, Франции, Турции. Затем сумел перейти линию фронта в Латвии, переодевшись в форму убитого капитана третьей дивизии СС.

Оказавшись на советской стороне, он сразу оказался под подозрением в связях с противником.

Арест

Советскими властями брат поэта Сергея Михалкова, Михаил Михалков, был арестован. Поначалу из-за стресса и волнения он не смог даже начать разговаривать по-русски. Ему потребовался переводчик для общения с сотрудниками отечественных правоохранительных органов.

Брат Сергея Михалкова Михаил сумел через переводчика донести до советского командования ценную информацию о расположении и планируемом передвижении немецкого гарнизона. При этом он утверждал, что в 1941 году служил советским офицером, будучи братом знаменитого советского поэта. Когда его личность официально удалось подтвердить, его переправили в Москву.

В столице он начал карьеру во внутренней тюрьме государственной безопасности, которая базировалась на Лубянке. Михаил Владимирович Михалков, биография которого оказалась такой увлекательной, был секретным агентом.

Он сам сидел в тюрьме, но в действительности только выполнял роль заключенного. У арестантов он исподволь добывал ценную информацию, которую тщательно передавал следователям НКВД.

Обвинение в шпионаже

Вскоре выяснилось, что в историю о чудесном спасении Михалкова поверили не все. Его обвинили в шпионаже в пользу Германии. Ему припомнили немало подозрительного и странного в его биографии.

Например то, что в 30-е годы, когда он учился в советской школе, немецкий был для него настолько родным языком, что Миша с трудом изъяснялся на русском. Ему пришлось тщательно изучать язык местных жителей, только после этого он был допущен до сдачи экзаменов, а также к изучению общеобразовательной программы.

Михаил утверждал, что это произошло из-за того, что в их семье прислуживала домохозяйка, которая была немкой по национальности. В то же время очень мало информации про его детство. Существует версия, что он воспитывался не в своей родной семье. Хоть он и оставлял воспоминания, в которых утверждал, что его старший брат голодал и носил несколько лет одну шинель, чтобы прокормить родных, бытуют и другие мнения.

Например, некоторые биографы утверждают, что в 1930 году отец отправил его из Ставропольского края к тетке, которую звали Мария Александровна Глебова. К тому времени у нее уже были пятеро сыновей.

Сам Михалков неоднократно рассказывал, что получил качественное домашнее начальное образование, поэтому, когда перебрался в Москву, его сразу отправили в четвертый класс. Практически все ученики за соседними партами были старше его на два года.

Такие разные легенды

Исследователи, которые пытаются тщательно и скрупулезно восстановить биографию Михалкова-младшего, подмечают, что в разное время он сам предоставлял различные сведения о том, как складывалась его судьба. Из-за этого в настоящее время существует множество версий.

При этом в 1940 году ему удалось стать выпускником школы НКВД. После чего его отправили проходить службу в Измаил. Есть основания полагать, что Михалков сам сдался немцам в плен в первые же дни войны.

Четыре года Великой Отечественной войны, которые он провел на вражеской территории, он характеризует коротко:

«Бои. окружение. фашистский лагерь. Потом побег, расстрел. Снова лагерь, снова побег и снова расстрел. Как видите, я остался жив».

Чудесные спасения

А вот в расширенной версии своей биографии рассказывает о настоящих чудесах, которые с ним встречались в те годы. Об этом он подробно пишет в своей автобиографической книге «В лабиринтах смертельного риска».

Он утверждает, что после того, как ему удался первый побег, его укрывала семья Люси Цвейс. Она смогла помочь ему добыть документы на имя ее супруга Владимира. Это позволило стать ему переводчиком в Днепропетровске, начать зарабатывать хоть какие-то деньги.

Отправившись в сторону Харькова, герой нашей статьи наткнулся на немецкие отряды. Так он попал в штабную роту танковой дивизии СС под названием «Великая Германия». Командиру роты Бершу он рассказал свою очередную легенду, которую выдумал практически на ходу. Михалков утверждал, что является школьником, десятиклассником. Причем немцем по исконному происхождению, которого с Кавказа отправили к бабушке на лето в это место.

Берш поверил в эту историю и поручил юноше снабжать провиантом его часть. Так Михалков начал ездить по деревням и выменивать у местных жителей продукты на бензин и другие ценности. Сейчас стоит признать, что то, чем занимался Михалков на оккупированной территории, называется словом «хиви». Так обозначают вспомогательного служащего войск вермахта.

Карьерный рост

Как правило, это малопочетная миссия, но Михалкову удалось в скором времени пойти в гору. Даже в то время, когда танковая дивизия начала отступать на Запад и переформировываться.

Михалков утверждает, что на румыно-венгерской границе ему удалось бежать в надежде примкнуть к партизанам. Но найти их ему не удалось. Судьба его резко изменилась, когда в Будапеште он познакомился с богачом из Женевы, миллионером, которому сам Михалков представился как сын директора крупного германского концерна, расположенного в Берлине. Богач даже вознамерился выдать за молодого человека свою дочь.

Михалков рассказывает, что за это время ему удалось встретиться с большим количеством известных людей, даже с Отто Скорцени. Он заявляет, что участвовал во французском Сопротивлении, боролся с фашистами на всевозможных территориях, причем часто менял имена.

Убийство капитана СС

Офицер СС, брат гимнописца, Михаил Михалков отмечал, что все эти годы стремился оказаться как можно ближе к советской границе, чтобы вернуться к своим.

Когда подвернулся случай, убил Михалков капитана СС, который служил в дивизии под названием «Мертвая голова». Он забрал его форму и оружие. Полученное обмундирование стало для него реальной возможностью перейти линию фронта. Будучи в ранге капитана СС, Михаил Михалков объезжал соседние части, выясняя их расположение. Этой информацией он затем поделился с советским командованием.

Когда однажды у него потребовали документы, у героя нашей статьи их не оказалось. Его арестовали как дезертира, до выяснения личности. Он оказался под стражей, но вскоре снова бежал, на этот раз уже успешно перейдя линию фронта.

Многие уверены, что он уже в 1942 году стал служить в 3 дивизии СС. Михаил Михалков, скорее всего, вскоре начал служить карателем. В результате по подозрению в шпионаже он был признан виновным и провел пять лет в Лефортовской тюрьме. Оттуда его отправили в лагерь на Дальний Восток.

Вернувшись из заключения, он со временем добился реабилитации. Ему даже был вручен орден Отечественной войны второй степени. Умер Михалков в Москве в 2006 году. Ему было 83 года.

Творчество

Первые публикации героя нашей статьи начали появляться еще в 50-е годы, когда он добился своей реабилитации, вернувшись из лагерей. На протяжении двух десятков лет он активно эксплуатировал военно-патриотическую тему, выпустил немало пропагандистских произведений данной направленности.

За это его отметили почетными грамотами, знаками отличия воинских и флотских подразделений. Получал премии и дипломы на престижных Всесоюзных конкурсах. Большую популярность получил в первую очередь как поэт. Ему удалось издать около четырехсот песенных композиции, часть из которых стала популярной.

Самое известное его прозаическое произведение увидело свет значительно позже. Это была автобиографическая книга под названием «В лабиринтах смертельного риска», которая вышла небольшим тиражом, но на нее обратили пристальное внимание многие из тех, кто интересовался темой войны, а также родословной Михалковых. Она приоткрыла многие тайны его личности, хотя нельзя быть уверенным, что в ней он был полностью откровенным.

Как утверждал сам Михалков, он также читал лекции, посвященные гипнозу, телепатии, институту брака, даже питанию, особенностям службы в контрразведке и разведке.

Михаил Михалков – брат гимнописца, офицер СС

Клан Михалковых является прекрасной иллюстрацией, что такое идеальные приспособленцы. Пока Сергей Михалков пел оды Сталину, его младший брат Михаил (на фото вверху) служил во время ВОВ в СС, а позже в КГБ и у «гипнотизёра» Мессинга.

О Михаиле Михалкове заговорили только перед самой его смертью в 2006 году. Он неожиданно, 80-летним стариком, стал раздавать одно интервью за другим. Мизерным тиражом вышла его ]]> автобиографическая книжка ]]> на русском «В лабиринтах смертельного риска». Интересно, что этот опус был написан им ещё в 1950-е, но выпущен только за границей – во Франции, Италии и др. странах. Нет, она не была «самиздатом», запрещённой в СССР литературой. Напротив, к выпуску книги приложил руку КГБ, где тогда служил Михалков. Интервью с Михаилом Михалковым, где содержатся совершенно фантастические, на первый взгляд, данные, ]]> опубликовано на сайте ФСБ России ]]> .

Но лучше бы Михаил Михалков не раздавал эти интервью и не писал книжки. На его примере очень хорошо видна сказочность, легендированность верхушки СССР и даже нынешней РФ. Они все путаются не только в мелочах и деталях своей жизни, но и в собственных ФИО и дате рождения. Нам неизвестны их настоящие родители, родной язык и прочие важные вехи биографии. Владимир Путин, Дмитрий Медведев, Игорь Юргенс, Юрий Лужков, Сергей Шойгу, Сергей Собянин*** (краткое изложение версий их биографии см. по сноске в конце статьи) и пр. – мы даже о них ничего не знаем, а что уж говорить о втором эшелоне советско-российской элиты.

Взять того же Михаила Михалкова. Считается, что он родился в 1922 году. Но при этом родным его языком был немецкий, да до такой степени родным, что он в 1930-е в советской школе с трудом говорил на русском, и вынужден был год учить язык автохотонов, прежде чем был допущен к общеобразовательной программе. Чуть позже плохое знание русского сыграет с ним ещё одну злую шутку. Потом Михаил рассказывал, что якобы в семье их обучением занималась немка-домохозяйка.

Про семью Михаила тоже ничего толком не известно. По одной из версий, воспитывался вместе со своей семьёй. Не раз вспоминал, как его старший брат голодал и ходил в шинели – и всё ради того, чтобы кормить их. Михаил Михалков рассказывал и другую версию – что в 1930 году из Ставропольского края отец его отправил в семью тётки — Марии Александровны Глебовой, у которой было своих пятеро сыновей. «Лека позже стал писателем, Сергей — референт у Орджоникидзе, Гриша — помощник Станиславского, Федя — художник, Пётр — актер, народный артист СССР, талантливо сыгравший роль Григория Мелехова в фильме «Тихий Дон». В Пятигорске меня обучали дома, поэтому в Москве я сразу пошёл в четвёртый класс, где ученики были старше меня на два года», — рассказывал Михаил Михалков. В этой версии он уже не упоминает, что плохо говорил по-русски и отсиживался во вспомогательном классе.

Дальше легенд в жизни Михаила становится ещё больше. В 1940 году – в возрасте 18 лет, он умудряется закончить школу НКВД. Дальше дворянина и вундеркинда направляют на границу — в Измаил. Там он и встретил войну.

Михаил Михалков сдаётся в плен немцам в первые же дни войны. «Бои. окружение. фашистский лагерь. Потом побег, расстрел. Снова лагерь, снова побег и снова расстрел. Как видите, я остался жив», — так кратко он характеризует 4 года своей жизни во время ВОВ. В расширенной же версии дважды расстрелянный живописует настоящие чудеса. Тут надо давать цитаты прямо целиком из его книжки «В лабиринтах смертельного риска».

«После первого побега меня укрывала семья Люси Цвейс. Она выправила мне документы на имя своего мужа Владимира Цвейса, и я начал работать переводчиком на бирже труда в Днепропетровске…

…Когда шёл в направлении Харькова, напоролся на немцев. Оказался в штабной роте танковой дивизии СС «Великая Германия». Рассказал её командиру — капитану Бершу — придуманную легенду: якобы я ученик 10-го класса, по происхождению немец с Кавказа, меня отправили на лето к бабушке в Брест. Когда город захватила 101-я немецкая дивизия, то я доставал продукты для их обоза. Берш мне поверил и поручил снабжать его часть провиантом. Я ездил по деревням, менял у местных жителей немецкий бензин на продукты».

То, чем занимался Михиал Михалков на оккупированных территориях в 1941 году, называется «хиви» — служащий вспомогательных войск вермахта. Но дальше Михалков-Цвейс начинает карьерное восхождение у немцев.

«Танковая дивизия СС «Великая Германия» отступала на Запад для переформирования. На границе Румынии и Венгрии я сбежал, надеясь найти партизан (ага, прям в странах, союзниках немцев в 1942-43 годах всё кишело партизанами – БТ). Но так и не нашёл (интересно, как Михалков искал партизан в Венгрии, стучался по домам? – БТ). Зато, попав в Будапешт, случайно познакомился с миллионером из Женевы (ему я представился сыном директора крупного берлинского концерна), который вознамерился выдать за меня свою дочь. Благодаря ему я побывал в Швейцарии, Франции, Бельгии, Турции, встречался с Отто Скорцени. Во французском Сопротивлении работал с резидентурой еще царского генштаба. Так что бороться с фашизмом мне довелось на разных территориях, под разными именами. Но главной целью всех этих поездок была Латвия — все-таки ближе к России.

Однажды я убил капитана из дивизии СС «Мёртвая голова», взял его форму и оружие — это обмундирование помогало мне искать «окно» для перехода фронта. Верхом объезжал вражеские части и выяснял их расположение. Но как-то раз у меня потребовали документы, которых, естественно, не было, я был арестован как дезертир. До выяснения личности посадили в сарай. Снова бежал, пока, наконец, не удалось пересечь линию фронта».

Офицер СС ездит на лошади по передовой без документов, записывает расположение немецких войск. Ну да…

С вероятностью же 99% Михаил Михалков уже в 1942 году поступил служить в СС карателем. Ещё одна версия, рассказанная им, подтверждает этот вывод. В ней он рассказывает, что из немецкого сарая он вовсе не переходил линию фронта, стремясь попасть в Красную Армию, а продолжал служить у немцев.

«Но при переходе линии фронта попал в полевую жандармерию. Меня как офицера СС сразу даже не обыскали. Вскоре мне удалось бежать. Неудачно спрыгнув с пятиметровой высоты, сломал себе руку, повредил позвоночник. С трудом добрался до ближайшего хутора и там потерял сознание. Хозяин хутора, латыш, отвез меня на телеге в госпиталь, естественно, немецкий. Когда я пришел в себя, меня спросили, где мои документы. Я ответил, что они остались в кителе. В общем, не найдя документов, мне выписали карточку на имя капитана Мюллера из Дюссельдорфа.

В госпитале меня прооперировали, и из города Либавы я был эвакуирован в Кенигсберг с новенькими документами капитана эсэсовской дивизии «Мертвая голова». Меня снабдили карточками на три месяца, выдали 1800 марок и предписали трехмесячный домашний отпуск — долечиваться. Потом я должен был явиться в Лиссу на переформирование высшего комсостава СС. Там я и командовал танковой ротой».

Но капитан СС Михаил Михалков не устаёт хвастаться не только своей карательной деятельностью, но и тем, что написал гимн своей части.

«Когда командовал танковой ротой в Лисе… я решил выслужиться и написал строевую песню для роты. На полигоне солдаты эту песню разучили и, возвращаясь в часть, пропели её под окнами штаба. Там были слова, «Где Гитлер, там победа». Меня тут же вызвал к себе генерал: «Что это за песня?». Я ответил, что слова и музыку сочинил сам. Генерал был очень доволен».

Отличный семейный подряд получился у клана Михалковых. Один пишет сталинский гимн СССР, другой – гимн для дивизии СС «Мёртвая голова».

Дальше сказки Михалкова выглядят так.

«Сменил легенду, документы и оказался в Польше, в Познанской школе военных переводчиков. А 23 февраля 1945 года вышел к своим. Кстати, переходя линию фронта, я зарыл на окраине Познани два подсумка с бриллиантами, которые забрал у двух убитых фрицев. Наверное, до сих пор там где-то лежат. Вот если бы удалось туда съездить, может, и нашел бы. »

Два подсумка с бриллиантами у разгуливающих по полям немцам… Потом Михалков-Вейс-Мюллер распаляется ещё больше.

]]> ]]> (Сергей Михалков и Тайванчик)

«Сначала сразу хотели расстрелять. Потом отвели в штаб на допрос. Очевидно, от волнения я не мог две недели говорить по-русски, полковник допрашивал меня по-немецки и переводил мои ответы генералу. После долгих проверок была установлена моя личность — из Москвы пришли документы, подтверждающие, что я окончил разведшколу НКВД, что я брат автора гимна Советского Союза Сергея Михалкова. На самолете меня отправили в Москву».

За четыре года совсем забыл русский язык, вспоминал его 2 недели, говорил только по-немецки. То ли Михаил Михалков и вправду оказался немцем Мюллером, то ли это банальное оправдание наказания за службу у немцев. Затем опять следуют несколько версий времяпровождения в «сталинских застенках». Первая гласит, что «Михалкова» (чтобы не запутаться в вариантах его фамилии, будем теперь писать её в кавычках – ведь позже у него ещё появились фамилии Сыч, Лаптев, Соколов, Швальбе и ещё около 10 штук) пытали злобные палачи.

«По обвинению в сотрудничестве с немецкой разведкой был репрессирован и посажен в Лефортово в камеру пыток. Пытали так – заставляли спать на подвешенной доске так, чтобы с неё свисали голова и ноги. Потом – ГУЛАГ, лагерь на Дальнем Востоке. О моём освобождении ходатайствовал перед Берией мой брат Сергей. В 1956 году реабилитирован».

Другая версия «заключения» «Михалкова» выглядит так:

«В столице работал на Лубянке. Обычно меня подсаживали в тюремную камеру к пойманным гитлеровцам (в частности, к белым генералам-коллаборационистам – Краснову и Шкуро) . Я их «раскалывал», изобличая шпионов и гестаповцев». На языке силовиков это называется «подсадная утка».

Есть и другая версия. «Печататься начал в 1950 году. Более двадцати лет ]]> выступал ]]> как пропагандист военно-патриотической темы, за что отмечен многими почётными грамотами и знаками армейских и флотских соединений, а также многими дипломами и премиями на Всесоюзных конкурсах песен. Издал более 400 песен».

Еще одна версия гласит, что «Михаил» «Михалков» начал печататься чуть позже. «В 1953 году после смерти Сталина вызвали в КГБ и предложили написать книгу о моей военной судьбе, считая, что она поможет воспитывать в молодежи чувство патриотизма. Я написал автобиографическую повесть «В лабиринтах смертельного риска». Константин Симонов и Борис Полевой дали положительные рецензии. В 1956 году я был награжден орденом Славы. Стал работать сначала в КГБ, потом в Политуправлении армии и флота, в Комитете ветеранов войны. Читаю лекции от бюро пропаганды Союза писателей на тему «Разведка и контрразведка» в частях спецназа, разведшколах, пограничных академиях, в Домах офицеров».

Стоит добавить, что печатается «Михалков» под псевдонимами Андронов и Луговых (якобы первый псевдоним произошёл от имени племянника – Андрона Михалкова-Кончаловского). Правда, литературную и песенную деятельность (утверждает, что написал 400 песен) совмещает с «кураторством» колдуна Вольфа Мессинга. «А сейчас готовится к выходу в свет моя книга о Вольфе Мессинге, знаменитом гипнотизёре. Почему о Мессинге? Потому что после войны я десять лет был его куратором, но это отдельная история. «, — сообщает сам о себе «Михалков».

О своём творческом арсенале «Михалков» дополнительно ]]> сообщает ]]> : «Читаю лекции: «Разведка и контрразведка», «Гипноз, телепатия, йога», «Брак, семья, любовь», и по Шелтону – «О питании».

«Михалков» ли он, Миллер или Андронов – наверное, мы узнаем не скоро (а может, и никогда не узнаем). Также как информацию о его брате Сергее (или тоже резиденте германской разведки?) и в целом о клане Михалковых. Там у всех у них – легенда на легенде. Ясно лишь одно: все эти люди – отличный иллюстративный материал, что такое идеальные приспособленцы. К примеру, можно предположить, что если бы в ВОВ победили немцы, то «Михаил Михалков», как автор гимна дивизии СС ходатайствовал бы перед ними за брата «Сергея Михалкова» – автора гимна СССР. Но победил СССР, и за «Михаила» просил «Сергей». Этому типу людей всё равно кому и где служить – в СС или КГБ, Гитлеру, Сталину, Путину или даже какому-нибудь Мубараку. Лишь бы дали место у властной кормушки. Но самое ужасное, что такие люди ещё и поучают нас, как надо любить Родину (царя и церковь). Вот уж воистину, хочешь, не хочешь, а вспомнишь о «последнем прибежище негодяя».

«Владимир» «Путин». По одной из версий его настоящая фамилия «Платов», по другой «Привалов» (под обеими проходил во время службы в ГДР). Настоящий возраст его тоже неизвестен, во всяком случае, когда проходила Перепись-2010, выяснилось, что он на три года младше, чем принято считать. Друзья-КГБэшники промежь себя до сих пор зовут его «Михаил Иванович».

Игорь Юргенс. Его дед Теодор Юргенс до революции был финансовым директором фирмы «Нобель» по добыче нефти в Баку. Его брат Альберт — инженер на старообрядческих кожевенных предприятиях Богородска (ныне Ногинск), член РСДРП с 1904 г., вроде бы даже участвовал в лондонском съезде партии (это тот съезд, про который до сих пор неизвестно, по какому адресу он в Лондоне проходил). Был убит контрреволюционерами.

Дед по матери Яков был членом Бунда, отсидел на царской каторге 4 года.

Отец Игоря — Юрий пошёл по стопам Теодора: сначала возглавлял азербайджанский профсоюз нефтяников, потом — общесоюзный профсоюз. По стопам отца Юрия пошёл и Игорь: 16 лет в ВЦСПС, потом с должности заведующего международного отдела Совета ВКП СССР был направлен на 5 лет в Париж — сотрудником секретариата Департамента внешних сношений ЮНЕСКО.

Дмитрий Медведев. ]]> Предок президента России Дмитрия Медведева был палачом семьи последнего царя ]]> – Николая Романова. Юровский и Михаил Медведев – именно они руководили расстрелом царской семьи. Авторитет Дмитрия Медведева гораздо выше авторитета Владимира Путина, чей предок всего лишь был поваром Ленина и Сталина.

Михаил Медведев (по подпольной кличке Лом) был начальником охраны царской семьи. По его версии, Юровский лишь добивал контрольными выстрелами членов царской семьи и свиты. А сам расстрел организовал Медведев, 7 латышей его команды, 2 венгра и 2 старообрядца-анархиста – Никулин и Ермаков.

Сергей Шойгу. ]]> С детства Сергей получил среди земляков кличку «Шайтан» – уже в 10 лет он помогал одному тувинскому ламе проводить тайные обряды – от вызывания злых духов до похоронных манипуляций. ]]> Маму Сергея Кожугетовича принято описывать просто: «заслуженный работник сельского хозяйства Александра Яковлевна». И фамилия – Шойгу. О девичьей фамилии не говорится часто ни слова. Хотя совершенно непонятно, почему её дети Кожугетовичи стыдятся девичьей фамилии матери: Ривлина. Её отец, Ривлин Яков Васильевич, был членом РСДРП с 1903 года, а в 1906 году примкнул к меньшевикам. 4 месяца отсидел в царской тюрьме за агитацию рабочих Путиловского завода. Считается, что в 1908 году «отошёл от политики». В советское время он, стоматолог по специальности, работал библиотекарем. Уверяют, что так, «маленьким человеком», маскировался от ГПУ-НКВД. Умер своей смертью в 1942-м году. Чем на самом деле занимался в советское время – никто не знает.

Сергей Собянин. ]]> Вся его деятельность определяется старообрядческой идеей ]]> : вести тайную борьбу с Антихристом и его порождением – большим городом. Часовенный Собянин уже в 1983 г., побывав в Лондоне, понял, как вести эту битву со Злом.

Юрий Лужков. На фронт отец Юрия Михайловича, Михаил Андреевич действительно ушёл. В июне 1942 года он попал в плен. В августе того же года каким-то чудесным образом вышел из лагеря для военнопленных и непонятно как оказался в Одесской области, находившейся под румынской оккупацией. «Здесь Михаилу Лужкову пригодились его плотницкие навыки, и до марта 1944 года он работал в хозяйствах крестьян в деревне Осиповка», — гласит официальная легенда. Люди даже с минимальными знаниями о войне могут догадаться, в качестве кого мог трудиться на оккупированной территории отец Юрия Михайловича – скорее всего как «хиви»(«восточный рабочий»). У пленного красноармейца для выхода из лагеря тогда было несколько путей: уйти во власовскую РОА, в карательные отряды или в «хиви». В вермахте было около 800 тысяч хиви из бывших красноармейцев: они работали на железной дороге, на аэродромах, в тыловых частях и т.д. Были и плотники – колотить гробы и кресты. После освобождения Одесской области Красной Армии Михаила Андреевича проверили в СМЕРШе, не нашли ничего криминального (значит, точно не был ни карателем, ни власовцем, а просто мирно трудился на Третий рейх), и отправили на фронт.

Служение двум (а то и трём-четырём) господам — вполне обычная практика для советско-российских патриотов. Причём чем громче поучает субъект, как надо Родину любить, тем, значит, больше среди его родственников было карателей, тем изощрённее они пытали народ.

Вот типичный жизненный путь близкого родственника одного российского патриота: «Весной 1942 года Борис Федорович Глазунов (дядя художника Ильи Глазунова) состоял в качестве переводчика и делопроизводителя в одном из подразделений гатчинской военной немецкой комендатуры под непосредственным начальством латыша-офицера из Риги Павла Петровича Делле. Делле, весьма прорусски настроенный антикоммунист, православный, был женат на русской эмигрантке. Тогда же в команду Павла Делле прибыл из Риги Сергей Смирнов, сын известного водочного фабриканта, бывший осенью 1941-го года русским бургомистром города Калинина (ныне Тверь). Затем Глазунов стал сотрудником гестапо. В 1945 году выдан англичанами советским властям. Получил 25 лет лагерей. Вышел из ГУЛАГа в 1955 году по амнистии«.

(Галина Брежнева и художник-патриот Глазунов в его мастерской)

Офицер вермахта и предатель Михаил Михалков

Пропавший особист

В семье Владимира Александровича и Ольги Михайловны Михалковых было трое сыновей — Сергей (1913 года рождения), Александр (1917) и Михаил (1922). Их отец был представителем старинного помещичьего рода. Воспитанием детей занималась гувернантка, немка Эмма Ивановна Розенберг. Поэтому мальчики свободно говорили по-немецки и читали в подлиннике Шиллера и Гёте. Любопытно, что все трое впоследствии связали свою жизнь с литературной деятельностью. О Михаиле рассказ впереди, а Александр, долгое время работавший инженером-энергетиком, увлекался краеведением, публиковал в газетах статьи об интересных людях и зданиях столицы. В 1996 году он издал книгу «Очерки из истории московского купечества, чьи предприятия служили Москве после революции».
Судьба младшего брата оказалась более непредсказуемой. Отличное знание немецкого языка стало решающим фактором при приёме Михаила в спецшколу НКВД, куда он был зачислен в 1939 году в возрасте 17 лет.
В начале Великой Отечественной войны Михаил Михалков служил в особом отделе Юго-Западного фронта. В сентябре 1941 года, после падения Киева, 19-летний особист пропал без вести. В своих мемуарах Сергей Михалков утверждает, что фронтовые товарищи Михаила сообщили матери о его гибели. Но официально судьба юноши до 1945 года оставалась неизвестной. И только тогда выяснилось, что он… воевал на стороне противника.

Важное задание

Обстоятельства перехода к немцам выглядят очень туманными. Сам Михаил Михалков в книге воспоминаний «В лабиринтах смертельного риска» и нескольких вышедших в начале XXI века интервью постоянно путался в версиях и противоречил своим же утверждениям.
Основная канва событий выглядит следующим образом. Часть, где служил Михаил, попала в окружение. Юный особист, согласно его воспоминаниям, регулярно ходил в разведку. Во время одного из рейдов его взяли в плен и собирались расстрелять. Вместе с ещё несколькими советскими солдатами Михаил Михалков копал общую могилу, а затем они с лопатами в руках напали на конвоиров и вырвались на свободу.
Юноша пытался догнать отступавшие советские войска. Он ещё два раза попадал в руки к фашистам — и снова бежал.
В районе Днепропетровска его укрыла семья фольксдойче (этнические немцы, живущие за пределами Германии) Люси Цвейс. Женщина выправила Михаилу документы на имя своего погибшего мужа Владимира Цвейса и помогла устроиться переводчиком на биржу труда в Днепропетровске.
При этом Михалков-младший в своих рассказах и воспоминаниях постоянно путал номера советских и немецких воинских частей и туманно намекал на то, что его переход в стан врагов был обусловлен выполнением особого задания. Хотя вряд ли оно предусматривало трижды попадать в плен и бежать из него вместо того, чтобы сразу предложить сотрудничество. По словам бывшего особиста, в Днепропетровске он связался с местными подпольщиками, котором передавал чистые бланки документов и важные сведения о немцах.

Чужая форма

Через несколько месяцев Михаил почему-то решил оставить работу, на которой, по его словам, приносил огромную пользу своей родине. Он опять пустился в бега — что также не стыкуется с версией о важнейшем задании в тылу противника.
Михаил снова попал в плен — на этот раз под Харьковом. Его доставили к командиру танковой роты дивизии «Великая Германия» капитану Бершу. Пленный на прекрасном немецком объяснил, что он — фольксдойче. Капитан Берш удивительным образом поверил на слово, и поручил молодому человеку ездить по деревням и снабжать роту продовольствием, выменивая его на бензин. Зная немецкую пунктуальность и любовь к порядку, в такое верится с большим трудом (следует напомнить, что в данном случае пересказываются воспоминания самого Михалкова). Да и служба переводчиком, имеющим связь с подпольщиками, представляется гораздо перспективнее с точки зрения разведки.
Потом Михаил якобы уехал в Венгрию. Побывал в Швейцарии, Франции, Бельгии и Турции. В качестве кого и под каким именем — бывший особист не раскрыл. Затем он опять оказался на фронте — в Латвии. Здесь Михаил решил перейти линию немецкой обороны и попасть в расположение советской армии. Для этого он убил капитана СС и надел его форму. После чего в очередной раз попал в руки к немцам. Объяснил, что утерял документы — и получил удостоверение на имя капитана Мюллера.
С этим удостоверением Михаил командовал танковой ротой. Интересно, что молодой человек написал для своего подразделения строевую песню со словами «Где Гитлер, там победа». Примерно в это же время его брат Сергей вместе с журналистом Эль-Регистаном сочинили текст советского гимна, вставив в него строки «Нас вырастил Сталин — на верность народу, // На труд и на подвиги нас вдохновил!»..
В феврале 1945 года, в районе Познани, Михаил Михалков перешёл в расположение советских войск — в форме капитана СС.
Воспоминания бывшего особиста вызывают много вопросов: и о характере предполагаемого задания (подробности которого так и не были раскрыты), и о не слишком логичных действиях как самого Михалкова-младшего, так и военнослужащих вермахта.

Жертва репрессий

Решение Михаила перейти линию фронта в форме капитана СС выглядит довольно странно. Кроме того, он утверждал, что за четыре года почти забыл русский язык и объяснялся только на немецком. По некоторым: версиям, бывший чекист притворялся, потому что советских граждан, служивших фюреру и взятых с оружием в руках, в отличие от других солдат вермахта, расстреливали на месте. В итоге его поместили под арест — и он вспомнил родной язык и сообщил, что является братом одного из авторов гимна СССР. После этого задержанного отправили в Москву в Лефортово. Известно, что Михаил помогал чекистам и его подсаживали в камеры к другим заключённым. Ему удалось передать на волю письмо к брату. Тот встречался с Лаврентием Берией и ходатайствовал об освобождении родственника. Заступничество помогло: обвинённому в шпионаже и измене родине Михаилу сохранили жизнь и всего лишь на пять лет отправили в лагерь. В 1950 году он получил свободу, а после смерти Сталина его реабилитировали.
Начиная с 1950 года Михаил Михалков активно занимался литературой. Поскольку его фамилия уже была «засвечена» старшим братом, он писал под псевдонимами Михаил Андронов и Михаил Луговых. Песни на его стихи сочиняли известные композиторы — Вано Мурадели («Ещё не кончилась война») и Анатолий Лепин («Мирное небо храни, солдат»). В конце 1950-х годов Михаил Михалков вступил в Союз писателей СССР.

Государственные награды

Параллельно младший брат Сергея Михалкова сотрудничал с органами безопасности. Читал лекции на темы разведки и контрразведки в учебных заведениях КГБ, в качестве ветерана войны выступал перед молодёжью. В течение десяти лет он курировал работу Вольфа Мессинга, выступавшего на эстраде с психологическими опытами. Чекисты опасались, что способности Мессинга могут привести к утечке государственных секретов. За деятельность в области военно-патриотического воспитания Михаил Михалков получил награды — Орден Славы III степени и Орден Отечественной войны II степени. Он скончался в Москве в 2006 году в возрасте 84 лет.

Журнал: Тайны 20-го века №13, март 2020 года
Рубрика: Версия судьбы
Автор: Светлана Савич


источники:

http://www.kramola.info/vesti/letopisi-proshlogo/mihail-mihalkov-brat-gimnopisca-oficer-ss

http://www.bagira.guru/war/mikhail-mikhalkov-ofitser-ss-put-predatelya.html