Авербух Константин Яковлевич биография

Концептуальная структура экологических терминов английского языка Текст научной статьи по специальности « Языкознание и литературоведение»

Аннотация научной статьи по языкознанию и литературоведению, автор научной работы — Авербух Константин Яковлевич, Попова Лариса Георгиевна, Кулакова Юлия Николаевна

Статья посвящена определению концептуальной структуры экологических терминов , охватывающих сферу бережного отношения к окружающей среде, предметам окружающего мира. На материале экологических сайтов на английском языке были выбраны те случи, где встречаются подобные термины. Концептуальный анализ показал, что в основном концептуальная структура экологических терминов не однородна, может представлять собой продукт совмещения двух концептов, одним из которых выступает концепт «бережливость». И именно этот концепт является определяющим в концептуальной структуре терминов.

Похожие темы научных работ по языкознанию и литературоведению , автор научной работы — Авербух Константин Яковлевич, Попова Лариса Георгиевна, Кулакова Юлия Николаевна

CONCEPTUAL STRUCTURE OF ENVIRONMENTAL TERMS OF THE ENGLISH LANGUAGE

The article is devoted to the definition of the conceptual structure of environmental terms covering the sphere of respect for the environment, objects of the surrounding world. By the material of ecological sites in English, the authors have selected the cases where similar terms are found. The conceptual analysis has shown that basically the conceptual structure of environmental terms is not homogeneous; it can be a product of combining two concepts, one of which is the concept “frugality”. And it is this concept that is defining in the conceptual structure of the terms.

Текст научной работы на тему «Концептуальная структура экологических терминов английского языка»

Авербух Константин Яковлевич, Попова Лариса Георгиевна, Кулакова Юлия Николаевна КОНЦЕПТУАЛЬНАЯ СТРУКТУРА ЭКОЛОГИЧЕСКИХ ТЕРМИНОВ АНГЛИЙСКОГО ЯЗЫКА

Статья посвящена определению концептуальной структуры экологических терминов, охватывающих сферу бережного отношения к окружающей среде, предметам окружающего мира. На материале экологических сайтов на английском языке были выбраны те случи, где встречаются подобные термины. Концептуальный анализ показал, что в основном концептуальная структура экологических терминов не однородна, может представлять собой продукт совмещения двух концептов, одним из которых выступает концепт «бережливость». И именно этот концепт является определяющим в концептуальной структуре терминов. Адрес статьи: www.gramota.net/materials/2/2018/5-1/8.html

Филологические науки. Вопросы теории и практики

Тамбов: Грамота, 2018. № 5(83). Ч. 1. C. 48-51. ISSN 1997-2911.

Адрес журнала: www.gramota.net/editions72.html

Содержание данного номера журнала: www .gramota.net/mate rials/2/2018/5-1/

Информация о возможности публикации статей в журнале размещена на Интернет сайте издательства: www.gramota.net Вопросы, связанные с публикациями научных материалов, редакция просит направлять на адрес: phil@gramota.net

УДК 811.11(075.8) Дата поступления рукописи: 12.01.2018

Статья посвящена определению концептуальной структуры экологических терминов, охватывающих сферу бережного отношения к окружающей среде, предметам окружающего мира. На материале экологических сайтов на английском языке были выбраны те случи, где встречаются подобные термины. Концептуальный анализ показал, что в основном концептуальная структура экологических терминов не однородна, может представлять собой продукт совмещения двух концептов, одним из которых выступает концепт «бережливость». И именно этот концепт является определяющим в концептуальной структуре терминов.

Ключевые слова и фразы: экологические термины; английский язык; концептуальная структура; концепт «бережливость»; совмещение концептов.

Авербух Константин Яковлевич, д. филол. н., профессор Попова Лариса Георгиевна, д. филол. н., профессор Кулакова Юлия Николаевна

Московский городской педагогический университет larageorg5@gmail. com

КОНЦЕПТУАЛЬНАЯ СТРУКТУРА ЭКОЛОГИЧЕСКИХ ТЕРМИНОВ АНГЛИЙСКОГО ЯЗЫКА

В современном терминоведении все более отчетливо проявляются тенденции развития, связанные с когнитивным аспектом рассмотрения тех или иных вопросов [5; 6; 8; 9]. Беря во внимание точку зрения К. Я. Авербуха, который считает терминологией совокупность терминов, обслуживающих коммуникативные потребности определённой предметной области и рассматривает термин как её элемент, следует подчеркнуть, что лингвист отмечает присутствие в термине знаковой природы специальной, профессионально ограниченной сферы использования [1]. Хотя термин многофункционален, но он обладает основной конституирующей, номинативной функцией.

Исследователь выделяет тот факт, что номинация, посредством которой осуществляется терминопорож-дение, в основе своей вторична, при этом у термина обозначение и выражение расчленены, а доминантой выступает понятийная соотнесенность. Ведущим способом терминологической номинации, по его мнению, является аналитический, с помощью составных (более чем однословных) наименований. Благодаря действующему в языке закону экономии в сфере специальной номинации наблюдается постоянное стремление заменить аналитические наименования, более компактными, в основном терминами-словами. Так в единстве и борьбе этих тенденций осуществляется терминологическая номинация [Там же].

Изучение процесса образования терминов с позиций когнитивной лингвистики прослеживается в настоящее время в направлении построения концептуальной модели той или иной области знания и определения взаимосвязи между структурами знания и языковыми формами. И. А. Громова считает, что в основе процесса порождения терминов лежат как минимум два концепта, которые схематизированно представлены в словообразовательной модели. Поддерживая точку зрения В. Ф. Новодрановой, языковед отмечает, что в данном процессе важно учитывать состав терминообразовательных моделей, способных воссоздать в языковой форме логико-понятийные категории данной области знания [7; 9]. Объединения концептов, входящих в структуру производного термина, образуют единую концептуальную структуру, которая может считаться пропозициональной формой хранения знаний [7]. В этом случае производное слово, с одной стороны, отражает элементы опыта и оценки человеком действительности и является хранилищем знаний, а с другой стороны, оно должно быть удобным и простым в речи. Моделирующая функция терминологических единиц связана с появлением новых понятий на основе существующих за счет сближения родственных понятий, установления аналогии между ними. Форма термина, отражая сложность стоящего за ним понятия, не является инертной, она помогает ориентировать специалиста на определенные свойства того или иного объекта мысли [4].

Беря во внимание изложенные выше мнения известных терминоведов на процесс порождения терминов, постараемся выяснить концептуальную структуру ряда новых терминов, отражающих понятие бережливости, появившихся в современной экологии. Материалом для исследования послужили экологические сайты на английском языке, где были обнаружены примеры употребления подобных терминов.

В самом начале посредством толковых и идеографических словарей английского языка [11; 12; 15; 16; 18] был определен ряд концептуальных признаков бережливости. Это:

• осмотрительность, благоразумие (prudence, canniness, carefulness);

• рациональное использование, экономия (economizing);

• сбережение, экономия (saving, conservation, economies providence, frugality);

• воздержанность, самоограничение (abstemiousness, austerity);

• прибыль, доход, выгода (gain, profit);

• уменьшение, сокращение расходов (retrenchment, cutback);

• скупость, скаредность, скопидомство (skimping, miserliness, stinginess, niggardliness, tightfistedness, meanness, closeness, scrimping; parsimony);

• поддержка технического состояния, сохранение (maintenance, sparing);

• стесненность в средствах, нехватка (tightness);

• преуспевание, благосостояние, благополучие (prosperity);

• затягивание поясов, вынужденное уменьшение расходов (belt-tightening);

• неупотребление, отказ от использования (disuse).

Обращение к примерам из английских текстов экологической тематики позволило выявить ряд терминов, передающих понятие бережливости. Это frugal ergonomics (бережливая эргономика), conservationist (специалист по охране и рациональному использованию природных ресурсов — природоохранник), bioeconomy (биоэкономика), a lower carbon economy (зеленая экономика), которые мы и проанализируем в данной статье с целью выяснения формирования их концептуальной структуры.

Первый термин frugal ergonomics (бережливая эргономика) по своей структуре представляет собой словосочетание. Обратимся к анализу примера.

Those wishing to learn more and move forward on the issue, rather than wait on industry and government to fight it out, should plan to attend the roundtable discussion 234, titled «Frugal Ergonomics — More Great Solutions», held today from 1:00 p.m. — 3:30 p.m. The event promises to combine unorthodox manufacturing methods, ergonomics, and lean production ideas to accomplish fantastic results while getting the best use of the resources and materials available [14]. / Все желающие больше узнать и двигаться вперед в заданном направлении, а не ждать чего-либо от промышленности и правительства, добиваясь своего в борьбе, должны принять участие в круглом столе 234 под названием «Бережливая эргономика — более важные решения», который состоится сегодня с 13:00 до 15:30. Мероприятие обещает сочетать неортодоксальные методы производства, эргономику и идеи бережливого производства, чтобы добиться отличных результатов, наилучшим образом используя имеющиеся ресурсы и доступные материалы (здесь и далее перевод авторов статьи. — Ю. К., Л. П.).

Для выяснения концептуальной структуры этого термина следует учесть тот факт, что существует определенная наука — эргономика, которая рассматривает возможности безопасного совмещения человека с окружающими его предметами во время его трудовой деятельности. Ее предметом является изучение системных закономерностей взаимодействия человека или группы людей с техническими и информационными средствами, предметом деятельности и средой в процессе достижения поставленной цели или профессиональной подготовки к ее выполнению.

Эргономика занимается изучением деятельности человека в системе «человек — техника — среда» для создания комфортных и высокоэффективных условий трудовой деятельности человека [10]. Следовательно, с этим термином, представленным в виде лексемы frugal, соотносится концепт, который предполагает совмещение, с одной стороны, концепта «эргономика», а с другой стороны, концепта «бережливость». И новый термин frugal ergonomics подразумевает уже применение знаний эргономики для создания бережливого производства.

Обратимся к анализу другого термина conservationist (специалист по охране и рациональному использованию природных ресурсов — природоохранник), представленного одним словом.

So why haven’t conservationists discovered this same tool? Of course, there have been some attempts. One ad for the green mutual fund Altshuler Shaham shows a suave man in alligator-skin shoes entering a hair-removal clinic. As he relaxes on the bed for what he thinks is a routine waxing, suddenly the music changes. and a creepy lumberjack enters with a tweezers. The screen then displays, «Now imagine how the earth feels. Stop deforestation» [17]. / Так почему же природоохранники не обнаружили это же орудие труда? Конечно, были попытки. Один показ зеленого фонда Альтшулер Шахам иллюстрирует человека в ботинках из кожи аллигатора, входящего в клинику для удаления волос. Когда он расслабляется на кровати, предвкушая обычную депиляцию, то в это время неожиданно музыка меняется. и жуткий дровосек входит с пинцетом. Затем кадр меняется: «Теперь представьте, как чувствует себя земля. Прекратите обезлесение».

В этом случае мы имеем дело с совмещением концептов: «бережливость», а именно «экономия», с одной стороны, «профессиональная деятельность человека», с другой стороны. Формируется концептуальная структура, которая репрезентируется наименованием профессии человека, связанной с охраной природных ресурсов. Данное наименование образовалось от лексемы conservation, которая, используясь в значении «экономия», объективирует концепт «бережливость».

Обратимся к выяснению объективации концептуальной структуры посредством термина bioeconomy. Future Bioeconomy Supported by More Than One Billion Tons of Biomass Potential. By The Office of Energy Efficiency & Renewable Energy.

Within 25 years, the United States could produce enough biomass to support a bioeconomy, including renewable aquatic and terrestrial biomass resources that could be used for energy and to develop products for economic, environmental, social, and national security benefits [13]. /

Биоэкономика будущего получит поддержку в виде более чем миллиарда тонн биомассы в своем потенциале. Управление по энергоэффективности и возобновлению энергии.

В течение 25 лет Соединенные Штаты могут производить достаточную биомассу для поддержки биоэкономики, включая возобновляемые ресурсы водной и наземной биомассы, которые могут быть использованы для энергетики и для производства новых продуктов, создавая преимущества своего использования с учетом нужд экономики, экологии, общественного порядка и национальной безопасности.

Среди нескольких определений биоэкономики для нашего случая подходит определение, данное С. Н. Бобылёвым, С. Ю. Михайловой и П. А. Кирюшиным, которые определяют биоэкономику как процесс устойчивого производства и преобразования биомассы для пищевых, медицинских, волоконных и промышленных продуктов, а также энергии [3]. Поэтому данный термин репрезентирует концепты: «бережливость», как рациональное использование и «технологический процесс» переработки биомассы для производственных нужд. В основе этого термина лежит лексема economy, имеющая значение «экономика».

Определим концептуальную структуру, которую объективирует термин a lower carbon econom (зеленая экономика).

Third, the focus by the UK Government on gas as a ‘bridging fuel’ is derailing the UK’s transition to a lower carbon economy. Is the UK really serious about taking a world lead in showing the way forward for others to follow [19]? / В-третьих, стремление правительства Великобритании использовать газ как «мостиковое топливо» сводит на нет переход Великобритании к более низкой углеродной экономике. Действительно ли Великобритания серьезно относится к тому, чтобы занять лидирующие позиции в мире, чтобы показать путь, по которому следовали бы другие?

Этот термин репрезентирует несколько концептов. Это, прежде всего, концепт «зеленая экономика», затем концепт «бережливость как экономия», которая предусматривает деятельность людей, направленную на низкое потребление ископаемого топлива и связанное с этим низкое воздействие на окружающую среду, когда имеется в виду реализация политики энергоэффективности, климатической и экологической безопасности, синергетический эффект энергосбережения [2]. И в основе этого термина лежит лексема economy, образуя центр данного словосочетания и этого термина в целом.

Таким образом, анализ зафиксированных терминов экологического плана, употребляемых в современных сайтах на английском языке, показал, что в основе их формирования заложен принцип совмещения нескольких концептов. Во всех наших случаях таких концептов было два. Главным концептом здесь выступает концепт «бережливость», который вербализуется с помощью определенных лексем, способных репрезентировать его понятийную часть своей семантикой. Этот концепт составляет основу концептуальной структуры, репрезентируемой терминами. Сочетание концепта «бережливость» с другими концептами определяет возможность существования и функционирования термина в языке, возможности его использования в речи.

1. Авербух К. Я. Общая теория термина: комплексно-вариологический подход: дисс. . д. филол. н. Иваново, 2005. 324 с.

2. Ануфриев В. П., Кулигин А. П. Низкоуглеродная экономика, энергоэффективность, устойчивое развитие [Электронный ресурс]. URL: https://cyberleninka.rU/artide/n/nizkouglerodnaya-ekonomika-energoeffektivnost-ustoychivoe-razvitie (дата обращения: 01.01.2018).

3. Бобылёв С. Н., Михайлова С. Ю., Кирюшин П. А. Биоэкономика: проблемы становления [Электронный ресурс]. URL: https://cyberleninka.rU/article/n/bioekonomika-problemy-stanovleniya (дата обращения: 01.01.2018).

4. Голованова Е. И. Введение в когнитивное терминоведение [Электронный ресурс]: учебное пособие. URL: http://thelib.ru/ books/e_i_golovanova/vvedenie_v_kognitivnoe_terminovedenie_uchebnoe_posobie-read.html (дата обращения: 01.01.2018).

5. Гринев С. В. Исторический систематизированный словарь терминов терминоведения: учеб. пособие / Моск. пед. ун-т. М.: МПУ, 2000. 144 с.

6. Гринев-Гриневич С. В. Терминоведение: учебное пособие. М.: Академия, 2008. 304 с.

7. Громова И. А. Юридические термины в когнитивном аспекте: на материале английского языка: дисс. . к. филол. н. Калининград, 2002. 221 с.

8. Грунина Л. П., Широколобова А. Г. Когнитивный аспект исследования терминов // Филологические науки. Вопросы теории и практики. 2010. № 1 (5). Ч. 1. С. 97-99.

9. Новодранова В. Ф. Когнитивные науки и терминология // Научно-техническая терминология (научно-реферативный сборник). М.: Всероссийский научно-исследовательский институт классификации, терминологии и информации по стандартизации и качеству, 2000. Вып. 2. С. 81-82.

10. Падерно П. И. Эргономика и биотехнические системы: 40 лет рядом [Электронный ресурс]. URL: https://cyberleninka. ru/article/n/ergonomika-i-biotehnicheskie-sistemy-40-let-ryadom (дата обращения: 05.01.2018).

11. Тематический словарь современного немецкого языка. Средний уровень / сост. В. Е. Салькова. М.: ACT; ХРАНИТЕЛЬ; Восток — Запад, 2008. 512 с.

12. Cambridge Dictionaries Online [Электронный ресурс]. URL: http://dictionary.cambridge.org/ (дата обращения: 01.01.2018).

13. Future Bioeconomy Supported by More Than One Billion Tons of Biomass Potential [Электронный ресурс]. URL: http://www.ecology.com/2016/07/18/future-bioeconomy-supported-billion-tons-biomass-potential/ (дата обращения: 07.01.2018).

14. In the Spirit of Ben, Be Frugal [Электронный ресурс] // Occupational health and safety. URL: https://ohsonline.com/ articles/2007/06/in-the-spirit-of-ben-be-frugal.aspx?admgarea=magazine (дата обращения: 07.01.2018).

15. Longman English Dictionary [Электронный ресурс]. URL: http://www.ldoceonline.com/ (дата обращения: 21.02.2017).

16. Oxford Dictionaries [Электронный ресурс]. URL: http://www.oxforddictionaries.com/ (дата обращения: 03.02.2017).

17. Palmer Ch. Conservation and Filmmaking [Электронный ресурс]. URL: http://www.ecology.com/2014/04/23/ conserva-tion-and-filmmaking/ (дата обращения: 07.01.2018).

18. Roget’s International Thesaurus of English Words and Phrases [Электронный ресурс]. URL: http://www.bartleby.com/110/ (дата обращения: 03.02.2017).

19. Thorpe D. The hydrogen economy is much nearer than we think [Электронный ресурс]. URL: https://theecologist.org/2016/aug/26/ hydrogen-economy-much-nearer-we-think (дата обращения: 07.01.2018).

CONCEPTUAL STRUCTURE OF ENVIRONMENTAL TERMS OF THE ENGLISH LANGUAGE

Averbukh Konstantin Yakovlevich, Doctor in Philology, Professor Popova Larisa Georgievna, Doctor in Philology, Professor Kulakova Yuliya Nikolaevna

Moscow City University larageorg5@gmail. com

The article is devoted to the definition of the conceptual structure of environmental terms covering the sphere of respect for the environment, objects of the surrounding world. By the material of ecological sites in English, the authors have selected the cases where similar terms are found. The conceptual analysis has shown that basically the conceptual structure of environmental terms is not homogeneous; it can be a product of combining two concepts, one of which is the concept «frugality». And it is this concept that is defining in the conceptual structure of the terms.

Key words and phrases: environmental terms; English language; conceptual structure; concept «frugality»; combination of concepts.

УДК 81:004.738.5 Дата поступления рукописи: 13.02.2018

Статья посвящена теоретическому исследованию одной из актуальных проблем — категории этничности и ее представленности в никнеймах. Проведен анализ существующих точек зрения российских и зарубежных ученых на проблему этнической идентичности и этноса. Представлены этнокультурная и структурно-семантическая характеристики никнеймов, обоснована возможность их использования в исследовании этнического сегмента Всемирной сети. Сформулировано и предложено определение никнейма. Проведен статистический анализ никнеймов, в результате которого выявлены их наиболее продуктивные группы, определена позиция, которую занимает этнический компонент в их структуре.

Ключевые слова и фразы: никнейм; самономинация; этничность; миноритарный Интернет; интернет-комму -никация; онимизация.

Алиева Гюльнара Низамовна, д. филол. н., профессор

Касумова Айдениз Шевкетовна

Курбанова Ольга Владимировна, к. филол. н.

Дагестанский государственный технический университет, г. Махачкала dagalieva@mail.ru; rutul2010@yandex.ru; rutul2010@yandex.ru

ЭТНИЧЕСКАЯ СОСТАВЛЯЮЩАЯ В НИКНЕЙМАХ МИНОРИТАРНОГО ИНТЕРНЕТА

В XXI веке на языковые сообщества оказывают влияние новые формы социальной коммуникации. Интернет становится объектом для изучения языка, а также «площадкой» для взаимодействия мажоритарных и миноритарных языков. Лингвисты, определяя роль русской блогосферы в медийном ландшафте, подвергают анализу русские речевые практики с их неповторимыми особенностями. Особое место в сетевом корпусе новаций занимают имена собственные, в частности, никнеймы. Безусловный научный интерес представляет анализ динамики репрезентаций этничности в указанной лексической группе.

Целью данной работы является репрезентация этничности в никнеймах дагестанской молодежи. В соответствии с поставленной целью основные задачи исследования сводятся к следующему:

1) исследовать категорию этничности и ее представленность в никнеймах;

2) рассмотреть самономинацию в виртуальном пространстве как этнолингвистический феномен;

Общая теория термина: комплексно-вариологический подход Авербух Константин Яковлевич

Данный автореферат диссертации должен поступить в библиотеки в ближайшее время
Уведомить о поступлении

480 руб. | 150 грн. | 7,5 долл. ‘, MOUSEOFF, FGCOLOR, ‘#FFFFCC’,BGCOLOR, ‘#393939’);» onMouseOut=»return nd();»> Диссертация — 480 руб., доставка 10 минут , круглосуточно, без выходных и праздников

240 руб. | 75 грн. | 3,75 долл. ‘, MOUSEOFF, FGCOLOR, ‘#FFFFCC’,BGCOLOR, ‘#393939’);» onMouseOut=»return nd();»> Автореферат — 240 руб., доставка 1-3 часа, с 10-19 (Московское время), кроме воскресенья

Авербух Константин Яковлевич. Общая теория термина: комплексно-вариологический подход : комплексно-вариологический подход : Дис. . д-ра филол. наук : 10.02.19 Иваново, 2005 324 с. РГБ ОД, 71:06-10/17

Содержание к диссертации

Глава I Национальный язык и его функциональная стратификация

1. Общелитературный язык (LGP) и языки для специальных целей (LSP)

2. Тенденции развития языков для специальных целей

2.4. Экономизация Выводы по главе I

Глава II. Анализ традиционных представлений о термине

1. О функциях языка, языкового знака и термина как языкового знака специальной сферы использования

1.1. Функции языка

1.2. Функции языкового знака

1.3. Функции термина

2. Основные понятия терминоведения

2.1. Терминология и терминолексика

2.2. Квазиматематическая формула термина

2.3. Термин в его отношении к другим средствам номинации Выводы по главе II

Глава III. Терминологическая номинация в аспекте вариологических представлений 131

1. Концепция терминологической вариантности 131

1.1. Общие положения современной вариологии в связи с проблематикой терминоведения 131

1.2. Парадигматическая вариантность терминов 140

1.3. Синтагматическая вариантность терминов 150 2. Номинация в специальной сфере (LSP) 152 2.1. Специфические черты терминологической

Выводы по главе III 168

Глава IV. Аспектный анализ терминоведения как комплексной науки 172

1. Лингвистический аспект терминоведения 172

1.1. Какими частями речи представлены термины? 173

1.2. Логико-грамматическая классификация терминологических словосочетаний. 180

1.3. О свободе/связанности терминологических

1.4. О физической протяженности термина 191

1.5. Терминообразование 202 2. Логические аспекты терминоведения 2 2.1. Понятия 206

2.2. Классификация 208

2.3. Определения 210 3. Семиотический аспект 219

3.1. Знаки-образы и семантически насыщенная графическая информация 221

3.2. Принципы употребления знаков 2

4. Системный аспект терминоведения 232

Выводы по главе IV 241

Глава V. Некоторые STRONG вопросы теоретического обоснования задач практического терминоведения 246

STRONG Выводы по главе V 259

Приложение. Э.К.Дрезен — терминолог и стандартизатор. Историко-научныи очерк. 271

Введение к работе

Терминоведение как наука и область деятельности зародилось, как известно, в начале 30-х гг. XX века и, следовательно, отмечает свое 70-летие. Для науки возраст относительно небольшой, тем не менее это повод для осмысления результатов, подведения и суммирования некоторых итогов достигнутого.

Проблемы терминологии (а до недавнего времени принято было говорить о научно-технической терминологии, включая сюда, например, термины искусства и спорта, которые ни наукой, ни техникой в собственном смысле не являются), как связанные с её изучением, так и возможностями целенаправленного регулирования, пользуются неизменным интересом среди специалистов самых разных отраслей знания и сфер деятельности.

Начавшаяся с 60-х годов XX века, когда наблюдался своего рода терминологический бум, организованная терминологическая деятельность, в 70-х годах приобретает характер планомерных, проводимых широким фронтом исследований и разработок. Об этом весьма красноречиво говорит тот факт, что, начиная с 70-х годов, в нашей стране ежегодно выходит более 200 публикаций, посвященных терминологии (Романова, 1972, 96).

Думается, не случайно столь заметное возрастание интереса к терминологическим проблемам именно в последнюю треть XX века, когда научно-техническая революция привела к так называемому «информационному взрыву», следствием которого стал существенно убыстрившийся и многократно увеличившийся поток информации, семантическим (смысловым) ядром которой являются термины.

Именно в 60-е годы закладываются основы современной науки о терминах, названной впоследствии терминоведением. В эти же годы возобно-

вилась деятельность по стандартизации терминологии, что заметно стимулировало работы по ее теоретико-методологическому обоснованию.

При всём обилии публикаций, выходящих ежегодно, в области терминологии до последнего времени ощущался известный дефицит обобщающих работ, в которых бы полно и последовательно излагались основы терминологической науки и теоретико-методологическое обоснование деятельности по унификации терминов.

Однако, начиная с середины 70-х годов такие работы всё чаще появляются в разных странах, а также под эгидой международных организаций ИСО (Международная организация по стандартизации), МЭК (Международная электротехническая комиссия), Инфотерм (Международный информационный центр по терминологии) и Термиа (Международная ассоциация по термиинологии), тем самым создавая общетерминологическое мировоззрение и формируя систему ортодоксальных взглядов на основные понятия и проблемы современной терминологической науки 1 .

В данной работе не ставится цель некоего ретроспективного анализа достижений современного терминоведения и поэтому не предпринимаются серьёзные историко-научные экскурсы, тем не менее полностью обойтись без них не представляется возможным, ибо наука носит кумулятивный характер и каждый новый шаг в познании неизбежно опирается на достижения предшественников.

Уже в период становления терминологической науки оформились два практически взаимоисключающих воззрения на термины: а) точка зрения Д. С. Лотте и его последователей, основанная на том, что термины — это особые слова в структуре любого развитого национального языка, требующие упорядочения и целенаправленного воздействия, и б) точка зрения

Среди подобного рода обобщающих работ наиболее доступными для терминологической общественности и заслуживающими внимания оказались следующие: Хаютин (1972), Akhmanova О., Agarova G. (1974), Даниленко (1977), Rondeau G. (1980), Felber Н. (1984), Гринев (1986, 1993), Головин, Кобрин (1987), Суперанская, Подольская, Васильева (1989, 1993), Лейчик (1989), Мельников (1991), Комарова (1996), Прохорова, (1996), Татаринов (1996,2003), Володина (1997), Алексеева (1998), Манерко (2000).

Г. О. Винокура, рассматривающая термины не как особые слова, а как слова в особой функции, и что термином может быть любое слово, сколь бы тривиально оно ни было. Нетрудно видеть, что первая концепция, назовем ее инженерной, исходит из примата отраслевых потребностей конкретной предметной области. На Западе в те же годы ее активно развивал один из основоположников современного терминоведения австрийский ученый и промышленник Е. Вюстер, в СССР — ученый и общественный деятель, основоположник отечественной стандартизации терминологии -Э. К. Дрезен. Что касается второй концепции, то её как собственно лингвистическую развивали крупнейшие языковеды того времени. Кроме Г. О. Винокура фундаментальный вклад в теорию терминоведения внёс А. А. Реформатский своими работами и, в частности, «Что такое термин и терминология» (М., 1959).

Учитывая материальную основу терминологии, коей в подавляющем большинстве являются лингвистические единицы (слова и словосочетания естественных языков), а также то, что абсолютное большинство специалистов, исследующих сферу специальной коммуникации, это — терминологи «лингвистического происхождения», несложно догадаться, что и в период становления терминоведения, и ныне господствует лингвистическая, если угодно, винокурианская концепция. Между тем, есть основания полагать, что концепция, названная нами инженерной, не является её единственной альтернативой. Следовательно, наличествует некий третий подход к оценке термина. Его мы и попытаемся далее обосновать.

Долгое время бытовало весьма распространённое, хотя впрочем вполне объяснимое, заблуждение, что терминоведение — раздел лингвистики. «А почему бы и нет?!» — утверждали его сторонники, — «если терминология — часть лексики языка и, следовательно, должна находиться в ведении лексикологии и описываться методами лексикографии!» Между тем, в процессе исследований и разработок выявилось столько специфических

черт и особенностей, присущих только терминоведению; приёмы и методы настолько обособились от чисто лингвистических, а объект терминоведе-ния — термин (терминология) столь многогранен и всеобъемлющ, что это привело подавляющее число терминоведов к выводу о комплексном характере науки о терминах.

В вопросе о составляющих комплексной научной дисциплины также нет единства мнений. Шкала таких мнений простирается от чисто лингвистического (терминоведение — раздел лингвистики) до комплексно множественного, когда утверждается, что терминологическая наука возникла на стыке едва ли не десятка наук, среди которых и информатика, и документалистика, и науковедение, и психология, и теория познания и ряд других, с которыми безусловно связано терминоведение, как впрочем и многие другие науки. Однако, как нам кажется, эти науки не стали теми непосредственными «кирпичиками», из которых сложилось «здание» терминоведе-ния. Непосредственными слагаемыми терминологической науки, с нашей точки зрения, являются четыре научные дисциплины: лингвистика, логика, общая теория систем (системология) и семиотика, к которым на стадии анализа конкретных терминосистем безусловно должна быть добавлена та наука или предметная область, язык которой изучается или упорядочивается.

Наиболее очевидна, как уже подчеркивалось, связь терминоведения с лингвистикой, уже хотя бы потому, что у них совпадает материальный объект изучения — именно слова и словосочетания естественного языка функционируют в сфере специального общения в качестве терминов. Очевидно поэтому и многие из методов лингвистического исследования, оказываются необходимыми при изучении и упорядочении терминосистем и отдельных терминов.

Методология лингвистического исследования термина практически следует традиционным методам исследования слов (для однословных тер-

минов) и словосочетаний (для многословных терминов). При этом различают грамматический (морфолого-синтаксический) и семантический анализ терминов. Кроме того, к лингвистическим аспектам уже не столько изучения, сколько упорядочения и описания терминов добавляется синтаксический аспект исследования определений, ибо за единицу рассмотрения в сфере фиксации терминов, т. е. различного рода словарях, принята, как известно, словарная статья, содержащая совокупность термина и определения.

Методология лингвистического исследования терминологических систем исходит, главным образом, из возможности исследования значений терминов путем расчленения значений на элементарные смыслы (семы, семантические множители), что позволяет устанавливать меру смысловой близости между терминами одной системы и на этой основе строить граф, отражающий структуру всей терминосистемы. Компонентный и дефини-ционный анализ, а также метод семантических множителей в разной степени используют этот подход к исследованию и упорядочению терминоси-стем.

Вместе с тем, при анализе терминосистем могут использоваться и традиционно принятые в лингвистике описательные методики, позволяющие исследовать либо синхронный, произведённый в какой-либо конкретный момент, срез терминосистем, либо диахронически проследить историю становления терминологически изучаемой области.

Терминология может изучаться и упорядочиваться в социолингвистическом аспекте с точки зрения её роли в процессе коммуникаций определённой социальной (профессиональной) группы, сообщества, а также в аспекте психологических особенностей использования, усвоения и упорядочения отдельных терминов и терминосистем в том смысле, в каком этим занимается современная психолингвистика.

Интеграция современной науки сопровождается активным взаимопроникновением методов различных, часто весьма далеких на первый взгляд друг от друга, научных дисциплин, что существенно обогащает арсенал приёмов исследования новых комплексных наук, заметно повышая их эффективность. Среди наук, методы которых широко используются терминоведением, очевидно, в первую очередь должна быть упомянута формальная логика.

Логическая правильность — это в конечном счёте тот стержень, на котором зиждется и классификационная стройность, и иерархическая последовательность, и структурная взаимоувязанность элементов и отношений в терминологической системе. Говоря о смысловой стороне терминов, так называемом плане их содержания (в отличие от плана выражения — звуковой, материальной части термина), мы прибегаем к понятиям, изучение которых и правила операций над которыми являются прерогативой науки логики. Построение классификаций различных предметных областей, систематизация понятий, многочисленные приёмы формулирования дефиниций (определений) понятий — всё это регламентируется законами логики. Достаточно сказать, что практически нет ни одного лингвистического объекта (а ранее мы отмечали, что термин — это языковая субстанция), который бы не имел соответствующего логического коррелята.

Ещё одной составляющей терминоведения общепризнанно является общая теория систем или системология. Если вспомнить о том, что окружающий нас материальный мир системен и системна организация нашего сознания, а термины являются знаками и окружающих предметов, явлений, и продуктов нашего сознания, то применение методов общей теории систем становится методологически совершенно необходимым.

Системный подход вошёл в методологию научного исследования сравнительно недавно — после второй мировой войны. Однако неверно было бы думать, что он пришёл на смену традиционному теоретическо-

множественному подходу, который исходил из первичности элемента и вторичности целого. Нет, системный подход, ориентированный на первичность целого (в данном случае — терминосистемы) и вторичность составляющих её элементов (терминов), лишь успешно дополнил методологию научного познания. В настоящее время оба эти подхода разумно сосуществуют и взаимно дополняют друг друга.

Из истории известно, что Людвиг фон Берталанфи, основоположник общей теории систем, открыл и описал всё, что им было опубликовано в 50-х годах, ещё до второй мировой войны. Но в то время он настолько был уверен, что системная концепция не будет ни понята, ни принята современниками, что решил не придавать огласке результаты своих исследований, пока не созреют соответствующие условия.

Между тем ещё в 20-е годы в очень немногочисленных тогда работах по изучению и упорядочению терминологии уже явственно просматривался системный подход, причём в весьма эксплицитной форме. Так, например, «. в 1923 г. в Лондоне вышла одна из ранних работ по стандартизации авиационных терминов. В качестве основной причины появления этой работы предисловие книги выдвигало то, что до стандартизации терминов и обозначений каждый автор составлял сам для себя свою систему терминов и обозначений и что, таким образом, возникало множество систем, не согласованных между собой, противоречащих друг другу и затрудняющих чтение специальных работ по авиации» 2 .

Добавим к этому, что один из основоположников современного тер-миноведения Э. К. Дрезен в самом начале 30-х гг. уже демонстрировал в своих работах, пусть и не всегда в эксплицитной форме, системные воззрения на терминологию, методы её изучения и упорядочения. Прежде всего это следует из того, что Э. К. Дрезен проводит жесткую корреляцию между классификацией понятий и объектов, с одной стороны, и деятельно-

2 Цит. по: (Э. К. Дрезен, 1936, а).

стью по стандартизации терминов, с другой. «. Классификация связана со стандартизацией теснейшим образом, так как стандартизация требует возможно чёткого разграничения всех понятий и терминов, с которыми она орудует, а такое разграничение понятий легче всего осуществимо именно посредством классификации» (Дрезен, 1936, а).

Из приведённой цитаты вполне выводимы фундаментальные, едва ли не общепринятые на сегодня положения терминоведения о том, что нет и не может быть понятия, а следовательно и выражающего его термина, которые не были бы системно связаны с определенным образом организованной совокупностью понятий и изоморфно отображающих их терминов, что каждый термин существует лишь как член терминологической системы.

В чём же основные различия между теоретико-множественным (традиционным) и системным подходами к исследованию сложных объектов? Весьма удачно и наглядно эти различия подчеркнуты в примере, приведённом в работе (Шрейдер, Шаров, 1982).

Действительно, если сборник задач и упражнений, например, по арифметике существует постольку, поскольку существует каждое отдельное упражнение (или задача), то строчка стихотворения существует лишь вследствие существования всего стихотворения, или некоего целостного произведения, и, если угодно, системы, передающей целостное содержание. Задачник, с этой точки зрения,— простое множество составляющих его элементов (задач и упражнений), стихотворение — система, элементами которой являются составляющие его строки.

Как же интерпретируются фундаментальные положения общей теории систем, будучи перенесёнными в сферу терминологии? По-видимому, основным понятием окажется здесь терминология, которая выступает в качестве некой совокупности терминов, обслуживающих коммуникативные потребности определённой предметной области. Терминологии как

системе противостоит термин как её элемент. Сразу же необходимо отметить, что далеко не все исследователи, терминоведы и лингвисты, считают терминологию системой. По их мнению (Р. Ю. Кобрин, В. М. Лейчик), совокупность терминов той или иной области специальной (профессиональной) деятельности лишь тогда становится терминологической системой, когда подвергнется целенаправленному воздействию со стороны специалистов в плане её унификации. Такую точку зрения вряд ли можно признать справедливой уже хотя бы потому, что, если признать системность окружающего нас мира, а отказ от этого означал бы в конечном счёте отказ от диалектического мировосприятия, то термины, являющиеся знаками всех предметов и явлений этого мира, не могут не быть системой. Можно говорить о целостности системы, если исходить из выделимости данной предметной области из понятийных систем более высокого уровня обобщения.

Фундаментальная для общей теории систем антиномия — «организм -среда» в области терминоведения трансформируется в пару терминоси-стем, находящихся в отношении рода и вида, либо части и целого. Например, для терминосистемы непредельных углеводородов внешней системой (средой) будет терминосистема органической химии, для последней, в свою очередь, средой будет терминосистема всей химической науки, а для химии — терминосистема естественнонаучного знания и т. д.

Целостность системы терминов раскрывается через понятие связи. Критерием её целостности может служить любая семантическая (смысловая) связь между так называемыми планами содержания (т. е., упрощенно говоря, выражаемыми ими понятиями) включенных в неё терминов. Термин, семантически не связанный ни с одним из терминов системы, должен быть извлечён из неё как чужеродный и нарушающий целостность системы.

Связи, возникшие между планами выражений (звуковой материальной оболочкой), с одной стороны, и планами содержания терминов, с другой, формируют понятие структуры.

В связи с понятием структуры складываются понятия уровней системы и иерархии этих уровней.

И, наконец, последняя из перечисленных нами составляющих терминологической науки,- семиотика. Если лингвистика — наука об общечеловеческой знаковой системе, нашем естественном языке, то семиотика изучает знаковые системы вообще, любые системы, служащие для нужд коммуникации, будь то естественный человеческий язык, языки животных или искусственные языки (например, азбука Морзе, язык флажков на флоте и т. п.), либо язык какой-либо инопланетной цивилизации. В методологии научного познания есть приём, позволяющий в ходе исследования подняться на более высокий уровень рассмотрения изучаемого в данной науке метода исследований. Например, во время так называемого кризиса в физике элементарных частиц пришлось прибегнуть к уровню философского осмысления рассматриваемых явлений. Аналогичным образом в термино-ведении при рассмотрении терминов и их систем, объектов языковой природы, часто оказывалось недостаточным ограничиваться лишь лингвистическими приёмами исследования, что и вызвало обращение к семиотике.

Термин, как известно, знак; соответственно, терминосистема — знаковая система специальной, профессионально ограниченной сферы использования. Современная семиотика различает три вида отношений, в которые вступает знак: а) отношение знака к значению (семантика), б) отношения знака к знаку (синтактика) и в) отношение знака к потребителю, человеку (прагматика).

Деятельность по совершенствованию (упорядочению, стандартизации) терминов и терминосистем представляет собой процесс приведения объекта в соответствие с каким-либо эталоном или максимального при-

ближения его к этому эталону. Таким эталоном для терминов долгое время являлись «требования к термину», сформулированные Д. С. Лотте, и во многом некритически перенесённые в действующие методики упорядочения (Краткое. 1979) и стандартизации терминологии (Методические. 1984) 3 .

Однако исследования последних лет (Авербух, Герд, Даниленко, Кобрин, Мельников, Моисеев, Налимов, Пекарская) демонстрируют не только невыполнимость ряда требований, но и несостоятельность и противоречивость некоторых из них. Анализ этих требований будет дан в соответствующем разделе, посвященном практической терминологической работе, а пока отметим лишь, что на большинство из требований к термину, по-видимому, можно ориентироваться, как на своего рода эталон, достижение которого проблематично, но стремиться к которому следует.

Актуальность настоящей работы определяется настоятельной необходимостью пополнения теории терминоведения новыми научными решениями, потребностью в последовательной и непротиворечивой концепции профессиональной коммуникации, задачами дальнейшего совершенствования теоретико-методологического обоснования терминографиче-ской деятельности и работ по упорядочению и стандартизации терминологии.

Цель настоящего исследования — изучить современное состояние теории терминоведения и теоретико-методологического обеспечения работ по регулированию естественно сложившихся терминологий и на основе этого сформулировать новую нетрадиционную концепцию термина, ориентированную на комплексный подход и вариологические воззрения на терминологические объекты.

3 Справедливости ради следует отметить, что в «Рекомендациях Р50-603-1-89» по разработке терминологических стандартов устранена большая часть недостатков, отмечавшихся в «Методических указаниях РД 50-14-83».

Достижение поставленной цели предполагает решение следующих задач:

Выявить основные различия между общелитературным языком и языками для специальных целей.

В связи с необходимостью целенаправленного воздействия на терминологию и потребностями постоянного совершенствования сферы профессиональной коммуникации исследовать тенденции развития языков для специальных целей.

Проанализировать систему традиционных взглядов на основные понятия терминоведения и определить их соответствие современным реалиям и потребностям терминологической науки.

Сформулировать концепцию терминологической вариантности.

На основе анализа фундаментальных положений языковой номинации выявить характеристические черты терминологической номинации и обосновать ее правила и системные принципы.

С учетом комплексного характера терминоведения описать основные принципы подхода к изучению единиц специальной номинации.

На основе анализа большого массива терминографических работ определить степень соответствия методик их создания современному уровню теоретических решений в терминоведении. Материалом исследования послужили 12500 терминоупотребле-

ний, отобранных из текстов по химическому машиностроению, массив словарей и терминологических стандартов (более 100 наименований), а также многочисленные работы терминоведческой тематики. При подготовке историко-научного очерка были использованы архивные материалы из хранилища ЦГАНХ.

Методологическими основами настоящего исследования являются: 1) теория языковой номинации, отраженная в ряде коллективных монографий и, в частности, «Языковая номинация. Общие вопросы» и «Языко-

вая номинация. Виды наименований»; 2) теория языковой вариантности, обоснованная в ряде работ В.М.Солнцева; 3) теоретические установки классиков терминоведения О.Вюстера, Э.Дрезена, Д.С.Лотте, Б.Н.Головина.

Научная новизна работы заключается в том, что она вносит определенный вклад в теорию терминоведения, в частности:

Обосновывается комплексный, в частности, лингво-логико-системно-семиотический подход к изучению естественно сложившихся терминологий.

Сформулированы и описаны пять основных тенденций развития языков для специальных целей.

Вводится дифференциация терминологии и терминолексики.

Проанализированы и представлены иерархически функции языка, языкового знака и термина как языкового знака специальной сферы использования.

Предложена квазиматематическая формула длины термина.

Вводится нетрадиционная трактовка номенклатуры, мотивированная бинарной структурой номена.

Представлена концепция терминологической вариантности, основанная на дедуктивном подходе к исследованию лексико-семантических явлений в сфере специальной коммуникации.

Предлагается дифференцировать термин и слово на основе различения их инвариантов.

Обосновываются различия общеязыковой, характеризующейся произвольностью и автономностью, и терминологической номинации, носящей системный характер.

10.Нетрадиционно решаются вопросы о частях речи, представляющих термины, и физической протяженности терминов.

11 .Предлагается расширительный семиотический взгляд на термины не только как на слова (словосочетания) естественного языка, но и как знаки-образы, представленные различного рода графическими символами. 12.Вводится основополагающее положение общей теории систем, различающее внутренние и внешние системы, что повлекло за собой ряд важных для терминоведения теоретических выводов, в частности, о ненаблюдаемости внешних систем. Теоретическая значимость работы заключается в том, что ее результаты развивают теорию терминологической номинации как составной части теории номинации. Сформулирована концепция терминологической вариантности, основанная на дедуктивном подходе к рассмотрению лекси-ко-семантических явлений. Предложена квазиматематическая формула длины термина в лексических единицах, позволяющая повысить точность и строгость суждений в терминоведении. Предлагается расширительный взгляд на термин не только как на слово (словосочетание) естественного языка, но и как на знаки-образы (многочисленные условные, графические изображения). Помимо терминологической общелингвистическую значимость может иметь вывод о том, что у слова и термина разные инварианты: у слова — лексема, а у термина — сигнификат.

Практическое использование результатов работы определяется тем, что ее положения могут быть применены в курсах терминоведения и языков для специальных целей, при теоретико-методологическом обосновании терминографических работ и деятельности по упорядочению и стандартизации терминологии.

Основные положения, выносимые на защиту: 1. Современные языки для специальных целей как активно функционирующее средство коммуникации постоянно развиваются и прогрессируют. Тенденций развития языков для специальных це-

лей можно выделить по крайней мере пять: интеграция, дифференциация, интернационализация, унификация и экономизация (действие закона экономии).

Фундаментальной идеей, позволяющей соединить воедино все составляющие терминоведения как комплексной научной дисциплины, является концепция терминологической вариантности, основанная на дедуктивном подходе к явлениям различного соотношения плана содержания и плана выражения термина.

Основное отличие термина от слова состоит в том, что у них различные инварианты: у слова — двусторонняя единица, лексема, а у термина — односторонняя, сигнификат. Именно поэтому слово в процессе функционирования может варьироваться в пределах тождества самому себе, а термин в границах выражения идентичного понятия.

Термин многофункционален, но основная конституирующая его функция — номинативная. Номинация, посредством которой осуществляется терминопорождение, в основе своей вторична. Терминологическая номинация специфична: если у слова обозначение предмета и выражение понятия о классе подобных предметов совмещаются как лексико-семантическое единство, то у термина обозначение и выражение расчленены, а доминантой выступает понятийная соотнесенность.

Ведущим способом терминологической номинации по результатам лингвостатистических исследований является аналитический, с помощью составных (более чем однословных) наименований. Благодаря действующему в языке закону экономии в сфере специальной номинации наблюдается постоянное стремление заменить аналитические наименования, более компактными, в основ-

ном терминами-словами. Так в единстве и борьбе этих тенденций осуществляется терминологическая номинация.

Привлечение семиотической составляющей в науку о терминах позволяет рассматривать термины в расширительном плане не только как слово (словосочетание) естественного языка, но и как знак-образ, что дает возможность зачислить в разряд терминов также и многочисленные неязыковые знаки.

Единственным по-настоящему весомым различием между термином и номеном является их различный план выражения. Номен, в отличие от термина, обязательно состоит из двух неоднородных частей: а) терминологической и б) собственно номенклатурной. Причем терминологическая часть вследствие тотально действующего в языке закона экономии почти повсеместно подвергается эллипсису.

Апробация работы. Результаты исследования обсуждались на многочисленных конференциях в г.Москве, Нижнем Новгороде, Орле, Туле, Иванове, Воронеже, Омске, Челябинске; на международных симпозиумах и конгрессах в Люксембурге, Трире (Германия), Ваасе (Финляндия), Гилфорде (Англия), Риге (Латвия).

По материалам диссертации читались спецкурсы в Ивановском госуниверситете, Институте повышения квалификации работников печати, Всероссийском центре переводов.

По диссертации опубликовано работ, в том числе монография

«Общая теория термина» (Иваново, 2004)

Структура работы. Диссертация состоит из введения, пяти глав, заключения, списка литературы, приложения.

Структура работы. Диссертация состоит из введения, пяти глав, заключения, списка литературы, приложения.

Общелитературный язык (LGP) и языки для специальных целей (LSP)

В начальный период становления терминологической науки вплоть до начала 70-х годов XX века термин как объект изучения рассматривался изолированно, главным образом, в сфере фиксации. Вместе с тем, обращало на себя внимание, что тексты (и речь), смысловое, семантическое ядро которых составляла терминология, качественно отличались от общеязыковых. Во- первых, бросались в глаза очевидные стилевые различия между языком общечеловеческого, общелитературного общения и языками профессиональной коммуникации. Во-вторых, проводилась некая аналогия между языком профессионального общения и иностранным языком в структуре одного национального языка в том смысле, что профессиональный язык неизвестной читающему (или слышащему) предметной области столь же непонятен ему, как и китайский, немецкий, суахили, если он их не изучал. Различие состоит лишь в том, что есть возможность констатировать: коммуникация осуществляется на таком-то национальном языке, но о чём сообщается епонятно.

Приблизительно такого рода соображения привели многочисленных специалистов к осознанию того, что в структуре развитых национальных языков существует так называемый «язык науки и техники». Вскоре, однако, стало очевидным, что этот термин во многом условен, ибо в состав «языка науки и техники» за неимением иного решения стали включать, например, язык спорта и язык искусства, которые (спорт и искусство) ни наукой, ни техникой не являются. Попытка именовать это явление «языком профессионального общения» во времена социалистической действительности также оказалась небезупречной, так как оставались многочисленные проявления самодеятельного (непрофессионального) искусства, а спорт того времени вообще повсеместно был любительским.

Естественно полагать, что научно-техническая революция, которую переживало человечество в 70-х годах XX века, и активизация многочисленных информационных процессов делали многие достижения и открытия тех лет общечеловеческим достоянием. Не стал в этом смысле исключением и феномен социально-функциональной стратификации развитых национальных языков. В этом смысле достаточно упомянуть тот факт, что в немецкоязычных странах язык профессионального общения стал именоваться «Fachsprachen» — предметные лзь/ки, в англоязычных как «Languages for special (specifical) purposes» — «языки для специальных (специфических) целей», во франкоязычных странах как французский язык определённой науки или области деятельности, например, «France medicale» или «France chemie» и т. д. Можно было бы дискутировать о достоинствах и недостатках каждого из вышеназванных терминов, но вследствие того, что английский язык стал в последние десятилетия подлинным языком международного делового и научного общения, своего рода эсперанто нашего времени, — это сыграло решающую роль в выборе основополагающего термина для данного понятия. Термин «LSP» занял доминирующие позиции не только в англоязычной литературе, не только в материалах многочисленных международных научных форумов, что совершенно естественно благодаря его нынешнему статусу, но и во многих иных развитых языках. Так, например, русскоязычный эквивалент «LSP» акроним «ЯСЦ» (язык для специальных целей) совершенно непопулярен среди специалистов и не имеет сколько-нибудь широкого хождения4.

В структуре национального языка выделяется литературный язык по принципу его нормированности и сознательного регулирования, в чём он противопоставлен территориальным диалектам и просторечию, свободно функционирующим и развивающимся стихийно. По принципу нормируемости в литературный язык могли бы быть включены и языки для специальных целей («LSP»), социально и профессионально ограниченные, в чём между ними принципиальная разница.

В этой связи целесообразней придерживаться дихотомии: язык для всеобщего (общечеловеческого) общения (его ещё называют общелитературным языком), (Languages for general purposes, LGP) и языки для специального общения (LSP).

Имеется немалое количество публикаций, где весьма убедительно представлены и серьезные синтаксические различия в текстах LGP и LSP, заметная дифференциация в морфологических и словообразовательных аспектах их рассмотрения, но на этом этапе мы от этих различий абстрагируемся.

Как уже было отмечено, и LGP и LSP — языки нормированные и активно регулируемые, различающиеся, по большому счёту, лишь в одном: в LGP функционируют только лексические единицы данного национального языка, а в LSP помимо лексических единиц того же национального языка привлекаются единицы специальной номинации (термины конкретных предметных областей).

О функциях языка, языкового знака и термина как языкового знака специальной сферы использования

Третья тенденция в языке науки и техники связана с его последовательной интернационализацией. В интернационализации могут быть выделены два аспекта: 1) собственно интернационал изационныи, связанный с созданием и освоением некоего общечеловеческого фонда единиц номинации, удовлетворяющих потребности в единицах называния специальных понятий в разных национальных языках и 2) интерлингвистический, в плане которого проводятся работы по созданию искусственных языков, призванных решить проблемы профессиональной коммуникации на международном уровне.

Говоря о проблеме формирования общечеловеческого, интернационального терминологического фонда, следует упомянуть о том, что истоки его следует искать в глубокой древности, во времена первых деловых контактов представителей разных народов, когда в ходе совместной деловой, торговой, а впоследствии научной деятельности в разных национальных языках появлялись термины, сходные в своем фонетическом оформлении и тождественные по выражаемым понятиям. В дальнейшем по мере развития науки и техники, с одной стороны, и международных контактов, о другой, интернациональный фонд стал формироваться все более ускоренными темпами. И к настоящему времени в обстановке неравномерного развития различных научных дисциплин, областей техники и других сфер интеллектуальной деятельности в разных странах часто случается так, что то или иное государство, имеющее приоритет в определенной предметной области, распространяет информацию о нем на своем национальном языке, что способствует проникновению терминов этого языка в другие национальные языки. Стоило, например, советским ученым первыми запустить искусственный спутник Земли, как, начиная с 1956 года, в языки многих стран мира вошел термин «спутник» — не «сателлит», не какой-либо иной переводной эквивалент этого вполне переводимого слова, а именно «спутник» в русскоязычном фонетическом оформлении. Аналогичным образом в области вычислительной техники англоязычные страны и, прежде всего, США, оказавшись лидерами в этом приоритетном направлении, стали законодателями и в сфере терминологии этой области. Таким образом, в русскоязычную терминологию вычислительной техники вошли и успешно функционируют: компьютер, дисплей, файл, интерфейс и т. п.

И как бы в развитие сложившихся традиций в этой сфере прозвучало предложение 3. Стоберского, руководителя Международного комитета по унификации терминологических неологизмов, называть каждое новое открытие или техническое новшество на языке страны, сделавшей это открытие. Тем самым будет организованно и целенаправленно формироваться интернациональный терминологический фонд. Далее в своей книге 3. Стоберский утверждает, что в соответствии с современными тенденциями «все больше стран принимает проблему постепенной интернационализации научной и технической терминологии, разумно рассчитывая на то, что она уже сейчас принесёт им экономические выгоды и, следовательно, будет общественно полезной» (Stoberski Z., 1982, 9).

И, напротив, — любая попытка к национальному обособлению в сфере терминологии, особенно для стран с относительно малым числом носителей языка, может расцениваться как идущая вразрез с общечеловеческими интересами и препятствие на пути научно-технического прогресса. «Нельзя больше терпеть такое положение, при котором амбиции сторонников местничества и псевдопатриотов вредили бы общим интересам всего человечества» (Stoberski Z., 1982, 14).

Общий терминологический фонд (ОТФ) любого многонационального государства формируется из многих единиц номинации самых различных языков. И в этом смысле скорее следует говорить не об абсолютном числе национальных языков, сделавших свой вклад в ОТФ, а о той доле, которую составил каждый из этих языков.

Совершенно очевидным представляется тот факт, что основным источником формирования ОТФ является язык межнационального общения. По-видимому, те причины, которые обусловили принятие русского языка в качестве языка межнационального общения (язык наибольшей по численности нации, язык господствующей до революции нации, язык наиболее развитой в научно-техническом и культурном отношении нации) во многом послужили и причиной принятия именно русских единиц номинации для называния предметов и явлений хозяйственной деятельности.

Царская Россия не только не заботилась о равноправном развитии всех населяющих ее народов, но, напротив, искусственно сдерживала развитие и просвещение национальных меньшинств. В то же время империалистическая Россия, ведущая агрессивную политику и имевшая экспансионистские устремления, естественно стремилась приумножить свой научно-технический, а на его базе — военный, потенциал, что, вследствие отсталости, заставляло царизм активно заимствовать передовой научно-технический опыт ведущих стран Западной Европы и США. И практически все проблемы заимствования специальной лексики решались в связи с русским языком и как языком относительно развитой в научном отношении нации, и как языком господствующей нации, монополизировавшей большинство внешних контактов.

Концепция терминологической вариантности

Варьирование в соответствии с общепринятым утверждением — это форма существования лингвистических единиц. Наиболее последовательно, с нашей точки зрения, современная концепция языковой вариантности сформулирована В. М. Солнцевым (Солнцев, 1977, 212), который утверждает, что «явление вариативности единиц языка обусловлено двумя факторами: а) существованием каждой единицы в виде некоторого класса и б) использованием в речи всегда одного представителя класса, поскольку в силу свойства линейности речи одно место может занимать только один элемент класса. Общим условием варьирования единиц является их дискретный характер».

Ниже мы приведем ряд основных положений современной вариоло-гии, адаптированных к терминологической специфике, из которых будем исходить при изложении концепции терминологической вариантности:

Каждый из реально функционирующих в речи «представителей класса» есть вариант некоторого термина.

Обобщенное представление обо всем классе этих единиц является инвариантом. Инвариант, следовательно, — некоторый абстрактный предмет, выражающий то общее, что объективно существует в классе относительно однородных предметов или явлений.

Из двух (или любого количества) терминов, составляющих класс, оба являются вариантами, но ни один из них не является инвариантом по отношению к другому, поскольку каждый из них есть конкретный термин. Какой-либо конкретный термин из некоторого множества терминов, составляющих один класс, по тем или иным причинам может быть признан эталоном, или образцом, но он останется всего лишь вариантом среди других вариантов.

Вариант и инвариант — принципиально негомогенные объекты. Инвариант и вариант термина представляют собой две характеристики предмета или явления, входящего в некоторый класс.

Свойство инвариантности характеризует то общее, что есть у данного единичного термина с другим ему подобным.

Вариантность характеризует то особенное, что есть только у данного термина в отличие от других ему подобных, с которыми он связан через свои инвариантные свойства.

Чрезвычайно важным для выявления отношений вариантности является установление функциональной общности сопоставляемых единиц.

Инвариант класса предметов, принадлежащих какой-либо субстанции, не может быть изображен ни одним из предметов данной субстанции. При попытке такого изображения мы получаем вариант данного инварианта.

И единственное исключение из этого правила являет нам терминология, ибо только в терминоведении термины — и исследуемый объект, и единицы его описания. Игнорирование этой особенности терминолексики вызывает появление «неразрешимых» проблем терминоведения. Среди них, например, такие, как проблема краткости термина и проблема вне-дренности стандартизованных терминов.

Ниже мы подробно коснемся этих проблем. При исследовании явления терминологической вариантности следует иметь ввиду, что к языковым фактам может быть два подхода: физический (субстанциональный) и функциональный. «Физическая концепция характеризуется стремлением установить определенную зависимость между степенью физических (материальных) отличий означающих разных элементов и их означаемыми. . Функциональная же концепция предполагает выделение функциональных единиц и проведение сопоставлений уже на уровне этих функциональных единиц.

. При таком подходе диапазон варьирования лексических единиц значительно расширяется: в качестве лексических позиционных вариантов предстанут не только однокоренные слова с разными, но омосемичными аффиксами (лиса — лисица, зал — зала — зало), а в равной степени и разно-коренные слова (то есть слова с совершенно различными означаемыми), которые до сих пор никто не признавал вариантами (языкознание — языковедение-лингвистика)» (Бережан, 1982, 36-37).

Лингвистический аспект терминоведения

Чрезвычайно важным как в теоретическом, так и в прикладном аспектах в современном терминоведении остаётся вопрос: какими частями речи должны (или могут?) быть представлены термины? Ограничивается ли терминология именами существительными или же может быть представлена и другими знаменательными частями речи?

О. С. Ахманова (Ахманова, 1969, 11), отвечая на этот вопрос, утверждала, что «следует, прежде всего, обратить внимание на то, что в европейских языках система существительных настолько развита, имеются настолько неограниченные возможности образовывать отглагольные существительные и отвлечённые существительные, образованные от основ прилагательных, что основной состав терминологического списка для этих языков вполне может быть исчерпан существительными».

Итак, задавшись двумя исходными положениями: 1) термин — слово или словосочетание, выражающее специальное (профессиональное) понятие, и 2) терминологию следует рассматривать как в сфере фиксации, так и в сфере функционирования, проанализируем, всеми ли знаменательными частями речи, способными выражать понятия15, представлены термины в двух названных сферах.

Рассмотрим терминологию в сфере фиксации, где «она сознательно. освобождена от всех «пороков»» и «выдержана в отношении форм номинации», то есть представлена только в форме имён существительных и субстантивных словосочетаний.

Но достаточно ли этого для передачи всего набора понятий о процессах, предметах, их признаках и качествах? Большинство специалистов отвечает на этот вопрос утвердительно, так как терминология представляет собой не сумму имён реальных вещей и действий, а определённую систему названий понятий о вещах и действиях. Поэтому в широком смысле слова единственным лексико-грамматическим средством, выражающим профессиональные понятия о предметах, качествах, действиях в терминологии являются имена существительные и, естественно, словосочетания на их основе, поскольку, как показали исследования, большая часть терминов, выражающих сложные понятия, представлена в сфере фиксации словосочетаниями, содержащими две и более словесные позиции.

С чем могут сочетаться существительные в структуре составного термина? По-видимому, с прилагательными (шнековий гранулятор, ленточная сушилка), с причастиями (гранулированный продукт, самоочищающийся шнек), с наречиями (хранение навалом, транспортировка волоком) и, естественно, с существительными (гранулирование суперфосфата, расход продукта).

Все перечисленные знаменательные части речи исчерпывают возможности говорящего или пишущего выражать специальные понятия, но если существительные, называя определённые понятия о вещах и действиях, могут функционировать самостоятельно в профессиональной речи, то прилагательные, причастия, наречия, которые называют признаки и качества этих вещей и действий, самостоятельно не употребляются, так как обозначаемые ими признаки и качества приобретают смысл только в сочетании с существительными, выражающими предмет или действие. Таким образом, независимо от сферы употребления, можно констатировать, что существительные в специальной литературе могут функционировать как самостоятельные термины, а прилагательные, причастия, наречия — как термино-элементы в структуре составных терминов.

Если рассматривать сферу функционирования терминологии (научная речь, специальная литература), где она «изымается из рамок замкнутой системы, свободно вплетается в общелитературное окружение, то есть

функционирует (по воле авторов)» (Даниленко, 1977, 50), то здесь возможности представления специальных понятий богаче и шире.

В сфере функционирования терминологии специальные понятия могут выражаться не только терминологическими единицами, которые занесены в сферу фиксации данной терминосистемы, но и продуктом их «речевой трансформации», так называемыми терминами речи.

Каким же преобразованиям подвергаются термины языка в процессе речевой трансформации?

Определим их как количественные и качественные.

Количественные преобразования по природе своей явления эллипсиса, когда в составном термине усекается один (или несколько) из составляющих его терминоэлементов.

Качественные преобразования связаны, главным образом, с явлениями замены в профессиональной речи терминов-существительных и терминов — субстантивных словосочетаний терминами-глаголами.

Понятия, как отмечалось, выражаются всеми знаменательными частями речи, но только две из них, существительное и глагол, могут функционировать в текстах самостоятельно или, употребляясь в качестве главного слова терминологического словосочетания.

Вопросу о том, какими частями речи могут (и должны!) быть представлены термины, особенно много внимания уделялось в 70-х годах. Так, А. И. Моисеев (Моисеев, 1971, 1) писал, что «ведущиеся у нас интересные разыскания в сфере «неноминативной» терминологии (термины в форме глаголов, прилагательных и т. п.) должны получить другой адрес: это разыскания не в сфере собственно терминов, а в сфере специальной лексики. Нетерминологическая часть специальной лексики и фразеологии сама по себе является весьма интересным объектом исследования, интересна, в частности, её соотнесённость с терминами: она, видимо, является результатом речевой трансформации терминов, но это вопрос особый».

Авербух Константин Яковлевич

Информация о преподавателе

Профессор
Ученая степень и звание: доктор филологических наук.
Преподаваемая дисциплина
Читает лекционные курсы по терминоведению, лингвостилистике, лексикологии, фразеологии.

Научно-преподавательский стаж
39 лет

Заслуги, награды
Является членом Союза переводчиков РФ

Уровень образования, квалификации
Высшее

Направление подготовки (или специальность)
Филология

Общий стаж
43 года

Основные публикации
Имеет более 250 публикаций, в том числе: 1.Лексические и фразеологические аспекты перевода. М.: Академия (гриф Минобразования РФ). 2.Общая теория термина. 3.Пресуппозиция в сфере специальной коммуникации. 4.Проблема преподавания ЛСП. 5.Пресуппозиция в сфере специальной коммуникации. 6.Лексическая и терминологическая вариантность.

Биография
В 1968 году закончил Горьковский государственный по специальности финансовый менеджмент (диплом с отличием). В 1994 году закончил Российский институт социальных коммуникаций по специальности финансовый менеджмент (диплом с отличием). Защитил докторскую диссертацию в 2005 году по специальности 10.02.19 – теория языка.


источники:

http://www.dslib.net/jazyko-znanie/obwaja-teorija-termina-kompleksno-variologicheskij-podhod.html

http://studizba.com/hs/mgpu/teachers/anglistiki-i-mezhkulturnoy-kommunikacii/23786-averbuh-konstantin-yakovlevich.html