Авдотья При Салтычихе биография

Вся правда про Кровавую барыню: история Дарьи Салтыковой, дворянки-душегубицы

Кровавая помещица, Сатана в юбке, Дворянка-садистка… Как только не называли Дарью Салтыкову, жуткими способами до смерти замучившую десятки крестьян. Сериал «Кровавая барыня» от канала «Россия 1» рассказывает про первую из известных серийных убийц в России, помещицу Дарью Салтыкову, жестоко погубившую около сотни своих крестьян. Так как в документах XVIII века об этой даме остался лишь приговор (Екатерина II велела уничтожить прочие свидетельства), авторы сериала были вольны додумать образ Салтычихи и ее биографию. Получилась мелодрама с очень дозированным элементом садизма.

А как же обстояло дело на самом деле? Предлагаем вспомнить о жизни реальной Салтычихи — «урода рода человеческого». Кого на самом деле любила, ненавидела и убивала легендарная помещица.

Как только современники и потомки ни называли Дарью Салтыкову, вошедшую в историю под именем Салтычихи: «черной вдовой» и «черной злодейкой», «сатаной в юбке», «дворянкой-садисткой», «серийной убийцей», «кровавой помещицей», «троицкой людоедкой», «маркизом де Садом в женском обличье»… Ее имя много десятилетий произносили с содроганием, а императрица Екатерина Великая в приговоре злодейке, который она лично переписывала несколько раз, даже избегала называть эту женщину-монстра «она».

История, рассказанная режиссером Егором Анашкиным в новом сериале «Кровавая барыня», близка к тому, что произошло в реальной жизни, но во многом мягче, чем суровая действительность. Потому что, если бы режиссер экранизировал самые страшные зверства, которые, как рассказывают, учиняла Салтычиха, — фильм, скорее всего, просто бы запретили.

Набожная девушка из хорошей семьи

11 марта 1730 года в семье столбового дворянина Николая Иванова родилась девочка, которую назвали Дарьей. Дед Дарьи, Автоном Иванов, был видным государственным деятелем эпохи Петра Великого и оставил своим потомкам богатое наследство.

Как проходило реальное детство Даши Салтыковой — доподлинно неизвестно. Согласно же версии, показанной в фильме, оно было несчастливым. После смерти супруги Анны Николай Иванов отправил дочь на воспитание в монастырь с формулировкой «одержима бесами».

В юности девушка из видного дворянского рода слыла первой красавицей, а помимо этого, выделялась чрезвычайной набожностью. Хотя реальная внешность Салтычихи — тайна за семью печатями. Как она выглядела — доподлинно неизвестно, а те портреты, которые много лет считались портретами Салтычихи, на самом деле изображают других женщин.

Чаще всего за портреты Дарьи Николаевны Салтыковой принимали многочисленные портреты ее тезки и родственницы по мужу Дарьи Петровны Салтыковой, урожденной Чернышевой, супруги генерал-фельдмаршала Ивана Петровича Салтыкова, которая была младше помещицы на 9 лет.

В 20 лет Дарья вышла замуж за ротмистра лейб-гвардии Конного полка Глеба Алексеевича Салтыкова. Род Салтыковых был еще более знатным, чем род Ивановых, — племянник Глеба Салтыкова Николай Салтыков станет светлейшим князем, фельдмаршалом и будет видным царедворцем в эпоху Екатерины Великой, Павла I и Александра I.

Вскоре Дарья родила супругу двоих сыновей — Федора и Николая, которых, как тогда и было положено, с рождения записали на службу в гвардейские полки.

Это был типичный брак для своего времени — два знатных рода объединились, чтобы преумножить богатство. Особых свидетельств ненависти к мужу, равно как и адюльтера со стороны молодой жены, правдоподобно показанных в фильме «Кровавая барыня», историкам не попалось. Точно так же остается неизвестным, от чего глава семейства скончался через шесть лет брака, оставив 26-летнюю вдову с двумя сыновьями на руках — и огромными деньгами. Впоследствии возникали версии, что Салтыкова сама избавилась от мужа, но они историкам кажутся беспочвенными.

Богатая вдова

После смерти мужа Дарья Салтыкова стала баснословно богатой. Причиной также было то, что ее мать (которая, в отличие от сериальной версии, вовсе не была маньячкой-убийцей) и бабка жили в монастыре и отказались от семейного состояния.

Так в 26 лет молодая мать двоих сыновей стала единоличной владелицей шести сотен крестьян в подмосковных усадьбах, расположенных на территории нынешних поселка Мосрентген и столичного района Теплый Стан. Городской дом Салтычихи в Москве находился на углу Большой Лубянки и Кузнецкого Моста. Были у барыни и отдаленные поместья в Вологодской и Костромской губерниях.

Овдовевшая Дарья Салтыкова, конечно, интерес к противоположному полу не утратила. Есть свидетельства о том, что она крутила шашни с родственником мужа Сергеем Салтыковым. В сериале «Кровавая барыня» его роль исполнил Петр Рыков. Надо сказать, что Сергей впоследствии действительно стал одним из фаворитов Екатерины II. Кроме того, некоторые историки предполагают, что именно он биологический отец Павла I.

Вдова вела светский образ жизни и одновременно слыла очень набожной — несколько раз в год совершала паломничество к святыням, не жалела денег на церковные нужды. О страшных «забавах» Салтычихи стало известно лишь спустя несколько лет. А пока, возвратившись домой после службы, она садилась в кресло посреди двора, чтобы вершить «праведный суд» над крепостными.

Таинственная страсть

По рассказам свидетелей, свои садистские наклонности Салтычиха начала проявлять примерно через полгода после смерти мужа. В фильме «Кровавая барыня» показывается, что первые признаки психического заболевания проявились у помещицы еще в раннем детстве — но историки таких свидетельств не нашли. Впрочем, режиссер отмечает, что он не ставил своей целью снять исторический фильм, «Кровавая барыня» — это, скорее, страшная сказка.

По всей видимости, Дарья Салтыкова начала «трогаться умом» именно после смерти супруга. По версии современной психиатрии, у нее была эпилептоидная психопатия — расстройство психики, при котором у человека часто случаются приступы садизма и немотивированной агрессии.

Первые жалобы на ее зверства, которые были уже далеко не единичными, датируются 1757 годом. С каждым годом Салтычиха становилась все более жестокой и изощренной. По рассказам крепостных, она секла их до смерти — а если уставала, передавала кнут или плеть помощникам — гайдукам, вырывала у женщин волосы на голове или поджигала их, клеймила уши молодух каленым железом, обваривала кипятком, замораживала до смерти на морозе или в ледяном пруду зимой, даже хоронила заживо.

В особенности Салтычиха любила истязать и мучить невест, которые готовились к свадьбе. Она устраивала целые кровавые представления, всегда заканчивавшиеся смертью молоденьких девушек, иссеченных кнутом. Кучер, конюх и еще пара подручных под строгим взором кровавой барыни старались не покладая рук. Ведь хорошо известно, что своя шкура дороже. Страх и ужас царили в дворянском доме: короткая ночь казалась крепостным крестьянам райской. И каждый из них с замиранием сердца ждал утра. А проснувшаяся Салтычиха всегда встает не с той ноги и обязательно найдет повод, чтобы вырвать клок волос у проходящей мимо девушки или прижечь ей лицо каленым железом или раскаленными щипцами.

Однажды, в сентябре 1761 года, людоедка в качестве «прелюдии» к очередной казни своих подданных насмерть забила поленом мальчика Лукьяна Михеева. Красивые девушки вызывали у Салтычихи особую ненависть. К примеру, она норовила бить беременных женщин в живот, обливала их кипятком и раскаленными щипцами вырывала у своих жертв уши. Иногда этого ей казалось мало: как-то Салтычиха приказала крепостную Феклу закопать в землю живьем. Небольшой, но показательный штрих к портрету убийцы: все жертвы обязательно отпевал священник помещицы. Что он чувствовал при этом обряде, неизвестно…

От психопатки страдали не только крестьяне

Под горячую руку помещицы однажды чуть не попал известный дворянин. Землемер Николай Тютчев — дед поэта Федора Тютчева — длительное время был ее любовником, но потом решил жениться на другой. За что и поплатился…

Эта история произошла в начале 1762 года. У помещицы был роман с инженером Николаем Тютчевым. В итоге мужчина не выдержал буйного нрава Салтычихи и решил уйти. Он посватался к Пелагее Тютчевой, та ответила согласием. Молодые стали задумываться о свадьбе, а Салтыкова — об убийстве.

Так, в ночь с 12 на 13 февраля она купила порох и серу и послала конюха Романа Иванова поджигать дом бывшего любовника. Только потребовала проследить, чтобы пара была дома и сгорела заживо. Мужчина не исполнил приказания, побоявшись убивать дворянина. За это его жестоко избили. Во второй раз помещица послала двоих: Иванова и некоего Леонтьева. Однако и в этот раз они не решились, вернувшись к Салтычихе. Мужчин избили батогами, но убивать не стали.

В третий раз она послала сразу троих крепостных. Тютчевы отправлялись в Брянский уезд в поместье невесты Овстуг. Их путь лежал по Большой Калужской дороге, где была устроена засада. Крепостные должны были сначала выстрелить в них, а после добить палками. Но кто-то предупредил молодых людей о засаде, и в итоге они сбежали ночью окольными путями.

Дело о пропавших душах

На свирепую помещицу посыпались жалобы, но Салтычиха принадлежала к известному дворянскому роду, представители которого к тому же были генерал-губернаторами Москвы. Все дела о жестокостях оказывались решенными в ее пользу. Мало того, зачастую происходило все наоборот — жалобщики возвращались в усадьбу, где их били кнутами и ссылали в Сибирь.

Лишь двум крестьянам, Савелию Мартынову и Ермолаю Ильину, жен которых зверски убила Салтычиха, улыбнулась удача. В 1762 году им удалось передать жалобу только что вступившей на престол Екатерине II, которая решила использовать дело садистки в качестве показательного процесса. Он ознаменовал новую эпоху законности и продемонстрировал всему московскому дворянству готовность власти бороться со злоупотреблениями на местах.

Следствие по делу Салтычихи продолжалось шесть лет. Выяснилось, что она замучила и убила по крайней мере 38 человек. Остальные случаи пропажи без вести более сотни крестьян не удалось записать на счет помещицы. Но и этого хватило для того, чтобы императрица лично подписала приговор Дарье Салтыковой. Сенат, который должен был по закону вынести приговор, отказался это делать.

Самый страшный слух, который распространяли о помещице Салтыковой, — что она пила кровь юных девушек и была людоедкой. Этим, мол, объяснялось то, что тел или захоронений большинства душ, числившихся бесследно пропавшими, во время следствия, которое длилось больше пяти лет, обнаружить так и не удалось. Все дело строилось на рассказах крепостных.

Есть версия, что громкое дело Салтычихи было выгодно Екатерине Великой и ее сторонникам — чтобы морально ослабить Салтыковых и не допустить даже гипотетической возможности занять русский престол представителям немецкой династии Вельфов, к которой принадлежали трое трагически погибших русских императоров (Петр II, Петр III и Иван VI) и которая состояла в родстве с Салтыковыми. Поэтому вполне возможно, что историю преступлений помещицы могли раздуть.

Нераскаявшаяся

Многочисленные влиятельные родственники Дарьи Салтыковой, включая губернатора Москвы и фельдмаршала, приложили все силы, чтобы она избежала смертной казни. Тем не менее решение императрицы было суровым. Своим указом она постановила впредь «именовать сие чудовище мущиною».

В сентябре 1768 года Екатерина II несколько раз переписывала приговор. Сохранилось четыре ее рукописных наброска документа. В окончательном варианте Салтычиха была лишена дворянского звания и приговорена к пожизненному заключению в подземной тюрьме без света и человеческого общения.

Салтычиха была доставлена на площадь, на эшафоте ее привязали цепями к позорному столбу и зачитали царскую бумагу. А перед этим были нещадно выпороты палачом священник и двое сподручных Дарьи Салтыковой. Через некоторое время ее посадили в черный возок и повезли в Иоанно-Предтеченский женский монастырь. Здесь ее ждала «покаянная» камера — почти яма, куда не проникал даже лучик света. Только в минуты, когда заключенной приносили еду, дозволялся свет — огарок свечи ставили рядом с миской на время трапезы.

Через десяток с лишним лет Салтычиху перевели в каменную пристройку соборного храма, где было маленькое зарешеченное окошко. Ходили слухи, что Дарья Салтыкова каким-то образом сумела соблазнить солдата, охранявшего темницу, и в 50 лет родить от него ребенка. И, мол, случайный любовник был подвергнут публичной порке и отправлен в штрафную роту. Заметим, что ни разу — ни на следствии, ни на эшафоте — Салтычиха не признает своей вины и не раскается. И на лице ее, пугая даже опытных тюремщиков, будет гулять спокойная и торжествующая улыбка.

Что удивительно — душегубка, отличавшаяся отменным здоровьем, дожила до 71 года. В последние годы своей жизни узница уже вела себя как настоящая сумасшедшая — громко бранилась, плевалась, пыталась тыкать в зевак палкой. Похоронили Дарью Салтыкову на кладбище Донского монастыря, рядом с родными.

Благородное российское дворянство стыдливо закрывало глаза на деяния последовательниц Салтычихи. К примеру, помещица Вера Соколова в сентябре 1842 года забила до смерти дворовую девку Настасью, а в Тамбовской губернии крестьяне как огня боялись жены дворянина Кошкарова. Эта светская дама, блистающая на балах, просто обожала в своем имении лично сечь кнутом «грубых мужиков» и «глупых баб». А некая Салтыкова, однофамилица Салтычихи, три года держала в клетке подле кровати дворового парикмахера. Впрочем, это всего несколько задокументированных случаев, сколько их было на самом деле — страшно представить.

А вы знали, что у нас есть Яндекс Дзен и Telegram?

Подписывайтесь, если вы ценитель красивых фото и интересных историй!

Салтычиха — «Кровавая барыня»!! (3 фото)

Досье на подсудимую

Дарья Николаевна Салтыкова родилась в марте 1730 года в семье столбовых московских дворян. Родственниками ее родителей были Давыдовы, Мусины-Пушкины, Строгановы, Толстые и другие именитые дворяне.
В девичестве Дарья Николаевна носила фамилию Иванова. Позже она вышла замуж за ротмистра лейб-гвардии конного полка Глеба Алексеевича Салтыкова, у них родилось двое сыновей. В молодости будущая изощренная садистка была на редкость красивой и при этом набожной женщиной. В 1756 году она овдовела.
В двадцать шесть лет она получила баснословное состояние, ранее принадлежавшее ее матери, бабке и мужу. Дарья Салтыкова была владелицей поместий, расположенных в Московской, Вологодской и Костромской губерниях.
Щедро жертвовала деньги на церковные нужды и раздавала милостыню, помимо этого, каждый год выезжала на богомолье к какой-нибудь святыне. В распоряжении Салтычихи находилось около 600 крепостных крестьян, 138 из них были замучены на смерть. В списке жертв Салтыковой фигурировали преимущественно женщины.
Крепостные Салтыковой в период с 1756 по 1762 гг. подали двадцать одну жалобу на свою госпожу. Все поданные жалобы проходили проверки, но Дарья Николаевна была женщиной с огромными связями в нужных кругах, поэтому участь жалующихся крепостных была предопределена с самого начала. Как только до Салтыковой доходили слухи, что кто-то из ее крестьян занимается доносами, она тут же предпринимала «меры воспитания» в отношении непослушных.
Наказание Салтыковой носили жуткий характер: одних она забивала до смерти, других отправляла на каторжные работы. Именно благодаря своим связям жестокая помещица всякий раз могла избежать наказания. Ни одна из двадцати одной жалобы на помещицу Салтыкову не достигла императрицы.

Счастливый случай

1 октября 1762 года уголовное дело помещицы Салтыковой было принято к рассмотрению в московской Юстиц-коллегии. Этому поспособствовала жалоба, переданная лично в руки императрице от двух беглых крепостных крестьян, Савелия Мартынова и Ермолая Ильина.
В конце апреля 1762 года крестьяне Савелий Мартынов и Ермолай Ильин решились на отчаянный шаг — крепостные вознамерились собственноручно передать жалобу императрице, они оба потеряли своих жен по вине Салтычихи. Екатерина получила заявление крестьян в первой половине июня того же года, в нем крепостные Ильин и Мартынов просили императрицу-матушку заступиться за крестьян, находящихся под властью Салтыковой.
В конце «писменного рукоприкладства» крестьяне умоляли матушку-императрицу не выдавать их помещице. Екатерина сжалилась над крепостными, 1 октября 1762 года дело было принято к рассмотрению в московской Юстиц-коллегии. Руководство над расследованием доверили чиновнику незнатного происхождения, не имеющему никаких родственных и деловых связей — Степану Волкову. Для чиновников более высокого ранга расследование дела было опасным предприятием. Особенно если учесть, что с одной стороны Салтычиха в Москве имела очень серьезные родственные связи, с другой, сама императрица была ознакомлена с жалобой, а это значило, что нужно представить хоть какой-нибудь результат в Санкт-Петербург. В подчинении у Волкова состоял молодой князь Дмитрий Цицианов, имевший чин надворного советника.

Следствие

Только в ноябре 1763 года удалось установить, что большинство крепостных помещицы умерли не своей смертью. Эта тайна открылась следствию благодаря записям в арестованных счетных книгах Салтыковой. Именно по ним можно было определить количество умерших крестьян и установить круг влиятельных лиц, замешанных в деле помещицы.
Из этих записей сразу стало ясно, что большинство крестьян умерли насильственной смертью и при странных обстоятельствах.
Так, неоднократно на службу горничными к помещице поступали девушки двадцати лет, которые через две недели умирали. В 1759 году тело крепостного Салтыковой Хрисанфа Андреева предъявлялось в Сыскной приказ г. Москвы с многочисленными телесными повреждениями. Расследование обстоятельств смерти крестьянина проходило с грубыми нарушениями при оформлении документов.
Исходя из документов помещицы, самыми подозрительными были смерти трех жен Ермолая Ильина, того самого крепостного, который донес на свою хозяйку. Согласно записям в домовых книгах Салтыковой, многие из крестьян были отпущены в вотчинные деревни, но все они умирали по прибытии на место или пропадали без вести. По мнению следователей, жертвами Салтыковой стали 138 крестьян.
Проверка архивов нескольких канцелярий, включая канцелярии полицмейстера, губернатора и других важных лиц Московский губернии, показала, что в период 1756—62 гг. на Дарью Салтыкову ее крепостными была подана 21 жалоба. Во всех жалобах приводились примеры побоев, результатом которых стали несколько смертей. Всех доносивших либо отправляли в ссылку, либо они погибали.
За время расследования чиновники Волков и Цицианов не раз приходили к выводу, что Салтыкова, находясь на свободе, препятствует ходу следствия: крестьяне, находившиеся в зависимости от помещицы, боялись ее и редко говорили на допросах по существу.
6 ноября 1763 г. в Правительствующий Сенат в Санкт-Петербург была направлена выписка из дела, в которой было предложено применить в отношении Салтыковой пытку. Кроме этого сообщалось о необходимости назначения управляющего имуществом подозреваемой, а также предлагалось отстранить помещицу от управления поместьями и денежными средствами с целью лишить ее возможности оказывать давление на свидетелей и давать новые взятки чиновникам. Этими просьбами следователи не ограничились и решили прибегнуть к крайней мере — произвести «повальный» обыск, в ходе которого допросить всех проживающих на данной территории крестьян.
Разрешение на пытку Салтыковой получено не было, но прочие запросы следователей были удовлетворены. Помещицу Салтыкову отстранили от управления собственным имуществом, назначив управляющего в лице сенатора Сабурова.
В начале февраля 1764 года помещице Дарье Николаевне Салтыковой было официально объявлено об аресте и предстоящей пытке. К ней был приставлен священник, который должен был подготовить арестованную к тяжелому и болезненному испытанию и возможной смерти. В обязанности священника также входило уговорить Салтыкову помочь следствию, чтобы снять грех с души. Служитель московской церкви Николая Чудотворца Дмитрий Васильев проводил беседы с Салтыковой целый месяц, но ему не удалось уговорить ее сделать чистосердечное признание.
3 марта 1764 г. Дмитрий Васильев подал рапорт в Юстиц-коллегию, в котором сообщил следователям, что Салтыкова «приготовлена им к неизбежной пытке».
Так как у следователей не было санкции на пытку, они нашли иной способ усилить давление на подозреваемую. 4 марта 1764 г. Дарья Салтыкова была доставлена в особняк московского полицмейстера в сопровождении стражи. В этот же особняк привезли палача, Салтыкову поставили в известность о том, что она привезена на пытку. Но пытали не помещицу, а совершенно другого человека, у Салтыковой на глазах. Следователи ожидали, что этот спектакль произведет на нее впечатление, но ошиблись, Салтыкова никак не отреагировала на мучения пытаемого. После очередного допроса Дарья Николаевна, широко улыбаясь, ответила следователям, что «вины за собой не знает и оговаривать себя не будет».
Степан Волков, пытаясь доказать вину Салтыковой, решил в очередной раз попросить разрешения на ее пытку, но 17 мая 1764 года получил окончательный запрет: «Ея Императорского величества Указом повелено не чинить ни ее (дворовым) людям, ни ей пыток».
В первой декаде июня 1764 г. были проведены в нескольких местах одновременно «повальные обыски». Обыски проводились в Москве на Сретенке, где находился дом Салтыковой, и в подмосковном селе Троицком. Общее число допрошенных при обыске на Сретенке составило 130 человек. К удивлению следователей, большинство допрошенных смогли назвать точные даты убийств и фамилии погибших.
При допросе дворовых крестьян Салтыковой выяснилось, что в марте 1762 года среди домашних слуг Салтыковой образовался заговор из пяти человек: братьев Шавкуновых, Тарнохина, Некрасова и Угрюмова. Они пошли доносить московским властям о преступлениях помещицы. Крепостные—заговорщики знали о том, что у помещицы прекрасные отношения с высшими чинами московской полиции, и решили обратиться с жалобой в Сенатскую контору. Ночью они выбежали из дома, но Салтыкова их хватилась и послала за ними погоню. Все пятеро беглецов были задержаны, позже в канцелярии они рассказывали обо всех убийствах людей, совершенных Салтыковой, спустя две недели их отвезли в Сенатскую контору, там они были допрошены и возвращены обратно к помещице. Бежавших выпороли и отправили в Сибирь. Кроме этого инцидента следователям удалось выяснить фамилии людей, которые были свидетелями убийств трех жен Ермолая Ильина. Большое количество людей смогли подтвердить наличие на телах умерших женщин явных повреждений.
Повальный обыск в Троицком тоже принес неожиданные результаты. Число опрошенных превышало триста человек. Следствию, стало известно о некоторых преступлениях и подельниках помещицы.
Летом 1762 года была убита дворовая девушка Фекла Герасимова. Староста села Троицкого Иван Михайлов, перевозивший труп замученной девушки, дал показания и назвал свидетелей, которые могли подтвердить его слова, в том числе полицейского врача Федора Смирнова, обследовавшего тело убитой в помещении московской губернской канцелярии.
Следствию предстояло пролить свет на гибель 138 человек, из которых 50 официально считались «умершими от болезней», пропали без вести 72 человека, 16 считались «выехавшими к мужу» или «ушедшими в бега». Сами крепостные обвинили свою помещицу в убийстве 75 человек. Но не по всем инкриминируемым Салтыковой преступлениям имелись свидетели и исчерпывающие доказательства.
Следователи пришли к выводу, что помещица виновна в смерти 38 человек и подозревается в убийстве еще 26. В гибели 11 человек Салтыкова была оправдана, следствие посчитало, что крепостные хотят оговорить свою хозяйку. В общем списке, сформированном и представленном для Юстиц-коллегии пострадавшими от Салтыковой значились 75 человек, лишь 38 из них признавались погибшими в результате телесных повреждений — побоев. Важнейший вопрос, который в то время занимал следователей — подготовка убийства дворянина Николая Андреевича Тютчева.
Тютчев долгое время состоял в любовных отношениях с Салтыковой, но жениться предпочел на другой. Оскорбленная женщина три раза покушалась на его жизнь и жизнь его жены. Приготовив кустарную бомбу с помощью крепостных, Салтыкова велела заложить ее под дом, в котором жили Тютчев с женой, но попытка провалилась дважды, так как крестьяне боялись совершать убийство дворянина.
Салтыкова знала, что неверный возлюбленный должен вскоре уезжать в Тамбов по служебным делам, и решила не упустить такую возможность. Она отправила более десятка крепостных в засаду, чтобы убить Тютчева. Но кто-то из крестьян послал дворянину анонимное письмо, в котором предостерег Тютчева. Землемер решил ехать под охраной. Когда же помещица убедилась, что вместе с Тютчевым едет стража, она решила отложить свои планы и уже более не вспоминала об этом. Информацию о покушении на Тютчева следователи сочли достоверной, помещица признавалась виновной в «злоумышлении на жизнь капитана Тютчева».
Весной 1765 года следствие в московской Юстиц-коллегии было окончено и направлено для дальнейшего рассмотрения в 6 департамент Правительствующего Сената.
Судьи признали помещицу виновной, но приговор выносить не стали, посчитав, что принять решение в данном вопросе должна императрица. Всю вторую половину сентября 1768 года императрица неоднократно возвращалась к вопросу об окончательном приговоре Салтыковой.

Технология убийства

Салтыкова Дарья Николаевна была на редкость кровожадной и безжалостной убийцей. Пытки, предпринимаемые ею в отношении крепостных, носили длительный и извращенный характер. Своих жертв Салтычиха могла мучить на протяжении суток. Если барыня уставала наносить увечья, она приказывала своим крестьянам продолжать за нее мучить жертву, отходила в сторону и наблюдала кровавое зрелище. Под страхом наказания крепостные выполняли любую волю своей барыни.
Убийства Салтычихой жен Ермолая Ильина называют самыми вопиющими. Первой супругой конюха помещицы была Катерина Семенова, в обязанность «дворовой девки» входило мытье полов. Приступ агрессии у хозяйки Катерина вызвала плохим исполнением обязанностей. Салтыкова секла ее батогами и плетьми, в результате чего Семенова скончалась. Это произошло в 1759 году.
Вторая супруга Ильина исполняла домашнюю работу, это была Федосья Артомонова. Ее судьба не сильно отличалась от предшественницы, Салтыковой вновь не понравилась работа девушки, после чего последовало стандартное наказание. Весной 1761 года девушка скончалась.
В конце февраля 1762 года была убита третья жена Ермолая. Аксинья Яковлева отличалась тихим нравом и миловидностью. На этот раз причина гнева осталась неизвестной. По словам свидетелей, помещица набросилась на девушку и начала собственноручно избивать ее сначала руками, потом скалкой, потом поленом. Девушка умерла, не приходя в сознание.
Последней жертвой помещицы в 1762 году стала Фекла Герасимова. После стандартной процедуры избиений девушку похоронили заживо. На теле пострадавшей были многочисленные гематомы, ссадины, на голове местами с корнем выдраны волосы.
Дарья Николаевна была великой выдумщицей. После избиения поленом она любила приложить горячие щипцы для завивки волос к ушам провинившихся и таскать их за собой таким способом. По рассказам свидетелей, почти у всех забитых до смерти людей отсутствовали на голове волосы. Убийства в доме Салтыковой вошли в систему примерно в 1757 году. В декабре этого года была забита до смерти беременная крепостная.
Среди жертв Салтыковой дважды фигурировали мужчины: в ноябре 1759 года в ходе суточной пытки скончался Хрисанф Андреев, а в сентябре 1761 года Салтычиха забила до смерти мальчика Лукьяна Михеева.

Приговор и исполнение

Решение по делу Салтычихи выносила сама императрица. Известны восемь черновиков приговора, составленных Екатериной Второй. Салтычиху приговорили к смертной казни, а после заменили это наказание на пожизненное заключение в подземной камере Ивановского монастыря. Помещицу лишили дворянского титула, запретив даже на суде пользоваться именем отца или мужа, все ее средства и имения были переданы ее детям. Салтыковой запретили общаться с людьми и передавать корреспонденцию, свет в камере разрешался только на время приема пищи.
В 1768 году 2 октября Екатерина Вторая отправила в Правительствующий Сенат указ, в котором было описано наложенное на Салтыкову наказание и порядок его осуществления. В указе Императрицы Дарья Салтыкова именовалась самыми уничижительными словами: «безчеловечная вдова», «урод рода человеческаго», «душа совершенно богоотступная», «мучительница и душегубица».
Салтыкова была осуждена к лишению дворянского звания и пожизненному запрету именоваться по фамилии отца или мужа. Также она была приговорена к одному часу особого «поносительного зрелища» — помещица стояла прикованной к столбу на эшафоте, а над ее головой висела надпись «мучительница и душегубица». После ее — Салтычиху приговорили к пожизненному заключению в подземной тюрьме без света и человеческого общения.
Наличие света было разрешено только во время приема пищи, а разговор — исключительно с начальником караула и женщиной-монахиней. Также своим указом от 2 октября 1768 г. Екатерина постановила вернуть двум сыновьям осужденной все имущество матери и предать наказанию сообщников Дарьи Салтыковой. Помимо Салтыковой виновными признавались: служитель церкви, священник села Троицкого Степан Петров, а также один из «гайдуков» и конюхов помещицы, к сожалению, имена этих людей в указе не фигурировали. Приговор был приведен в исполнение 17 октября 1768 г. на Красной площади в Москве.
В монастыре для Салтычихи приготовили особую камеру, которая носила название «покаянной», ее высота не превышала 2,1 м, помещение находилось под землей, в нем не было окон, свет никак не мог туда проникнуть. Заключенной не разрешались прогулки, из темницы ее выводили лишь по крупным церковным праздникам, к маленькому окошку храма, чтобы она могла слышать колокольный звон и издалека наблюдать службу. До наших времен не дошло ни одного документа, в котором бы указывалось на покаяние Салтычихи.
В подземелье монастыря Салтыкова находилась 11 лет, после ее перевели в каменную пристройку храма, в которой имелось небольшое окошко и решетка. Посетителям монастыря было дозволено не только смотреть на осужденную, но и разговаривать с ней. Есть слухи, что после 1779 года Салтыкова родила ребенка от солдата-охранника. Бывшая помещица содержалась в каменной пристройке храма до самой своей смерти. Скончалась она 27 ноября 1801 года.

Версии о психическом расстройстве Салтыковой и ее латентной гомосексуальности

Ученые—криминалисты и историки сходятся в одном: в случае Салтыковой налицо серьезное психическое расстройство. Есть мнение, что она была эпилептоидным психопатом. Именно у людей с таким диагнозом часто происходят вспышки немотивированной агрессии, которые приводят к самым жестоким и изощренным убийствам. Нападения на людей эпилептоидные психопаты совершают в состоянии крайнего раздражения. Этой категории лиц присущи следующие черты: беспричинное мрачное настроение, усиливающееся на протяжении длительного времени, садизм, который может проявляться как в отношении животных, так и в отношении людей, неспособность контролировать гнев даже в тех случаях, когда он представляет опасность для жизни самого психопата, невысокая сексуальная активность, склонность к накопительству, ревность, доходящая до крайних форм.
Салтыкова как нельзя лучше подходит под это описание. По отзывам современников, это была мрачная женщина с вечно плохим настроением, пребывавшая в крайней тоске. Ее садистские наклонности были ярко освещены в ходе следствия.
Покушение на капитана Тютчева служит еще одним доказательством в пользу этой версии: Салтыкова не смогла контролировать свою ревность, дошедшую до крайних форм.

Из огромного числа замученных Салтыковой людей большинство составляли женщины, в основном молодые и миловидные. Есть версия, что посягательства на жизнь женщин свидетельствуют о латентной гомосексуальности Салтыковой. Многие эпилептоидные психопаты демонстрируют свою гомосексуальность через унижения и избиения сексуально интересных объектов.
Помещица Салтыкова, прежде чем напасть на свою жертву и подвергнуть ее самым изощренным пыткам, долго наблюдала за тем, как девушки моют пол. Нападала Салтычиха на своих жертв со спины и неожиданно.

Страсть кровавой барыни: кого любила помещица Салтычиха

Из тихони в тирана

Дарья происходила из старинной дворянской семьи, у ее деда было 16 тысяч душ — крестьян мужского пола, и он считался одним из богатейших помещиков того времени. Дарью выдали замуж рано. За Глеба Салтыкова, офицера лейб-гвардии Конного полка. Говорят, женился на ней Глеб исключительно ради щедрого приданого. Кроме него, девушке похвастаться было нечем: неприятная на лицо, бледная и худая Дарья не отвечала стандартам красоты.

Несколько лет спустя Глеб умер, оставив молодую вдову с двумя сыновьями. Дарья была еще в расцвете сил и при деньгах, так что легко могла найти себе нового мужа.

Вот только женихи, до которых доходили слухи о ее жестокости, предпочитали держаться от богатого дома подальше.

Обычное раздражение, которое Салтычиха испытывала по отношению к слугам, переросло в помешательство. Она стегала прислугу розгами, била всем, что попадется под руку, могла плеснуть кипятком в лицо или прижечь уши щипцами для завивки.

При этом к мужчинам Салтыкова относилась более бережно — они почему-то не вызывали у нее такой неприязни. Лишь ненадолго прервала Салтычиха своё лютое увлечение — когда влюбилась.

Встреча в лесу

Как-то раз Салтыкова, по своей привычке, охотилась в собственных лесах и вдруг услышала выстрелы. Значит, кто-то осмелился вторгнуться на ее земли! Это удивило и разозлило ее одновременно. Мало кто из соседей решался нарушать границы жестокой помещицы.

Вторженцем оказался молодой дворянин, инженер Николай Андреевич Тютчев, будущий дед поэта. Он не из злого умысла въехал на чужую территорию. Николай Адреевич занимался межеванием земель и проводил топографическую съемку местности к югу от Москвы. Тютчев был хорошо образован, дипломатичен (этого требовала его работа), но при этом очень небогат. Да и на службе не преуспел — дослужился всего-навсего до секунд-майора.

Салтычиха велела своим мужикам скрутить его и доставить к ней в имение. Остается только догадываться, какой шок испытал Тютчев, когда его, рассыпающегося в извинениях, силком потащили к дому помещицы.

Унизительный плен

Тютчев оказался пленником Дарьи Салтыковой. По одной версии, его тут же бросили в погреб и продержали там без еды несколько дней, по другим — сразу отправили в покои Салтычихи.

Помещица, не зная других манер, угрожала Тютчеву и осыпала его оскорблениями. Она попыталась ударить его, но неожиданно получила отпор. И успокоилась. Тютчев с такой силой ударил женщину, что та упала. Но ту это не отпугнуло, даже напротив.

Так Тютчев становится любовником Салтычихи. Ненадолго, впрочем. По слухам, к тому времени Дарья Салтыкова обладала богатырским телосложением, грубым мужским голосом и в целом отталкивающей внешностью.

Брак с Панютиной

Такой роман не мог длиться долго. Но, только Тютчев задумал сбежать, Салтыкова пронюхала об этом и велела запереть его в сыром погребе, «волчьей погребнице». По счастью, рискуя собой, мужчину освободила дворовая девка.

Накануне великого поста 1762 года капитан Тютчев посватался к соседке Пелагее Панютиной. Можно только вообразить, как была оскорблена этим известием Салтычиха.

Ей, богатой помещице, он предпочел невзрачную девицу с двадцатью крепостными, да еще родительским домом в селе Овстуг в Брянском уезде. Это можно было бы понять, будь он сам состоятельным дворянином, но у самого Николая Андреевича было 160 душ.

Салтычиха была в ярости и твердо решила отомстить.

Замыслила она взорвать московский дом Панютиной. Конюх Салтычихи купил пять фунтов пороха, перемешал его с серой и завернул в пеньку. Он должен был подоткнуть это взрывное устройство под застреху дома и поджечь, «тобы оный капитан Тютчев и с тою невестою в том доме сгорели». По счастью, второй конюх Роман Иванов, который должен был осуществить последнюю часть плана, отказался брать грех на душу.

Салтычиха жестоко наказала ослушавшегося холопа, но не передумала.

Когда Панютина и Тютчев отправлялись в свой уезд, их путь пролегал мимо имений Салтычихи. Она велела своим дворовым встретить их с ружьями и дубинами, но кто-то предупредил молодых о грозящей им опасности. Тютчев подал челобитную и попросил для себя и молодой жены конвой.

Вскоре нескольким крестьянам удалось подать челобитную лично Екатерине II, после чего началось долгое судебное разбирательство, которое и привело Салтычиху в тюрьму.

Предки поэта

А капитан Тютчев в апреле 1762 года женился на Пелагее Панютиной. Обладали супруги, судя по всему, незаурядными хозяйственными способностями, потому что спустя 25 лет Тютчевы приумножили свое состояние в 15 раз. В Овстуге был построен большой господский дом, разбит парк с прудами.

За что полюбился молодой инженер кровавой помещице — неизвестно.

Один из известных биографов поэта В.В. Кожинов писал, что, по словам овстугских крестьян, будущий дед поэта «позволял себе дикие выходки. Он рядился в атамана разбойников и с ватагой своих также ряженых дворовых грабил купцов на проходившей близ Овстуга большой торговой дороге».

Впрочем, многие считали такие домыслы нелепыми и лишенными всяких оснований.


источники:

http://m.fishki.net/3833051-saltychiha—krovavaja-barynja.html

http://www.cosmo.ru/lifestyle/stil-zhizni/strast-krovavoy-baryni-kogo-lyubila-pomeshchica-saltychiha/