Алекс Дубас биография Википедия Личная

Москвич

Это мой город: писатель и радиоведущий Алекс Дубас

О любимом музее МВД, странном, но симпатичном, и о том, что в Европе два мегаполиса — Лондон и Москва.

Я родился…

Я рижанин, но живу сейчас в Москве.

Сейчас живу…

Неподалеку от Латвийского посольства на улице Чаплыгина. Это был сознательный выбор. Я решил, что раз уж я живу в Москве, снять квартиру поближе к посольству, на всякий случай. Слава богу, этот случай так и не произошел. Я живу в переулках Сретенки, о которой пела Жанна Агузарова в своей песне про желтые ботинки.

Люблю гулять…

За десять лет эти сретенские переулки и стали моим любимым районом. Я люблю здесь гулять и практически все здесь знаю, могу даже проводить экскурсии, что я, собственно, иногда и делаю для друзей. И наш маленький местный колхозный рынок, и старинная чебуречная, и магазин индийских специй, и очень странный, но симпатичный музей МВД. Он вечно пустой, но если туда зайти, то можно, например, узнать, что милиционеров раньше называли легавыми не бандиты, а сами милиционеры времен Жеглова и Шарапова. Там лежит маленький значок «Легавые в прыжке», раньше их носили на лацканах пиджаков. Особенно радует, что в моем районе есть собачьи площадки, где мы часто гуляем с моим биглем Гектором. Я живу в двух шагах от Чистых прудов и поэтому Чистопрудный бульвар — это тоже моя территория со всеми кафе, театрами и прогулочными зонами.

Второй по значимости для меня район — это Замоскворечье. Татарская, Большая Овчинниковская, Озерковская набережные — любимое место для прогулок. Люблю там гулять и медитировать зимой и летом.

Ну и третье место — это Хамовники. Те самые переулки от Фрунзенской набережной и выше.

Мой нелюбимый район…

Так вышло, что нелюбимого района в Москве у меня нет. Наверное, потому что я не выбираюсь не то что за пределы Садового кольца, а даже за пределы Бульварного. Все мои места работы так или иначе находятся в центре — радиостанция «Серебряный дождь», телеканал «Культура». Все мероприятия, премьеры тоже происходят в центре города. Так что я центр покидаю, только когда отправляюсь в Шереметьево или в Домодедово.

В ресторанах…

«Горыныч» открыли рядом с моим домом, поэтому я стал там завсегдатаем. Это удобно. Может быть, он уже не самый модный ресторан, но кормят там по-прежнему вкусно и там здорово назначать встречи, особенно в дневное время. Ну и плюс Центральный рынок, который находится в том же здании.

Место в Москве, в которое все время собираюсь, но никак не могу доехать…

Это так называемый поселок художников на Соколе. В одном из домиков там у меня живет друг, который все время зазывает меня побродить по этим маленьким улочкам. Он говорит, что это уникальное заповедное место. Я читал о нем, но вот все никак не соберусь. Еще, конечно, надо изучить поподробнее район Ботанического сада, «Аптекарский огород».

Главное отличие москвичей от жителей других городов…

Не я первый, кто это скажет, что москвичи реже улыбаются. Это правда. Ну что ж, отнесем это к особенностям наших северных широт. Вообще-то это поправимая история. Москва же меняется, а значит, потихонечку будут меняться и москвичи, у меня в этом нет никаких сомнений.

В Москве лучше, чем в мировых столицах: Нью-Йорке, Берлине, Париже, Лондоне…

Я человек мегаполиса. Конечно, я люблю маленькие уютные итальянские, немецкие города, британскую провинцию, Шотландию. Но мне комфортно в мегаполисе. Нью-Йорк — абсолютно мой город. А как известно, в Европе мегаполисов два — это Лондон и Москва. Заметьте, Париж и Берлин я к мегаполисам не отношу. Мне, конечно, нравится это смешение культур, кухонь, языков, влияния их друг на друга, взаимопроникновения. Вот эта вселенская суета или не суета, а начало чего-то нового. В этом смысле Москва выглядит вполне себе достойно на фоне того же Лондона или Нью-Йорка.

В Москве за последнее десятилетие изменилось…

Могу сказать, потому что последние десять лет я в ней и живу. Стало жить намного легче. Россию называют страной второго мира, как, скажем, Бразилию и Индию. Пусть будет так. И у нас, как у бразильцев и индусов, гораздо больше бонусов и преференций — мы первыми внедряем и тестируем всяческие новые технологии. Например, в соседней Латвии, откуда я родом, только в этом году стали людям присылать СМС-сообщения из банков о том, сколько и где они потратили денег. Во Франции не везде работает история про оплату бесконтактной картой. Как круто в Москве развита сеть такси, например. Для меня Москва развивается исключительно в лучшую сторону. Здесь я, возможно, немного не объективен, потому что я не вожу машину в Москве. Максимум — велосипед. А передвигаюсь на такси. И в этом смысле я приветствую расширение тротуаров, пешеходных улиц. Вот взять ту же мою Сретенку. До недавнего времени там было четыре полосы для машин. Сейчас их осталось две — и что же? Пробок меньше стало! Вот это удивительно и круто. Расхожая фраза «Как похорошела Москва при Собянине» имеет и обратную сторону. Не могу не отметить, как похорошел Сергей Семенович при Москве. Если взять его портреты — он выглядел гораздо хуже. Так что это взаимовыгодное сотрудничество — мэр и столица.

Хочу изменить в Москве…

Менять бы я особо ничего не стал, но, может быть, сделал бы ее чуть более чайлд-френдли.

Мне не хватает в Москве…

Детских площадок много, согласен. Но хотелось бы побольше заведений, где приветствуют детей, мамочек и папочек. Актуальная для меня история, потому что год назад у меня родился малыш.

Чаще всего кроме дома меня можно застать…

В кафе и ресторанчиках.

Показы моего спектакля « Прометей»…

Пройдут на Малой сцене театра «Современник» 10 и 20 мая, опять же в двух шагах от моего дома. Поскольку я такой «чистопрудный» парень, это тоже важно и значимо для меня, потому что сцена «Современника» намоленная. Там играли великие артисты, и то, что мне доверили сыграть там мой моноспектакль, это знаковая для меня история. В спектакле много героев и каждый из них мне по-своему дорог — и сам Прометей, и Юрий Сенкевич, и Эрнест Хемингуэй, и Иисус Христос, и Андрей Тарковский, и Гектор, и боцман Миша, и Билл Мюррей. По духу этот спектакль получился рижско-московским. Московские и рижские истории в нем переплетаются друг с другом и получается такой прибалтийско-московский дух.

Фото: из личного архива Алекса Дубаса

Алекс Дубас «отдубасит» приколами кого угодно

Алекс Дубас родился и вырос на Волге, и никто из учителей его школы даже не подозревал, что мальчик со скромным именем Леша Топорков когда-то станет популярным. Единственное, чем он выделялся среди своих одноклассников, были «неуды» по поведению и игра в самодеятельном театре.

Звездная карьера Алекса Дубаса началась в Риге с издания газеты с эпатажным названием «Знамя капитализма Латвии». Но однажды печатное СМИ Алексу надоело, и он решил попробоваться на радио, позже — на телевидении. Получилось чрезвычайно удачно — сегодня он имеет самый высокий рейтинг среди рижских диджеев и стал одним из самых популярных людей латышского TV. Перед его обаянием не устояла даже красавица Агнессе Зелтыня. 1 сентября состоялось их венчание, разбившее сердца огромному количеству поклонников Агнессе и поклонниц Алекса.

«Нас будила сумасшедшая оперная певица»

— Воспоминания о детстве у меня самые разнообразные. Помню пьяницу Тамарку с заднего двора, которая водила к себе мужиков, к неудовольствию моей бабушки и ее товарок; солдат, которые служили в военкомате и снимали у нас комнату, когда к ним приезжали жены. Непосредственно над нами жила бывшая оперная певица, которая сошла с ума. Она будила нас ариями — и это почему-то было здорово.

— Кто вас воспитывал?

— В основном бабушка. Не в последнюю очередь — библиотека, куда я бегал проходными дворами, лавируя между «фурагами» и еще не помню кем — с расклешенными брюками. Потом был театрик — по тогдашней моде в подвале — с хорошим человеком Олегом Скивко, который был там режиссером. Он все что-то ставил, приглашал к нам гостей — типа бит-квартета «Секрет». Вместе с ними мы пили чай, играли на гитарах и просто радовались жизни. Впоследствии у Леонидова я пару раз брал интервью.

В школе — хорошие и отличные оценки при поведении «неуд». Моя жена-тевтонка этого просто не понимает.

— Наверное, «неуд» по поведению из-за не самых удачных, по мнению учителей, розыгрышей.

— В общем-то, я вел себя хорошо, но, бывало, срывался — натура вылезала наружу. Тут-то и появлялись «неуды» и педсоветы. Однажды у нас была тема сочинения «Почему прозвища — это плохо?» Для наглядности я проиллюстрировал его кличками моих же преподавателей и одноклассников. За сочинение я получил «пятерку», его даже повесили в стенгазету — учительница по русскому у нас была «продвинутая», Кнопкой звали. Но некоторые учителя перестали здороваться, а самый главный хулиган, которого себе можно представить — он учился в 8 классе, и у него уже росли волосы из носа, причем пучками, сказал, что будет меня завтра бить. Это был хороший повод купить лыжные ботинки. Они же тяжелые — значит, в драке помогут. Вообще я их давно приметил, но денег не было, а ради такого случая я родителей уговорил.

В общем, обычное детство — как и все, был влюблен в Алису Селезневу и хотел быть похожим на принца Флоризеля.

— Свою первую девушку помните?

— Конечно. Из-за формы лица я называл ее Грушей. А у последней, перед недавней женитьбой — Боже, как долго я искал свою любовь! — фамилия была Груша. Забавно, правда? Она работает манекенщицей в Барселоне. Мы с ней, кстати, познакомились на фестивале «Евровидение» в Копенгагене — она танцевала у испанского исполнителя.

«Не знаю, где тогда был Феллини»

— После школы я поступил на заочное отделение филфака в университет им. Ломоносова в Питере. Оттуда меня забрали во флот. На Черном море, в Севастополь. Год прослужил водолазом ПДСС (противодиверсионные службы и средства. — Авт.). Недавно для интереса подсчитал — оказывается, в общей сложности я провел под водой три с половиной месяца. Когда попадал в наряд, случалось чистить вольеры дельфинов в севастопольском равелине и кормить их. Боевые дельфины, на мой взгляд, одно из самых ужасных изобретений человечества. Этим мудрым животным крепили на нос титановый клюв, который спокойно пробивал днище шлюпки. Дельфины патрулировали акваторию и, видя в воде человека, то есть вражеского аквалангиста, соответственно инстинкту выталкивали его носом на поверхность — убивали.

Попав в армию, я подумал, что чертовски глупо терять три года, и поступил в высшее военное училище в Львове на журналистику. Учили в Львове — дай Бог! В программе по зарубежной литературе у нас был Генри Миллер — и это в совковое-то время!

— Студенческое время обычно веселое.

— Да. Помнится, к нам приводили настоящих балерин из Львовской балетной школы. Руководство наших организаций договорилось о совместном обучении бальным танцам — ведь из нашего училища порой выходили не только военные журналисты, но и атташе. А страну за границей, сами понимаете, надо представлять достойно. Я же там, помимо всего прочего, научился играть на домре — это что-то типа русской балалайки.

Особенно из того времени мне запомнилась одна история.

Под Львовом есть очень красивый женский монастырь. Мы мнили себя гардемаринами, львовские художницы на мансардах нас не интересовали, поэтому, взяв увольнение на два дня, мы поехали в экспедицию именно туда. Впятером. Август — фантастические запахи природы, безумно красиво! Подходим к воротам — сторож нас, разумеется, не пропускает. Оставаться с носом мы не собираемся, поэтому прыгаем через стену и попадаем прямо в огород, где монашки в это время собирают урожай. Девушки нас почему-то совершенно не испугались, мы тем более. Познакомились — они отвели нас к матери-настоятельнице Марии. Та внимательно нас оглядела и пригласила на ужин. А дальше — одна из самых красивых картин моей жизни. Невероятный закат. Трещат цикады. Ни с чем не сравнимый карпатский воздух. Огромный стол в монастырском дворе. За ним — пятеро курсантов-матросов в черной с золотом форме и удивительно красивые женщины в черных платьях с белыми воротничками. Вкуснейшее церковное вино. Мы ужинаем, читаем друг другу стихи и рассказываем истории. Где тогда был Феллини, я не знаю, но это были кадры из его картины.

«Начальство молчало и даже поощряло»

— Почему после училища вы уехали в Ригу? Национализма не боялись? Ведь русским от прибалтов немало доставалось и в советские времена.

— Я не просто отправился в Ригу — я туда вернулся. Дело в том, что в 9 классе мы с мамой переехали в Ригу — моя мама вышла замуж за человека по имени Янис Дубас, который стал моим отчимом. Его фамилию я и решил взять в качестве псевдонима. Теперь в Латвии меня только как Алекса Дубаса и воспринимают, хотя по паспорту я по-прежнему Леша Топорков.

А национализм в Латвии — такой же миф, как медведи на Тверской. Это очень милая, спокойная и красивая страна. Русская речь звучит в столице чуть ли не чаще, чем латышская, и бытового национализма нет в принципе. А политики — они везде идиоты. Продвинутые русские ситуацию уже давно просекли и покупают себе особняки и квартиры в Риге и Юрмале. Только они никому об этом не говорят. И вы, пожалуйста, не говорите, а то страна все-таки маленькая.

— С чего вы начали свое «завоевание» Латвии?

— С печатных СМИ, точнее, издания газеты «Знамя капитализма Латвии» — этакий коммерческий соц-арт за деньги. Прославляли капитал и бизнес. Например, была рубрика «Лучший капиталист месяца», «Лауреат ананаса и рябчика». Вручали какому-нибудь бизнесмену копченую курицу и ананас, фотографировали его и писали панегирик. Было забавно. Газету издавали за свой счет, при этом далеко не бедствовали, но однажды она нам просто надоела. В это время появились первые независимые FM-станции, и мне захотелось попробовать себя на радио. — Карьера на радио продвигалась быстро?

— Пожалуй. Сначала трудился в ночном эфире, потом в престижном утреннем шоу. Перестраивался, наверное, год. А потом несло в эфире уже без остановки. Порой смотрю — две песни за час всего оставил. Но ничего. Главное — смешно. Что сегодня рассказывать о радио, я просто не знаю. Это моя жизнь, которой я посвятил последние семь лет. Вести эфир приходилось во все отрезки суток, и, к счастью, всегда была возможность делать только то, что «по душе». Хотя «по душе» мне было самое разное — от эстетских бесед о Серже Гинзбуре, Париже 20-х, современной японской электронной музыке до шоу типа «Уколок наркомана» или блока нецензурной музыки с творцами вроде Александра Лаэртского.

Рейтинг моих программ был самый высокий в стране, а это самый главный аргумент для того, чтобы начальство молчало или даже поощряло. Историй всяких — полно.

— Ну, например, чего стоит только наше знакомство с консулом Молдавии. Я в эфире как-то шутил, что молдавский президент Мирча Снегур живет летом в правительственном холодильнике, откуда и правит страной. Мой выпад не прошел незамеченным. Меня вызывает начальство. Говорят: «Сейчас приедут из посольства, и мы будем, как де Тревиль своих мушкетеров, тебя при них ругать. Ты обязательно извинись. А так — молодец». Молдавский консул оказался на удивление нормальным парнем — с чувством юмора. Дружим и сейчас. Вот совсем недавно передал мне бутылочку коньяка и натуральные соки.

А как-то у меня в эфире выступал Илья Лагутенко. Но не в качестве себя, а как юноша из города Елгавы, который умеет подражать голосам знаменитостей и звукам животных. В общем, прикол полный. В эфире настоящий Лагутенко, а все думают, что просто талантливый парень. А мы еще со специальных дисков для пущей убедительности ставим рычание львов, жужжание пчел, крики обезьян. И слушатели нам верят. А актер Евгений Гришковец, мой друг, «косил» в эфире под популярного писателя Бориса Акунина и так гнал, что Сергей Курехин обрадовался бы.

— А эпатажем часто балуетесь?

— Раньше было — ел в эфире «Педигрипал», принимал роды. Даже устраивал секс в режиме on-line, причем настоящий — при помощи радиослушателей. Все это — азы радио, ведь каждый пытается прославиться, шокируя общество.

«В эфире я стараюсь быть собой»

— Вы в эфире и в жизни похожи?

— Да, в эфире стараюсь быть самим собой. Например, если не выспался после какой-нибудь вечеринки, то честно признаюсь: «Голова болит, во рту сухо, говорить буду мало, шутить мрачно, но хорошую музыку обещаю». Слушатели все понимают и ценят мою искренность. Я считаю, что мода на цинизм и футляры прошла. Приходит время откровенности, незащищенности. Возьмите, например, спектакли Гришковца, недавно вышедший фильм Жана Жене «Амели» или модную музыку «лаунж». Супер!

Вообще мне всегда была интересна психология человека — если верить гороскопам, еще с прошлой жизни. И своей работой я всячески пользуюсь для того, чтобы ее лишний раз поизучать.

— До создания собственной психологической теории дело не дошло?

— Нет, но зато уже можно уверенно делать некоторые выводы. Вот, например, веду вечерний эфир, люди сообщают мне городские новости типа «я только что ехал в автобусе с пьяным контролером», и вдруг кому-то из радиослушателей я выдаю: «Вот ты мне говоришь о какой-то ерунде — не знаешь, как с девушкой познакомиться, а мне только что позвонила соседка и сказала, что моя жена привела любовника. Он, сволочь, пришел в шляпе и с тортом, а мне еще два часа работать. Представляешь, каково — мне там рога наставляют, а я сижу здесь и ставлю дурацкие пластинки! Что делать, блин?»

Звонки посыпались моментально — эфир был буквально парализован. «Пацаны» предлагали завалить лоха, одинокие девушки — свою моральную поддержку, простые рижские семьи отпускали домой — «музыка, мол, пусть сама по себе играет, неужели мы вас, Алекс, будем удерживать?» А через пару дней я радостно поделился со слушателями тем, что познакомился с фантастически прекрасной девушкой и сегодня мы с ней идем в оперу! Результат — пара звонков от ревнивых радиослушательниц.

Вывод из этого напрашивается следующий — человеческой природе свойственно сострадание, поэтому люди любят, когда другим плохо. Это дает им возможность благородно себя проявить или повысить самооценку. Не дай Бог оказаться в больнице — все будут сочувствовать и буквально завалят фруктами. А вот успех у большинства вызывает, увы, ревность.

— Встреч со знаменитостями у вас, наверняка, было немало.

— Это точно. Назвать всех просто невозможно — места не хватит. Попробую навскидку. Пугачева, Киркоров, Орбакайте, Земфира, Лагутенко, Валерия, Лена Перова, Гребенщиков, Бутусов, «Премьер-министр», Маргарита Терехова, Михалков, Певцов, Антонов, «Маски-шоу», Ванесса Мей, Пьер Карден, Танита Тикарам, Киселев, Миткова, Танич, Каспаров, Шура. С некоторыми интервью прошли «никак», с другими — очень здорово. Были и такие, кто мне откровенно не понравился. «Агату Кристи», например, я просто выгнал из студии. Так и сказал им в эфире: «Пошли вон, хомяки!» А с кем-то, наоборот, сблизился и даже подружился. Илья Лагутенко — желанный гость на всех моих праздниках, а Земфира на новоселье даже подарила мне пылесос.

— А какую музыку вы слушаете? Или за день она вам так надоедает, что вне работы вы сидите в тишине?

— Нет. Музыку я люблю, причем самую разную. В машине предпочитаю Цезария Эвора, Никола Конте, французского диджея Джимитрия. Нравится последний альбом REM. Когда нет жены, тайком слушаю «Ленинград». Вот у кого хороший PR. При всем своем мате — стайлинги в GQ, Рlayboy, Om.

— Вас можно не только послушать, но и увидеть — на телевидении.

— Да. Оценив мою коммуникабельность, как-то мне предложили вести передачу на TV. Сначала я был главным в шоу типа «Угадай мелодию», только о кино, на государственном канале. Сейчас веду более серьезную, но все же с некоторой долей идиотизма — без этого в наше время никуда — программу «Большая примерка». Рассказываю людям о моде, модной жизни, музыке и искусстве.

«Медленно посчитайте до десяти, а потом — дубасьте»

— О красоте и популярности вашей жены Агнессе Зелтыня ходят легенды. Как вам удалось покорить такую женщину?

— Нас познакомил мой друг — великий российский актер Евгений Гришковец. Весной этого года он приехал в рижский «Новый театр», где играет моя Агнессе, на гастроли. До этого я никогда не ходил в латышский театр, а она — не слушала русскоязычное радио. А тут я решил навестить своего друга — и в это же время посмотреть на его работу пришла Агнессе. Так мы встретились и больше уже никогда не расставались.

— И вы, и ваша жена являетесь популярными персонажами рижской светской хроники. Наверняка, о вашей свадьбе писали все газеты.

— Писать-то писали, но постфактум, потому что в загс мы отправились втайне. Кстати, пожениться мы решили всего через месяц после знакомства. Свидетелем у меня был мой друг Сергей Саркисов, парикмахер. В прошлом году у него на свадьбе я был тамадой. Он женился на Агнессе Золотаревой, танцовщице балета «Тодес». Зелтыня же, к слову, переводится с латышского как «золотце» — правда, забавное совпадение?

Медовый месяц мы провели на яхте в Средиземном море, периодически заплывая в греческие и турецкие города и деревушки. По возвращении из путешествия решили рассекретиться и повенчаться, пригласив на это событие друзей и близких. Накануне венчания я чувствовал себя Гаем Ричи, который для американцев, прежде всего, муж Мадонны. Ведь для латышской публики я в первую очередь — вторая половинка Агнессе Зелтыня.

— Обряд венчания проходил по католическим обычаям?

— Да. Венчал нас духовник Агнессе и Марии — пастор Рональд Мелкерс. В основном служба проходила на латышском, но, учитывая интернациональный характер происходящего, Рональд вставил в службу несколько русскоязычных эпизодов. В том числе. и анекдот. Об ангеле-хранителе, который дважды спас человеку жизнь, но не сумел уберечь от несчастной женитьбы. Анекдот, конечно, из двусмысленных, но вышло весело и совсем не помешало нам поклясться друг другу в верности. Как только наш брак освятили, мы отправились прямо в облака. На вертолете, вместе со священником.

— Но в гости, я думаю, вы направились не к Господу Богу, а к кому-то поближе. — Верно. Мы полетели в популярный отель Sun Beach, бывший пионерский лагерь. Там пастор провел для ожидавших нас гостей краткую версию венчания. В заключение — грандиозный салют. После взял слово наш «сводник» и тамада Евгений Гришковец, который заявил, что вообще-то у него сегодня, то есть 1 сентября, день рождения бабушки, но поскольку она все равно уже родилась, он предпочел провести этот день на свадьбе друзей.

— А кто еще из знаменитостей был у вас на торжестве?

— Мой друг Илья Лагутенко. Вместе со своей группой он исполнил «брачный» гимн «Невеста»: «Как же тебе повезло. » Потом они очень активно поддерживали крестного Агнессе, сыгравшего свой латышский репертуар.

Потом — Юрис Жагарс, режиссер Нового театра Алвис Херманис, Регина Лочмеле, продюсер радио SWH+, на котором я, собственно, работаю. Естественно, было много ди-джеев и актеров — род занятий жениха и невесты к этому явно располагал.

— Без оригинальных подарков не обошлось?

— Да. Антон Зелтыньш, папа Агнессе и по совместительству известный ювелир, для нас выковал оригинальные золотые кольца, а для гостей — 100 памятных медалек из латовых монет Первой Латвийской республики. Братья-диджеи подарили мне «Латышские народные песни», а Агнессе — «Озорные частушки».

Кстати, на то, что Агнессе выходит замуж за меня, русского, ее папа отреагировал вполне спокойно, справедливо заметив, что самое главное — чтобы мы друг друга любили. Даже дал «добрый» совет старого рыбака. «Разгневавшись, сначала медленно посчитайте до десяти и только потом, если желание не пропадет, — дубасьте. Я всегда так делаю, когда щуку подсекаю», — торжественно заявил он.

— Свадьба, насколько я понимаю, прошла очень весело. А как молодожены чувствовали себя наутро?

— Утром нас разбудил последний «заблудившийся» залп фейерверка. Агнессе встретила новый день, как и положено в пионерском лагере, в пионерской форме и красном галстуке, подаренными ей накануне директором Sun Beach. Как новоиспеченная хозяйка, угощала наваристой солянкой. От переполнявших меня чувств я запел: «Близится эра светлых годов. Клич пионера — «Всегда будь готов!».

— Ну и к чему же вы сейчас готовы?

— Как можно больше бывать с семьей и сделать Агнессе по-настоящему счастливой. Полтора месяца назад мы расстались в первый раз с момента нашего знакомства. Она уехала на гастроли по Америке и Канаде. Ужасно скучаю. поделиться

Алекс Дубас

Теле- и радиоведущий, писатель

культура и история, театр и кино, литература, гастрономия

Об Алексе

Ведущий авторского шоу «Что-то хорошее» на радио «Серебряный дождь» и программы «Наблюдатель» на телеканале «Культура», автор бестселлера «Моменты счастья», человек, обладающий даром вытаскивать свет из непроглядной тьмы новостной повестки дня. Путешествия с Алексом Дубасом проходят под девизом «выносимая легкость бытия». В таких поездках нет места преодолениям — только здоровому гедонизму — получению удовольствия от жизни.

“Выносимая легкость бытия”

Когда к Алексу Дубасу не пришел гость в эфир программы «Что-то хорошее» на радиостанции «Серебряный дождь», он предложил слушателям поделиться с ним моментами, в которых они были счастливы. Спустя время Алекс признался, что и предположить не мог, к чему это приведет. Так родилась книга — «Моменты счастья», рекомендованная к продаже даже в аптеках. На тот случай, если наступит отчаяние, если вы потеряетесь в себе и там же — потеряете себя. В этом эпизоде весь Алекс Дубас — человек, который вытаскивает свет из непроглядной тьмы новостной повестки дня. Он вселяет уверенность в существование мира, где у сильного мужчины есть любимая женщина, у детей — родители, у искусства — будущее, а у нашего «земного шарика» — мир.

Поездки с Алексом похожи на очень вкусный ужин, после которого выходишь немного голодным. Алекс накормит вас в крохотном ресторане многократного обладателя Мишлена, который как воин света учился мастерству на гонконгском рыбном рынке. Алекс покажет вам спектакль «Бродский/Барышников», проведет за кулисы, и там за бокалом шампанского вы поговорите о бессмертии дружбы. Алекс познакомит вас со своим другом, который готовит лучшие рыбные сэндвичи на улицах Стамбула, а потом отведет на крышу и там, глядя на корабли, курсирующие по Босфору, вы поговорите о том, насколько же большими могут быть «маленькие люди».


источники:

http://apple.cofe.ru/Vizavi/Aleks-Dubas-otdubasit-prikolami-kog

http://mktravelclub.ru/headliners/aleks-dubas