Аделаида Казимировна Герцык биография

Аделаида Герцык — о поэте

Информация

Биография

Герцык Аделаида Казимировна (в замужестве Жуковская) — русская поэтесса Серебряного века, прозаик и переводчица.

Родилась в обедневшей дворянской семье, в которой переплелись польско-литовские и германо-шведские корни. Ее отец, Казимир Антонович Лубны-Герцык, был инженером-путейцем, начальником участка строящейся Московско-Ярославской железной дороги и по роду своей деятельности часто переезжал с места на место. Поэтому и семья жила то в Москве, то в Александрове, то в Севастополе, то в Юрьеве-Польском.
Аделаида воспитывалась вместе с младшей сестрой Евгенией. Девочки рано лишились матери, однако появившаяся в доме мачеха стала им другом. Вскоре у сестер появился брат…

Герцык Аделаида Казимировна (в замужестве Жуковская) — русская поэтесса Серебряного века, прозаик и переводчица.

Родилась в обедневшей дворянской семье, в которой переплелись польско-литовские и германо-шведские корни. Ее отец, Казимир Антонович Лубны-Герцык, был инженером-путейцем, начальником участка строящейся Московско-Ярославской железной дороги и по роду своей деятельности часто переезжал с места на место. Поэтому и семья жила то в Москве, то в Александрове, то в Севастополе, то в Юрьеве-Польском.
Аделаида воспитывалась вместе с младшей сестрой Евгенией. Девочки рано лишились матери, однако появившаяся в доме мачеха стала им другом. Вскоре у сестер появился брат Владимир.
Сёстры Герцык получили отличное домашнее образование, хорошо знали пять иностранных языков, включая итальянский и польский.
Детство прошло в основном в Александрове. Однако учились они в гимназии в Москве. После окончания гимназии Аделаида Герцык совершенствовала свои знания самостоятельно, изучая философию, историю искусства и литературу.

Рубеж веков отмечен началом поэтического творчества Герцык. Почвой для лирических стихов того времени стал ее роман с А.М.Бобрищевым-Пушкиным — юристом и поэтом, человеком много старше ее, женатым на другой женщине. Любовь к нему в значительной мере повлияла на ее дальнейшее творческое развитие. В 1903 году, в Германии, Бобрищев-Пушкин скончался. Пережив в связи с этим сильнейшее потрясение, А. Герцык в значительной мере утратила слух.

А. Герцык выступила в печати в качестве переводчицы и автора литературно-критических очерков: с 1904 года она сотрудничала в журнале «Весы». В 1907 году в символистском альманахе «Цветник Ор» состоялась первая публикация стихов Герцык. Впоследствии эти стихи были перепечатаны в единственном прижизненном сборнике «Стихотворения», вышедшем в 1910 году. На поэзию Герцык оказали влияние труды философов-мистиков (особенно Франциска Ассизского), идея «Вечной Женственности» В. Соловьева, эстетика Метерлинка, а также идея соборности, сближающая поэтессу с Вяч. Ивановым.

Ко времени выхода «Стихотворений» Герцык уже была замужем за Дмитрием Евгеньевичем Жуковским, и в 1909 году появился их первенец Даниил (второй сын Никита родился в 1913 году).
Дом Жуковских в Кречетниковском переулке в Москве в 1910-е годы стал своего рода салоном, где бывали Н. Бердяев, Л. Шестов, С. Булгаков, Вяч. Иванов, М. Волошин, М. Цветаева, С. Парнок и другие.
В это время Герцык стала довольно часто печататься в периодике как со своими стихами, так и с прозой (автобиографические циклы очерков «О том, чего не было» (1911), «Мои романы» (1913) и «Мои блуждания» (1915).

Большее время Жуковские жили в Судаке в собственном доме купленным отцом Аделаиды ещё в 1880 году. В этом доме побывали многие известные деятели культуры – поэт М. А. Волошин, художница М. В. Сабашникова, поэт В. И. Иванов, философ Н. А. Бердяев, антропософка А. Р. Минцлова, визиты которой всегда сопровождались мистическими разговорами и действами.

Революцию встретила в Судаке, и до конца жизни ей уже не суждено было выехать из Крыма. В 20-е годы муж А. Герцык, Д. Е. Жуковский, который работал в то время профессором Симферопольского университета, работу потерял, попал в число лишенцев из за своего происхождения, как и вся семья. Имение в Судаке было конфисковано новой властью. В январе 1921 года поэтесса была арестована и провела три недели в тюрьме Судака. Пережитое там, было описано ей впоследствии в цикле «Подвальные очерки». Там она создала цикл стихотворений «Подвальные».

Умерла А. Герцык 25 июня 1925 года. Похоронена в Судаке. Могила не сохранилась, старое Судакское кладбище было снесено.

Аделаида Казимировна Герцык биография

АДЕЛАИДА КАЗИМИРОВНА ГЕРЦЫК (1874-1925)

Как знать, дождусь ли я ответа
Прочтут ли эти письмена?
Но сладко мне перед рассветом
Будить родные имена.

Русская литература в последние годы вызвала к новой жизни множество забытых и вытесненных имен. Особенно много вновь открытых поэтов принадлежит Серебряному веку. Одним из таких забытых, но весьма ярких представителей литературы на рубеже XIX–XX веков является Аделаида Герцык.
Аделаида Герцык не принадлежит к числу известных поэтесс Серебряного века. Но её волнующая биография и душевный талант неизменно привлекают внимание исследователей.
Сегодня её имя возрождается, издаются произведения А. Герцык, в архивах находят новые сведения о ней как о переводчике трудов Ницше и авторе критических очерков.

Родилась 16 февраля 1874 года в обедневшей дворянской семье, в которой переплелись польско-литовские и германо-шведские корни. Ее отец, Казимир Антонович Лубны-Герцык, был инженером-путейцем, начальником участка строящейся Московско-Ярославской железной дороги и по роду своей деятельности часто переезжал с места на место. Поэтому и семья жила то в Москве, то в Александрове, то в Севастополе, то в Юрьеве-Польском.
Аделаида Казимировна воспитывалась вместе с младшей сестрой Евгенией, которая родилась четырьмя годами позже. Ада нисколько не ревновала, сразу полюбила сестру, а как только та подросла, сделалась её лучшим другом. Они были неразлучны и в учёбе, и в играх. С самого детства девочки полюбили поэзию. Евгения считала себя ученицей Аделаиды и признавала, что её старшая сестра обладает бо́льшим поэтическим талантом. Никакой конкуренции между Аделаидой и Евгенией никогда не было.
Девочки рано лишились матери, росли под руководством воспитателей, получили отличное домашнее образование, хорошо знали пять иностранных языков, включая итальянский и польский. Появившаяся в доме мачеха стала им другом. Вскоре у сестер появился брат Владимир.
Детство сестер Герцык прошло в основном в Александрове. Однако учились они в гимназии в Москве. После окончания гимназии Аделаида Герцык совершенствовала свои знания самостоятельно, изучая философию, историю искусства и литературу.

По воспоминаниям Евгении Казимировны, Ада росла вдумчивым, замкнутым ребенком, проявляла большую настойчивость в учении. К поступлению в московский дворянский пансион ее готовил поэт-народник М.А. Карлин, который и привил ей вкус к сочинительству. Учитель и ученица часами сидели в классной комнате, сочиняя каждый своё. Уже в детстве проявились основные черты характера Аделаиды: вдумчивость, серьезность, способность и умение говорить с каждым и сопереживание чужому горю, как своему.
Её постоянно можно было видеть с книгой в руке, причем за чтением Аделаида забывала обо всем на свете.
«Это были пережитые романы, – вспоминала она, – но романы с книгами или авторами их, хотя не менее реальные, решающие судьбу, переплавляющие душу, чем жизненные истории с живыми людьми. В моей судьбе перевес остался за теми первыми, и лучшие силы и жаркое чувство были навсегда отданы им».
В 1898 году девушки переехали в Москву. Окончили историко-филологический факультет Высших женских курсов. И очень быстро окунулись в интеллектуальную жизнь Москвы, познакомились с Иваном Ильиным, Максимилианом Волошиным, Николаем Бердяевым. Сёстры писали рецензии, очерки, философские эссе. Они прекрасно владели пятью языками, что дало возможность им заниматься переводами философской и художественной литературы. Эти совместные переводы очень много значили для них — они не только выручали их в тяжёлые времена позже, во время войны и революции, но и очень сближали. Аделаида и Евгения запирались одни в комнате, захватив словари, обсуждали трудности перевода, спорили.

Евгения, Аделаида и Владимир Герцык в 1900 г.

Аделаида Казимировна, совместно с сестрой, перевела самые популярные в России труды Ницше: «Сумерки богов» и «Несвоевременные мысли» (1900–1905 годы). Она перевела также на русский язык стихотворения Ницше, что было отмечено и критикой, и публикой. С 1905 года Аделаида Казимировна сотрудничала с журналом Валерия Брюсова «Весы». Ее публикации-рецензии в рубрике «Новые книги» появлялись под псевдонимом В. Сирин.

В начале века Аделаида полюбила мужчину, который был много старше ее и женат к тому же… Александр Михайлович Бобрищев–Пушкин — писатель и судебный деятель — занимал должности председателя петербургского окружного суда и товарища обер-прокурора уголовного кассационного департамента Сената. Он был любителем истории литературы и служителем поэзии, и притом поэзии не отвлеченной, направленной исключительно на поклонение красоте и парящей в поднебесье, а сходящей на землю, как утешение и поддержка человеку среди печальной прозы жизни.

В том, что юной провинциалке приглянулся этот человек, не было ничего удивительного — он выглядел весьма импозантно, был остроумен, обходителен и ко всему прочему очень богат и близок ко двору. Одним словом, будто сошел со страниц французских романов. Под влиянием этого чувства Герцык начала писать стихи.

***
Не Вы — а я люблю! Не Вы — а я богата…
Для Вас — по-прежнему осталось все,
А для меня — весь мир стал полон аромата,
Запело все и зацвело…
В мою всегда нахмуренную душу
Ворвалась жизнь, ласкаясь и дразня,
И золотом лучей своих огнистых
Забрызгала меня…
И если б я Вам рассказала,
Какая там весна,
Я знаю, Вам бы грустно стало
И жаль себя…
Но я не расскажу! Мне стыдно перед Вами,
Что жить так хорошо…
Что Вы мне столько счастья дали,
Не разделив его…
Мне спрятать хочется от Вас сиянье света,
Мне хочется глаза закрыть,
И я не знаю, что Вам дать за это
И как мне Вас благодарить…
28 апреля 1903, Москва

Но в 1903 году ее возлюбленный внезапно скончался в полном расцвете душевных сил и могучего здоровья от последствий операции в одном из курортов в окрестностях Дрездена. Аделаида пережила такое сильное потрясение, что почти оглохла. Но это же потрясение словно открыло ей внутренний поэтический слух. Её стихи начали печатать в журналах.

В 1907 году появилась первая значительная публикация стихотворений Герцык – цикл «Золотой ключ» в альманахе символистов «Цветник Ор. Кошница первая». Для ранних стихов характерны состояния томления, духовного поиска, одиночества.

Женщина там на горе сидела,
Ворожила над травами сонными…
Ты не слыхала? Что шелестело?
Травы ли, ветром склоненные…

В кругу поэтов-символистов поэтессу называли полушутя-полусерьезно: «сивиллой, пророчицей, вещуньей» – так много было в стихах мистически-сказочных мотивов, предсказаний, предчувствий:

Развязались чары страданья,
Утолилась мукой земля.
Наступили часы молчанья,
И прощанья, и забытья.
Отстоялось крепкое зелье,
Не туманит полуденный зной,
Закипает со дна веселье
Золотистой, нежной струей.

В 1908 году Аделаида Герцык в Париже вышла замуж за Дмитрия Евгеньевича Жуковского, ученого-биолога, издателя, переводчика философской литературы. Шафером на свадьбе Дмитрия и Аделаиды был Максимилиан Волошин.
Дмитрий Евгеньевич Жуковский (1866–1943) – ученый-биолог, издатель, переводчик, просветитель, общественный деятель, меценат. Он родился и воспитывался в семье дворянской, известной в России, обеспеченной и интеллигентной.

Жуковский Д.Е., его жена Герцык А.К. и Герцык Е.К.

С 1905 года Дмитрий Жуковский издавал в Петербурге журнал «Вопросы Жизни», в редакции которого сотрудничали: Н. Бердяев, С. Булгаков, Дм. Мережковский, Вяч. Иванов, А. Блок, А. Белый, Ф. Сологуб.
Он занимался переводами и в собственном издательстве выпускал труды А. Бергсона, И. Фихте, Ф. Шеллинга, Г. Риккерта, Ф. Ницше, Жан-Жака Руссо, С. Булгакова, П. Струве, С. Франка, К. Фишера, статьи Владимира Соловьева, а также субсидировал нелегальное издание журнала русской либеральной буржуазии «Освобождение».
Алексей Ремизов отозвался в «Кукхе» о Жуковском той поры так: «Хозяин наш, издатель «В.Ж.», – Дмитрий Евгеньевич Жуковский, замечательный человек, философ, микробиолог, обуянный двумя страстями: купить имение и жениться …»
В 1909 году родился первенец Дмитрия и Аделаиды Даниил. Второй сын, Никита, родился в 1913 году.

Аделаида Казимировна деятельно помогала мужу: переводами, правкой корректур, подбором материала. А их дом в Москве, в Кречетниковском переулке, стал знаменитым в начале 1910-х литературно-философским салоном. Здесь собирались многие литераторы и философы, близкими друзьями супругов были Сергей Булгаков, Максимилиан Волошин, Вячеслав Иванов.

А.К.Герцык. 1910-е гг.

Аделаида Казимировна по-прежнему писала стихи, пряча их в стол, воспитывала двоих сыновей.
Она вела жизнь светской московской дамы с приемами, завтраками, музицированием, вечерними беседами в гостиной при зажженных свечах. Но больше слушала разговоры своих гостей, редко говорила сама, потому что развивалась все сильнее глухота, которой она немного стеснялась.

А в начале 1911 года в этом доме состоялась удивительная встреча трёх поэтов, тогда только что выпустивших свои первые сборники: Максимилиана Волошина, Марины Цветаевой и Аделаиды Герцык. Максимилиан Волошин слыл в Москве первооткрывателем талантов и, с восторженностью увлекающегося человека, немедленно привел 18-летнюю Марину Цветаеву знакомиться с хозяйкой и поэтессой – Аделаидой Казимировной Герцык-Жуковской.

В своем очерке-воспоминании Марина Цветаева так описывает эту встречу:
«В первую, горячую голову нашего с ним схождения он (Волошин) живописал мне ее (Герцык): глухая, некрасивая, немолодая, неотразимая. Любит мои стихи, ждет меня к себе. Пришла и увидела – только неотразимую. Подружились страстно…Так они и остались – Максимилиан Волошин и Аделаида Герцык – как тогда сопереплетенные в одну книгу (моей молодости), так ныне и навсегда сплетенные в единстве моей благодарности и любви».
В 1912 Цветаева дарит книгу стихов «Волшебный фонарь» А. Герцык с надписью: «Моей волшебной Аделаиде Казимировне – Марина Цветаева».
Аделаиде Казимировне тогда было 35 лет. Знакомство с этой незаурядной женщиной подарило Марине Цветаевой удивительно преданного и нежного друга, счастье общения с необыкновенным человеком, навсегда оставившим след в душе юной поэтессы…
В 1913 году, когда Марина Цветаева уже стала женой и матерью, Аделаида Герцык написала стихотворение «Марине Цветаевой»:

«Что же, в тоске бескрайной
Нашла ты разгадку чуду,
Или по-прежнему тайна
Нас окружает всюду?»
Видишь, в окне виденье…
Инеем все обвешано.
Вот я смотрю, и забвеньем
Сердце мое утешено.
«Ночью ведь нет окошка,
Нет белизны, сиянья,
Как тогда быть с незнаньем?
Страшно тебе немножко?»
Светит в углу лампадка,
Думы дневные устали.
Вытянуть руки так сладко
На голубом одеяле.
«Где же твое покаянье?
Плач о заре небесной?»
Я научилась молчанью,
Стала душа безвестной.
«Горько тебе или трудно?
К Богу уж нет полета?»
В церкви бываю безлюдной.
Там хорошо в субботу.
«Как же прожить без ласки
В час, когда все сгорает?»
Детям рассказывать сказки
О том, чего не бывает.

О дружбе Аделаиды и Макса Волошина поведала Евгения Герцык в «Воспоминаниях»:
«Но Волошин умел и слушать. Вникал в каждую строчку стихов Аделаиды, с интересом вчитывался в детские воспоминания ее, углубляя, обобщал то, что она едва намечала. Между ними возникла дружба или подобие ее, не требовательная и не тревожащая. В те годы, когда ее наболевшей душе были тяжелы почти все прикосновения, Макс Волошин был ей легок; с ним не нужно рядиться напоказ в сложные чувства, с ним можно быть никакой».
Аделаида написала о Волошине стихотворение:

Все так же добр хранитель умилений,
Все с той же шапкой вьющихся кудрей,
По-прежнему влюблен в французский гений,
Предстал он мне среди моих скорбей.
Не человек, не дикий зверь – виденье
Архангела, когда бы был худей.
Все та же мудрость древних сновидений
И невзмутимость сладостных речей.
И гладя мягкую густую шкуру,
Хотелось мне сказать ему в привет:
«Ты лучше всех, ты светом солнц одет!»
Но хочется острей рога буй-туру,
И жгуче пламень, и грешней язык,
И горестнее человечий лик.
1912 г.

В Судаке по улице Гагарина сохранился дом Аделаиды Герцык и ее мужа Дмитрия Жуковского, в начале ХХ века бывший одним из центров культурной жизни восточного Крыма.
Отец сестер Герцык, инженер-путеец Казимир Антонович Лубны-Герцык, купил дом в Судаке в 1880 году. Этот дом, значительно перестроенный, сохранился до нашего времени по адресу: улица Гагарина, 39.

В 1884 году к судакскому дому Казимира Антоновича Лубны-Герцыка была пристроена мастерская известного художника Льва Феликсовича Лагорио (1827–1905). В своей судакской мастерской художник написал многие крымские пейзажи, в том числе виды Кучук-Ламбата, Ялты, Симеиза, Феодосии, Алушты.
В этом доме побывали многие известные деятели культуры – поэт Максимилиан Волошин, художница Маргарита Сабашникова, поэт Вячеслав Иванов, философ Николай Бердяев, антропософка Анна Минцлова, визиты которой всегда сопровождались мистическими разговорами и действами.

Слева направо А.Герцык, Н.Бердяев, Л.Герцык-Жуковская, Е.Герцык, М. Волошин, Л.Бердяева.

Отцовский дом стал ветшать, и 15 июня 1914 году Аделаида вместе с мужем Дмитрием Жуковским начали строительство в Судаке нового дома.
Евгения Герцык в одном из своих писем описывала первый день строительства: «Дмитрий сам, заинтересовавшись домом, позвал гостей, устроил угощение, и мы торжественно святили, и мы с Адей, правда, взволнованно, благословляли ее первый настоящий дом. Мы сами положили камни в 4 угла, и каждый под свой что-нибудь заветное».
В третьем номере журнала «Северные записки» за 1915 год были опубликованы стихи Аделаиды Герцык, посвященные строительству дома:

Люблю пойти я утром на работу,
Смотреть, как медленно растет мой дом.
Мне запах дегтя радостно знаком,
И на рабочих лицах капли пота…
Присевши у ограды,
Я думаю, как нужен нам приют,
Чтоб схоронить в нем найденные клады,
И каясь, и страшась земных уныний,
Уйти самой в далекие пустыни.

Дом Д. Жуковского и А. Герцык. Судак. 1915 г.

Строился дом долго. Поселились в своем гнезде Герцык-Жуковские лишь в 1916-ом уже с сыновьями Даниилом (1909–1938, репрессирован в годы Сталинских репрессий) и Никитой (1913–1995), а безвыездно жили в нем с 1917 по 1922 год.

В годы гражданской войны в Судаке, Коктебеле, Феодосии образовались творческие содружества. В голодном Судаке собирались вместе сестры Герцык, М. Волошин, художник Л. Квятковский, композитор А. Спендиаров, С. Парнок с Л. Эрарской. Они читали стихи, обсуждали новые творческие идеи, даже издавали рукописный журнал.
Аделаида навещала друзей в Коктебеле и Феодосии. В это время в Коктебель по-прежнему стягивается творческая интеллигенция. На своих дачах живут В. Вересаев, Г. Петров, Н. Манасеина, П. Соловьёва; часто наезжают драматург К. Тренёв и литературовед Д. Благой; на одной из дач поселяется прозаик А. Соболь; частым гостем оказывается И. Эренбург; объявляется даже лингвист С. Карцевский, профессор Кембриджского университета.

Однако Аделаиде и Дмитрию недолго удалось прожить в своем новом доме. Когда осенью 1920-го года в Крыму окончательно установилась советская власть, начались репрессии по отношению к местным жителям, имевшим свои дома.

В январе 1921 г. поэтесса была арестована и провела три недели в сыром холодном подвале в Судаке вместе с другими заключенными. Виденное и пережитое за эти дни Аделаида Герцык выразила в пронзительных «Подвальных очерках». Там она создала цикл стихотворений «Подвальные».

Как пишет Борис Зайцев в статье об Аделаиде, ей повезло:
«. попался молодой следователь, любитель поэзии. Он заставил на допросе А. Г. записать ему ее «Подвальные стихи», попросил сделать надпись, что она посвящает их ему, и отпустил домой».

Нас заточили в каменный склеп.
Безжалостны судьи. Стражник свиреп.
Медленно тянутся ночи и дни,
Тревожно мигают души-огни;
То погасают, и гуще мгла,
Недвижною грудой лежат тела.

«В сущности, она всегда была поэтесса-святая, — писал Б. К. Зайцев («Светлый путь»). — Невидная собою, с недостатком произношения, недостатком слуха, А. Герцык была — великая скромность, чистота и душевная глубина».

В Судаке голод, и Дмитрий Жуковский переезжает в Симферополь, где работал его старый знакомый профессор Александр Гаврилович Гурвич, благодаря которому Дмитрий Евгеньевич сумел получить скромное место ассистента при кафедре биофизики Крымского университета им. М.В. Фрунзе. Вслед за ним перебирается в центр Крыма Аделаида Казимировна с детьми.
После отъезда Жуковских в Симферополь в 1922 году в их доме остались сестра Аделаиды Евгения, мачеха сестер, жена брата, прикованная к постели, и маленькая племянница. В 1924 году старый дом был «отнят и разрушен», началось «уплотнение» в имении Жуковских, а весной 1925-го «Адин дом» был полностью национализирован.
22 марта 1925 г. Аделаида Герцык напишет М.Б. Гершензон из Симферополя: «Наш судакский дом, где жили все мои, окончательно отнят, в нем устроят какое-то учреждение, и все мои – старые, малые и больные – останутся без крова. И для нас Судак стал недоступен, т. к. нанимать помещение мы не в состоянии».

Но все-таки в последнее лето своей жизни в 1925 году Аделаида Герцык побывала в Судаке, где попала в больницу, и родные забрали ее домой перед смертью.
Похоронена на Судакском кладбище, которое в 80-е годы было полностью снесено. «На моей могиле цветы не растут…» Не знала, наверное, что пророчествовала Аделаида Герцык. На месте старых могил теперь стоит поликлиника.

***
На моей могиле цветы не растут,
Под моим окном соловьи не поют.
И курган в степи, где мой клад зарыт,
Грозовою тучею смыт.
Оттого, что пока не найден путь,
Умереть нельзя и нельзя уснуть.
И что кто-то, враждуя со мной во сне,
Улыбнуться не может мне.
Август 1920, Судак

Первые несколько месяцев после смерти сестры Евгения чувствовала всё нарастающую боль. Её преодолеть помогла забота о сыновьях Аделаиды и вера в Бога. В письме к философу Николаю Бердяеву Евгения раскрывала свои мысли. Она писала, что смерть любимого человека — вовсе не конец и что даже такое огромное горе может послужить на пользу тому, кто остался на земле. «Ведь смерть — рассуждала Евгения, — то единственное, что совершенно соединяет человека со Христом, и через Него со всеми близкими, оставшимися на земле».

По материалам сети

Аделаида Герцык. Себе. Музыка Л.Новосельцевой. Фотографии из архива семьи Жуковских-Герцык предоставлены Татьяной Никитичной Жуковской, внучкой А.Герцык.

Твоя судьба, твой тайный лик
Зовут тебя в иные страны,
Ни бездорожье, ни туманы
Не заградят последний миг.
Забыла ты, где явь, где сон,
И ищешь здесь не то, что нужно,
И не на то твой взор недужный
С больной любовью устремлен.
Еще так много горных стран
Твоя стопа не преступала
И столько зорь не просияло
Над тишиной твоих полян.
В чужом дому нельзя уснуть,-
Неверный кров жалеть не надо,
Ты выйди утренней прохладой
На одинокий, вольный путь.
Росистой мглой луга блестят,
Мир многолик и изобилен,
Иди вперед, — господь всесилен,
И близок пламенный закат.
Июнь 1913

Биография Аделаиды Герцык

Биография Аделаиды Герцык.

Аделаида Герцык

В библиографии и ссылках в конце находятся ссылки на несколько весьма подробных биографических статей о Аделаиде Казимировне Герцык, также издававшейся под псевдонимом Сирин.

Аделаида Казимировна Герцык (в замужестве Жуковская; 16 февраля 1872, а не 1874 как считалось ранее, Александров Владимирской губернии, Россия — 25 июня 1925, Судак, Крым, Советская Россия, Россия) — русская поэтесса, прозаик, переводчица, также известная под псевдонимом Сирин.

Фамилия Герцык (Herzig) в иностранных источниках, на латинице, может также ошибочно воспроизводится или «транслитироваться» как Gerzyk, Hertzig, Herzich, Gercyk, Gertsyk.

Год рождения

Согласно недавно обнаруженному свидетельству о крещении, найденных в списков рожденных и крещенных Евангелическо-Лютеранского прихода церкви Святых Петра и Павла в Москве, №131 за 1872 г., третьего февраля 1872 года в семь часов в Александрове Владимирской губернии родилась Адела София Иосефина (фон Герцык), законная дочь инженера Казимира Романа фон Герцык, римско-католического вероисповедания, и его жены Софии Августы Екатерины, урожденной фон Тидебёль, евангелическо-лютеранского вероисповедания. Будущая очень православная поэтесса, ценительница русского фольклора, чьё творчество проникнуто народным таинством или мистицизмом родился в семье совершенно русской, то есть данным давно давно обрусевшей и со стороны матери и со стороны отцы, но не кафолической (то есть «православной).

Отец, известный железнодорожный инженер происходил из обедневшего немецко-австрийского рода (von Herzig). Интересно, что сейчас больше всего носителей фамилии живёт в Швейцарии, а ещё в австрийском немецком и баварском herzig значит, приблизительно, милый, симпатичный, приятный. Но также, в другом контексте, хоть и архаично. значит это и мужественный, отважный.

Краткая родословная

Лубны-Герцык в России, судя по современным статьям, также считался и польским родом, возможно из-за слово Лубны (Лубны-Герцык, von Lübben-Herzig), но польскость эта относительна. Lübben находится в земле Бранденбург в своеобразном, с этнографической точке зрения области Нижняя Лужица (Dolna Łužyca, по-немецки Niederlausitz). Фамилия же Герцык (Herzig), как я обнаружил, датируется 1425 годом и первый раз записана в области Herczigenwalde, он же Herzogswaldau, в земельном округе (Landkreis) Bunzlau в Силезии. И да, благодаря необъяснимой «щедрости» Сталина, этот округ в настоящее время находится под польской оккупацией.

Герб округа Bunzlau в Селезии, откуда в начале 1400-х годов пошёл род Herczig, он же Герцык.

Мать Аделаида, София Августа, урождённая Тидебель (von Tideböhl)

Родовой герб Тидебёлей из Генеалогического справочника прибалтийских рыцарских родов 1 (среди представителей рыцарских родов не было, естественно, членов местных диких племен, позднее названных эстами, в советское время эстонцами, латышами или литовцами, которые получили самосознание и чувство собственной важности благодаря большевикам и безумной (псевдо-) «советской» власти, которая все эти этнофашистии, малые и великие, своей щедрой грудью, а точнее за счет русского народа, и вскормила. Рыцарское происхождение Тидебёлей чисто русское. Дворянами они стали в России.

происходит из рода Тидебёлей. Семья von Tideböhl из Померании, из города и округа Грейфсвальд (Greifswald, Лес грифонов, Грифонов лес), Эразм и Иоанн, Иоганн (Erasmus и Johann) Тедебели в 1555 и 1578 годах соответственно «засвечиваются» в документах Грейфсвальдского университета. Тидебёли мужчины — учёные мужи.

Тедебёли в России

Родивщийся в 1711 году я Иоганн Георг Тедебёль был приглашен в Россию. Он приехал в Ревель, гд стал ректором Рыцарской и соборной школы (Рыцарской и домской школы), замечательного учебного заведения, впоследствии давшего России множество славных государственных деятелей и патриотов нашего Отечества. Сейчас, под этнофашистской оккупацией, Ревель называется Таллин (страшно режет слух), а иногда это уродливое название в угоду эстским этнофашистом пишут с двумя комичными «н» как Таллинн. Школа же дала России сотни ученых, военных, борцов за независимость России и культурных деятелей (как тот самый Врангель. Его брат, Николай, блистательный искусствовед, первая в мире величина по русскому искусству и его истории) провидцев, издателей, литераторов, и даже организаторов освободительного движения и казаков (например замечательный Роман Фёдорович фон Унгерн-Штернберг).

Тедебёли, в последствии, были связаны с Ревельской домской школой. Основанная в 1319 году она могла бы считаться старейшей непрерывно работающей школой России, но была закраты под конец первой племенной этнодиктатуры в 1939. Находящаяся в ней сейчас Toomkooli, эстская школа (сейчас говорят эстонская, послесоветское слово, которое коверкает смысл понятия эстонский) и не имеет никакого отношения к старой Ritter- und Domschule zu Reval, которую в XVIII возглавляли Тедебёли. Возможно, после уничтожения «эстонского национального» государства и особождения Эстляндской и Лифляндских губерний от этнофашизма, школу можно будет восстановить как учебное учреждение (Здание стоит на месте, просто в нём поселилось уж совсем инородное тело).

Тедебели в России не потомки тевтонских рыцарей, принесших цивилизацию и учение Христа дикарям на восточном побережье Балтийского моря (для немцев Восточного моря, а для австрияков длительное время Русского моря). Их остзейского дворянство не от тевтонского или ливонского орденов, а от русской монархии. Семья была русскоязычной хоть и сохранила лютеранство.

Максимилиан Андреевич Тедебёль, дед Ады Герцык Сигизмунд Андреевич (замечательное имя для военного), генерал-лейтенант, впоследствии генерал-инженер Тедебёль, двоюродный дед Ады, герой Крымской войны и множества кампаний русской армии, человек исключительной личной храбрости и талантливейший инженер.

Биография Аделаиды Герцык.

Аделаида Казимировна Герцык — в советское время «идеологически неправильная» и загнанная в потёмки неприятного прошлого, отосланная в архивы, преданая и преданная забытию поэтесса. Притом она многогранный, талантливый, высоко эрудированный автор. К счастью, каждый может оценить её сейчас. Она литературное золото — редчайшей пробы.

Герцык не просто заметка в истории культуры нашей страны, а прекрасная поэтесса первой величины. Она — бриллиант в великолепной короне великой русской культуры.

Маленькая Ада (Аделаида Казимировна Герцык)

Ада Герцык росла и воспитывалась вместе с младшей сестрой Евгенией. Сестры была в близких, тёплых отношениях. Без драк, ревности и зависти. Аделаида и Евгения рано потеряли мать, росли с воспитателями под присмотром умного отца, получили прекрасное домашнее образование. Обе девочки, кроме родного русского, знали ещё пять иностранных языков: немецкий, французский, английский итальянский и даже, очень близкий к русскому, польский.

Аделаида завершила формальное образование гимназией, но в дальнейшем она самостоятельно изучала философию, историю, литературоведение, и историю искусства. Видно как не просто с прилежанием, а с жадностью Аделаида поглощала знания.

Литературная деятельность и переводы

Герцык начала публиковаться в 1899, вначале как переводчица и автор небольших литературно-критических и воспоминательных опытов (или сейчас их зовут мемуарными эссе), таких как о Дж. Рёскине (John Ruskin); в 1901 году она издала перевод его книги «Прогулки по Флоренции: Заметки о христианском искусстве» (Mornings in Florence) .

Известна также своими блестящими переводами (ей помогала сестра Женя) работ Фридриха Ницше « Сумерки богов» (1900, Götzen-Dämmerung), «Несвоевременные мысли» или «Несвоевременные наблюдения»( Unzeitgemässe Betrachtungen, 1905) и его стихотворений. С 1904 Аделаида Казимировна сотрудничает с символистским журналом Валерия Брюсова «Весы». Она публикует литературные обзоры и рецензии на новые издания.

Её стихотворения появляются в символистском альманахе «Цветник Ор. Кошница первая» (1907).

Стихи, впоследствии вошедшие в единственный сборник Герцык, «Стихотворения» (1910), встретили восторженный отклик в символистской среде, удостоились высокой оценки Вячеслава Иванова, отметившим близость поэзии Аделаиды Герцык к фольклору, «заплачкам и причитаньям, нашептам и наговорам, приворотным напевам и колыбельным… Речь идёт об атавистически уцелевшей лирической энергии».

Брак с Дмитрием Жуковским

Признаки древних, забытых обрядов, ворожбы, чар, совершаемого таинства в стихотворениях сборника служат фоном для выражения лирических чувств героини, хотя в этой «стихийной» лирике очевидны следы фольклорной стилизации, характерной для русского символизма. В 1908 вышла замуж за Дмитрия Евгеньевича Жуковского (1866-1943) , ученого, политолога левых взглядов, издателя, переводчика философской литературы.

Аделаида Казимировна и Дмитрий Евгеньевич

Сам Дмитрий Евгеньевич из старого русско-польского дворянского рода. Племянник Госсекретаря (Статс-секретаря) Императора, он был в молодости отчислен из Санкт-Петербургского Императорского университета и уехал доучиваться в Гейдельберг. Аделаида помогала мужу редактировать и издавать журнала «Вопросы философии». Среди друзей дома деятели русской культуры первой величины, например Бердяев.

Аделаида Жуковская (Герцык) пишет стихи и прозу, публикуется в периодике. Семья, естественно, не бедствует и может ездить за границу. 5(18 по грегорианскому календарю) августа 1909 года во Фрайбурге Аделаида родила сына Даниила.

Аделаида Герцык с детьми, с Даниилом и Никитой, Судак, начало 20-х годов.

Во время большевистского переворота Аделаида Герцык находилась в Судаке. Она уже не покинула Крым. Там где пережила не только голод и невероятную нищету (одна пара обуви на себя и сына). Она — свидетельница большевистских зверств не избегает и тюремного заключения, описанного ей впоследствии в цикле «Подвальные очерки».

Место захоронения.

Умерла в Судаке и там же была похоронена. Но могилы у Аделаиды Казимировны нет. Советские власти любили разорять кладбища. Это делали и в этносатрапиях вроде Чехословакии, которые существовали исключительно потому, что их «воссоздал» Советский Союз. Но там, уничтожали намеренно «чужую», с точки зрения чешских дикарей, историю. Чешские звери сносили выкорчёвывали «немецкие» и австрийские, притом даже средневековые кладбища — и до сегодняшнего дня не были за это наказаны. До сегодняшнего дня, по крайней мере.

В Советском Союзе — преимущественно в РСФСР и созданной на территории России потешно-искусственной УкрССР, кладбища уничтожали не зверства-ради, а под предлогом каких-то хозяйственных нужд. Например, расширения дороги (так изувечили Волковское кладбище в Санкт-Петербурге. Под дорогой и новой промзоной исчезда могила моё прадеда) или использования кладбищ как карьеров по добыче ценного камня, включая мрамор, так разгромили большую часть кладбищ при Александро-Невской лавре.

Кладбище в Судаке

Старое судакское кладбище было выкорчевано и разгромлено уже в 80-х годах. Что поздно, потому что к середине 70-х годов пыл уничтожения прошлого у захвативших власть врагов России уже приостыл. Могила Аделаиды Казимировны, как и могилы других людей на старом судакском кладбище были одними из последних жертв большевистского режимы. К слову сказать, в России и СССР за годы советской власти было уничтожено 73 844 церкви и монастыре и около 10 000 христианских кладбищ. Кладбищ, конечно, было много больше если считать погосты и разоренные кладбища при церквях, а такими было большинство кладбищ в стране.

При этом, хороший показатель того, под чьё иго действительно попала Россия, не было снесено ни одной синагоги и не пострадало ни одно еврейское кладбище, не считая тех повреждённых во время нацистской оккупации отдельных областей на западе СССР. Справедливости ради, надо отметить, что на территории Белорусской ССР и Запада Укр. ССР много синагог закрыли, но не сносили. Естественно в роли вандалов и злодеев выступала большевистская верхушка, а потом её многонациональная, в РСФСР преимущественно великорусская, номенклатура, а никак не большинство просто еврейского населения с запада и юга Малороссии и из-за черты оседлости, которое к злодеяниям имело отношение только в роли пассивных наблюдателей. Римско-католический церкви, лютеранские церкви, часто именуемые «кирхами» и кирками, а также реформаторские церкви, за исключением бывших прибалтийских губерний и части Белорусской ССР, сломали снесли или переделали под совершенно иногда невероятные цели вроде бассейнов или домов культуры, почти подчистую.

В ДК Работников связи в Ленинграде не все угадают Реформатскую церковь в Санкт-Петербурге. Ей повезло, потому что хоть что-то от неё осталось. В отличии от десятков тысяч русских церквей, взорванных, снесённых под чистую, изгаженных.

Настоящее.

С одной стороны, 1990-91 годах произошла катастрофа сравнимая с той, которую страна пережила между концом 1917 годом и началом 20-х. Катастрофа Первой Мировой войны и большевистского переворота. От страны были оторваны огромные земли, а в Малороссии, Новороссии и прибалтийских губерниях власть и судьбы жителей оказались в руках, или скорее под пятой, этнофашистских диктатур различной степени одичания и мерзости С другой же сторона, Россия в границах Российской Федерации обрела беспрецедентную свободу. И сейчас, Российская Федерация одна из самых свободных стран в мире и, пожалуй самая свободная — за исключением Швейцарии — страна в Европе, а считая земли за Уралом, и самая свободная страна в Евразии (то есть и во всей Европе и в Азии. Повторюсь, за исключением Швейцарии). Это так невзирая на пропаганду коллективного Четвертого рейха и повизгивание пятой колонны.

Аделаида Казимировна Герцык, фотография из собрания Музея Анны Ахматовой (Фонтанный дом), на Литейном.

В это время, без какой-либо «официальной» поддержки, просто по и на инициативе обычных русских людей, началось восстановление справедливости в отношении памяти Аделаиды Казимировны Герцык и её литературного наследия. Официально она игнорируется, но народная поддержка, и соответственно интерес есть. Ведь стихи её замечательные.

Память о Аделаиде Герцык, о легендарном русском Сирине, райской певчей птице, начала века, и её труды словно Феникс восстали из пепла забвения. Аделаиду Казимировну снова издают, и издают много, а это значит, что её, её стихи и переводы, читают.

В Крыму. Аделаида Казимировна Герцык (прекрасная, в середине снимка, в шляпе), рядом с ней, слева, Николай Бердяев, справа сидит сестра Женя, Евгения Герцык, справа от Аделаиды стоит Максимилиан Волошин.

Моё отношение к Аделаиде Герцык

Для себя открыл творчество Аделаиды Казимировны не так давно. Сирин не просто райская птица, а и гениальная поэтесса. Читайте. Нам надо сделать больше для популяризации её имени и сохранения её наследия. Ещё. Ещё мне Аделаиду Казимировну нестерпимо жалко. Но это уже лирика.

Ссылки и библиография

Аделаида Герцык в антологии Молитвы русских поэтов

Преображенское братство. Поэтесса-святая. Замечательная статья о Аделаиде Герцык

Евгения Герцык, Воспоминания. Источник и бумажное издание YMCA-Press 11, rue de la Montagne Ste-Genevieve, Paris 5. 1973 par YMCA-PRЕSS


источники:

http://tunnel.ru/post-zabytye-imena-adelaida-gercyk-1874-1925

http://www.poetry.monster/ru/biografia-adelaidy-gercyk/