Абуали Ибни Сино биография

Абу Али Ибн Сина полная биография, (Авиценна) философия, медицина, стихи

Абу Али ибн-Сина. Звезда Востока

Тысячу лет назад в Бухаре жил гениальный человек по имени Абу Али Хусейн ибн-Абдаллах ибн-Али ибн-Сина (латинизированное — Авиценна) (Avicenna) (ок. 980 — 1037).

Персидский ученый, философ, врач, поэт, музыкант, математик, представитель восточного аристотелизма. Ибн-Сина был ученым-энциклопедистом. Его научное наследие весьма обширно и охватывает все отрасли знания того времени: философию, логику, музыку, поэтику, языкознание, медицину, математику, астрономию, химию, биологию, геологию, и другие. Ибн-Сина негативно относился к астрологии, алхимии и магии.

Через 100 с небольшим лет после его смерти по приказу религиозных фанатиков в Багдаде на главной площади сожгут философские книги Ибн-Сины, а еще через несколько сотен лет в Европе после изобретения печатного станка сразу после Библии напечатают огромные пять томов «Канона врачебной науки».

Абу Али аль Хусейн ибн-Абдаллах ибн-Сина родился в августе 980 года в небольшом селении Афшана близ Бухары. В своей биографии Ибн-Сина писал: «Отец мой был из Балха и приехал оттуда в Бухару во дни правления саманида Нух ибн Мансура и занялся там работой в диване — канцелярии. Ему предоставили управление Хармайсаном, центром одного из бюликов (районов) в окрестностях Бухары. Из Афшаны, одного из ближайших селений, он взял себе в жены мою мать по имени Ситара — звезда. Там же и родились сначала я, а затем мой брат.»

Ибн-Сина принадлежал к населению Средней Азии, говорившему на языке фарси-дари. На этом языке он писал короткие стихи — четверостишья «для отдохновения души…»Отцу Ибн-Сины Абдаллаху и его жене нравилось имя Хусейн. Ими давно было решено назвать первого сына Хусейном, но в благородных домах нужно было дать сыну и кунью — почетное прозвище. «У моего мальчика обязательно будет свой сын, смеялся Абдаллах. Так пусть же не мучается мой мальчик Хусейн. Я уже дал имя его будущему сыну Али. Кунья будет Абу Али». Откуда было знать Абдаллаху, что напрасно он выдумал эту , затею со вторым именем. Не будет у Хусейна сына, и семьи у него своей не будет. А станет скитаться он всю жизнь по караванным путям от города к городу, от правителя к правителю.

Маленький Хусейн был очень любопытным мальчиком. Слово «Почему?» он повторял много раз в день, удивляя и детей и взрослых своей любознательностью. Когда Хусейну исполнилось пять лет, семья переехала в Бухару. Мальчика поместили в начальную мусульманскую школу — мактаб , где он проучился до 10 лет. Хусейн был самым маленьким из пятнадцати учеников хатиба Убайда. Главы из Корана — суры — ученикам школы читались по-арабски. Многие мальчики плохо знали арабский язык. Хусейн сразу подступил к учителю с вопросами, но тот говорил: «Учи Коран. Там на все есть ответы.» Одновременно Хусейн ходил и к другому учителю,который обучал его грамматике , стилистике и арабскому языку.

Однажды Хусейн сказал: «Я выучил весь Коран. Теперь я могу задать свои вопросы?» Учитель обиделся: «Коран учат долгие годы и редким мусульманам, знающим его наизусть, дают почетное звание — хафиз». «Значит я хафиз!» — сказал мальчик. На экзамене Хусейн рассказал все суры, не пропустив ни одного слова. Так не знал Коран даже сам хатиб Убайд. С тех пор Хусейн не ходил в маетаб. К десятилетнему возрасту, то есть к 990 году, будущий великий ученый заканчивает первый, начальный., цикл своего образования. Он поражает всех памятью, цитируя наизусть текст всего Корана, и восхищает знанием арабской литературы. С этого времени Ибн-Сина становится шейхом. Из его собственной биографии: «К десяти годам я изучил Коран и литературную науку и делал такие успехи, что все поражались».

Выдающиеся способности мальчика были рано замечены. После десяти лет отец взял его из школы, и дальнейшее образование подросток получил, занимаясь с приходящими на дом учителями. Он усиленно изучал математику, физику, логику, законоведение, астрономию,философию, географию и многое другое. Обстановка в семье способствовала духовному развитию юноши. Отец Ибн-Сины,человек состоятельный и образованный, был близок к исмаилитам, которые и сделали его своим последователем. (Исмаилиты — противники ортодоксального ислама). Ибн-Сина не принадлежал к исмаилитам, но живоинтересовался содержанием их проповедей. Возможно, от исмаилитов Ибн-Сина, воспринял критическое отношение к Корану. Исмаилитом был и первый учитель, преподававший Ибн-Сине философию и математику. Лбу Абдаллах ан-Натили.

Учение шло столь успешно, что вскоре ученик не только догнал учителя, но и неоднократно ставил его в тупик. В автобиографии Ибн-Сина описывает такой случай: «Я дал такой анализ данного определения, подобного какому он не слыхал. Он удивился мне , как только мог и советовал родителю моему не занимать меня ничем , кроме наук… То же было и с книгой Евклида. пять-шесть теорем я изучил при помощи учителя . а остальные — самостоятельно. Натили оказался не в силах обучать меня. Он сказал : «Читай сам , решай теорему , а затем приходи ко мне и показывай итоги. Тогда я самостоятельно занялся изучением книг много было таких вопросов , которые он до того не знал и научился им от меня».

Если Начала Евклида и Алмагест Птолемея не доставляли юному Ибн Сине больших трудностей, то Аристотелева Метафизика потребовала от него немалых усилий. До сорока раз принимался он за чтение, но не мог постигнуть глубины ее содержания, пока не натолкнулся у книготорговца на сочинение ал-Фараби «О целях метафизики», комментария к труду Аристотеля. «Я вернулся домой, – рассказывает Ибн Сина в Жизнеописании, – и поспешил ее прочесть, и тотчас же раскрылись для меня цели книги, так как я знал ее наизусть». В эти же годы написал первые самостоятельные трактаты и даже вступил в научную переписку-полемику с ал-Бируни.

Медициной Ибн-Сина заинтересовался очень рано. Не имея еще 12 лет от роду , Ибн-Сина , согласно традиции , занялся ее изучением по совету знаменитого врача и философа Абу Салаха ал-Масихи. «Затем я пристрастился к науке врачевания , — говорится в автобиографии , — и стал читать книги посвященные ей. А медицинская наука не из трудных наук , и , конечно , я преуспел в ней в кратчайшее время так , что известные врачи того времени стали приходить ко мне за советом. Посещал я и больных , и в результате достигнутого мною опыта открылись передо мной такие врата исцеления . что это не поддается описанию. А было мне в это время шестнадцать лет».

Изучал медицину ибн-Сина под руководством Абу-л-Мансура Камари , известного бухарского медика , автора ряда научных трудов. Обучение у Камари продолжалось не долго. ибн-Сина быстро начинает заниматься самостоятельной практикой и вскоре становится настолько известным врачом , что его приглашают во дворец для лечения тяжело заболевшего эмира Бухары Нуха ибн-Мансура. В автобиографии Ибн-Сина вспоминает : «Однажды эмир заболел и врачи не могли определить его болезнь. Имя мое было им известно . и они рассказали эмиру обо мне и попросили вызвать меня. Я явился и участвовал вместе с ними в лечении и отличился на этой службе ему». Чем болел эмир Бухары , и как его лечил Ибн-Сина , точно не известно. Известно лишь , что лечение помогло , и Нух ибн-Мансур благополучно правил Бухарой еще год. Известно также , что в благодарность за излечение Ибн-Сина получил доступ в знаменитое книгохранилище Саманидов. Бухарская библиотека — одно из крупнейших собраний книг того времени. Сам ибн-Сина считал работу в Бухарской библиотеке важнейшим этапом в своей жизни. Здесь завершилось его образование и началось самостоятельное творчество. Библиотекой Саманидов Ибн-Сина пользовался несколько лет. Возможно , именно во время работы в Бухарской библиотеке у него зародилась идея создать обобщающий труд по медицине , где можно было бы найти название болезни со всеми ее признаками , а также указание на то , отчего она возникает и как ее можно излечить. Для этой цели Ибн-Сина делал необходимые выписки из различных книг, а затем периодически обобщал их.

Количество работ И.С. различными авторами указывается разное. Некоторые историки называют количество 132 и еще в соавторстве с другими учеными. По другим мнениям, И.С. оставил после себя более 456 трудов на арабском языке и 23 — на фарси в самых разных областях. (В том числе работы по медицине и натурфилософии — всего около 40, 30 — было посвящено естествознанию, более 60 трудов — по логике и психологии, около 10 — по астрономии и алхимии). Первый труд И.С. «Сводная книга» был опубликован им в возрасте 21 год. Свободолюбивые взгляды и независимый характер Ибн Сины вызывали ненависть к нему высокопоставленного мусульманского духовенства. Постоянная угроза заточения и угроза жизни вынуждали Ибн Сину менять место жительства и покровителей. В 1002–1005 находился в Хорезме, в «Академии Мамуна» – сообществе прославленных ученых. Тут его стали называть «князем врачей». С 1008 года, после отказа поступить на службу к султану Махмуду Газнев , Ибн Сина вынужден был вести жизнь скитальца, зависящую от милости и капризов эмиров и султанов, последствий дворцовых интриг.

Некоторые работы он писал в седле во время своих долгих переездов. В 1030, во время нападения на Исфахан наместника газневидского султана Масуда, дом Ибн Сины был ограблен, и многие его труды пропали, в том числе рукопись философской энциклопедии в двадцати томах «Ал-Инсаф» («Справедливость»).

Произведения Авиценны.
К кругу мистических произведений ибн Сины относятся «Книга о птицах», «Книга о любви», «Книга о сущности молитвы», «Книга о смысле паломничества», «Книга об избавлении от страха смерти», «Книга о предопределении».

Медицина.
«Канон врачебной науки» («ал-Канун фи-т-тибб»)
Точная дата завершения работы над «Каноном» не установлена. Предположительно это 1020 год. Переведенный на латынь, стал широко известен в Европе с 12 в. Явился одним из руководств, выдержавших более тридцати изданий, по нему велось преподавание медицины в университетах Европы в течение пяти веков. Когда был изобретен печатный станок , «Канон» оказался среди первых печатных книг , и по числу изданий соперничал с Библией. Это сочинение энциклопедического характера, в котором предписания античных медиков осмысленны и переработаны в соответствии с достижениями арабской медицины. В этом состоящем из 5 томов фундаментальном труде собраны сведения по фармакологии, дается детальное описание сердца (первое начало), печени (второе начало), мозга (также второе начало), опровергается мнение о том, что источником зрения является хрусталик, и доказывается, что изображение предмета дает сетчатка. Авиценна устанавливает различия между чумой и холерой, плевритом и воспалением легких, дает описание проказы, диабета, язвы желудка и т.д. В «Каноне» Ибн Сина предположил, что заболевания могут вызываться какими-то мельчайшими существами. Он первый обратил внимание на заразность оспы, отделив её от других болезней, изучил ряд других заболеваний.

Опытный хирург, ибн Сина дал подробное анатомическое описание человека, но особый его вклад состоял в исследовании и описании деятельности головного мозга.
«Лекарственные средства» («Ал-Адвият ал калбия») — написан во время первого посещения Хамадана. В произведении подробно приведены роль сердца в возникновении и проявлении пневмы, особенности диагностики и лечения заболеваний сердца.
«Удаление вреда от разных манипуляций посредством исправлений и предупреждений ошибок» («Дафъ ал-мазорр ал куллия ан ал-абдон ал инсония би-тадорик анвоъ хато ан-тадбир»).
«О пользе и вреде вина» («Сиёсат ал-бадан ва фазоил аш-шароб ва манофиъих ва мазорих») — самый короткий трактат Ибн Сины.
«Поэма о медицине» («Урджуса фит-тиб»).
«Трактат о пульсе» («Рисолайи набзийа»).
«Мероприятия для путешественников» («Фи тадбир ал-мусофирин»).
«Трактат о сексуальной силе» («Рисола фил-л-бох») — описаны диагностика, профилактика и лечение сексуальных нарушений.
«Трактат о уксусомёде» («Рисола фи-с-сиканджубин») — описаны приготовление и лечебное применение различных по составу смесей уксуса и мёда.
«Трактат о цикории» («Рисола фил-хиндабо»).
«Кровеносные сосуды для кровопускания» («Рисола фил-урук ал-мафсуда»).
«Рисола-йи жудия» — описываются лечение заболеваний уха, желудка, зубов. Кроме этого в нём описаны проблемы гигиены. Некоторые исследователи оспаривают авторство Авиценны.
«Книга исцеления» («Китаб аль-Шифа»)
Написанный на арабском энциклопедический труд посвящён логике, физике, биологии, психологии, геометрии, арифметике, музыке, астрономии, а также метафизике.

Философия.
Как философ ибн Сина принадлежал к направлению «фалсафы», восточного перипатетизма. Много сделал для выработки философского словаря на арабском и персидском языках.

На фарси свои философские взгляды ибн Сина изложил в произведении «Книга знания» («Даниш-намэ») также является энциклопедией, значительную часть которой составляет «Книга о душе». Под названием Liber de Anima она получила известность в Европе уже в середине 12 в., когда была переведена на латинский язык Домиником Гундисальви. В настоящее время насчитывается 50 рукописей латинского перевода, первое издание которого было осуществлено в Падуе в 1485. Ему же принадлежат стихотворения на персидском языке, большей частью в форме рубаи.

Подводящее итоги его философских размышлений сочинение – «Указания и наставления» (ал-Ишарат ва-т-танбихат), написанное примерно в 1035–1036. Его «суфийские» сочинения: «Трактат о Хайе, сыне Якзана», «Послание о птицах», «Салман и Абсаль» и др. Философская энциклопедия в двадцати томах «Ал-Инсаф» («Справедливость»).

В понимании предмета метафизики ибн Сина следовал Аристотелю и сыграл большую роль в распространении и популяризации его учения и в развитии рационального мышления. Вслед за ал-Фараби Ибн Сина различает возможно сущее, существующее благодаря другому, и абсолютно необходимо сущее, существующее благодаря себе. Ибн Сина утверждает совечность мира Творцу. Творение в вечности Ибн Сина объяснял с помощью неоплатонического понятия эманации, обосновывая таким образом логический переход от первоначального единого к множественности тварного мира. Однако в отличие от неоплатонизма он ограничивал процесс эманации миром небесных сфер, рассматривая материю не как конечный результат нисхождения единого, а как необходимый элемент любого возможного бытия. Космос делится на три мира: материальный мир, мир вечных несотворенных форм, и земной мир во всем его многообразии. Индивидуальная душа образует с телом единую субстанцию, обеспечивающую целостное воскрешение человека; носителем философского мышления выступает конкретное тело, предрасположенное к принятию разумной души. Абсолютная истина может быть постигнута посредством интуитивного видения, которое предстаёт кульминацией процесса мышления.

Отстаивая и развивая философскую систему Аристотеля, ибн Сина уделял в своих трудах значительное внимание логике, учению о причинности, первой причине, материи и форме, познании, категориях, принципах организации мысли и знания. В учении Ибн Сины постоянно присутствуют два подхода в описании мира: физический и метафизический. Когда он рассуждает как «физик», то рисует картину сущего в категориях движения, пространства, времени, естественного детерминизма, располагает сущее в порядке от простого к сложному, от неживого к живому и заканчивает наиболее сложным организмом, наделенным разумом, – человеком. В этой картине разум рассматривается как тесно связанный с телом, с материей: «Души возникают тогда, когда возникает телесная материя, годная для того, чтобы ею пользовалась душа» (Книга о душе). Эта материя – мозг, разным отделам которого соответствуют разные психические процессы. «Хранилище общего чувства есть сила представления, и она расположена в передней части мозга. Вот почему, когда эта часть повреждена, сфера представления нарушается. Хранилищем того, что воспринимает идею, является сила, называемая памятью, и она расположена в задней части мозга. Средняя часть мозга создана в качестве места силы воображения». Рассматривая разные психические состояния и явления: сон, сновидения, способность внушения, предсказания, пророчества, размышляя о таинствах и чудесах, Ибн Сина призывал «раскрыть причину всего этого, исходя из законов природы».

Когда же ибн Сина рассуждал как метафизик, то строил картину мира, начинающуюся с предельных, наиболее общих понятий: первичной, непосредственно данной идеи бытия и понятия Единого (первоединого, Бога), дающего в наиболее общем виде представление о существующем и выражающего монистический (монотеистический) взгляд на сущее в целом. «Первое не имеет ни подобия, ни противоположности, ни рода, ни видового отличия, ни определения. Нельзя указать на него, кроме как при помощи гносиса (Указания и наставления).

Концепция строго упорядоченного мира, подчиненного законам детерминизма, является одним из центральных пунктов философии Авиценны. Ряд причинной зависимости, восходящих одна к другой порождающих причин заканчивается первой причиной, которая, являясь активным началом (воля), высвобождает свою потенциальность, в результате чего, опосредованный рядом ступеней, возникает множественный тварный мир. Решая проблему не только действительности мира, но и его независимости от Творца, Ибн Сина главное внимание уделял теме возможного и необходимого. Основная идея арабоязычных перипатетиков – идея мира, в возможности уже содержащегося в Едином и в силу этого совечного Творцу. Придерживаясь перипатетической традиции в учении о причинности, Ибн Сина отказался от жесткого детерминизма: существование возможносущего не является необходимым само по себе и становится таковым в результате изменения воли необходимосущего как Первой причины, дающей начало последующему ряду сущих и делающей их необходимыми. Первое, Первоначало – это единственное, что изначально необходимо само по себе. Все остальное является производным от него и потому лишь возможным. Но поскольку имеется причина, реализующая возможность, последняя становится в свою очередь необходимостью и как таковая – необходимой причиной следующего порождения. Таким образом, Первая причина является только первым толчком, в дальнейшем мир сущего определяется причинной зависимостью внутри него самого.

Другим важным пунктом философии Ибн Сины является «Учение о душе». Отмечая непременную связь разума с телесной материей, Ибн Сина, в отличие от Аристотеля, интересовался разумом также и как особой, нетелесной субстанцией, которая, существуя в теле, отлична от него и доминирует над ним; она не просто форма, существующая в телесном субстрате, она не присоединяется к телу, а (в терминологии перипатетизма) создает человеческое тело как творец, является причиной тела. «Потенциальный» разум благодаря обучению, овладению знаниями становится «актуальным». Достигая высшей ступени, постигая абстрактные формы, приобретая силу «активного» интеллекта, он становится «приобретенным».

На этой ступени работа разума может уже не зависеть от внешних впечатлений и даже состояния тела; мышлению о мышлении связь с телом, с материей скорее мешает. Такой разум не нуждается в изучении умопостигаемых сущих – он постигает их непосредственно, интуитивно. «В приобретенном разуме человеческая потенция уже уподобляется первым началам всего сущего» (О душе). Человек – свободное, суверенное существо. Его разум не только восприемник внешних впечатлений, но и целенаправленный субъект, проецирующий идеи. Независимость разума от тела Ибн Сина доказывал его неделимостью, а также способностью к деятельности и даже ее усилением при ослаблении деятельности тела, чувств и пр. Ярким аргументом в пользу нетелесности разума является описанный Ибн Синой интроспективный опыт, образ так называемого «парящего человека». «Если представить, что твоя сущность сразу создана со здравым разумом и совершенной формой, и допустить, что ее части скрыты от взора и члены не соприкасаются, а отделены друг от друга и висят некоторое время в открытом воздухе, то тогда ты найдешь, что она забывает обо всем, кроме утверждения своей индивидуальности», состоящей в разуме (Указания и наставления).

В этом переживании человек сознает, что «я есть я, даже если я не знаю, что у меня есть рука, нога или какой-либо иной орган», «я оставался бы я, даже если бы их не было» (О душе). В качестве нетелесной душа бессмертна, в качестве внутрителесной – индивидуальна, и притом навечно (концепция индивидуального бессмертия). Соответственно и знание человека о самом себе (интроспекция) неустранимо индивидуально. На такое понимание Ибн Синой разума и форм познания оказал влияние суфизм и личный опыт «тариката» (суфийского пути к Богу). Это нашло отражение и в его чисто «суфийских» сочинениях: «Трактат о Хайе, сыне Якзана», «Послание о птицах», «Салман и Абсаль» и др.

В 999 году умер отец — Абдаллах ибн Хасан , и на плечи Ибн-Сины легла забота о близких. Но к семье бывшего исмаилита власти относились с подозрением , положение Ибн-Сины было непрочно и даже опасно , и он принял решение переехать в Гургандж , столицу Хорезма.

До самой смерти Ибн-сина не смог вернуться на родину, скитаясь по чужбине из одного города в другой. Он побывал у властителей Хорезма, Абиверда, Нишапура, Туса, Гургана, Рея, Хамадана, Исфагана. Испытывал лишения и поднимался к вершинам власти, то становился визирем, то попадал в тюрьму, жил и в роскоши и в нищете, но не на один день не прекращал творческой и научной работы. Имущество его не один раз было разграблено, погибла его библиотека, в том числе рукопись философской энциклопедии в двадцати томах «Ал-Инсаф» («Справедливость»).

Умер Абу Али Хусейн ибн-Сина 24 июня 1037 года. Его похоронили в Хамаране (Иран), возле городской стены , но по прошествии 8 месяцев прах Ибн-Сины был перевезен в Исфахал и погребен в мавзолее Ала ал-Даула.

Ибн-Сина является поистине величайшим учёным, воспитавшим целую плеяду одарённых философов. Он является человеком, сочетавшим в себе две социальные роли – мудреца- наставника и государственного деятеля, тем самым, воплощая в себе идеал, возникший впервые в творческом воображении Платона. Авиценна притягивал к себе многих просвещённых людей в средневековом мусульманском мире,- идеала учёного, стоящего во главе «образцового города».

Биография -> Абу Али Хусейн ибн Абдаллах ибн Сина (перс. bu ali hossein ebn-e abdallah ebn-e sina, тадж. Абуалй Хуссайн ибни Абдулло ибни Сино) Ибн Сина (перс. ebn-e sina, тадж. Ибни Сино — отсюда «Авиценна») (цитаты)

Абу Али Хусейн ибн Абдаллах ибн Сина (перс. bu ali hossein ebn-e abdallah ebn-e sina, тадж. Абуалй Хуссайн ибни Абдулло ибни Сино) Ибн Сина (перс. ebn-e sina, тадж. Ибни Сино — отсюда «Авиценна»). Миниатюра.

(18 июня 980 года, село Афшана близ Бухары — 16 августа 1037г, г. Хамадан)

В его честь Карл Линней назвал род растений семейства Акантовые — Авиценния. В Таджикистане в его честь названы Таджикский государственный медицинский университет и горная вершина, ранее известная как Пик Ленина.

Мальчик с раннего возраста проявлял исключительные способности и одарённость. Уже к десяти годам он знал наизусть почти весь Коран. Затем его отправили изучать мусульманское законоведение в школу, где он был самым младшим. Но вскоре даже самые взрослые из слушателей школы оценили ум и знания мальчика и приходили к нему советоваться, хотя Хусейну только исполнилось 12 лет. Позже он изучал логику и философию, геометрию и астрономию под руководством приехавшего в Бухару учёного Абу Абдаллаха Натили. С 14 лет юноша начал заниматься самостоятельно. И геометрия, и астрономия, и музыка ему давались легко, пока он не познакомился с «Метафизикой» Аристотеля. В автобиографии он упоминал, что несколько раз прочитал этот труд, но не смог понять его. Помогла в этом книга Аль-Фараби с комментариями к «Метафизике». В 16 лет Ибн Сину пригласили лечить самого эмира Бухары. В автобиографии Авиценна писал: «Я занялся изучением медицины, пополняя чтение наблюдениями больных, что меня научило многим приёмам лечения, которые нельзя найти в книгах».

После взятия Бухары тюрками и падения династии Саманидов в 1002 году Ибн Сина направился в Ургенч, ко двору правителей Хорезма. Тут его стали называть «князем врачей». В 1008 г. после отказа Ибн Сины поступить на службу к султану Махмуду Газневи благополучная жизнь сменилась годами скитания. Некоторые работы он писал в седле во время своих долгих переездов.

В 1015—1024 гг. жил в Хамадане, сочетая научную деятельность с весьма активным участием в политических и государственных делах эмирата. За успешное лечение эмира Шамс ад-Давла он получил должность везира, но нажил себе врагов в военных кругах. Эмир отклонил требование военных предать Ибн Сину казни, но принял решение сместить его с занимаемой должности и выслать за пределы своих владений. Через сорок дней с эмиром случился очередной приступ болезни, который заставил его отыскать ученого и вновь назначить своим министром.

После смерти эмира за попытку перейти на службу к правителю Исфахана на четыре месяца он был заточен в крепость. В последние годы жизни служил в Исфахане при дворе эмира Ала ад-Давла. Перед смертью он приказал отпустить всех своих рабов, наградив их, и раздать всё своё имущество беднякам.

Ибн Сина был учёный, одержимый исследовательским духом и стремлением к энциклопедическому охвату всех современных отраслей знаний. Философ отличался феноменальной памятью и остротой мысли.

Лекарство для бессмертия

По преданию, почувствовав близкий конец, Ибн Сина решил дать бой смерти. Он приготовил 40 снадобий, которые надлежало последовательно применить в случае его смерти, и продиктовал правила их использования своему самому верному ученику. После смерти Ибн Сины ученик приступил к оживлению, с волнением замечая, как немощное тело старца постепенно превращается в цветущее тело юноши, появляется дыхание, розовеют щёки. Оставалось последнее лекарство, которое нужно было влить в рот и оно бы закрепило жизнь, восстановленную предыдущими снадобьями. Ученик был так поражён произошедшими изменениями, что выронил последний сосуд. Спасительная смесь ушла в глубину земли и через несколько минут перед учеником лежало дряхлое тело учителя [2].

Написанный на арабском энциклопедический труд «Книга исцеления» («Китаб аль-Шифа») посвящён логике, физике, биологии, психологии, геометрии, арифметике, музыке, астрономии, а также метафизике. «Книга знания» («Даниш-намэ») также является энциклопедией.

Труды по медицине

Абу Али Хусейн ибн Абдаллах ибн Сина. Латинская копия «Канона врачебной науки»

Основные медицинские произведения Ибн Сины:

* «Канон врачебной науки» («Китаб ал-Канун фи-т-тибб») — сочинение энциклопедического характера, в котором предписания античных медиков осмысленны и переработаны в соответствии с достижениями арабской медицины. В «Каноне» Ибн Сина предположил, что заболевания могут вызываться какими-то мельчайшими существами. Он первый обратил внимание на заразность оспы, определил различие между холерой и чумой, описал проказу, отделив её от других болезней, изучил ряд других заболеваний. Существует множество переводов «Канона врачебной науки» на латинский язык.
* «Лекарственные средства» («Ал-Адвият ал калбия») — написан во время первого посещения Хамадана. В произведении подробно приведены роль сердца в возникновении и проявлении пневмы, особенности диагностики и лечения заболеваний сердца.
* «Удаление вреда от разных манипуляций посредством исправлений и предупреждений ошибок» («Дафъ ал-мазорр ал куллия ан ал-абдон ал инсония би-тадорик анвоъ хато ан-тадбир»).
* «О пользе и вреде вина» («Сиёсат ал-бадан ва фазоил аш-шароб ва манофиъих ва мазорих») — самый короткий трактат Ибн Сины.
* «Поэма о медицине» («Урджуса фит-тиб»).
* «Трактат о пульсе» («Рисолайи набзийа»).
* «Мероприятия для путешественников» («Фи тадбир ал-мусофирин»).
* «Трактат о сексуальной силе» («Рисола фил-л-бох») — описаны диагностика, профилактика и лечение сексуальных нарушений.
* «Трактат о уксусомёде» («Рисола фи-с-сиканджубин») — описаны приготовление и лечебное применение различных по составу смесей уксуса и мёда.
* «Трактат о цикории» («Рисола фил-хиндабо»).
* «Кровеносные сосуды для кровопускания» («Рисола фил-урук ал-мафсуда»).
* «Рисола-йи жудия» — описываются лечение заболеваний уха, желудка, зубов. Кроме этого в нём описаны проблемы гигиены. Некоторые исследователи оспаривают авторство Авиценны.

Копия рукописи «Канон врачебной науки» (Аль-Ганун Фи ат-Тибб) Ибн Сины 1030 года, сделанная в 1143 в Багдаде. Институт рукописей Национальной Академии Наук Азербайджана в Баку

Абу Али Хусейн ибн Абдаллах ибн Сина. Копия рукописи «Канон врачебной науки».

Абу Али Хусейн ибн Абдаллах ибн Сина. Копия рукописи «Канон врачебной науки».

Абу Али Хусейн ибн Абдаллах ибн Сина. Копия рукописи «Канон врачебной науки».

Абу Али Хусейн ибн Абдаллах ибн Сина. Копия рукописи «Канон врачебной науки».

Могила Авиценны в Хамадане, Иран

Могила Авиценны изнутри, Хамадан, Иран

В понимании предмета метафизики Ибн Сина следовал Аристотелю. Вслед за Аль-Фараби Ибн Сина различает возможно сущее, существующее благодаря другому, и абсолютно необходимо сущее, существующее благодаря себе. Ибн Сина утверждает совечность мира Творцу. Творение в вечности Ибн Сина объяснял с помощью неоплатонического понятия эманации, обосновывая таким образом логический переход от первоначального единого к множественности тварного мира. Однако в отличие от неоплатонизма он ограничивал процесс эманации миром небесных сфер, рассматривая материю не как конечный результат нисхождения единого, а как необходимый элемент любого возможного бытия. Космос делится на три мира: материальный мир, мир вечных несотворенных форм, и земной мир во всем его многообразии. Индивидуальная душа образует с телом единую субстанцию, обеспечивающую целостное воскрешение человека; носителем философского мышления выступает конкретное тело, предрасположенное к принятию разумной души. Абсолютная истина может быть постигнута посредством интуитивного видения, которое предстаёт кульминацией процесса мышления.

К кругу мистических произведений Ибн Сины относятся «Книга о птицах», «Книга о любви», «Книга о сущности молитвы», «Книга о смысле паломничества», «Книга об избавлении от страха смерти», «Книга о предопределении».

Ему же принадлежат стихотворения на персидском языке, большей частью в форме рубаи.

Находясь в Гургане, Ибн Сина написал трактат об определении долготы этого города. Ибн Сина не смог воспользоваться тем методом, которым пользовались Абу-ль-Вафа и аль-Бируни, и предложил новый метод, состоящий в измерении кульминационной высоты Луны и её сравнении с высотой в Багдаде путём вычислений по правилам сферической тригонометрии.

В «Книге о способе, предпочитаемом другим способам при конструировании наблюдательного инструмента», Ибн Сина описал изобретенный им наблюдательный инструмент, который по его мнению, должен был заменить астролябию; в этом инструменте для уточнения измерений впервые применялся принцип нониуса.

* Ибн Сина. Даниш-намэ. Книга знания. Сталинабад, 1957.
* Ибн Сина. Канон врачебной науки. В 5 т. Ташкент, 1956-60.
* Ибн Сина. Математические главы «Книги знания». Душанбе, 1967.
* Ибн Сина. Послание о любви. Тбилиси: Мецниереба, 1976.
* Ибн Сина. Избранное. М.: Книга, 1980.
* Ибн Сина. Избранные философские произведения. М.: Наука, 1980.
* Аль-Бируни и Ибн-Сина. Переписка. Ташкент: Фан, 1973.

* Ахадова М. А. Арифметическая часть «Книги знания» Ибн Сины. Геометрическая часть «Книги знания» Ибн Сины. Учёные записки Бухарского госпединститута, 12, 1964.
* Петров Б. Д. Ибн Сина (Авиценна) М., Медицина 1980.
* Джибладзе Г. Н. Системы Авицены: Абу Али Ибн-Сина. Экзотерический очерк. (Некоторые обобщения и материалы). Тбилиси, 1986.
* Диноршоев М. Натурфилософия Ибн Сины. Душанбе, 1985.
* Завадовский Ю. Н. Абу Али Ибн Сина: Жизнь и творчество. Душанбе, 1980.
* Лютер И. О. Метафизика Ибн Сины: угол — отношение, качество, положение или всё-таки количество? Историко-математические исследования, 8(43), 2003, с. 278—302.
* Шидфар Б. Я. Ибн Сина. М., 1981.
* Сагадеев А. В. Ибн Сина (Авиценна). М., 1985.
* Gardet L. La pense religieuse d Avicenne (Ibn Sina). Paris, 1951.
* Nasr S.H. Three Muslim Sages. Avicenna. — Suhrawardi — lbn Arabi. Cambridge (Mass.), 1964.
* Morewedge P. The metaphysica of Avicenna. London, 1973.

Абу Али Хусейн ибн Абдаллах ибн Сина.

Ибн Сина, Абу Али Хусейн ибн Абдаллах (латинизированное имя — Авиценна), арабский философ и врач, знаменитый ученый-энциклопедист мусульманского мира, последователь Аристотеля. Родился около Бухары в селе Афтана в 980 г. Начав с изучения богословия, он позднее познакомился со светскими науками (математика, философия, медицина) и к 20 годам стал крупным и известным ученым.

После падения Сасанидов Авиценна до конца жизни странствовал по дворам удельных персидских князей, становясь их придворным лекарем. Он был большим авторитетом для своих коллег — европейских врачевателей.

Труд всей жизни Авиценны — медицинская энциклопедия в 5 частях — «Канон медицины». Книга приобрела мировую известность и многократно переводилась на европейские языки. «Канон врачебной науки», представляющий собой обобщение взглядов и опыта греческих, римских, индийских и среднеазиатских врачей, переиздавался на латинском языке около 30 раз и на протяжении многих веков был обязательным врачебным руководством в Европе и странах Востока.

Мусульманские богословы подчас обвиняли Авиценну в ереси и атеизме. Его философские и естественно-научные трактаты пользовались большой популярностью на Востоке и на Западе в течение ряда столетий. Сегодня многие труды по философии и естествознанию утрачены. Сохранились немногочисленные стихи на арабском языке и на фарси. Основная тема его поэтического творчества — вечность материи, гимн просвещению и науке.

Авиценна оказал большое влияние на классическую иранскую литературу, в меньшей мере — на арабскую, узбекскую и, в некоторой степени, на средневековую еврейскую литературы. С его повестью «Живой, сын Бодрствующего» некоторые исследователи связывают создание «Божественной комедии» Данте. Умер в 1037 г.

Ибн Сина. Кто он, этот уникальный человек?
Карина Ферапонтова
http://vsiaco.org.ua/post127687057/?upd

Абу Али Хусейн ибн Абдаллах ибн Сина.

Свыше тысячи лет назад (около 980-1037) в Бухаре жил гениальный человек по имени Абу Али Хусейн ибн Абдаллах ибн Сина. Непривычно длинное имя. И, конечно, более знакомо его латинизированное произношение – Авиценна.

Кто он, Ибн Сина? Врачи говорят, что он – великий врач. Математики считают его известным астрономом и математиком. Литераторы добавляют, что Ибн Сина к тому же поэт и писатель. И это еще не все. Музыканты считают его теоретиком музыки, философы – великим мыслителем. И все они правы.

Авиценна – иранец по происхождению. Его биография, дошедшая до наших дней, написана им самим. Она включает в себя первые 30 лет жизни. Затем описывать жизненный путь Авиценны продолжил его ученик – ал-Джузджани. Первые навыки образования мальчик получил еще от своего отца – чиновника, принадлежавшего к исламистам. Способности ребенка оказались незаурядными, жажда к знаниям безгранична. К 10 годам он наизусть знал Коран и освоил словесные дисциплины (грамматику, поэтику, литературу, историю).

Авиценна работал почти во всех областях знания. Он не только в совершенстве знал теорию, но и успешно применял свои знания на практике. В возрасте 17 лет Ибн Сина как врач пользовался такой славой, что был приглашен ко двору Нуха ибн Мансура, который долго болел, и придворные врачи ничем не могли ему помочь. Ибн Сина вылечил правителя. И в благодарность ему было позволено пользоваться дворцовой библиотекой, лучшей и богатейшей на всем Ближнем Востоке. Ему удалось невероятно расширить свои познания.

Но почему через 100 с небольшим лет после смерти Ибн Сины по приказу религиозных фанатиков сжигают его философские книги? А еще через несколько сотен лет, в 1593 в Европе печатают (сразу после Библии) четыре огромных тома «Канона врачебной науки».

Работая в области психологии, будучи материалистом, он впервые попытался связать деятельность отдельных частей мозга. Кроме других наук, Авиценна интересовался и ботаникой, потому что врачу необходимо разбираться в растениях, имеющих целебные свойства. Карл Линней, учитывая заслуги Ибн Сины в этой области науки, назвал его именем вечнозеленое тропическое растение Авиценния.

О многих книгах Авиценны мы знаем только понаслышке. Авиценна первым, за шесть веков до Декарта, записал в «Ишарат»: «Я мыслю, и это значит, что я существую». Этот культ разума, который по сути противопоставлен всесилию ислама, был проявлением прогрессивной тенденции в сложном мировоззрении Ибн Сины. Ученый считал, что мир по своей сущности материален и вечен. Загробную жизнь он признавал только в чисто духовном смысле.

Его не раз бросали в темницу и грозили мечом палача. Он скрывался, бродил по пустыне, сидел в заточении, участвовал в походах, занимался государственными делами, снова скрывался, но всегда работал, писал.

Надо признать, что обвинители Ибн Сины сумели разобраться и в его иносказаниях, и в его противоречиях. Авиценна верил в Аллаха и не мог в свой век не верить в него. Но он превратил Аллаха в такую опустошенную субстанцию, которая существует, но не действует, поскольку извечный мир живет по своим законам.

«Я не могу прожить час, – говорил Авиценна, – не узнав немного нового. Я должен постоянно узнавать новое о мире, иначе я просто не могу жить». Он спешил жить, памятуя о бренности жизни:

Плохо, когда сожалеть о содеянном станешь.
Прежде чем ты, одинокий, от мира устанешь,
Делай сегодня то дело, что выполнить в силах.
Ибо возможно, что завтра ты больше не встанешь.

В 1023 году ученый переехал в Исфахан, где создал свою энциклопедию на персидском – «Книгу знаний». Кто же он – вечный скиталец, то министр, то визирь, то арестант в заточении? Ответ знал только он сам. Или не знал.

Напряженный труд и скитания надломили организм Ибн Сины. Он умер от колита в июле 1037 года.

В честь 1000-летия со дня его рождения (по лунному календарю) коллектив Института востоковедения приступил к переводам его трудов с арабского на русский и узбекский. Эта грандиозная работа была завершена публикацией в 1956-1960 годах полного текста «Канона» на обоих языках.

Абу Али Хусейн ибн Абдаллах ибн Сина.

ИБН-СИНА (Авиценна)
собственно Абу-Али ад-Гусейн Ибн-Абдаллах Ибн-Сина — знаменитый арабский философ и врач; род. 980 г. в Афшеме, в Бухаре; изучал в Бухаре математику, астрономию, философию и медицину, был придворным врачом саманидских и даилемитских султанов, некоторое время был визирем в Гамадане, поселился затем в Испагани и умер во время похода эмира Ала-ед-Даула в Гамадан в 1037 году.

А. оставил множество сочинений, между которыми особенной известностью пользовался «Канон» (Kanun fi’l Tibb), где изложена его система медицины, в главных чертах имеющая много общего с системою Галена. Арабский текст «Канона» издан полностью только однажды (4 т., Рим, 1693), но существует множество переводов его на латинский язык. Самый тщательный из них принадлежит Племпию (Львов, 1658).

Кроме того, в латинском переводе изданы многие другие медицинские и философские сочинения А.

Особенное внимание схоластиков обратило на себя сочинение А. о метафизике (служащее, собственно, комментарием к метафизике Аристотеля), в котором А. выказал себя вполне самостоятельным мыслителем. Ср. Гезера, «Lehrbuch der Geschichte der Medicin» (3-е изд. т. I, Iena, 1875).

Ф.А.Брокгауз и И.А.Ефрон. Энциклопедический Словарь

Ибн Сина Абу Али Хусейн ибн Абдаллах

Абу Али Хусейн ибн Абдаллах ибн Сина.

Ибн Сина, Абу Али Хусейн ибн Абдаллах (латинизированное — Авиценна) (980, с. Афшана, близ Бухары, — 18.6.1037, Хамадан), ученый, философ, врач, представитель восточного аристотелизма. Жил в Средней Азии и Иране, занимал должности врача и везира при различных правителях. Главные философские труды — «Книга исцеления» (в сокращенном изложении — «Книга спасения»), «Книга указаний и наставлений»,» Книга знания» (на языке фарси).

Философия И. С. продолжает традиции восточного аристотелизма в области метафизики, гносеологии и логики, отчасти — онтологической концепции неоплатонизма. И. С. отрицает сотворенность мира во времени, объясняя его как вневременную эманацию бога — «первой причины» (ср. «Единое» Плотина), из которого в иерархическом порядке истекают разумы, души и тела небесных сфер.

Т. о., «универсальный разум» и «мировая душа» неоплатонизма дробятся у него на отдельные разумы и души согласно аристотелевской космологической схеме. Один бог, по И. С., обладает абсолютным существованием, все же остальное само но себе только возможно, а действительно лишь благодаря богу. Однако природа, истекшая от бога через иерархию эманаций, в дальнейшем развивается по принципу самодвижения, будучи вместе с тем замкнутой во времени и пространстве. В социальном учении И. С. примечательна мысль о дозволительности вооруженного восстания против несправедливого правления.

Мусульманские богословы (в частности, Газали) обвиняли И. С. в ереси и атеизме, тогда как Ибн Рушд критиковал его с позиций более последовательного натурализма. Философские и естественно-научные трактаты И. С. пользовались большой популярностью на Востоке и на Западе в течение ряда столетий.

Сохранились немногочисленные стихи И. С. на арабском языке и на фарси. Основная тема его поэтического творчества — вечность материи, проповедь просвещения и науки. Характерные черты стихов И. С. — афористичность, простота художественно-изобразительных средств. Б. ч. его стихов на фарси написана в форме рубай. В своеобразных философских повестях «Живой, сын Бодрствующего», «Послание о птице», «Саламан и Абсал» И. С. излагает свои идеи и взгляды в форме развернутой аллегории. Выступал и как теоретик литературы — в комментариях к «Поэтике» Аристотеля и в дошедшем до нас толковании стихов арабского поэта Ибн ар-Руми. Большую роль в становлении классического фарси как литературного языка сыграли научные сочинения И. С., прежде всего «Даниш-наме». И. С. оказал влияние на классическую иранскую литературу, в меньшей мере — на арабскую, узбекскую и отчасти средневековую еврейскую литературы. С его повестью «Живой, сын Бодрствующего» некоторые исследователи связывают сюжет «Божественной комедии» Данте.

Важнейшее медицинское сочинение И. С. «Канон медицины» — медицинская энциклопедия в 5 частях, получило мировую известность и многократно переводилось на многие европейские языки. «Канон врачебной науки» — итог взглядов и опыта греческих, римских, и среднеазиатских врачей, переиздавался на латинском языке около 30 раз и много веков был обязательным руководством в Европе и в странах Востока. В «Каноне» излагаются теоретические основы медицины — взгляды автора на философию медицины, учение о т. н. соках (кровь, лимфа, желчь) и различных телосложениях, основы анатомии человека, рассматриваются причины болезней и здоровья, симптомы болезней, развивается учение о рациональном питании. И. С. выдвинул гипотезу о невидимых возбудителях «лихорадочных» (инфекционных) заболеваний, передающихся при посредстве воды и воздуха. Описанные И. С. клинические картины болезней отличаются точностью и полнотой. «Канон» оказал громадное влияние на развитие медицины во всех странах мира.

Соч.:
Диван, Тегеран, 1957;
в рус. пер. — Четверостишия, «Литературный Таджикистан», 1953, кн. 5;
Канон врачебной науки, кн. 1-5, Таш., 1954-60; Данишнамэ, (Душанбе), 1957;
Математические главы «Книги знания», Душанбе, 1967; О душе, в кн.:
Избр. произв. мыслителей стран Ближнего и Среднего Востока. 9-14 в., М., 1961, с. 215-86.

Лит.:
Ибн Сина. Материалы научной сессии АН УзССР, посвященной 1000-летнему юбилею Ибн Сины, Таш., 1953;
Семенов А. А., Абу Али Ибн Сина (Авиценна), 2 изд., (Душанбе), 1953;
Терновский В. Н., Ибн Сина (Авиценна), М., 1969 (библ. с. 183-89);
Corbin Н., Avicenneet ie recit visionnaire, v. 1, 2 ed., Teheran — ., 1954; Goishon A.-M., philosophie d»Aviceiine et son influence en Europe medievale, 2 ed., .,1951;
Afnan . M., Avicenna. His life and works, L., 1958; Anawati G. ., Essai de bibliographie d`Avicenna, Cairo, 1952.

Абу Али Хусейн ибн Абдаллах ибн Сина.

Авиценна (ибн-Сина) — Великий медик
camomile
http://mk.kvikly.ru/compas/ibn-sina

Огонь священный в сердце не потух,
Пылает разум, обновляя дух.
У каждого — свое дыханье, чувство,
И в том Творца премудрое искусство.

От праха черного и до небесных тел
Я тайны разгадал мудрейших слов и дел.
Коварства я избег, распутал все узлы,
Лишь узел смерти я распутать не сумел

Тысячу лет назад в Бухаре жил гениальный человек по имени Абу Али Хусейн ибн-Абдаллах ибн-Али ибн-Сина.

Ибн-Сина был ученым-энциклопедистом. Его научное наследие весьма обширно и охватывает все отрасли знания того времени: философию, логику, музыку, поэтику,языкознание, медицину, математику, астрономию, химию,биологию, геологию, и другие.

Через сто с небольшим лет после его смерти по приказу религиозных фанатиков в Багдаде на главной площади сожгут философские книги Ибн-Сины, а еще через несколько сотен лет в Европе после изобретения печатного станка сразу после Библии напечатают огромные пять томов «Канона врачебной науки».

Авиценна Али Ибн — 980 год — 18 июня 1037 года

«А когда родится у тебя сын, то первое — это дай ему хорошее имя», — учили в то время все книги о воспитании. Молодому Абдаллаху нравилось имя Хусайн. И жене его Ситоре-бану тоже нравилось это имя. И давно уже было решено — первого сына назвать Хусайн. А можно дать и кунью — почетное прозвание. Так поступали в благородных домах. «У моего мальчика обязательно будет свой сын! — радовался Абдаллах. — Я уже дал имя будущему сыну — Али». Кунья сына будет Абу Али, что значит отец Али. А потом пойдет само «исм» — имя Хусейн, а потом, присоединенное через арабское «ибн» — сын, имя отца, а потом имя деда, прадеда, прапрадеда…» И как ему, Абдаллаху, было знать, что напрасна его затея со вторым именем. Не будет у Хусайна сына. И семьи у него не будет. Станет скитаться он всю жизнь по караванным путям от города к городу, от правителя к правителю.

На Востоке его называли Шейх-ур-Раис. Почетное звание «Раис» свидетельствует о государственно-политической деятельности мыслителя в качестве визиря и исполнителя других должностей. Звание «Шейх» говорит о его глубоких познаниях в религии и философии. На христианском Западе он был известен как Авиценна.

Великий знаток высшего живого существа — человека — Абу Али Ибн Сина еще при жизни был удостоен следующих высоких титулов Худжатул Хакк (Доказательство или авторитет истины), Шейх-ур-Раис (Глава мудрецов, старейшин, великий мыслитель), Пизишки, Хаками бузург (Великий Исцелитель) и Шараф-ул-Мулк (Слава, гордость страны).

Абу Али Хусейн Ибн Абдаллах Ибн Хасан Ибн Али Ибн Сина (латинизированное имя Авиценна), выдающийся врач мусульманского мира, родился в 370 году хиджры (980 год) в селении Афшане близ Бухары, в нынешнем Таджикистане. Отец Ибн Сины — Абдаллах — был родом из Балха, старинного города на территории Северного Афганистана, и занимался финансовыми делами в одном из больших бухарских поселений — Хармайсане.

Абу Али Хусейн ибн Абдаллах ибн Сина.

Маленький Хусейн был очень любопытным мальчиком. Слово «Почему?» он повторял много раз в день, удивляя и детей и взрослых своей любознательностью. Когда Хусейну исполнилось пять лет, семья переехала в Бухару. Мальчика поместили в начальную мусульманскую школу — мактаб , где он проучился до 10 лет. Хусейн был самым маленьким из пятнадцати учеников хатиба Убайда. Главы из Корана — суры — ученикам школы читались по-арабски. фото

Многие мальчики плохо знали арабский язык. Хусейн сразу подступил к учителю с вопросами, но тот говорил: «Учи Коран. Там на все есть ответы.» Одновременно Хусейн ходил и к другому учителю,который обучал его грамматике , стилистике и арабскому языку.

Однажды Хусейн сказал: «Я выучил весь Коран. Теперь я могу задать свои вопросы?» Учитель обиделся: «Коран учат долгие годы и редким мусульманам, знающим его наизусть,дают почетное звание — хафиз».

«Значит я хафиз!» — сказал мальчик. На экзамене Хусейн рассказал все суры, не пропустив ни одного слова. Так не знал Коран даже сам хатиб Убайд. С тех пор Хусейн не ходил в маетаб. К десятилетнему возрасту, то есть к 990 году, будущий великий ученый заканчивает первый, начальный. Цикл своего образования. Он поражает всех памятью, цитируя наизусть текст всего Корана, и восхищает знанием арабской литературы. С этого времени Ибн-Сина становится шейхом. Из его собственной биографии: «К десяти годам я изучил Коран и литературную науку и делал такие успехи, что все поражались».

Выдающиеся способности мальчика были рано замечены. После десяти лет отец взял его из школы, и дальнейшее образование подросток получил, занимаясь с приходящими на дом учителями. Он усиленно изучал математику, физику, логику, законоведение, астрономию,философию, географию и многое другое. Обстановка в семье способствовала духовному развитию юноши.

Учение шло столь успешно, что вскоре ученик не только догнал учителя, но и неоднократно ставил его в тупик. В автобиографии Ибн-Сина описывает такой случай: «Я дал такой анализ данного определения, подобного какому он не слыхал. Он удивился мне , как только мог и советовал родителю моему не занимать меня ничем , кроме наук. То же было и с книгой Евклида. пять-шесть теорем я изучил при помощи учителя . а остальные — самостоятельно. Натили оказался не в силах обучать меня. Он сказал : «Читай сам , решай теорему , а затем приходи ко мне и показывай итоги. Тогда я самостоятельно занялся изучением книг много было таких вопросов , которые он до того не знал и научился им от меня».

Медициной Ибн-Сина заинтересовался очень рано, Не имея еще 12 лет от роду , Ибн-Сина , согласно традиции , занялся ее изучением по совету знаменитого врача и философа Абу Салаха ал-Масихи.

Абу Али Хусейн ибн Абдаллах ибн Сина.

В детстве учитель словесных наук объяснил Хусайну правила стихосложения. Рифмовать, складывать строки в определенном размере-ритме, умели многие грамотные люди. Но лишь когда в этих строках смеялось и тосковало собственное сердце, когда и другие сердца не оставались равнодушными, заслышав эти строки, лишь тогда рифмованные фразы становились стихами.

Первые стихи Хусайн сочинял для забавы. Это было интересно – будничные слова вдруг становились то торжественно-величественными, то печальными. Постепенно все больше чувства и мысли было в его стихах. Их уже знали многие в Бухаре, передавали друг другу.Возвысить душу знаньями стремись, она вместит их словно звезды высь.

Ты к дружбе с каждым встречным не стремись и тайн не доверяй кому попало,
Гони лжеца, пройдохи сторонись, иначе повредишь себе немало.
И воле подлеца не покорись, не превышай дозволенного меры,
А запятнаешь честь, как не винись, как слез не лей – слезам не будет веры

Как же протекала жизнь и развивалось творчество Ибн Сины?

Абу Али Хусейн ибн Абдаллах ибн Сина.

Работоспособность Ибн Сины была исключительной. «В то время, — говорит он о своем шестнадцатилетнем возрасте, — я недосыпал ни одной ночи, да и в течение дня не занимался ничем иным, кроме наук. Возвращаясь к ночи в мое жилище, я ставил перед собой светильник и погружался в чтение или письмо. Когда же сон окончательно одолевал меня, то и во сне продолжал я обдумывать те вопросы, которыми занимался наяву. Такую жизнь вел я, пока не усвоил твердо всех наук и не овладел ими настолько, насколько это вообще доступно человеку». В числе этих наук была и медицина, которой Ибн Сина посвятил затем 16 из своих многочисленных (всего около 300) сочинений. К семнадцати годам Ибн Сина был уже зрелым ученым и занимался врачебной практикой. Успешность его врачевания открыла перед ним сокровища знаменитой библиотеки Бухары.

После завоевания Саманидского государства Караханидами Ибн Сина вынужден был уехать из Бухары в Ургенч, а затем в Иран. Почти вся дальнейшая жизнь Ибн Сины прошла в скитаниях по разным городам прикаспийской области и Ирана. Условия, в которых он находился, часто были тяжелыми; не раз он подвергался преследованиям, был заключен в тюрьму. И только благодаря огромной силе воли и изумительной памяти, даже лишенный возможности пользоваться необходимой литературой, Ибн Сина не прекращал научной, литературной и врачебной работы.

Абу Али Хусейн ибн Абдаллах ибн Сина.

Авиценна Ибн Сина жил в Ср. Азии и Иране, был врачом и везиром при разных правителях. В философии продолжал традиции арабского аристотелизма, отчасти неоплатонизма. Основные философские сочинения — «Книга исцеления», «Книга указаний и наставлений» и др. — содержат также естественно-научные воззрения, музыкально-теоретические положения Ибн Сины. Трактаты Ибн Сины были необычайно популярны на Востоке и на Западе; энциклопедия теоретической и клинической медицины «Канон врачебной науки» (в 5 ч.) — обобщение взглядов и опыта греческих, римских, индийских и среднеазиатских врачей — была много веков обязательным руководством, в т. ч. в средневековой Европе (ок. 30 латинских изданий). подробнее

* Книга знания. Сталинабад, 1957.
* Канон врачебной медицины. Ташкент, 1956-60. Т. 1-5.
* Послание о любви. Тбилиси, 1976.
* Избранные философские произведения. М., 1980.

* Завадовский Ю. Н. Абу Али Ибн Сина: Жизнь и творчество. Душанбе, 1980.
* Шидфар Б. Я. Ибн Сина. М., 1981.
* Сагадеев А. В. Ибн Сина (Авиценна). М., 1985.
* Gardet L. La pense religieuse dAvicenne (Ibn Sina). Paris, 1951.
* Morewedge P. The Metaphysica of Avicenna. London, 1973.

Абу Али Хусейн ибн Абдаллах ибн Сина.

Предание рассказывает, как ему удалось определить душевную причину телесного истощения одного юноши. Говоря ему определенный ряд слов, он зафиксировал по изменению его пульса, какие из них провоцируют аффект, вызвавший заболевание. Возможно, это был первый в истории психологии случай психодиагностики, причем принцип, на котором она строилась, предвосхищает последующий ассоциативный эксперимент, «детектор лжи» и другие сходные приемы поиска эмоционального комплекса по экспериментально вызванным изменениям в вегетативной сфере. Учение Ибн Сины о воздействии психических (аффективных) состояний на глубинные органические процессы – то, чего еще не знала античность.

В последние годы здоровье Ибн Сины ослабло. Когда-то он написал книгу о желудочных коликах, а теперь сам страдал этой болезнью. Ибн Сина лечил себя успешно, до тех пор, пока эмир Ала уд-Даула, находящийся в походе, не вызвал его к себе. Врач, который готовил лекарство по рецепту Ибн Сины, бросил в лекарственную смесь в пять раз больше семян сельдерея, чем полагалось. От такой лекарственной смеси язвы в желудке и кишечнике, которые уже затягивались, снова открылись. «Управитель, управляющий мною, бессилен управлять, и ныне бесполезно лечение», — сказал Ибн Сина самому себе.

Умер Ибн Сина в Хамадане 18 июня 1037 года в возрасте 58 лет после долгой болезни. 28 апреля 1954 года в иранском городе Хамадане был поставлен памятник Авиценне, а 29 апреля 1954 года был торжественно открыт новый мавзолей Авиценны.

Абу Али Хусейн ибн Абдаллах ибн Сина.

В одной из легенд рассказывается, что, состарившись, Ибн Сина приготовил сорок лекарств, которые могли воскресить умершее тело. Он взял со своего ученика слово, что тот после смерти Ибн Сины оживит его, применяя эти сорок лекарств в определенной последовательности. Вскоре Ибн Сина умер, и ученик приступил к врачеванию. Лекарства оказывали необычайное действие. Тело старца не только не разлагалось, но становилось все более юным и свежим. Когда же осталось применить содержимое последнего сосуда с лекарством, тело Ибн Сины напоминало прекрасного, сияющего юношу — казалось, готового проснуться и заговорить. Это глубоко потрясло ученика. И только он стал подносить к телу последнее, сороковое лекарство, как из-за сильного волнения не смог удержать в руках сосуд с чудесным составом. Сосуд выскользнул из его рук и разбился.

В этой поэтической легенде выражена вера в могущество знаний Ибн Сины, обрисованы черты, свойственные ему как ученому; о них свидетельствуют и его автобиография, и многочисленные труды

Абу Али Хусейн ибн Абдаллах ибн Сина. Анатомия человека-изображение из трудов ибн Сина

Поэма о медицине (Урджуза)

Абу Али Хусейн ибн Абдаллах ибн Сина.

Во имя милосердного творца,
Создателя начала и конца,
Предвечного, единого, живого.
Всебытия, пространства мирового,
Что озаряет дивным светом разум,
Сокрытое дает увидеть глазом.
Вершился быстротечной жизни бег,
Обрел и мысль и чувства человек.
Ему из тайн в туманном мирозданье
Сквозь ощущенья открывалось знанье.
Огонь священный в сердце не потух,
Пылает разум, обновляя дух.

Как человек в своем строенье чуден:
Без счета черт живым присуще людям.
У каждого – свое дыханье, чувство,
И в том творца премудрое искусство.
Тот в жизни наивысшего достиг,
Кто был душой воистину велик.
От зверя человек своим обличьем,
Уменьем рук и языком отличен.
Те из людей восславлены в народе,
Что благородны по своей природе.
Всегда ступая праведным путей,
Себе находят утешенье в том.
Поэты словом управляют смело,
Врачи – те правят, исцеляя тело.
Волнует души первых краснорезье,
И преданность вторых болезни лечит.
Так пусть же удостоится вниманья
Поэма о науке врачеванья.
Теперь в стихах я изложу для вас,
Что изучил и применял не раз.

«А когда родится у тебя сын, то первое — это дай ему хорошее имя», — учили в то время все книги о воспитании. Молодому Абдаллаху нравилось имя Хусайн. И жене его Ситоре-бану тоже нравилось это имя. И давно уже было решено — первого сына назвать Хусайн. А можно дать и кунью — почетное прозвание. Так поступали в благородных домах. «У моего мальчика обязательно будет свой сын! — радовался Абдаллах. — Я уже дал имя будущему сыну — Али». Кунья сына будет Абу Али, что значит отец Али. А потом пойдет само «исм» — имя Хусейн, а потом, присоединенное через арабское «ибн» — сын, имя отца, а потом имя деда, прадеда, прапрадеда…»

И как ему, Абдаллаху, было знать, что напрасна его затея со вторым именем. Не будет у Хусайна сына. И семьи у него не будет. Станет скитаться он всю жизнь по караванным путям от города к городу, от правителя к правителю.

На Востоке его называли Шейх-ур-Раис. Почетное звание «Раис» свидетельствует о государственно-политической деятельности мыслителя в качестве визиря и исполнителя других должностей. Звание «Шейх» говорит о его глубоких познаниях в религии и философии. На христианском Западе он был известен как Авиценна.

Великий знаток высшего живого существа — человека — Абу Али Ибн Сина еще при жизни был удостоен следующих высоких титулов Худжатул Хакк (Доказательство или авторитет истины), Шейх-ур-Раис (Глава мудрецов, старейшин, великий мыслитель), Пизишки, Хаками бузург (Великий Исцелитель) и Шараф-ул-Мулк (Слава, гордость страны).

Абу Али Хусейн Ибн Абдаллах Ибн Хасан Ибн Али Ибн Сина (латинизированное имя Авиценна), выдающийся врач мусульманского мира, родился в 370 году хиджры (980 год) в селении Афшане близ Бухары, в нынешнем Таджикистане. Отец Ибн Сины — Абдаллах — был родом из Балха, старинного города на территории Северного Афганистана, и занимался финансовыми делами в одном из больших бухарских поселений — Хармайсане.

С малолетства Ибн Сина отличался необыкновенными способностями. В десятилетнем возрасте он свободно читал Коран и знал произведения многих арабских классиков. До шестнадцатилетнего возраста учился правоведению и в особенности интересовался философией. Медициной занялся позднее, но и в этой области достиг выдающихся результатов.

Когда Ибн Сине исполнилось семнадцать лет, его позвали к больному властителю, у которого была обширная библиотека. Молодой врач успешно вылечил богатого пациента, и тот так полюбил Ибн Сину, что оставил его при дворе, где тот получил доступ к библиотеке. Воспользовавшись этим, Ибн Сина занялся самообразованием. В восемнадцатилетнем возрасте Ибн Сина уже пользовался славой хорошего врача, которого часто звали к одру больных правителей и различных государственных мужей.

Ибн Сина вел бурную жизнь. Его угнетала зависимость от правителей феодальных арабских государств. Ибн Сина нередко подвергался преследованиям, в особенности со стороны мусульманского духовенства, ему часто приходилось бежать и искать пристанища у новых покровителей. Одно время Ибн Сина даже находился в заключении. В конце концов, он поселился в Исфахане и Хамадане при дворе правителя Хамадана, который назначил его придворным врачом и даже визирем. Здесь Ибн Сина пользовался уважением и почетом, но среди мусульманского духовенства имел многочисленных врагов, потому что его философские убеждения, как правило, расходились с догмами ислама.

Некий арабский поэт после смерти Ибн Сины саркастически писал, что «философия Ибн Сины не научила хорошим обычаям, а его медицина — умению тщательно беречь здоровье». Ибн Сина оставил после себя богатое наследие из научных трудов по философии и медицине. Ему приписывается свыше 400 сочинений на арабском языке и около 20 на фарси по всем известным тогда разделам научных и философских знаний. Только две книги он написал на родном языке, дари, на котором говорили предки современных таджиков, все остальные писал на арабском языке, который в те времена был на Востоке языком ученых.

Главный энциклопедический труд «Книга исцеления» (в сокращенном изложении — «Книга спасения») состоит из четырех разделов, посвященных проблемам логики, физики (6-я книга «Физики» — «Книга о душе»), математических наук (геометрия, арифметика, музыка и астрономия) и метафизики. К этому труду примыкает написанная на фарси «Книга знания» («Даниш-намэ»). «Книга указаний и наставлений», написанная в последние годы жизни, — итоговое изложение философских идей Ибн Сины (так называемая восточная философия), отмеченное, в частности, воздействием идей суфизма (учение об «озарении» — ишрак).

Философия Ибн Сины продолжает традиции восточного аристотелизма в области метафизики, гносеологии и логики, отчасти — онтологической концепции неоплатонизма. Ибн Сина отрицает сотворенность мира во времени, объясняя его как вневременную эманацию бога — «первой причины», «необходимо-сущего» само по себе (аналогичное неоплатоническому единому), из которого в иерархическом порядке истекают умы, души и тела небесных сфер.

Важнейшее сочинение Ибн Сины «Канон врачебной науки» — медицинская энциклопедия в 5 частях, итог опыта греческих, римских, индийских и среднеазиатских врачей — было в XII столетии переведено на латинский язык Герардом Кремонским (1114-1187), известным под именем «отца переводчиков», и обеспечил ему в течение пяти столетий самодержавную власть во всех медицинских школах Средних веков. «Канон…» издавался около 30 раз на латинском языке в Европе и вплоть до конца XVII века оставался основным учебником медицины не только для студентов, но и врачей. Первый русский перевод был сделан в 1954-1960 годах.

Созданный Ибн Синой «Канон» («Canon medicinea»), неоднократно переводившийся на большинство европейских языков и получивший широкую известность в Европе, долгое время оставался основным источником медицинских знаний. Кроме описания анатомии человека, в «Каноне» можно почерпнуть немало практических сведений. Ибн Сина представил многие болезни, как внутренние, так и кожные, глазные и детские заболевания; подробно описал их симптомы и способы лечения; перечислил целебные средства и дал рецепты составления лекарственных препаратов, обрисовал методы хирургического лечения и даже привел косметические советы.

Ибн Сина, развивший учение о причинах болезни, различал причины внешние (зной, травма и др.), предшествующие и связующие. Предшествующие причины выражали, по его мнению, то, что сейчас мы обозначаем как причины предрасполагающие или способствующие. Причины связующие — это свойства организма, в той или иной мере опосредующие действие внешних болезнетворных причин. Интересно, что Ибн Сина уже различал важность обуславливающих факторов в развитии болезней, то есть подчеркивал значение того, что сейчас мы называем условиями их возникновения.

Ибн Сина, раскрывший в духе своего времени процессы «уравновешивания натур» людей, определяющие состояние здоровья в различных географических, климатических, социальных, бытовых ситуациях, изучал также вопросы приспособления здорового и больного человека. Важнейшим из признаков здоровья, по его мнению, является «уравновешенность натуры» — «уравновешенность цвета лица между белизной и румянцем, уравновешенность телосложения в смысле полноты и худобы…» и т.д. Интересно, что уже в то время ученый поддерживал значение социальных факторов в определении жизни людей. Он, в частности, писал, что «основное в искусстве сохранения здоровья — это уравновешивание необходимых факторов, которые суть 1) уравновешенность натуры, 2) выбор пищи, 3) очистка от излишков, 4) сохранение телосложения, 5) улучшение того, что вдыхается через нос, 6) приспособление одежды, 7) уравновешенность физического и душевного движения».

Есть смысл заметить, что термин «уравновешенность» в смысле «приспособление» дошел до наших дней и широко применялся в различном контексте И.П. Павловым в работах по пищеварению и особенно при изучении высшей нервной деятельности.

Идея о зависимости психики в целом от мозга проводилась в «Каноне» неуклонно. Аффективную сторону душевной жизни Ибн Сина также непосредственно связывал с телесными изменениями. В этом он следовал прочно установившейся в психофизиологии традиции. Но совершенно новаторским следует считать его исследовательский подход к аффектам. Предание рассказывает, как ему удалось определить душевную причину телесного истощения одного юноши. Говоря ему определенный ряд слов, он зафиксировал по изменению его пульса, какие из них провоцируют аффект, вызвавший заболевание. Возможно, это был первый в истории психологии случай психодиагностики, причем принцип, на котором она строилась, предвосхищает последующий ассоциативный эксперимент, «детектор лжи» и другие сходные приемы поиска эмоционального комплекса по экспериментально вызванным изменениям в вегетативной сфере. Учение Ибн Сины о воздействии психических (аффективных) состояний на глубинные органические процессы – то, чего еще не знала античность.

В последние годы здоровье Ибн Сины ослабло. Когда-то он написал книгу о желудочных коликах, а теперь сам страдал этой болезнью. Ибн Сина лечил себя успешно, до тех пор, пока эмир Ала уд-Даула, находящийся в походе, не вызвал его к себе. Врач, который готовил лекарство по рецепту Ибн Сины, бросил в лекарственную смесь в пять раз больше семян сельдерея, чем полагалось. От такой лекарственной смеси язвы в желудке и кишечнике, которые уже затягивались, снова открылись. «Управитель, управляющий мною, бессилен управлять, и ныне бесполезно лечение», — сказал Ибн Сина самому себе.

Умер Ибн Сина в Хамадане 18 июня 1037 года в возрасте 58 лет после долгой болезни. 28 апреля 1954 года в иранском городе Хамадане был поставлен памятник Авиценне, а 29 апреля 1954 года был торжественно открыт новый мавзолей Авиценны.

Абу Али Хусейн ибн Абдаллах ибн Сина.

Тысячу лет назад в Бухаре жил гениальный человек по имени Абу Али Хусейн ибн-Абдаллах ибн-Али ибн-Сина.

Ибн-Сина был ученым-энциклопедистом. Его научное наследие весьма обширно и охватывает все отрасли знания того времени: философию, логику, музыку, поэтику,языкознание, медицину, математику, астрономию, химию,биологию, геологию, и другие.

Через сто с небольшим лет после его смерти по приказу религиозных фанатиков в Багдаде на главной площади сожгут философские книги Ибн-Сины, а еще через несколько сотен лет в Европе после изобретения печатного станка сразу после Библии напечатают огромные пять томов «Канона врачебной науки».

Абу Али аль Хусейн ибн-Абдаллах ибн-Сина родился в сентябре 960 года в небольшом селении Афшана близ Бухары. В своей биографии Ибн-Сина писал: «Отец мой был из Балха и приехал оттуда в Бухару во дни правления саманида Нух ибн Мансура и занялся там работой в диване — канцелярии. Ему предоставили управление Хармайсаном, центром одного из бюликов (районов) в окрестностях Бухары. Из Афшаны, одного из ближайших селений, он взял себе в жены мою мать по имени Ситара — звезда. Там же и родились сначала я, а затем мой брат.»

Ибн-Сина принадлежал к населению Средней Азии, говорившему на языке фарси-дари. На этом языке он писал короткие стихи — четверостишья «для отдохновения души. «Отцу Ибн-Сины Абдаллаху и его жене нравилось имя Хусейн. Ими давно было решено назвать первого сына Хусейном, но в благородных домах нужно было дать сыну и кунью — почетное прозвище. «У моего мальчика обязательно будет свой сына смеялся Абдаллах. Так пусть же не мучается мой мальчик Хусейн. Я уже дал имя его будущему сыну Али. Кунья будет Абу Али». Откуда было знать Абдаллаху, что напрасно он выдумал эту , затею со вторым именем. Не будет у Хусейна сына, и семьи у него своей не будет. А станет скитаться он всю жизнь по караванным путям от города к городу, от правителя к правителю.

Маленький Хусейн был очень любопытным мальчиком. Слово «Почему?» он повторял много раз в день, удивляя и детей и взрослых своей любознательностью. Когда Хусейну исполнилось пять лет, семья переехала в Бухару. Мальчика поместили в начальную мусульманскую школу — мактаб , где он проучился до 10 лет. Хусейн был самым маленьким из пятнадцати учеников хатиба Убайда. Главы из Корана — суры — ученикам школы читались по-арабски. Многие мальчики плохо знали арабский язык. Хусейн сразу подступил к учителю с вопросами, но тот говорил: «Учи Коран. Там на все есть ответы.» Одновременно Хусейн ходил и к другому учителю,который обучал его грамматике , стилистике и арабскому языку.

Однажды Хусейн сказал: «Я выучил весь Коран. Теперь я могу задать свои вопросы?» Учитель обиделся: «Коран учат долгие годы и редким мусульманам, знающим его наизусть,дают почетное звание — хафиз».

«Значит я хафиз!» — сказал мальчик. На экзамене Хусейн рассказал все суры, не пропустив ни одного слова. Так не знал Коран даже сам хатиб Убайд. С тех пор Хусейн не ходил в маетаб. К десятилетнему возрасту, то есть к 990 году, будущий великий ученый заканчивает первый, начальный. Цикл своего образования. Он поражает всех памятью, цитируя наизусть текст всего Корана, и восхищает знанием арабской литературы. С этого времени Ибн-Сина становится шейхом. Из его собственной биографии: «К десяти годам я изучил Коран и литературную науку и делал такие успехи, что все поражались».

Выдающиеся способности мальчика были рано замечены. После десяти лет отец взял его из школы, и дальнейшее образование подросток получил, занимаясь с приходящими на дом учителями. Он усиленно изучал математику, физику, логику, законоведение, астрономию,философию, географию и многое другое. Обстановка в семье способствовала духовному развитию юноши. Отец Ибн-Сины,человек состоятельный и образованный, был близок к исмаилитам, которые и сделали его своим последователем. (Исмаилиты — противники ортодоксального ислама).

Ибн-Сина не принадлежал к исмаилитам, но живоинтересовался содержанием их проповедей. Возможно, от исмаилитов Ибн-Сина, воспринял критическое отношение к Корану. Исмаилитом был и первый учитель, преподававший Ибн-Сине философию и математику. Лбу Абдаллах ан-Натили.

Учение шло столь успешно, что вскоре ученик не только догнал учителя, но и неоднократно ставил его в тупик. В автобиографии Ибн-Сина описывает такой случай: «Я дал такой анализ данного определения, подобного какому он не слыхал. Он удивился мне , как только мог и советовал родителю моему не занимать меня ничем , кроме наук. То же было и с книгой Евклида. пять-шесть теорем я изучил при помощи учителя . а остальные — самостоятельно. Натили оказался не в силах обучать меня. Он сказал : «Читай сам , решай теорему , а затем приходи ко мне и показывай итоги. Тогда я самостоятельно занялся изучением книг много было таких вопросов , которые он до того не знал и научился им от меня».

Медициной Ибн-Сина заинтересовался очень рано, Не имея еще 12 лет от роду , Ибн-Сина , согласно традиции , занялся ее изучением по совету знаменитого врача и философа Абу Салаха ал-Масихи. «Затем я пристрастился к науке врачевания , — говорится в автобиографии , — и стал читать книги посвященные ей. А медицинская наука не из трудных наук , и , конечно , я преуспел в ней в кратчайшее время так , что известные врачи того времени стали приходить ко мне за советом. Посещал я и больных , и в результате достигнутого мною опыта открылись передо мной такие врата исцеления . что это не поддается описанию. А было мне в это время шестнадцать лет».

Изучал медицину Ибн-Сина под руководством Абу-л-Мансура Камари , известного бухарского медика , автора ряда научных трудов. Обучение у Камари продолжалось не долго. ибн-Сина быстро начинает заниматься самостоятельной практикой и вскоре становится настолько известным врачом , что его приглашают во дворец для лечения тяжело заболевшего эмира Бухары Нуха ибн-Мансура. В автобиографии Ибн-Сина вспоминает : «Однажды эмир заболел и врачи не могли определить его болезнь. Имя мое было им известно . и они рассказали эмиру обо мне и попросили вызвать меня. Я явился и участвовал вместе с ними в лечении и отличился на этой службе ему».

Чем болел эмир Бухары , и как его лечил Ибн-Сина , точно не известно. Известно лишь , что лечение помогло , и Нух ибн-Мансур благополучно правил Бухарой еще год. Известно также , что в благодарность за излечение Ибн-Сина получил доступ в знаменитое книгохранилище Саманидов. Бухарская библиотека — одно из крупнейших собраний книг того времени. Сам ибн-Сина считал работу в Бухарской библиотеке важнейшим этапом в своей жизни. Здесь завершилось его образование и началось самостоятельное творчество.

Библиотекой Саманидов Ибн-Сина пользовался несколько лет. Возможно , именно во время работы в Бухарской библиотеке у него зародилась идея создать обобщающий труд по медицине , где можно было бы найти название болезни со всеми ее признаками , а также указание на то , отчего она возникает и как ее можно излечить. Для этой цели Ибн-Сина делал необходимые выписки из различных книг , а затем периодически обобщал их. Так началась подготовка материала для «Канона врачебной науки» . над которым Ибн-Сина работал долгие годы.

В 999 году умер отец — Абдаллах ибн Хасан , и на плечи Ибн-Сины легла забота о близких. Но к семье бывшего исмаилита власти относились с подозрением , положение Ибн-Сины было непрочно и даже опасно , и он принял решение переехать в Гургандж , столицу Хорезма.

До самой смерти Ибн-сина не смог вернуться на родину , скитаясь по чужбине из одного города в другой. Он побывал у властителей Хорезма ,Абиверда , Нишапура , Туса , Гургана , Рея, Хамадана , Исфагана. Испытывал лишения и поднимался к вершинам власти , то становился визирем , то попадал в тюрьму , жил и в роскоши и в нищете , но не на один день не прекращал творческой и научной работы. Имущество его не один раз было разграблено , погибла его библиотека , в том числе рукопись философской энциклопедии в двадцати томах «Ал-Инсаф» («Справедливость»).

«Канон врачебной науки»

При жизни Ибн-Сины большой известностью пользовался обширный труд основателя и руководителя госпиталя в Багдаде Али ибн-Аббаса под названием «Царская книга». Одним из непосредственных предшественников «Канона» был 30-ти томный труд Абу Бакара ар-Рази «Всеобъемлющая книга по медицине». Однако эти труды страдали общими недостатками. Изложенные в них сведения не были в достаточной степени систематизированы , результаты наблюдений переплетались с явным вымыслом , рекомендации дополнялись мистическими истолкованиями. Построение книг было очень нечетким, а изложение настолько сложным, что пользоваться ими мог только достаточно опытный врач.

Ибн-Сина , работая над книгой , поставил перед собой задачу избежать ошибок своих предшественников и справился с ней , создав один из крупнейших в истории медицины энциклопедических трудов — «Канон врачебной науки».

«Канон врачебной науки» — одна из самых знаменитых книг в истории медицины. По существу — это целая медицинская энциклопедия , рассматривающая с большой полнотой (в пределах знаний того времени) все , что относится к здоровью и болезням человека.

Этот капитальный труд , включающий в себя около 200 печатных листов , уже в двенадцатом веке был переведен с арабского языка на латинский и разошелся во множестве рукописей. Когда был изобретен печатный станок , «Канон» оказался среди первых печатных книг , и по числу изданий соперничал с Библией. Латинский текст «Канона врачебной науки» был издан впервые в 1473году , а арабский — в 1543году.

Точная дата завершения работы над «Каноном» не установлена. Предположительно это 1020 год. «Канон врачебной науки» — это обширный труд , состоящий из 5 книг.

В книге 1-ой излагается теоретическая медицина. Книга разбита на четыре части. В первой части дается определение медицины , во второй — речь идет о болезнях , в третьей — о сохранении здоровья и в четвертой — о способах лечения.

В книге 2-ой описаны «простые» лекарства , излагается учение Ибн-Сины о лекарствах , их природе , их испытании. по алфавиту расположены 811 средств растительного , животного и минерального происхождения с указанием их действия , способов применения , правил сбора и хранения.

Книга 3-я , самая обширная , посвящена патологии и терапии — описанию отдельных болезней и их лечению. Каждый раздел снабжен анатомо-топогрофическим введением.

Книга 4-я посвящена хирургии , лечению вывихов и переломов , общему учению о лихорадке (кризисах при болезнях). В ней говорится об опухолях , гнойных воспалениях подкожной клетчатки , а также о заразных болезнях. Освещаются основные вопросы учения о ядах.

Книга 5-я содержит описание «сложных» лекарств , а также ядов и противоядий.

Фармация и фармакология представляют собой попытку объединить собранные многочисленные материалы в систему , связать их с клиническими наблюдениями. Рекомендуемые в «Канонах врачебной науки» лекарственные средства разнообразны , многие из них позднее вошли в научную фармакологию.

Систематичность и логичность как большие достоинства «Канона» отмечали даже те , кто склонен был преуменьшать значение Ибн-Сины в истории медицины. Успех «Канона врачебной науки» был вызван ясностью , убедительностью , простотой описания клинической картины болезней , точностью терапевтических и диетических предписаний. Эти особенности быстро создали «Канону» огромную популярность , а его автору обеспечили «самодержавную власть в течении пяти столетий во всем медицинском мире средних веков».

Умер Абу Али Хусейн ибн-Сина 24 июня 1037 года. Его похоронили в Хамаране возле городской стены , но по прошествии 8 месяцев прах Ибн-Сины был перевезен в Исфахал и погребен в мавзолее Ала ал-Даула.

* Ю.Н. Завадовский : «Абу Али Ибн-Сина» ;
* В.М. Воскобойников : «Великий врачеватель» ;
* Б.Д. Петров : «Ибн-Сина ( Авиценна ) ;
* В.А. Смирнова-Ракитина : «Повесть об Авиценне» ;
* А.А. Семенов : «Абу Али Ибн-Сина ( Авиценна )» .

Абу Али Хусейн ибн Абдаллах ибн Сина.

Более тысячи лет назад, в сентябре девятьсот восьмидесятого года, накануне самого большого праздника – Михраджана, в Бухаре родился удивительный человек. Если и сегодня его имя назвать врачу – он скажет, что это великий врач. «Он известный астроном, математик», – скажут математики. «Он ведь теоретик геологии», – скажут геологи. «И теоретик музыки», – добавят музыканты. «И знаменитый поэт, писатель», – скажут литераторы. И все они будут правы. Имя этого человека – Абу Али Хусайн ибн-Абдаллах ибн-Хасан ибн-Али ибн-Сина.

В Средней Азии рассказывают и поют о нем легенды. Мусульманские библиотеки бережно сохраняют его рукописи, и немногим людям разрешено прикасаться к ним. О многих же книгах известно только из истории, ибо через сто лет после смерти Ибн Сины фанатики из Багдада на главной площади сожгли многие его труды. А еще через столетие автор “Канона” стал широко известен на Западе. Его труды переводились с арабского на другие языки и расходились во множестве рукописей. После изобретения книгопечатания в XV веке, в числе первых изданий, сразу же после Библии, были напечатаны пять томов «Канона врачебной науки» Авиценны, так в Европе называют этого поистине Мудрого Человека.

С рождения маленький Хусайн отличался от других детей. Он рос любознательным и непоседливым ребенком. Однажды он держал в руке глиняную игрушку и неожиданно ее уронил. Игрушка, конечно, разбилась. И тогда маленький Хусайн сказал первое слово: «Почему»? С тех пор это слово он повторял много раз в день.

Это удивительно, как много может запомнить маленький человек, если он умеет уже говорить и думать. Про Хусайна рассказывают такую историю. Это случилось, когда из всех слов он умел говорить только «почему». Служанка показывала золотое кольцо Хусайну и нечаянно уронила его в мешок с крупой. А в этот момент ее отвлекли, куда-то позвали, и она про кольцо забыла. В мешок насыпали крупы доверху и вынесли из дома в хранилище. Все это видел маленький Хусайн. На другой день про драгоценное кольцо вспомнила мать, смотрит – а его в доме нет. И заподозрила служанку: «Только ты и могла украсть, в доме никого посторонних не было». Служанка заплакала, но ей не поверили, и выгнали ее из дому. Хусайн махал руками и громко плакал. Никто не знал, почему у него испортилось настроение. Он плакал два дня, повторял одни и те же звуки, но в них никто не узнавал слова. Через несколько дней он научился говорить слова так, что его стали понимать взрослые. Первая его фраза была о служанке и о кольце, и о несправедливости.

Взрослые удивились, принесли мешок, вспороли его, высыпали крупу, смотрят – прав маленький Хусайн. Нашли служанку, извинились, наградили ее, но она назад не вернулась, хотя все следующие годы рассказывала эту историю про удивительного малыша Хусайна.

А вот еще одна удивительная история. К Абдаллаху (отцу Хусайна) приехал дядя. Был вечер, в комнате горели светильники. На ковре сидели Абдаллах и гости. Около Абдаллаха сидел маленький Хусайн. Сидел тихо, слушал беседу взрослых. Говорили, что он уже слова произносит, этот маленький мальчик. Но какие слова может сказать ребенок, если в жизни он сделал еще только несколько боязливых шажков?

Каково же было удивление гостей, когда этот ребенок вдруг заговорил стихами. Самыми настоящими стихами. Дядя, рассказывая о каком-то своем знакомом, решил процитировать строки из Рудаки. «Тех, кто жизнь прожив, от жизни не научится уму», – сказал он и вдруг забыл следующую строку. Всегда знал, а тут забыл. Он даже пальцами хрустнул от нетерпения.

Абу Али Хусейн ибн Абдаллах ибн Сина.

И вдруг маленький Хусайн продолжил: «Никакой учитель в мире не научит ничему».

«Да-да, именно так у великого Рудаки», – сказал дядя, а потом вдруг уставился на мальчика в немом изумлении.

И ночью дядя не мог заснуть. Ворочался, поражался и охал, возвращаясь в мыслях к удивительному ребенку, которого родила племянница Ситора.

С раннего детства Хусайн учил Коран, ведь каждый мусульманин должен знать эту главную книгу. Учитель мальчика был очень строг и на все вопросы Хусайна: «Откуда на небе звезды?», «Почему умирают люди?», отвечал: «Учи Коран, там на все есть ответы». И Абу Али учил его с огромным старанием.

Про Хусайна рассказывают такую легенду. Еще в раннем детстве благодаря своей чуткости он мог «разделить волосок на сорок частей». Все ученики удивлялись его способностям. Однажды они решили испытать его: пришли в школу раньше Хусайна и подложили под коврик, на котором всегда он сидел, листок бумаги. Начались занятия. Все ученики следили за поведением мальчика. Хусайн вел себя странно. Он то поднимал голову к потолку, то опускал ее вниз. Потом удивленно сказал: «Не знаю, или потолок в нашей школе немного опустился, или чуть-чуть поднялся пол, но только высота стены изменилась».

Через несколько месяцев обучения Хусайн сказал учителю: «Я выучил весь Коран, теперь я могу задавать вопросы?»

– Зачем ты так нехорошо обманываешь меня, – обиделся учитель. – Коран учат долгие годы, и то редкие мусульмане знают его наизусть. Им дают почетное звание – хафиз.

– Значит, я хафиз, – сказал Хусайн – потому что я выучил все до последней главы.

Учитель начал экзамен: “А сура «Подаяние» . а сура «Совет». ”

Хусайн рассказывал все. Так не знал Коран даже сам учитель – важный хатиб Убайд.

– А теперь, – спросил Хусайн, – я могу задать тебе свои вопросы?

– Я не знаю, – ответил учитель растерянно. – Вот что, я скажу твоему отцу, чтобы он больше не приводил тебя. Ты в самом деле хафиз. Когда-то в своем детстве я задал учителю такие же вопросы. Он больно выпорол меня. С тех пор я понял, что все ответы лежат в Коране, и перестал спрашивать других и себя. Если же ты не найдешь в Коране ответы, тебе будет плохо жить. Трудно и плохо. Так сказал старый Убайд. С тех пор Хусайн не ходил в мактаб изучать Коран.

Одновременно Ибн Сина ходил к другому учителю. Он обучал его адабу (грамматике, стилистике и поэтике). Кроме того, он изучал арифметику и алгебру, а потом под руководством своего домашнего учителя Абу Абдаллаха ан-Натили начал изучать логику, Евклидову геометрию и “Альмагест” Птолемея. Однако скоро Натили вынужден был признать, что исчерпал свой учебный материал и уже не в состоянии удовлетворить познавательный интерес мальчика.

– Я должен уйти из вашего дома. Я, бедный старик, всю свою жизнь думал о законах мира, скитался в пустынях, голодал в городах, изучал движение небесных светил и только под конец жизни дознался, открыл то, что ты мне сказал минуту назад. Страшно так думать, но мне кажется, что расположение небесных тел действительно мало влияет на судьбу человека. Но ты никому, кроме меня, не сказал об этом?

– И ответь, хотя недостойно учителя спрашивать так, я давно хотел узнать, зачем тебе все эти знания, зачем ты не спишь по ночам, сидя над книгами? Или у твоего отца мало денег? Или у вас плохой дом? Неужели ты не понимаешь, что знания не дают счастья? Ты будешь в постоянных муках, всегда терзать самого себя – вот что тебя ждет. Неужели ты еще этого не понял?

– Но я не могу иначе, – ответил Хусайн. А старик внезапно подумал: «Он совсем не мальчик, нет, он только кажется мальчиком. Может быть, он взрослей меня».

– Я не могу прожить часа, не узнав хоть немного нового, – продолжал Хусайн. – Я должен постоянно узнавать новое о мире, иначе я просто не могу жить.

– У тебя будет тяжкая судьба. Но когда-нибудь, через тысячу лет, говоря о тебе, люди вспомнят и мое имя – Натили. Я ведь все-таки учил тебя, хоть немного.

Абу Али Хусейн ибн Абдаллах ибн Сина.

Дальше Ибн Сина самостоятельно продолжал свое учение. Он с увлечением занялся изучением естественных наук, и, прежде всего, медицины.

«Зачем живет человек? – думал ночами Хусайн. – Неужели, чтобы умереть? Зачем же он тогда радуется и страдает? Зачем ученый всю жизнь тратит на знания, наконец, набирает этих знаний достаточно и тут же умирает? Неужели он всю жизнь искал знания, чтобы унести их в могилу? Для чего живу я сам? Главная жизнь моя будет в загробном мире – так учат богословы. Значит, сейчас я живу неглавной жизнью?» В это он не хотел и не мог поверить.

«Сейчас я живу неглавной жизнью». От этой мысли болело сердце, оно не соглашалось с этой мыслью. «А если бы человек жил на земле столько, сколько хотел… Я хочу жить долго». И вдруг Хусайн поразился простой мысли: «Для этого же и существует медицина! Как я раньше не догадался об этом! – думал он. – Медицина нужна для того, чтобы продлить жизнь человеку на земле. А может быть, кто-то захочет жить вечно. Может быть, уже есть такие лекарства, которые делают людей вечными? Надо больше читать книг».

С этими мыслями он ложился спать и ходил по улицам, он улыбался этим мыслям. «Я развяжу узел смерти! – думал Хусайн. – Для этого стоит жить. Главным моим делом станет медицина. Я сделаю людей долгими жителями. Вот для чего я буду жить».

Теперь Хусайн постоянно читал медицинские книги и одновременно он занимался врачебной практикой – бесплатно лечил больных.

В возрасте 17 лет Ибн Сина, как врач, пользовался в Бухаре такой славой, что был приглашен ко двору Нуха ибн Мансура, который долгое время болел, и лечившие его придворные врачи ничем не могли ему помочь.

– Слышали? Его повезли лечить больного эмира, – шептали люди. – Ну, хорошо, он лечил нас, смертных. Но нас ведь легко вылечить, мы простые люди. А у великого человека – у него и болезни великие! Пропала голова мальчика!

– И этот мальчишка будет указывать нам, известным знатокам медицины! – врачи насмешливо кивали головами.

Ибн Сине удалось в короткий срок вылечить правителя, и в благодарность за это молодой ученый попросил разрешения пользоваться дворцовой библиотекой, которая была одной из лучших и богатейших библиотек на всем Ближнем Востоке.

– Я понимаю, что моя просьба велика. Ведь эта библиотека – она единственная, в мире больше не осталось.

– Можно. Конечно можно, – ответил эмир. – И еще, ты назначаешься придворным врачом и будешь жить во дворце под охраной стражников.

Отныне мысли Хусайна были заняты единственным – библиотекой. Через много лет, рассказывая ученику Джузджани свою биографию, Ибн Сина так вспомнит об этой библиотеке: «Я нашел в этой библиотеке такие книги, о которых не знал и которых не видел больше никогда в жизни. Я прочитал их, и мне стало ясно место каждого ученого в своей науке. Передо мною открылись ворота в такие глубины знания, о которых я не догадывался».

В результате работы в этой библиотеке Ибн Сина расширил свои научные познания до грандиозных масштабов. Основательно усвоив логику, естествознание, медицину и другие науки, он перешел к метафизике, считавшейся тогда одним из основных разделов философии. И еще он начал писать стихи.

В детстве учитель словесных наук объяснил Хусайну правила стихосложения. Рифмовать, складывать строки в определенном размере-ритме, умели многие грамотные люди. Но лишь когда в этих строках смеялось и тосковало собственное сердце, когда и другие сердца не оставались равнодушными, заслышав эти строки, лишь тогда рифмованные фразы становились стихами.

Первые стихи Хусайн сочинял для забавы. Это было интересно – будничные слова вдруг становились то торжественно-величественными, то печальными. Постепенно все больше чувства и мысли было в его стихах. Их уже знали многие в Бухаре, передавали друг другу.

Возвысить душу знаньями стремись, она вместит их словно звезды
высь.

Душа светильник, чей огонь познанье, Аллаха мудрость – масло для
него.

Погас светильник – это знак того, что кончилось твое
существованье.

Ты к дружбе с каждым встречным не стремись и тайн не доверяй
кому попало,

Гони лжеца, пройдохи сторонись, иначе повредишь себе немало.
И воле подлеца не покорись, не превышай дозволенного меры,
А запятнаешь честь, как не винись, как слез не лей – слезам не будет
веры.

В Бухаре наступали смутные времена. Разбойники сожгли библиотеку эмира…

Однажды в дом Ибн Сины пришел знатный гость: «Да-да, такое богатство сгорело. А ты многое успел узнать, занимаясь в этой библиотеке?»

– Много, – сказал Хусайн уклончиво, – но не достаточно.

– Так не сможешь ли ты составить для меня книгу, в которой будет рассказано обо всех знаниях. Я понимаю, что не в силах заплатить за это с такой щедростью, на какую способны лишь цари, но и моя благодарность будет полезна в такое время.

– Это невозможно. Чтобы рассказать, что содержится в тысяче книг, надо написать новую тысячу книг. Я, конечно, помню все наизусть и мог бы все восстановить, но для этого нужна жизнь.

После долгих уговоров Хусайн согласился. Все-таки это был заработок. Он писал днем и ночью. И написал довольно быстро. Получилась толстая книга. В ней было рассказано обо всех науках, кроме математических. Иногда Ибн Сина не удерживался и вместо пересказа начинал спорить с древними авторами. Споры тоже были записаны в сборник. Книга так и называлась «Собранное».

Хусайн еще не успел окончить первую книгу, как пришел другой заказ, написать книгу по этике. Называлась книга эта «Книга благодеяния и греха». Ибн Сина работал с большой самоотдачей и интересом. Но обстановка в Бухаре и смерть отца побудили его покинуть родной город и отправиться в длительное странствие. Отныне вся его жизнь проходила в скитаниях по чужим странам и городам. Но и в таких условиях Ибн Сина проводил научную работу и врачебную практику.

Абу Али Хусейн ибн Абдаллах ибн Сина.

…На одном из вечеров у хорезмшаха ученый-врач Масихи прочитал отрывок из только что оконченной им медицинской книги. Все выступающие книгу хвалили. А сам Масихи был недоволен. «Ар-Рази написал медицинскую книгу, но в ней двадцать томов. Ее надо возить на верблюде», – говорил Масихи Хусайну. «К тому же в этой книге многое упущено, многое бездумно переписано из Галена и Гиппократа. Нужна иная книга, но никто еще не смог написать ее. И я не сумел. Надо, чтобы она охватила все медицинские знания, но была небольшой. Такую книгу может написать лишь мудрый человек с глубокой памятью, острым умом и огненным сердцем. Мне уже не написать такую книгу». Хусайн хотел рассказать Масихи о набросках своей медицинской книги, но удержался.

Часто вместе с Масихи они принимали больных. Масихи удивлялся умению Ибн Сины ставить точный диагноз, по еле заметным признакам узнавать причины болезни. Вместе с Масихи они делали хирургические операции. И тут учился Хусайн. Хотя Масихи уверял, что уже и сейчас Хусайн превосходит его. Вместе они работали и в химической лаборатории у Аррака. Там они ставили всевозможные опыты. А вместе с Бируни Абу Али занимался еще астрономией…

Но вновь сложившаяся ситуация вынуждает Ибн Сину покинуть и этот город и странствовать.

«Может быть, я достиг всего, для чего был рожден, – думал он иногда. – Лечу людей. Люди радуются и благодарят. Ни от кого не завишу, никому не обязан. Могу продолжать труды в науке… Нет, я еще много должен отдать людям, я должен передать им все, что знаю и умею сам».

И появляется книга «Среднее сокращение по логике», затем «Совокупные наблюдения» и книга по философии «Появление и возвращение». Самую главную свою книгу, книгу всей жизни, книгу, которая была необходима каждому врачу, он тоже, наконец — то, начал писать. «Канон врачебной науки» называлась она.

День проходил за днем… Утром – «Канон». Днем – занятия с учениками и лечение. Вечером – встречи и беседы. Ночью – опять написание книг. А потом наступало утро…

Ибн Сину любили все. О нем говорили, что он очень добрый человек, и что он лечит всех. А особенно охотно берется он лечить сложные болезни. И методы лечения у него необычные. О мудрости его ходили легенды.

Однажды пригласили Ибн Сину к правителю, у которого долго болел сын, лучшие доктора не могли вылечить его. Согласился Абу Али. Ну что же это за лечение такое забавное: водит новый врач сына по парку. И сидят они там, в тени деревьев, беседуют. Абу Али рассказывает истории, мальчик слушает, придворные тоже – подслушивают. Абу Али почти не лечит его лекарствами, дает лишь общеукрепляющие. Зато с ним много гуляет, приходит во дворец рано утром и заставляет его, самого сына правителя, делать гимнастику… Потом попросил слуг убрать мусор со дна бассейна. Этот бассейн был вырыт посреди сада, и долгие годы его не заполняли водой. Абу Али принялся учить мальчика плаванию. Через несколько месяцев ничто не угрожало здоровью ребенка. Он стал абсолютно здоров, бодр и весел.

«Канон врачебной науки» продвигался медленно. «Хорошо бы лет пять-шесть спокойной жизни», – думал Абу Али. Но спокойной жизни быть не могло, и вновь Ибн Сина вынужден покинуть город.

«Мне уже тридцать четыре года. Это возраст, когда подводят первые итоги. Это возраст, когда построен фундамент и стены построены. А где мой фундамент? Я еще многого не успел и почти ничего не сделал из того, что задумывал. Зачем я тогда живу?»

О, если бы познать, кто я! Хотя бы раз постигнуть, для чего
скитаюсь я сейчас?

Спокойно зажил бы, отраду обретя, а нет – заплакал бы я тысячами
глаз.

– Плакать? Нет, надо работать!

Плохо, когда сожалеть о содеянном станешь.
Прежде чем ты, одинокий, от мира устанешь, делай сегодня то
дело,

Что выполнить в силах, ибо возможно, что завтра ты больше не
встанешь.

И Абу Али лечил людей. Джузджани (его ученик) помогал учителю.

– Я не перестаю удивляться, учитель, твоему умению, – говорил он. – Сейчас был мужчина, он даже не мог толком объяснить свою болезнь, а ты обнаружил у него зарождающуюся опухоль в желудке. Ты ведь не заглянул ему внутрь?

И Абу Али вновь объяснял ученику. Он рассказывал Джузджани о пульсе. «Пульс – это движение сосудов, слагающееся из сжатия и расширения»,– говорил Абу Али. «Некоторое время я упускал период сжатия. Я повторял исследования до тех пор, пока не почувствовал все его признаки. После этого передо мной открылись врата познания пульса. Я различаю особенности пульса ровного и неровного. (Джузджани напрягал память, старался все запомнить.) Пульс может быть волнообразный и веретенообразный, двухударный, долгий, дрожащий, короткий, малый, медленный, муравьиный. И все это надо уметь отличать. Пульс бывает также мягкий, напряженный, нервный, низкий, пилообразный, полный, пустой».

«Этого я не читал в медицинских книгах!» – удивлялся Джузджани.

«В книгах этого нет», – соглашался Абу Али. «О пульсе я напишу особый трактат, возможно, он войдет в «Канон». Жаль, что редкие врачи пока могут различать движения сосудов. Некоторые болезни, особенно скрытые от глаз, я определяю только по изменению пульса. Природа пульса сходна с природой музыки. По нарушению гармонии пульса можно отыскать тайную болезнь».

Есть такая легенда об Ибн Сине: Это было уже в то время, когда слава о нем разошлась по многим странам. Но не слава была нужна Ибн Сине. Всю жизнь он лечил больных людей и количество их не уменьшалось. Его призывали в города, умоляли посетить деревни. Деревень на его пути было много, и он не успевал осматривать всех больных. И тогда он предложил: «Пусть каждый больной житель деревни возьмет в руки по веревке, а другие концы этих веревок возьму в свои руки я. И по натяжению веревки, по теплу ее и дрожанию я буду определять болезни того, кто держит свой конец».

В одной деревне была хитрая, насмешливая женщина. Она ничем не болела и решила испытать чуткость Ибн Сины. Она взяла свою кошку, которая недавно окотилась, спрятала ее за пазухой, привязала к ее лапе веревку, а другой конец подала Ибн Сине.

«Сейчас мы проверим, вправду ли он такой хороший врач»,– шептала она соседям, хихикая.

Ибн Сина называл болезни разных людей и, наконец, дошел до женщины с кошкой. Он на секунду сделал удивленное лицо, еще раз потрогал веревку и сказал: «Эта больная пять дней назад принесла семерых котят. Она очень истощена, и ее требуется срочно напоить молоком. Никаких других лекарств ей не надо».

Абу Али проводил и различные операции: вправлял вывихи, исправлял искривленные позвоночники, он удалял камни из мочевого пузыря, вырезал полипы в носу, пятилетнему мальчику заправил глазную фистулу. Операциями на глазах он особенно гордился: « Я обязательно должен описать их в «Каноне», – говорил он вечером ученику, – чтобы каждый врач научился делать эти операции».

А вечером Абу Али продолжал писать «Канон». Джузджани переписывал набело.

Ибн Сина одновременно мог писать несколько книг. Однажды Джузджани попросил его написать или хотя бы продиктовать собственное толкование к книгам Аристотеля.

«Ты видишь, – ответил Абу Али, – я очень занят. Но я задумал книгу, которая будет полезна всем. Все свои знания, научные и философские, я постараюсь вложить в нее. Там будет и мое понимание Аристотеля». Эта книга называлась «Китаб-уш-шифа» – «Книга исцеления души».

Ибн Сина решил, что «Книга исцеления» будет состоять из семнадцати томов. Все достижения научной мысли того времени хотел внести в книгу Абу Али: геология, геофизика, метеорология, физика и оптика, химия, ботаника, зоология. Отдельно Абу Али решил рассмотреть математические дисциплины и теорию музыки. Но дела отнимали много времени.

Он вставал до зари и писал хотя бы два листа для «Книги исцеления». А когда начиналось утро, принимал учеников. Маленькую площадь перед домом Абу Али всегда заполняли люди. Бывали здесь именитые, знатные, но больше было бедных крестьян, ремесленников и торговцев. В большинстве это были больные, ждущие исцеления от чудодейственных рук знаменитого врача Абу Али Ибн Сины. Много на это уходило времени, ибо каждое лекарство из трав, семян, смол он готовил сам. Случаи об исцелении им болезней, превосходили сказания о святых.

А вечером он снова брал перо и писал. Джузджани так рассказывает о работе учителя в эти дни: «Учитель попросил бумагу и чернильницу. Затем он разложил стопы бумаги перед собой, брал листы и рассматривал каждую проблему, писал объяснение ее. И он писал каждый день по пятьдесят листов… При этом у него под рукой не было ни одной книги, он не обращался ни к какому источнику, а писал все по памяти и наизусть».

«Я никогда не работал так хорошо», – говорил Абу Али ученику. Но новые обстоятельства снова прервали работу. По доносу Ибн Сина был брошен в тюрьму.

Вылечив начальника тюрьмы, Абу Али поклялся, что не будет пытаться бежать.

За это начальник освободил его от кандалов и принес ему бумагу из собственной канцелярии, чернильницу и тростниковое перо. По вечерам начальник любил рассказывать о своей длинной жизни, о деревенской юности.

За четыре тюремных месяца Абу Али написал «Книгу о правильном пути», заново переделал «Книгу о коликах». Там же, в тюрьме, он написал еще одну книгу – философскую повесть «Живой, сын Бодрствующего». Хайи ибн-Якзан – так звали начальника тюрьмы. «Живой, сын Бодрствующего» – переводится это имя.

Это была первая повесть Абу Али. Герой повести встретился с простым и добрым, вечно бодрствующим стариком. И старик рассказывает герою о своих странствиях, о том, как он сумел познать окружающий мир. Добрая душа старика проникает повсюду: и опускается в ад, и поднимается до высших сфер мира…

Книгой этой будут зачитываться потом многие люди. Они будут говорить, что каждая страница книги полна мудрых раздумий, философских мыслей. Через двести лет писатель Ибн-Туфайл создаст роман с тем же названием, и роман будет во многом повторять повесть Ибн Сины. Литераторы считают, что и бессмертный Данте творил свою «Божественную комедию» под влиянием Абу Али Ибн Сины.

Пришедший к власти новый правитель отпустил Ибн Сину. Уехав в другой город, он продолжал принимать больных и заканчивал третью книгу «Канона».

Случай с одним больным был таким редкостным, что о нем стали рассказывать во многих городах: Знатный человек, двоюродный брат самого эмира Исфагана, сошел с ума. Он вообразил себя коровой, стал бегать по комнатам своего богатого дома, громко мычать.

– Зарежьте меня поскорее! – кричал двоюродный брат эмира. – Сварите из меня суп! Я корова! Я корова!

Он отказался есть нормальную человеческую пищу. «Я корова! – кричал он. – Я жирная корова. Я не ем мяса!»

Он стал быстро худеть. И уже перестал бегать по комнатам, бодать слуг, а лишь лежал и жалобно мычал. К больному были приглашены лучшие врачи, но они ничего не могли поделать, они признали болезнь неизлечимой.

Зная об удивительном даре Авиценны, эмир обратился к нему с просьбой о помощи.

Ибн Сина выслушал рассказ врачей о болезни, поговорил со слугами, а потом сказал: «Идите к своему больному и передайте, что вы были у мясника и просили зарезать корову. Скажите ему, что мясник скоро придет».

Домашние вернулись, рассказали все больному. Он обрадовался, замычал веселее.

Ибн Сина одел свои лучшие одежды, позвал двух слуг и отправился в дом брата эмира. Войдя в комнату, он взял в руки огромный нож и закричал: «Где здесь корова, которую надо резать? Выведите ее во двор, я там ее зарежу! Принесите веревки и свяжите корове ноги! Сделайте все, как положено».

Больной, услышав эти слова, заревел из глубины комнаты: «Я сам! Я сам!» Он даже поднялся от радости, хотя последние два дня совсем не вставал, вышел во двор и лег на бок.

Ибн Сина подошел к нему, присел и поточил нож о нож. Потом он пощупал больному бока и сказал: «Эта корова очень худая, и ее резать нельзя. Давайте ей в течение нескольких дней обильную пищу, чтобы она пожирнела, а потом я приду и зарежу ее».

Больной растерянно поднялся. Он был слаб от голода, его шатало.

– Слышишь, корова, – сказал Ибн Сина, – будешь хорошо есть, тогда зарежу, а будешь голодать – какой от тебя толк. Никто и есть не станет твое мясо.

В тот же день больной накинулся на пищу, в которую Ибн Сина велел подмешивать специальные лекарства. Абу Али приходил к пациенту каждый день.

Постепенно больной стал выздоравливать, он прибавлял в весе и мычал все реже. Однажды утром он проснулся и позвал слугу: «Странный мне сон сегодня приснился: как будто я вообразил себя коровой». «Действительно, странный сон, господин», – откликнулся слуга. «Я даже испугался: вдруг проснусь и окажусь в самом деле коровой. Но, слава Аллаху, проснулся, смотрю – человек я». Болезнь прошла окончательно.

…А вечером, как всегда, у Ибн Сины собирались ученики. Однажды, во время беседы с ними, в дом вошел посланник и передал письмо и толстый конверт с вопросами.

– Завтра утром я бы хотел уехать, – сказал посланник, – но если ты согласен написать ответ через несколько дней, то я подожду.

Ибн Сина отпустил его. Он продолжал разговаривать с учениками и одновременно просматривал вопросы. После вечерней молитвы Джузджани принес ему пачку бумаги, листов пятьдесят. Ибн Сина зажег светильники и принялся писать ответ… Рано утром кто-то постучал в дверь Джузджани. Это был слуга Ибн Сины: «Господин срочно просит прийти к нему».

Когда Джузджани вошел в комнату, он увидел, что вся бумага уже исписана мелким почерком учителя. «Получилась целая книга», – сказал учитель смущенно. «Я решил сразу ответить на все вопросы, чтобы не задерживать посланника. И ученые в Ширазе ждут».

Когда Джузджани отнес эту книгу посланнику, тот и вовсе изумился. Вернувшись в Шираз, он долго рассказывал ученым об этом случае.

…И вот, наконец-то, «Канон врачебной науки» был окончен. Пять тяжелых томов лежали в комнате Ибн Сины. Все медицинские знания, которые накопили люди, вмещали эти книги. Они были написаны в трудные дни. Голодная жизнь в караван-сараях… В домах у друзей, прислушиваясь к каждому шуму на улице, – не за ним ли пришли…

Вот первая – теория медицинской науки. В ней дается определение медицины, раскрываются задачи этой науки, приводится учение о соках и натуре (темпераменте), дается сжатый анатомический очерк так называемых “простых” органов человеческого тела, рассматриваются причины, проявления и классификации болезней и общие правила их лечения. Подробно излагаются учения о питании, образе жизни и сохранении здоровья во все периоды жизни (общая и частная гигиена).

Во второй книге описаны простые лекарства. Оказывается, любой корень, кора любого дерева могут помочь человеку бороться с болезнями. Растения живут рядом, но люди не знают об их полезных свойствах.

«Если прикладывать лекарственные повязки с редькой и медом – это исцеляет злокачественные язвы, а семена ее с уксусом окончательно исцеляют гангренозные язвы» – так говорит Ибн Сина во второй книге «Канона» об обыкновенной редьке. «Если скорпион ужалит человека, который поел редьки, то человеку вреда не будет». Или еще: «Если выпить мяты до отравления, она отразит действие смертоносных ядов».

Почти восемьсот простых лекарств растительного, животного и минерального происхождения с указанием их лечебных свойств и способов применения описал Ибн Сина во второй книге «Канона». Эта книга дает возможность ознакомиться не только с научной, но и с бытовой, народной медициной того времени. Лечебники и травники Древней Руси также постоянно упоминают его имя «Ависен», дают его рецепты. А многие лекарства, предложенные Ибн Синой, прочно вошли в фармакопею и применяются по сегодняшний день.

Третья и четвертая книги подробно разбирают болезни всех человеческих органов с головы до ног, иными словами она посвящена частной патологии и терапии. Голова, мозг и нервы, глаз, ухо, горло и нос, зубы, легкие и сердце, пищевод и желудок, кишечник, печень и желчный пузырь, почки и мочевой пузырь – обо всем подробно рассказал Ибн Сина, назвал способы лечения, методы операций. Как лечить переломы черепа, носа, челюсти, ключицы, ребер – об этом тоже рассказал он в «Каноне». Каждый раздел начинается с подробного анатомического описания соответствующего органа. Первым в мире Ибн Сина описал строение мышц глаза. До Ибн Сины многие, даже великие ученые считали, что глаз, словно фонарик, испускает лучи. Эти особые лучи, отражаясь от предмета, идут назад и дают изображение.

Книга пятая “Канона” представляет собой фармакопею. В ней излагаются способы изготовления и применения различных форм лекарств сложного состава. До тридцати семи веществ могут входить в них. «Это лекарство применял Гален, – часто пишет Ибн Сина, – это известное индийское лекарство, а это – открыто мной».

В «Каноне» Ибн Сина уделяет внимание и проблемам психологии. Психические расстройства интересовали его не только с чисто врачебных позиций, но и как объект психологического исследования.

Ученые и врачи, читая книги «Канона», переписанные Джузджани, а потом размноженные переписчиками, поражались. Новое, неведомое раньше науке встречалось в этих книгах на каждой странице.

Ибн Сина первый проанализировал причины, симптомы и способы лечения таких страшных болезней, как менингит и люэс, плеврит и язва желудка. Он первый отделил чуму от холеры, описал проказу, желтуху и сибирскую язву. Ибн Сина не знал, что пройдет больше восьмисот лет, и только тогда Пастер подтвердит его гипотезу о вирусах – о невидимых возбудителях болезней, которые живут и в воде, и в воздухе.

В «Каноне» Ибн Сины содержится много тонких наблюдений над детьми и разумных советов по всестороннему их воспитанию. Он заботился о том, чтобы из ребенка вырос добрый, умный, умелый и здоровый человек.

Большое внимание Авиценна уделял и физическим упражнениям, называя их “самым главным условием” сохранения здоровья. На следующее место он ставил режим питания и режим сна.

Еще одной необычной стороной “Канона врачебной науки” является точное описание клинической картины болезней, тонкости диагностики. Описания ряда клинических явлений, их объяснения говорят о необычайной наблюдательности Ибн Сины, его таланте и опыте. В диагностике же Ибн Сина пользовался определением влажности или сухости кожи, осмотром мочи и испражнений, ощупыванием и наблюдением за пульсом. Ибн Сина создал такое учение о пульсе, к которому с тех пор трудно что-нибудь добавить.

Ибн Сина не знал, что его «Канон» скоро станет медицинской энциклопедией во всех странах мира. В Европе будут учить по нему врачей.

Сложность окружающей обстановки по-прежнему отрывала Абу Али от занятий наукой и лечения, от написания книг. Но, несмотря на все преграды, он пишет новую книгу – «Книгу справедливости».

А вскоре была написана поэма «Урджуза». Поэма эта особенная. Ее героем была медицина, все медицинские знания. «Она составлена в простом изложении, понятными стихами, так, чтобы было нетрудно ее читать», – написал сам Ибн Сина в предисловии. По этой поэме даже школьник мог изучать медицину. Очень скоро «Урджузу» перевели на латинский язык. А потом ее издали во многих странах. 600 лет изучали поэму во многих медицинских школах.

Поэма написана красивыми, образными стихами. В прозе начало ее звучит примерно так: «Поэты – принцы вселенной; врачи руководят телом. Красноречие упомянутых выше радует душу; преданность последних исцеляет болезни. Эта поэма содержит всю теоретическую и практическую медицину. И я в ней излагаю в стихах все мои знания этой науки… Медицина – это охрана здоровья и лечение болезней. » Он любил медицину и уделял ей большую часть своего времени.

Одновременно с «Урджузой» Ибн Сина написал книгу по языкознанию – «Язык арабов». Современники говорили, что подобную этой книге в области языка, еще никто не писал.

Ибн Сина долго откладывал переписку ее начисто. Джузджани был занят переписыванием двадцати томов «Книги справедливости», «Язык арабов» так и остался в черновике. После смерти Ибн Сины книга эта, видимо, погибла, или, быть может, хранится до сих пор в какой-нибудь мусульманской библиотеке среди других неизученных рукописей. Такая же судьба ожидала и «Книгу справедливости» – грабители увезли ее с собою, все двадцать томов.

Эта книга была очень дорога Авиценне, он вынашивал ее в сердце своем многие годы. Эта книга была приговором всей западной философии, всем законам черной, яростной жизни.

И вот, как будто по иронии, жизнь еще раз доказала Ибн Сине свою несправедливость: навсегда пропала именно эта книга – «Книга справедливости».

После потери этой книги, так одиноко ему стало. «И руки ослабли, устали, и ноги вот подогнулись. Пусто кругом. Одиноко и пусто. Зачем, для кого я писал свои многотомные книги? Кто читает их? Несчастная сотня грамотных людей в городе. А потом приходит правитель, повелитель алчных воинов, и сажает этих ученых в ямы, выгоняет из дому. И книги горят, исчезают. Так много все рассуждают о силе познания, о торжестве разума. А сила – вот она, в жестокости. И торжествует не разум, а невежество, злое, тупое невежество… Да будет ли когда-нибудь время, когда они, ученые, станут необходимыми людьми? Когда правители будут советоваться со знаниями, а не со своей дикой волей. И весь мир будет объединен в единое, общее, справедливое государство. Без войн, захватов и убийств.

Но, несмотря на все отчаяние и боль, надо все-таки подниматься. Ведь завтра сюда придут ученики. И надо будет говорить им что-то о пользе знаний…»

Почти непрерывные скитания по городам Мавераннахра и Ирана, постоянный напряженный труд, бессонные ночи, неоднократные тюремные заключения надломили организм ученого. Когда-то он написал книгу о желудочных коликах, теперь сам он страдает этой болезнью.

От праха черного и до небесных тел я тайны разглядел мудрейших
слов и дел.

Коварства я избег, распутал все узлы, лишь узел смерти я распутать
не сумел.

Это были последние слова Великого Учителя.18 июня 1037 года Ибн Сина умер.

Абу Али Хусейн ибн Абдаллах ибн Сина.

О последних часах Ибн Сины есть такая легенда: Великий врач, почувствовав приближение конца своих дней на земле, решил дать бой смерти. Не зря он дни и ночи, многие годы, изучал свойства разных растений, тайны лекарств. Ибн Сина решил победить смерть, оставшись в живых надолго. Напрягая ослабевшие руки, приготовил сорок разных лекарств, разлил лекарства в сорок разных сосудов, на каждом сосуде написал номер. Потом он вызвал самого верного своего ученика.

«Слушай меня внимательно, – сказал он ученику. – Силы мои ослабли, и, вероятно, завтра я уйду. Но я не умру, если ты применишь все эти сорок лекарств в том порядке, как я тебе продиктую».

И он стал диктовать. Первое лекарство полагалось влить в рот. Вторым лекарством натереть грудь. Третьим – спину. Четвертым – ноги. Пятое снова влить в рот. И так до сорокового.

На следующий день великий врач потерял сознание. Перед учеником лежало безжизненное тело изможденного старца. Сухие слабые руки, щеки ввалились, и только высокий лоб говорил о глубоких тайнах ума Ибн Сины.

Ученик, волнуясь, взял первый сосуд с лекарством. Потом – второй, третий, четвертый. Он делал все так, как диктовал ему учитель. Взял десятый сосуд, двадцатый, тридцатый… Постепенно немощное старческое тело превращалось в цветущее тело юноши. Уже появилось дыхание, зарозовели щеки. Перед учеником лежал сильный красивый юноша с полным благородства, мудрым лицом. Осталось сороковое лекарство. Последнее лекарство должно было укрепить ту жизнь, которую вдохнули в Ибн Сину все тридцать девять лекарств. Испив последнее лекарство, учитель должен был открыть глаза, глубоко вздохнуть, улыбнуться и встать. И так поражен был ученик этим чудесным превращением, что внезапно из трясущихся от волнения рук выпал сороковой сосуд на землю и опрокинулся. Лекарство

Новый мавзолей Абу Али Ибн Сины, построенный в городе Хамадане (Иран).

разлилось по песку, ушло в глубину земли. Через несколько минут перед учеником лежало безжизненное тело учителя.

Новый мавзолей Абу Али Ибн Сины, построенный в городе Хамадане (Иран).

Ибн Сину похоронили в Хамадане, у южной стены города.

Шли годы, проходили столетия. На краю Хамадана, на левом берегу горной реки, среди давно заброшенного кладбища высокий кирпичный забор огораживал небольшой дворик с несколькими кипарисами. Там, среди кипарисов, стояло здание из кирпича. Сюда, к мавзолею, каждое утро собирались люди. Среди них были ученые – старики и молодые, лишь входящие в жизнь. Были и больные, верившие в чудесное исцеление от одних только прикосновений к древней могиле. Внутри мавзолея, во мраке, на полу, устланном циновками, у надгробной плиты постоянно сидели старцы.

Проходило двести лет, четыреста и семьсот. И когда спрашивал какой-нибудь путешественник, проезжающий из Тегерана в Багдад: «Кто похоронен здесь?», ему негромко отвечали: «Это могила Абу Али Ибн Сины, Великого Врача и Великого Человека».

В ком воля есть и сильный дух, тот победит любой недуг.
Болезнь отступит перед гордым, перед бесстрашным, непокорным…

Абу Али Ибн Сино

Абу Али Ибн Сино (Авиценна) родился в 980-ом году в поселении Афшана около Бухары, в семье финансового должностного лица. Уже в детстве Ибн-Сино вместе с отцом прибыл в Бухару. Он ознакомился с Кораном в очень раннем возрасте, так же рано начал интересоваться греческой философией, геометрией и индийскими вычислениями. Научные интересы Ибн-Сино развились в двух направлениях: в медицине и философии. В возрасте семнадцати лет он стал полностью развитым ученым и имел большой престиж, как врач.

Однажды Авиценна был приглашён к больному Нух ибн Мансуру (по некоторым источникам — приведён насильно), который правил Бухарой, и вылечил его, проведя первую в истории операцию по удалению аппендицита. В награду Ибн-Сино получил разрешение пользоваться библиотекой дворца.

После свержения Саманидов и захвата Бухары Караханидами (в 992 и 999 гг.) Ибн-Сино пришёл в Ургенч, во дворец Хорезмского Шаха, где было много известных ученых. Тогда в Хорезме управлял Абаи-Аббас Мамун (999 — 1016 гг.), который покровительствовал ученым, поэтам и живописцам.

Философия Ибн-Сино, разъясненная в «Китаб аш — Шифа» («Книга исцеления») — целая эпоха в истории восточной философии. Однако, именно эта классическая работа, укрепившая работу над медициной, создала ему мировую репутацию — «Китаб аль-Канун фит-Тиб» («Канон медицинской науки»). Перевод этой работы на латинский язык был сделан в конце XV-го столетия. Через сто лет, в 1593 г., его арабский оригинал издался в Риме. Затем её издавали ещё много раз вплоть до XVII-го столетия и она стала одной из самых популярных работ в медицине на Западе. Западная медицина была под непосредственным воздействием Канона.

О врачевании Ибн-Сино были составлены легенды. Одна из них повествовала, что после смерти он оставил его ученику сорок ампул и распорядился, чтобы он вливал ему ежедневно по одной ампуле в течение сорока дней. Когда ученик ввел 39-ую ампулу, он увидел, что щеки преподавателя залились румянцем, губы стали темно-красными, волосы и усы почернели, и это выглядело так, что он вот-вот откроет свои глаза. Ученик так был взволнован в ожидании воскрешения, что он бросился к последней сороковой ампуле, и она разбилась.


источники:

http://www.epwr.ru/quotauthor/425/

http://www.orexca.com/rus/uzbekistan/prominent_people/avicenna.htm