Абрамчук Валентин Владимирович Брест биография

Абрамчук Валентин Владимирович

B2BHint может помочь вам найти новых клиентов и партнёров.

Абрамчук Валентин Владимирович Белорусская компания. Была основана 1 августа 2018 г. с идентификационным номером 291550380 по адресу Республика Беларусь, 224000, Брестская область, г. Брест, ул. Еловая, д. 26.

Данные

Название Абрамчук Валентин Владимирович

Названия бренда Абрамчук Валентин Владимирович

Юридический адрес Республика Беларусь, 224000, Брестская область, г. Брест, ул. Еловая, д. 26 by

«Интеллигенция» в бегах: Россия очищается от предателей

«Звёздные» беглецы, некогда заработавшие свои капиталы в России, теперь демонстративно обживаются на Западе. Оттуда же в соцсетях оплёвывают нашу страну и русскую культуру. «Национал-предатели, мошки, которых народ выплюнул на панель», – сказал про них президент России.

Все эти персонажи были обласканы властью, получая от государства всё, что только можно было получить: деньги, награды, почёт. Но всё это совершенно не мешало им открыто поддерживать «оппозиционные» вылазки и заносчиво отвечать на критику: художник имеет право. он так видит. мы, элита, не для толпы творим.

А сейчас мы видим, как караван этих деятелей, тихо рыдая, отправился в заграничные «путешествия» – кто куда. Некоторые даже грозились вернуться, как только в России «всё переменится». То есть вернуться-то они надеются в «другую Россию». Напрасно надеетесь, для вас всё точно переменится, потому что ваше время заканчивается.

А пока они, «вынужденные отдыхающие», продолжают строчить посты в своих бложиках.

Вот, к примеру, кинокритик Антон Долин. В своём посте, написанном в «свободной Латвии», он сообщает, что «на 90% состоит из русской культуры». При этом его совершенно не удивляют нападки на эту же русскую культуру на Западе. В этом он не просто не видит ничего позорного. Наоборот, он подобный процесс с воодушевлением поддерживает:

У нас раскручивали историю о том, как в Уэльсе отказались играть Чайковского. Но как-то стыдливо умолчали, что речь шла об увертюре «1812 год». Ну правда, не очень-то звучит сейчас патриотическая музыка, написанная во славу русского оружия. Даже «Война и мир», при всем пацифизме Толстого, так себе выглядит в нынешней ситуации. Или вот ещё хуже ситуация. Я всегда был поклонником великого советского антивоенного кино – «Летят журавли», «Баллада о солдате», «Иваново детство», «Восхождение». Как его смотреть сегодня? Не фальшиво ли именно сейчас умиляться жертвенности советского солдата, погибающего в борьбе с фашистами?

Интересно, а кто в России не давал говорить Долину, ещё недавно возглавлявшему один из известных журналов о кино, ведущему успешного YouTube-блога, рубрики в передаче «Вечерний Ургант» на Первом канале?

Кинокритик Антон Долин теперь свободен в «свободной Латвии». Фото: Anatoly Lomokhov / Globallookpress

Или ещё одна известная персона – актриса и основательница фонда «Подари жизнь» Чулпан Хаматова. Она теперь тоже в Латвии, где успела получить вид на жительство и построить дом. Своё решение уехать из России объясняет так:

Мне очень странно, что в первый раз я смогла понять, в какой действительности живу, только когда я попала на суд над Pussy Riot. Когда ты понимаешь, что всё не совсем так, как ты сам себе выстроил в голове. Что она не «справедливость восторжествовала, а несправедливость наказана». Это моя наивность, страшнейшая. А дальше был Крым. Там, по крайней мере, можно было не подписывать это письмо. Да, это было тоже страшно, не подписывать письмо. Тоже было понятно, что за этим что-то последует. Но этого было достаточно на тот момент, чтобы остаться человеком, который может смотреть на себя в зеркало.

Как же ловко после плясок Pussy Riot Чулпан «открыла глаза», что даже не отказалась в 2015 году, уже после воссоединения Крыма с Россией, от награды – не заявила о своём протесте, не сказала о своём несогласии. Зато сейчас рассуждает: «Люблю Россию я, но странною любовью».

Впрочем, Чулпан и в Латвии не пропадёт. Ей, такой «несогласной», уже предложил играть в Новом Рижском театре режиссёр Алвис Херманис. Тот самый, который ставил в московском Государственном театре наций спектакль «Горбачёв» с Хаматовой и Евгением Мироновым в главных ролях.

Народ имеет право выразить своё отношение к «интеллигенции»

Так кто же эти «поуехавшие»? Предатели или «право имеют»? Об этом в программе «Не могу молчать» ведущая Елена Афонина беседовала с заслуженным артистом России, певцом Яном Осиным и юристом, председателем московской коллегии адвокатов Георгием Тер-Акоповым.

Елена Афонина: – Скажите, как вы относитесь к подобным персонажам? Я думаю, весь список озвучивать не стоит. К тому же некоторые из них, «уехавшие в отпуск», могут неожиданно сказать: «Отпуск закончился, мы и вернулись». Как нам дальше оценивать то, что делают эти люди? Сделать вид, что ничего не было?

Ян Осин: – Раз уж они самопровозгласили себя «интеллигенцией России», то и наш народ тоже может выразить своё отношение к ним. Вы посмотрите, как на них в соцсетях люди реагируют. Возможно, кому-то и понравился спектакль «Горбачёв», но для меня лично Михаил Горбачёв – это предатель моей Родины, Советского Союза.

Развал страны я встретил уже достаточно взрослым человеком. Когда был референдум, более 70% жителей нашей необъятной страны проголосовали против развала. Но кто-то из таких же «самопровозглашённых» решил тогда иначе. А теперь вот такие люди – артисты, режиссёры и прочие деятели культуры, называющие себя интеллигенцией, считают, что они имеют право выступать от имени всего нашего народа, выражать какие-то претензии и так далее.

Почему они решают за меня? Моё мнение они не спрашивали – ни Чулпан Хаматова, ни Алексей Серебряков, который уезжал в Канаду. Человеческий материал – они так называют людей.

– А я вам объясню почему. Потому что мы – «поголовье России».

Георгий Тер-Акопов: – Я думаю, что здесь надо всё-таки отделять мух от котлет. Мы все люди, и кто-то мог покинуть страну просто из чувства страха или обеспокоенности – это нормально, мы все испытываем разные эмоции.

Но те, кто покинул страну именно по идеологическим соображениям, а теперь продолжает из-за рубежа плевать в тот колодец, который питал их всю жизнь, то это уже недопустимо. Такие люди должны для самих себя расставить все точки над «i» – в своих мыслях, в своих убеждениях – и открыто об этом заявить, что, собственно, они и делают.

На мой взгляд, для страны это будет только полезным, потому что уходит вся пена и проявляется то, что у людей внутри. А народ и государство дадут этому свою оценку. То есть тут надо понять, кто действительно предатель, а кто просто испугался.

Русофобствующая Прибалтика – лучшее убежище для предателей

– Тогда давайте попробуем понять, почему и Хаматова, и Долин, и Эммануил Виторган выбрали Латвию. Или, как ведущий программы «Модный приговор» Александр Васильев, Литву, гражданство которой он имеет. Тоже, кстати, очень интересный персонаж.

К беседе в студии присоединились активист движения в защиту русскоязычного образования в Латвии Сергей Мулеванов и журналист, музыкальный критик Артемий Троицкий из Таллина.

– Сергей, скажите, почему-то все очень охотно уезжают в Латвию. Чем она так привлекательна?

Сергей Мулеванов: – Тут всё просто. В стране примерно 40% населения – русскоговорящие. Поэтому люди здесь не чувствуют какой-то отчуждённости. Конечно, не считая прессы, образования детей. А по остальным параметрам они как бы остаются в том же самом мире.

С другой стороны, известная с советских времён Юрмала остаётся любимым местом отдыха для многих граждан России, тут нет ничего удивительного.

– Артемий, вам тот же самый вопрос – вы же поняли, кого я процитировала, когда сказала по поводу «поголовья». Это же вы в своём YouTube-канале так называете граждан России, которые «не идут в нужном направлении», по вашему мнению. Это же ваши слова?

Артемий Троицкий: – Я по-разному называю. Мог и так назвать, но совершенно необязательно.

– Нет, обязательно. Это записано было, если я не ошибаюсь, 18 марта. Я посмотрела внимательно, когда готовилась к эфиру.

А.Т.: – Я же не отказываюсь от своих слов. Я просто сказал, что называю по-разному.

– А как вы называете тех, что сейчас приезжает в Эстонию пересидеть сложные времена?

А.Т.: – В Эстонию очень многие приехали: и журналисты, и музыканты, и нормальные, думающие люди. Но я совершенно не уполномочен их имена и фамилии называть, так что воздержусь от конкретики. Но приехало очень много.

– Расширьте, пожалуйста, свою фразу: нормальные приехали, а ненормальные где?

А.Т.: – Ненормальные разные бывают. Кто-то остался в России, кто-то – нет. Но те люди, с которыми я общаюсь, они исключительно нормальные.

– Вы с нами общаетесь, значит, мы в вашей табели о рангах тоже нормальные?

Г.Т.-А.: – Это значит, та тысяча человек, две тысячи человек, которые уехали, они нормальные. А 140 с лишним миллионов, которые остались здесь, они, по-вашему, ненормальные?

А.Т.: – Послушайте, я говорю о тех людях, которые уехали, и сказал, что они нормальные. А вы как адвокат, в общем-то, могли бы почувствовать разницу.

Юрист, председатель московской коллегии адвокатов Георгий Тер-Акопов. Фото: Телеканал Царьград

Свобода слова по-прибалтийски

– Сергей, у меня снова вопрос к вам. Сейчас в соцсетях активно обсуждается судьба блогера Кирилла Фёдорова. Люди, которые уезжают из России, которую они считают исчадием ада, где всё было ужасно, где никому слова сказать не дают, говорят, что надо уезжать в Европу. Но доезжают они почему-то только до Прибалтики. В этих странах есть всё то, чего им так не хватало в России: соблюдение прав человека, свобода слова и прочее?

С.М.: – За любое одобрительное высказывание о том, что происходит сейчас на Украине, мне будет грозить пять лет тюрьмы. Поэтому я в данном случае предпочту промолчать, чтобы не было никаких последствий.

И я очень удивлён, что в России только сейчас увидели, что у нас происходит. Ведь тот же господин Евгений Чичваркин, помнится, ещё в прошлом году призвал к тому, чтобы в России – по примеру Латвии – тоже ввести институт массового негражданства.

Меня это его заявление вышибло из седла. Как общаться с такими людьми, которых некоторые считают нормальными?

А вы гражданин Латвии?

С.М.: – Я коренной гражданин Латвии ещё с допетровских времён – из тех русских, которые здесь жили ещё до прихода Петра I.

– Артемий, а вы с каким паспортом в Эстонии сейчас живёте?

А.Т.: – Я гражданин России, и в Эстонии я живут с паспортом России.

– А ваша семья?

А.Т.: – У жены паспорт Республики Беларусь, у детей по два паспорта.

– Расскажите нам, что такое свобода слова по-прибалтийски?

А.Т.: – Свобода слова тут есть. Естественно, у государства имеется определённая позиция. Эстония – член Евросоюза, член НАТО. Поэтому государство настроено проевропейски и прозападно.

Но в Эстонии есть оппозиционные партии, скажем Народная консервативная партия, которые исповедуют совершенно иные ценности, гораздо более близкие, скажем, к тому, что пропагандируется в России. И это одна из двух-трёх крупнейших партий в Эстонии, со своими газетами. У них полный доступ имеется в теле-, радиоэфир и так далее.

Я живу тут уже семь с половиной лет, с 2014 года. И при том, что я выступаю и по телевидению, и по радио, а также время от времени печатаюсь в газетах-журналах, с каким-то ущемлением свободы слова мне сталкиваться не доводилось.

И снова «это другое, вы не понимаете»?

– Я вернусь снова к вашим словам о «русском поголовье». Вы сильно удивлялись в том видеоролике, что граждане России «почему-то поддерживают спецоперацию». Вот их вы и называли «поголовьем», зато с восторгом говорили о тех, кто выходит на те самые одиночные или не очень одиночные пикеты. Вы действительно восхищаетесь ими?

А.Т.: – Да, я действительно восхищаюсь.

– А вы не были восхищены мужеством тех людей, которые вышли защищать Бронзового солдата в Эстонии? Вы ещё не жили тогда в Таллине, а вот я жила. Вы не восхищены мужеством этих людей или тоже восхищены?

А.Т.: – Вы знаете, что это совершенно разные вещи.

– Ну конечно, «это другое».

А.Т.: – Я действительно при этом не присутствовал. Одно дело – протестовать против кровавой войны, а другое дело – протестовать против переноса памятника.

– Отстаивать историческую память – конечно другое…

Я.О.: – Несколько дней назад в Латвии, в соседней с Эстонией стране, прошёл марш нацистов. При этом сначала его запретили, потом разрешили. Но марш тех, кто против них, не поддержали. Это как, где здесь свобода слова?

Заслуженный артист России, певец Ян Осин. Фото: Телеканал Царьград

А.Т.: – Я считаю, что марш нацистов, бывших эсэсовцев и их потомков – это абсолютно возмутительно. Это происходит в Латвии, к сожалению. И я считаю, что это позор страны. В Эстонии, кстати, этого нет, что бы там ни говорили Елена и им подобные демагоги.

– А что я сказала? Судебное дело против тех, кто выходил защищать Бронзового солдата, длится до сих пор. Вы не можете об этом не знать.

А.Т.: – Об этом я действительно не осведомлён. То, что молодых ребят, а также действительно бабушек-блокадниц в России сажают за то, что они выходят с антивоенными плакатами, – вот это актуальный, свежий, злободневный факт. Вы вспоминаете о событиях 15-летней давности.

– Нет, я о них вспоминаю только потому, что этих людей судят до сих пор – суды до сих пор идут. Я вспоминаю только исключительно поэтому.

А.Т.: – Я думаю, что вы заблуждаетесь. То есть я читаю эстонскую прессу и я уже много лет не слышал ни о каких судах.

– Не слышал или не хотел слышать – это разные вопросы. В эстонской прессе, конечно, этого нет, но вы просто в поисковике вбейте: «Суд над защитниками Бронзового солдата. «

А.Т.: – Они могут врать сколько угодно.

– А, так они могут врать. Всё. Понятно.

А.Т.: – Это тролли. Это ребята с Лахты и так далее…

– Артемий, а вы сейчас гражданин Эстонии или гражданин России? Я говорю не по паспорту – ментально.

А.Т.: – Ментально? По паспорту я точно гражданин России…

– Ну, мы это слышали.

А.Т.: – Сказать, что меня это ужасно радует, я никак не могу, поскольку в России творятся очень неприятные вещи.

– А что вам мешает отказаться от гражданства России?

А.Т.: – Дело в том, что Россия – это не Путин и не путинский режим. Россия – это моя Родина. Я очень люблю эту страну. Я прожил в ней 60 лет. Сейчас мне 66. Так что отказываться от России я не собираюсь.

– Нет, зачем от России – вы от гражданства откажитесь. Вы от паспорта российского откажитесь со всеми привилегиями, которые это даёт. Пенсии, которую это даёт. Почему нет-то?

А.Т.: – Это не даёт абсолютно никаких привилегий. Но отказываться от этого паспорта я не собираюсь. Я надеюсь, что режим в России сменится, причем в ближайшее время.

С.М.: – Задам вопрос в лоб. Понятно, Путин не вечен, скажем так. И однажды он уйдёт. А если на его место приду я или такой, как я, вы как себя будете чувствовать?

– Человек самоустранился. Не хочет он разговаривать с такими, как мы.

С.М.: – Честно, я удивлён. Я помню высказывание Владимира Владимировича, когда он сказал, что наступит время, «когда вы замучаетесь пыль глотать». Так вот, только за прошлый год Латвия по подозрению в незаконности происхождения средств арестовала счетов на 600 миллионов евро. То есть это больше чем полтора миллиона в день. Красота, да?

А сейчас, по санкциям, суммарно арестовано имущества на 17 миллиардов евро. В том числе самолёт Абрамовича. То есть там есть и дом Усманова, нашего миллиардера знаменитого, скажем, и многих других. И вся российская богема боится попасть под этот каток. И они поют всё, что им говорят. Лишь бы у них не отняли то, что они здесь имеют.

– Сложно с вами не согласиться. Упомянутый уже мною Александр Васильев, ведущий программы «Модный приговор» на Первом канале, в начале марта сам написал письмо в муниципалитет литовского города Висагинас, в котором осудил действия России на Украине. Письмо также разместили на официальном сайте мэрии. Вот его содержание:

Беспрецедентные амбиции воссоздания огромной Империи вызывают военную оккупацию, прямо сейчас разрушающую независимое государство Украины. Эта война, безусловно, вызовет также и беспрецедентную изоляцию России и, более того, может привести к смертельной ядерной войне на планете Земля.

– Понятно, у Васильева французский паспорт, литовский паспорт – тут вопросов нет, надо «соответствовать».

С.М.: – Все говорят на Западе: «Война на Украине, война на Украине. » Нет, ребята, война идёт в пределах Садового кольца. А на Украине идут всего лишь боевые действия. Когда внутри Садового кольца вопрос будет решён – тогда и в остальных местах всё встанет на место.

Судьба белорусского «красного директората»: от рассвета до заката

В конце 1980-х – начале 1990-х сначала ушли те, кто не понял или не принял новые экономические правила. За ними последовали – на пенсию, за границу или в заключение – те, кто не захотел или смог договориться с пришедшей к власти новой и чуждой им по многим параметрам элитой. Политика кнута, которую активно применили новые руководители Беларуси к «красным директорам», сопровождалась «пряниками», и это тоже серьезно проредило ряды «красного корпуса». Многие из них, оставив станки и конвейеры, стали министрами, послами и парламентариями. Тем не менее небольшие «красные островки» в море управленцев, взращенных специфичными приоритетами социально-рыночной экономики, продолжали до недавних пор существовать. Несколько десятков руководителей и параллельно условных владельцев контрольных пакетов акций ЗАО и некоторых ОАО, где их интересы защищались карманными наблюдательными советами, продолжали дожидаться своей легитимизации как настоящих собственников активов. Но дождаться того, что давно произошло в Польше, России, Украине, судя по всему, им не суждено. Накопившаяся усталость и, как следствие, нетерпение и ошибки, а также набирающая ход номенклатурная приватизация ведет к окончательному исчезновению понятия «красные директора» в белорусской экономике. Лоран Аринич, Анатолий Тютюнов, бывший завмаг, ставший кондитерским королем, Марат Новиков – это последние из могикан, которые за последние два года из влиятельных бизнесменов стали изгоями.

Сейчас тех руководителей, которых назначали в кресла руководителей заводов и фабрик московские и минские партбоссы, можно сосчитать на пальцах двух рук. С оговорками к этой же категории можно отнести предприятия, которыми руководят преемники ушедших из активной деятельности «красных директоров». Наверное, самый яркий пример такой преемственности – это передовое и в советское время, и сейчас сельскохозяйственное предприятие «Снов» в Несвижском районе. В итоге, по нашим оценкам, как о все еще существующем наследии «красного директората» в Беларуси сейчас можно говорить примерно о 50 предприятиях. С каждым годом их становится меньше. «Ежедневник» вспомнил, как исчезали и куда уходили белорусские «красные директора».

Опуская экономическую анархию кебичевского периода, нужно сказать, что модель, которая была выбрана Лукашенко и которая существует сегодня, на самом деле благодатная почва для сохранения «красных директоров» как явления или социальной группы. Что отличает стиль «красных директоров»? Ставка на планирование и бюджетирование народного хозяйства, распределение бюджетных средств и заказов. Это все существовало на протяжении последних двадцати лет независимости Беларуси и продолжает существовать сейчас. Менталитет и психология нынешних властей мало чем отличаются от советской, а приклеившееся к современной Беларуси определение «последний оплот Советского Союза» – не журналистское сравнение, а констатация факта.

Но парадокс: как раз именно эта система уничтожила местный «красный директорат» еще быстрее, чем это сделал в соседних странах рынок. Плохо то, что, сделав это оперативно и под корень, система не дала возможности эволюционировать или интегрироваться в новые условия управленческим ноу-хау, на определенном этапе бывшими самыми эффективными в СССР. Многие руководители белорусских предприятий вынуждены были уехать в Россию и Украину, став основателями тренда, который сейчас определяет кадровые проблемы Беларуси: лучшие из лучших менеджеров по-прежнему не остаются на родине, они не вписываются в систему.

Почему все-таки понадобился разгром «красного директората»? Дело в том, что начавшаяся создаваться в 1994–1995 годы и оформившаяся окончательно в начале 2000-х годов структура власти априори не могла и не может мириться с наличием альтернативных, реальных или даже виртуальных точек притяжения и инакомыслия. Для нее равнозначно неприемлемо их наличие ни на политическом, ни на экономическом поле. С этой точки зрения профессиональный и высококвалифицированный состав «красных директоров», этаких белых воротничков во главе «голубых фишек», вполне мог стать источником проблем для новой элиты. И в итоге «красные директора» вынуждены были платить ей по счетам не только портфелями, но и нередко даже сломанными судьбами.

Триумвират

Поражение на первых в истории Беларуси президентских выборах Вячеслава Кебича, которого на 90% поддерживал директорский корпус страны, стало началом скорого исчезновения «красных директоров». У каждого из них был выбор, два варианта дальнейшей трансформации. И каждый выбирал, что ему – в силу скорее личных качеств – подходило. Одни смогли интегрироваться в новую власть, пока их места не понадобились более лояльным ее сторонникам. Другие, не прощенные или не готовые мимикрировать, ушли на пенсию, в частный бизнес или уехали за границу. Некоторым из тех, кто выбрал второй вариант, пришлось пройти через суды и тюремное заключение.

На самом деле исчезновение «красного директората» было естественным процессом. В Беларуси ему придали ускорение. В 1993 году, еще до первых президентских выборов, по собственной инициативе пост генерального директора НПО «Интеграл», одного из крупнейших в Европе производителей полупроводниковых изделий, покинул Петр Гойденко. Он возглавлял предприятие с 1964 года и считался одним из трех главных промышленников Беларуси, имевших вес не только в бывшем СССР, но и в мире.

Два других «аксакала» – директора «БелавтоМАЗа» и «Горизонта» – Михаил Лавринович и Александр Санчуковский – покинули свои посты после выборов.

В 1994 году добровольно ушел Лавринович, руководивший производственным объединением с 1982 года. До 2001 года он возглавлял Белорусскую научно-промышленную ассоциацию, а в 1999 году стал почетным гражданином Минска. Михаил Лавринович умер в 2008 году после тяжелой болезни.

Третий участник триумвирата – генеральный директор МПО «Горизонт» Александр Санчуковский – был отправлен в отставку после совещания у Лукашенко. Официальной причиной отставки тогда были названы «резкое уменьшение объемов производства товаров народного потребления и имеющиеся недостатки в работе», но это никого не могло обмануть. Основной причиной стали разногласия одного из лидеров белорусских «красных директоров» с новыми властями.

Более того, Санчуковский некоторое время рассматривался в качестве возможного кандидата в президенты от директорского корпуса. По результатам социологического исследования, проведенного лабораторией «Новак» накануне выборов 1994 года, Санчуковский входил в шестерку наиболее популярных кандидатов в президенты вслед за Лукашенко, Кебичем, Шушкевичем, Карпенко и Позняком. Но во время выборов Санчуковский предпочел возглавить инициативную группу кандидата Вячеслава Кебича. В 1995 году принимать отставку Санчуковского на «Горизонт» приехал лично министр промышленности Владимир Куренков. Место известного директора занял тогда никому не известный инженер с «Интеграла», а сегодня – первый вице-премьер Владимир Семашко.

Как уходили «красные директора»

В 1994–1995 годах под разными предлогами ушли или были уволены наиболее яркие представители «красного директората» практически во всех отраслях экономики.
Одной из первых жертв чистки бывших кебичевских кадров стал министр лесного хозяйства Беларуси Георгий Марковский. В августе 1994-го указом президента он освобожден от занимаемой должности «за грубое нарушение трудовых обязанностей, выразившееся в халатном отношении к организации и контролю за внешнеэкономической деятельностью Министерства лесного хозяйства Беларуси, что привело к нанесению материального ущерба интересам республики». Прокуратура республики даже завела уголовное дело в отношении бывшего министра.

В 1995 году в отставку были отправлены бывший министр легкой промышленности БССР и первый президент концерна «Беллегпром» Николай Гулев и генеральный директор Барановичского производственного хлопчатобумажного объединения Г.Страхов. Причиной снятия директора Барановичского ПХБО стало «допущенное резкое уменьшение объемов производства товаров народного потребления, имеющиеся серьезные недостатки в работе». Отставки текстильщиков произошли на фоне «хлопкового дела». В 1995 году белорусские текстильные предприятия остались без хлопка, который они получали до этого по клирингу из Узбекистана. Лукашенко обвинил в срыве поставок сырья лидера оппозиции Геннадия Карпенко. Тот в ответ подал в суд иск о защите чести и достоинства на сумму 2 млрд рублей. Но рассмотрение заявления Карпенко вскоре было приостановлено ввиду подготовки проекта закона «О защите чести и достоинства президента Республики Беларусь», который установил механизм подачи гражданских исков к президенту.

«Чистки» директорского корпуса в легпроме продолжились в 1996 году. Сначала на совещании у Александра Лукашенко «за неоднократное игнорирование поручений правительства об обеспечении своевременных расчетов за льноволокно» был отправлен в отставку генеральный директор Оршанского льнокомбината Г.Кокореко. Потом было заведено уголовное дело в отношении одного из самых ярких и активных директоров отрасли – генерального директора Могилевского производственного объединения шелковых тканей (позже ОАО «Моготекс») Владимира Семенова. В начале 1990-х В.Семенов стал инициатором многих проектов – создания СП «Белпак», организации совместно с португальскими инвесторами предприятия «Сопотекс», начала строительства ОАО «Лента».

Через какое-то время концерн «Беллегпром» возглавил Андрей Кобяков – сейчас глава Администрации президента Беларуси.

Система «пряников»

В течение следующих лет не по своей воле вынуждены будут покинуть свои предприятия генеральные директора Белорусского металлургического завода Юрий Феоктистов и могилевского «Химволокна» Иван Ефанов. Они оба продолжат карьеру в России.

Но параллельно власти раздают «пряники», инкорпорируя в различные органы власти «красных директоров».

Сменивший в 1992 году знаменитого директора «Планара» Евгения Онегина Анатолий Русецкий пройдет по многим ступенькам чиновничьей лестницы и даже станет главой Национальной академии наук, которую покинет в 2012 году для работы на сенаторской должности.

В 1996 году министром промышленности вместо Куренкова станет генеральный директор Минского производственного объединения вычислительной техники Анатолий Харлап. Некоторое время он работал послом в Китае, а сейчас возглавляет Белорусскую ассоциацию промышленных предприятий.

В 2000 году руководивший около восьми лет «Беларуськалием» Петр Калугин будет избран депутатом Палаты представителей Национального собрания. Глава «БелАЗа» Петр Мариев в 2001 году станет одним из первых Героев Беларуси. Бывший директор Минского завода шестерен Дмитрий Казаков сначала получит должность помощника президента по Минску, а потом на некоторое время возглавит «Белтрансгаз». Возглавлявший почти 20 лет дзержинскую швейную фабрику «Элиз» Василий Романов дослужился до кресла председателя Белорусской торгово-промышленной палаты.

Перевод крупных промышленников во власть – это распространенная и сейчас практика. Валентин Гуринович, сменивший Лавриновича во главе МАЗа и проработавший на нем всего на один год меньше (11 лет), чем его знаменитый предшественник, в 2006 году станет заместителем министра промышленности. А потом до 2012 года будет представлять интересы Беларуси в качестве посла в Венесуэле. Сын бывшего председателя колхоза в Любанском районе Семен Шапиро сделал не менее блестящую карьеру, возглавляя поочередно «Агрокомбинат Дзержинский», Министерство сельского хозяйства и продовольствия и Гродненскую область.

Последний всплеск

«Красные директора» попробуют напомнить власти о себе как о некоей силе только один раз. Результатом этого станет очередная волна чисток накануне и после президентских выборов 2001 года.

До выборов лишатся своих постов директор Могилевского металлургического завода Арнольд Бондарюк, два руководителя крупнейших химических предприятий страны Вячеслав Антипин («Полимир») и Аркадий Поляков («Белшина»).

Два представителя директорского корпуса, которые наиболее ярко в то время обозначили желание директората вернуться во власть, оказались на судебных скамьях.
Михаил Леонов в 1995 году сменил на посту руководителя Минского тракторного завода своего предшественника Виктора Филиппова. Благодаря активной деятельности Леонова МТЗ вышел на первые роли в белорусской экономике, а сам директор к началу 2000-х стал одним из самых влиятельных представителей директорского корпуса. Вокруг него начали группироваться старые директора и новые представители директорского корпуса. Рупором директората был сделан Республиканский клуб директоров во главе с президентом Леоновым. Клуб попытался вести диалог с властями от имени директорского корпуса страны.

Но в январе 2002 года директор МТЗ был задержан в поезде Минск–Москва. Вскоре ему было предъявлено обвинение в хищениях путем злоупотребления служебными полномочиями государственных денег в особо крупных размерах, взятках, уклонении от уплаты налогов и т.д. Один из самых громких процессов последних лет завершился в 2003 году вынесением Верховным судом Республики Беларусь приговора. Леонову дали 10 лет колонии усиленного режима с конфискацией имущества и лишили права в течение 5 лет занимать руководящие должности. В январе 2010 года он вышел на свободу, проведя в местах заключения 8 лет.

Еще до задержания Леонова в конце 2001 года был арестован директор ЗАО «Атлант» Леонид Калугин, который на свой страх и риск решил выдвинуться кандидатом в президенты страны. Он не стал даже кандидатом, поскольку не собрал необходимого количества подписей. Но наверху такой шаг со стороны еще одного представителя «красных директоров», мягко говоря, не одобрили. Только в 2003 году Калугин был освобожден от ответственности в соответствии с законом об амнистии, после чего принял монашеский сан. До недавних пор он проживал под именем Никон в православном монастыре под Минском.

Разные судьбы

В течение 2000-х годов тихо или со скандалом ушли другие крупные представители белорусского «красного директората». В 2004 году по обвинению в хищении денег от экспортных контрактов был задержан и помещен в СИЗО КГБ Беларуси генеральный директор ОАО «Нафтан» Константин Чесновицкий. Он возглавлял «Нафтан» с 1992 года. Своей вины на суде Чесновицкий так и не признал, но все равно был осужден на 4 года колонии. По информации «Ежедневника», после выхода на свободу Чесновицкий занялся нефтяным бизнесом в Санкт-Петербурге.

«Легитимизировать» «краснодиректорское» наследие, причем надежно, продав бизнес или долю инвестору, удалось очень немногим. Торговля – одна из отраслей, где это было возможно. Директор и акционер универсама «Юбилейный-92» Владимир Нерозя, который руководил топовым заведением с 1985 года, продал его контрольный пакет в 2012 году сети «Родная сторона». В свою очередь один из крупнейших торговцев Бреста Михаил Козич уступил 25% акций «Продтоваров» Александру Мошенскому.

Каждый представитель «красного директората» в свое время мог сделать свой выбор, что ему делать и как дальше работать.

В Столбцовской районе успешно действует сельскохозяйственное предприятие «Великий Двор», которым уже 40 лет – с 1972 года (!) – руководит Ольга Луцык. Это абсолютный рекорд карьеры топ-менеджера в Беларуси. Она в свое время была на хорошем счету у советского лидера Беларуси Петра Машерова, который называл ее своей дочкой.

И другой пример. С 1997-го по 2001 год «Беларуснефть» возглавлял ее бывший работник Владимир Муляк. Под его руководством была произведена реструктуризация предприятия, которое стало одной из «голубых фишек» белорусской экономики. Не без причин в сложном для многих 2001 году Муляк был вынужден оставить Беларусь и уехать в Россию. Там он начинал в компании «КомиТЭК», которая занималась освоением Тимано-Печерского месторождения, и вырос в ключевого менеджера и акционера одной из крупнейших нефтяных корпораций мира. На текущий момент Владимир Муляк занимает должность вице-президента по технологиям и разработке нефтяных и газовых месторождений ОАО «Лукойл».


источники:

http://tsargrad.tv/articles/intelligencija-v-begah-rossija-ochishhaetsja-ot-predatelej_518706

http://www.nv-online.info/2013/03/06/sudba-belorusskogo-krasnogo-direk.html